Мысли, заботы, внимание женщины фокусируется на чем угодно, но не на малыше, который растет в ее животе.Причины, из-за которых это происходит, не так важны: у каждой будущей матери они свои, объективные или субъективные, и мы не в праве судить, укорять или обвинять ее за них. К тому же для малыша не имеет абсолютно никакого значения, ПОЧЕМУ мама о нем забыла. Важно только одно: ребенок недополучил жизненно важного для развития здоровой психики внимания. Он усвоил установку «я не на первом месте».

А что может быть на первом:

• депрессивное состояние, вызванное горем, потерями, разводом, уходом отца ребенка;

• работа – важные, «горящие» проекты, мама – «незаменимая» сотрудница с карьерными и статусными амбициями;

• другой ребенок (маленький, болеющий), муж, родители, сиблинги (братья, сестры), у которых проблемы и которым нужна ее помощь, силы, ресурсы.

Так с пренатального периода малыш получает знание: хочешь любви и внимания – встань в очередь и жди, когда и до тебя дойдет раздача «плюшек» и «подарков».

Надейся – ведь вера и надежда, особенно в сложных жизненных обстоятельствах, часто становится той нитью, которая помогает удержаться на плаву и помогает выживать несмотря ни на что.

Недолюбленной девочке или мальчику в детском, а потом и взрослом возрасте, будет невероятно сложно замечать и получать тепло и ласку от близких для закрытия своих потребностей.Такой ребенок может быть замкнутым, болезненно робким, с постоянным внутренним чувством голода во внимании и любви. Путь в лидеры ему «заказан»: эту вершину они никогда не осилят. Их удел – вторые роли.

ПРИМЕР 1

Мама Карины работала дома. Казалось бы, мама рядом – малышке хорошо. Но! Карина с детства наблюдала маму занятую, погруженную в работу. Мама-надомница – это не одно и то же, что и мама рядом. С такой мамой не получалось обниматься (мешаю маме), посидеть рядом (дочь, уйди, надо сосредоточиться), поиграть рядом (дочь, поиграй в другом месте, мне тут нужно работу доделать).

«Когда я была совсем маленькая, помню, как маялась по квартире, мне было скучно. Подросла немного, и тут мамы не хватало, хотелось помочь, поделать что-то вместе, поиграть, но мама была загнанная, стремительная, а «потом-потом» было ее вечным ответом.

Отдушиной были выходные, когда мой папа (родители развелись) приезжал к нам и я с ним ходила гулять. Вот тут я отрывалась по полной, наигрывалась на всю неделю. Меня папа очень любил и весь день посвящал только мне».

«Сейчас мы с мамой живем отдельно. Она очень хочет общения. Но мне неприятно признавать, что для меня она чужой человек. У нас разные интересы, мы любим разные вещи. Сейчас для меня ее попытки больше проводить время вместе или участвовать в моей жизни стали обузой. Мне это уже не надо».

ЗАПРОС:

Я как будто ничего не хочу, карьерные устремления мне не присущи, что со мной не так?

РАЗБОР кейса:

Отсутствие внимания со стороны матери было травмирующим для ребенка. Когда психика перестает надеяться на получение того, что ей важно, а именно теплоты, внимания, любови через обнимашки, зрительный контакт, улыбающееся лицо матери, направленное на ребенка, то психика малышки находит другой способ сохраниться.

Внимание к ребенку дает ему не только доказательство – «я есть и существую», но и позволяет от изобилия поддержанной самости раскрываться, что-то хотеть и этого добиваться.

Самоощущение малыша, которого любят, о котором заботятся, которому уделяют внимание – «я этого достоин!»

Отсутствующая мать – это травма брошенного ребенка, а для психики – страх смерти. Поэтому Карине и не до карьерных высот: ее психика осталась на уровне стремления к выживанию. Живу – и хорошо. Работа есть – ну и ладно. Начальник не грубиян, не самодур – нормально. Зачем хотеть больше?

Да, любовь и внимание папы позволили Карине обрести уверенность в себе, в своей значимости. Она отличный специалист, но на этом и все. Специалистом Карина действительно стала, но где в этом она сама? Где радость от возможности открывать новые горизонты? Где желание познавать мир, пробовать новое, бросать себе вызов и получать удовольствие от собственной многогранности? Этого нет.

