Концентрированная воздушная струя прошила платформу насквозь. Камень пошел трещинами, паутина разломов мгновенно разбежалась от центра к краям. Раздался оглушительный грохот, скрежет и треск рвущейся породы. В следующую секунду платформа развалилась на куски, и мы полетели в пропасть.

Со всех сторон нас обступил плотный туман, еще больше увеличивающий панику от свободного, неконтролируемого падения. Маша отчаянно закричала. Я чудом успел схватить ее за руку и притянуть к себе. Если уж нам суждено разбиться, то хотя бы вместе.

Спустя несколько бесконечных секунд полета мы наконец на что-то брякнулись.

Удар вышел на удивление мягким и пружинящим. Будто мы приземлились на исполинский батут.

Под нами переливалось фиолетовым нечто теплое и упругое, смахивающее на энергетическую подушку или страховочную сеть. А чуть ниже виднелась огромная платформа, в центре которой возвышался каменный постамент со светящейся аркой перехода в стартовый зал.

Все-таки мы сделали это. Нашли центр лабиринта.

ДЕВЯТЫЙ ЭТАЖ ПРОЙДЕН.

ПОПЫТКА 1 ИЗ 5.

ПОТЕРИ: 0.

РЕЗУЛЬТАТ: ОТЛИЧНО.

Маша лежала рядышком и ошарашенно смотрела в туман, который уже начал рассеиваться, обнажая уходящие далеко вдаль своды колоссального каменного зала.

— Ну ты и псих, — придя в себя, выдохнула она. — Наглухо отбитый, клинический псих.

— Но ведь получилось же!

— Получилось. — Она повернула голову. — Но ты все равно псих.

— Ладно, псих так псих.

— И ты должен мне кофе в постель.

— Эй, мы же не разбились! Технически я выиграл спор.

— Алекс, мы проломили пол и рухнули в пропасть. Это, черт возьми, почти то же самое, что разбиться в лепешку!

— Ладно, ладно, только не кипятись. Так уж и быть, кофе за мной, — пытаясь скрыть улыбку, ответил я.

Маша переливчато рассмеялась. Это был усталый, но совершенно счастливый смех. Я лежал рядом, слушал его и на несколько мгновений полностью позабыл о грядущем двенадцатом этаже, о единственной попытке и о пресловутых равновесии и ключе. Просто лежал на теплой, сияющей платформе рядом с любимой девушкой и слушал, как она смеется.

Когда Мари немного успокоилась, я поднялся и протянул ей руку.

— Двенадцатый, — напомнил я. — Одна попытка. Готова?

Маша лукаво сверкнула глазами в мою сторону и встала.

— Нет, конечно, — честно призналась она. — Но разве это меня когда-то останавливало?

Мы вернулись в стартовый зал. С чувством глубокого внутреннего удовлетворения я взглянул на две зеленые галочки на местах шестой и девятой арок. И только одна, с цифрой двенадцать, продолжала светиться фиолетовым.

Мы присели, привалившись к стене. Маша жадно восполняла энергию. После своего эпичного фокуса с платформой в ее резервах практически ничего не осталось.

— Двенадцатый этаж, — задумчиво протянула она, опустошая кристалл зэн-накопителя. — Равновесие. Одна-единственная попытка без права на ошибку. Есть какие-нибудь догадки, что нас там ждет?

— Не-а, — честно ответил я.

— У меня тоже никаких идей. Я все думала про это равновесие. Как оно будет проверяться?

— Мне кажется там будут испытывать и силу, и мозги одновременно. Способность вовремя между ними переключаться. Понимать, когда нужно бить, когда шевелить извилинами, а когда лучше вообще отойти в сторонку. Сдается мне, это будет самая жесткая часть нашего испытания.

— Рассчитанная на двенадцатый круг.

— Прежде всего рассчитанная на Архонта.

Маша окинула меня внимательным взглядом.

— Алекс, если мы проиграем, второй ключ будет навсегда потерян. Портал на Землю останется закрыт.

— Мы пройдем, — решительно ответил я.

— Почему ты так в этом уверен?

— Да потому что Скиф спроектировал это испытание под человека, который способен его пройти. Он сам задал рамки: Архонт, шестой круг, плюс один напарник. Он знал, что Архонт будет именно на этом уровне Силы. И он сбалансировал испытание так, чтобы его можно было пройти, каким бы сложным оно ни казалось.

Маша задумчиво убрала в подсумок опустошенный кристалл, улыбнулась чему-то своему, а потом решительно поднялась, протянула мне руку и неожиданно выдала:

— Ну, тогда погнали и пройдем его.

— Вот это другой разговор!

Я бодро поднялся, подошел к двенадцатой арке и приложил ладонь к теплому камню.

Плита привычно раздалась в стороны.

За ней нас ждал свет. Он был яркий, золотистый и согревающий. Совсем непохожий ни на ослепительную белизну арены, ни на унылую серость лабиринта. Это был свет восхода. Свет начала.

Мы шагнули внутрь.

* * *

Признаться, от увиденного у меня слегка перехватило дух.

Мы стояли на краю обрыва, и перед нами разворачивалась поистине фантастическая панорама. Горные хребты тянулись до самого горизонта: изумрудные склоны, белоснежные пики, ущелья, утопающие в утреннем тумане. Небо было чистым, пронзительно-синим и бездонным. Воздух благоухал хвоей, свежестью и опьяняющей свободой.

Далеко внизу под нами раскинулась долина, посреди которой виднелось небольшое овальное озеро, обрамленное вековыми соснами. На берегу возвышался каменный постамент, точь-в-точь такой же, что мы видели в центре лабиринта. А на нем стоял черный обелиск, и даже с этой верхотуры я мог разглядеть блеск кристалла на его вершине.

По всей видимости, это и была наша цель.

Однако, проблема заключалась в том, что от заветного озера нас отделял отвесный обрыв высотой в несколько сотен метров. Его мелкие каменные уступы блестели от утренней росы. Спуск по такой стене стал бы серьезным испытанием даже для опытного альпиниста, не говоря уже о нас с Машей.

Я начал было оглядываться по сторонам, выискивая хоть какой-то подходящий путь вниз, как вдруг увидел еще кое-что.

Прямо в воздухе, над пропастью между обрывом и долиной, стали возникать уже знакомые каменные платформы. С десяток, а то и больше, разного размера и на разной высоте. Расстояние между ними варьировалось примерно от трех до семи метров. Это была вполне себе приемлемая прыжковая дистанция для Сципиона шестого круга.

Но самое главное было в другом. На платформах стояли мощные фигуры. Аватары Башни. Я насчитал восемь человек. Все они были разные: высокие и низкорослые, вооруженные мечами, копьями и чем-то отдаленно напоминающим энергетические хлысты. Аватары неподвижно стояли на платформах, словно безмолвные стражи, и ждали появления цели.

— Полоса препятствий, — хмыкнула Маша. — Да еще и с охраной.

— Тут все немного сложнее. Присмотрись-ка.

Маша пригляделась повнимательнее и наконец поняла: платформы не стояли на месте. Они медленно двигались. Большие каменные глыбы парили в воздухе, плавно покачиваясь и смещаясь в стороны, вверх и вниз. Их траектории на первый взгляд казались абсолютно хаотичными. Расстояние между платформами постоянно менялось. Прыжок, который секунду назад казался простейшим, через несколько мгновений мог стать верным самоубийством.

— Динамический лабиринт с боевым наполнением, — резюмировал я. — Придется прыгать по этим плитам, отбиваться от местных обитателей и при этом как-то умудриться добраться до низа. И на все про все только одна попытка.

— Алекс, я в таких акробатических трюках вообще-то не профи. — Маша нерешительно взглянула на меня. — Прыгну, ну, может, метра три. Или четыре, если прям очень припечет. До некоторых платформ я просто не долечу, даже если они максимально сблизятся.

Она была права. Ситуация вырисовывалась довольно паршивая.

Я стоял на краю обрыва, хмуро глядя на эти чертовы платформы и на восемь стражей. Неизвестное количество прыжков. Плавающие дистанции. И напарница, которая не вытянет и половины маршрута.

Внезапно раздался голос Башни. Он прозвучал куда торжественнее и весомее, чем раньше.

ДВЕНАДЦАТЫЙ ЭТАЖ. ИСПЫТАНИЕ РАВНОВЕСИЯ.

ЦЕЛЬ: ДОСТИГНУТЬ ПОСТАМЕНТА В ДОЛИНЕ.

УСЛОВИЯ: ОСТАВАТЬСЯ В СВЯЗКЕ. ОБА УЧАСТНИКА ДОЛЖНЫ ДОСТИГНУТЬ ЦЕЛИ ОДНОВРЕМЕННО.

ПОПЫТКА 1 ИЗ 1.

Мы с Машей мрачно переглянулись.

— Эта штука хочет, чтобы мы двигались вместе, — пробурчала она. — Но я так не умею! Ты со своей Скоростью тигра можешь и на десять метров прыгнуть, а я что?

— Слушай, я тебе помогу с прыжком.

— И как же? За шкирку швырнешь или пинка дашь?

Я промолчал. Мозг лихорадочно работал, перебирая варианты.

Прыгать с Машей на руках? Это только в крутых боевиках такие трюки возможны. В реальности же мы просто ухнем вниз.

И тут вдруг меня осенило.

Машкина воздушная магия! Она ведь может создать импульс, который толкнет ее вперед. Этакий кустарный реактивный ранец. Коряво, неточно, жрет прорву энергии, но в по идее должно сработать.

— Маш, а ты сможешь вдарить воздухом так, чтобы тебя отбросило на нужную платформу?

Мари нахмурилась, что-то прикидывая в уме.

— Прохор говорит, что в теории это возможно, но на практике просит не рисковать. Контролировать направление крайне сложно. Чуть собьюсь с вектора и улечу вбок или волчком закручусь. И каждый такой удар сожрет процентов восемь-десять моего резерва.

Десять процентов за один прыжок. Сейчас, даже после передышки в стартовом зале, у Маши поди-ка восстановилось процентов сорок, не больше. Четыре, от силы пять таких рывков, и она будет полностью опустошена.

А прыгать тут придется раз пятнадцать, не меньше. И для Мари это было слишком много.

— Ладно, — кивнул я. — Меняем тактику. Действовать будем так. Идем в связке, но асинхронно. Я прыгаю первым, зачищаю площадку от местного босса. Потом ложусь у самого края, цепляюсь за камень с помощью Жала и ножа и протягиваю тебе руку. Ты прыгаешь. Если дистанция совсем уж большая, то помогаешь себе воздушным импульсом. Если не долетишь, то я тебя поймаю.

— А если не поймаешь?

— Поймаю.

— Алекс…

— Маш, я тебя поймаю, без вариантов. Ты мой самый главный приоритет.

Она молча заглянула мне в глаза, а затем нехотя кивнула.

— Хорошо.

— Супер. И еще момент: эти штуки постоянно двигаются. Перед каждым прыжком ждешь, пока нас не сведет поближе. Никакой спешки, таймер тут не тикает.

И правда, на двенадцатом этаже не было никакого обратного отсчета. Здесь с лихвой хватало ограничения в одну попытку.

— Готова?

Мари потуже затянула ремни, проверила свой энергопистолет с браслет-щитом и, глубоко вздохнув, кивнула.

— Погнали.

Первая каменная платформа висела метрах в трех от края обрыва и была пустой. Легкая цель. Я взял небольшой разбег, прыгнул и приземлился в перекате. Платформа приняла мой вес почти без качки.

Я обернулся и протянул руку к Мари.

— Прыгай!

Маша разбежалась и что есть сил оттолкнулась. Четвертый круг, отличная координация и сильное тело сделали свое дело: она легко пролетела эти три метра и пружинисто приземлилась рядом со мной.

— Хм, а в реальности это не так уж и сложно, — нервно усмехнулась она.

Расстояние до второй платформы было уже сравнительно больше. И на ней меня поджидал аватар с длинным копьем.

Я выждал момент, когда плиты максимально сблизятся друг с другом, активировал Ускорение тигра, разбежался и прыгнул, приземлившись на самый край, подальше от врага. Аватар, не теряя ни секунды, бросился в атаку. Его копье метнулось к моей груди.

Я скользнул влево, пропуская острие мимо ребер, и рубанул Сумрачным Гостем по древку. Энергосталь срезала оружие, как сухую ветку. Страж мгновенно отшвырнул бесполезный обломок и резким движением выхватил из-за спины короткий меч.

Я быстро огляделся по сторонам, примериваясь к габаритам маленькой парящей платформы. Маневрировать здесь было просто физически негде. Придется рубиться в плотном контакте, полагаясь лишь на технику и скорость.

Выпад, жесткое парирование, ответная атака. Где-то с полминуты мы с противником обменивались ударами. Наконец, я улучил момент, когда аватар выставил атакующую руку слишком далеко вперед. Отбив вражескую атаку, я провернул кисть с Сумрачным гостем и обрушил лезвие на запястье противника. Рука аватара с чавкающим звуком отделилась от тела. Энергосталь прошла сквозь броню без особого сопротивления.

Не теряя ни секунды я провел добивающий удар в шею, и в следующий миг фигура стража осыпалась снопом белых искр.

Убедившись, что опасность миновала, я обернулся к Маше. Ее сияющий, торжествующий взгляд говорил сам за себя. Она праздновала эту первую маленькую победу вместе со мной.

— Маш, жди, пока плиты максимально сойдутся, и прыгай! — крикнул я, убирая меч и подходя к краю платформы. — Вот сейчас! Давай!

И она прыгнула. Разбежаться ей было попросту негде. Два коротеньких шага, резкий толчок, полет… До платформы Маше не хватило совсем немного.

Словно в замедленной съемке я увидел, как ее фигура проваливается ниже края платформы, увидел, как в панике расширяются ее глаза. Все дальнейшее слилось в одну смазанную долю секунды. Молниеносный удар Жалом в камень, резкий бросок вперед, падение на живот. Нож, который я держал наготове, вонзился в пробитую трещину. А вторая рука отчаянно рванулась навстречу падающей в бездну Маше.