Карина на уровне психики осталась девочкой, занимающей ровно то место, которое ей отвела мама. Живи и не отсвечивай!

ЗАДАЧА в терапии:

•выстроить опору на себя;

•наладить контакт с собой, что позволит понимать свои желания и находить ресурсы для их реализации;

•напитать своего внутреннего ребенка любовью и принятием.

ВЫВОД:

Незакрытые базовые потребности в любви и принятии формируют у человека психологический холод и голод. Взрослый человек ищет в окружающих людях проекцию мамы, которая похвалит, примет, проявит интерес и заботу, однако во взрослом возрасте додать и компенсировать то, что не получил в детстве, может только сам человек. Он будет искать миражи, обманываться иллюзиями и разочаровываться в людях, получая каждый раз подтверждение «я никому не нужен», пока не поймет, что является единственным, кто может себе помочь. Только выстраивая опору на себя, можно изменить свои паттерны поведения и восприятия и начать жить интересно и свободно.

ПРИМЕР 2

Мама Вероники родила дочь сразу после института. Сегодня сдала последний экзамен, а завтра поехала в роддом. Через месяц она привезла дочь маме, потому что получила шикарное предложение по работе, но при условии, что личная жизнь не будет мешать работе. Подписаться на такое с младенцем на руках было невозможно.

Веронику отдали бабушке в деревню, мотивируя: здесь и воздух чище, и продукты свои, экологичные. Да и бабушка – не чужой человек, воспитает и позаботится. Поэтому маму свою Вероника помнит смутно, редкими наездами, и то благодаря ярким подаркам: то куклу привезет, то красивое платьице.

В начальной школе приезд мамыпроходилскорее так: «Бабушка, к вам ваша дочь приехала», – звала Вероника бабушку с участка при виде входящей в калитку матери. А лет в четырнадцать, когда Вероника переехала к матери в город, и та попыталась устанавливать свои правила – что дочери носить, с кем дружить – Вероника поставила мать на место: вы, мама, в мою жизнь не лезьте, у меня для этого есть бабушка.

ЗАПРОС:

Мне трудно ужиться в коллективе: то начальница придирается, то с коллегами стенка на стенку. И вообще, я никак не могу найти себя. Начинала парикмахером, потом переучилась на стилиста. Надоело, пошла в косметологи. Потом выучилась массажу. Но мне все время кажется, что я от всего этого далека. Просто смотрю, что делают другие, и копирую, как мартышка. Но это вообще все не про меня.

РАЗБОР кейса:

Девочка Вероника с детства жила в парадигме «мама отдала». Мама – это весь мир для ребенка, до трех лет как минимум. И как принять маленькой «клеточке», что большое и теплое тело его отвергает? Ведь мама отдала свою малышку! Да, бабушке. Но для ребенка это равнозначно посылу «ты не нужна!», «меня можно вынести за скобку».

Это не просто болезненно, это травма брошенности. Психика для выживания найдет другой объект привязки, но для ребенка это будет суррогатной заменой. Бабушка – не мама, которую малыш с внутриутробного периода знает по запаху, голосу. Эмоциональная пуповина (психическая связь матери и ребенка) есть именно между ребенком и матерью. Если мать эту связь не чувствует, игнорирует, рвет, то новорожденный этого сделать не может. Только во взрослом возрасте, работая с психологом, человек может додать принятие той части психики, которая застряла в раннем ощущении ненужности, а после того, как он наконец напитается недостающими эмоциями, сепарируется (психологически отделиться) от материнской фигуры и всех ее проекций.

Вероника на подсознательном уровне ищет способы получить внимание мамы – сделать так, чтобы мама приняла ее не по факту рождения, а за какие-либо заслуги. Да, энергетически сильная Вероника в подростковом возрасте уже легко относилась к приездам матери, но тем коварнее детские психотравмы: в возрастных или ситуационных кризисах они накрывают как океанская волна.

Вероника получила образование, но программа «заслужить» невидимой рукой ведет ее по жизни. Она старается реализоваться в профессии, но у нее нет связи с собой, сосвоими чувствами, ведь они были вытеснены младенцем, когда мама не Веронику брала на руки, когда мамы не было рядом, когда не хватало ее тепла, ее внимания.

В одной своей «клеточке» психика сжалась и застыла – ТЕРПИ, ЖДИ, ПОДСТРАИВАЙСЯ. Но в этом нет развития. А если таких клеточек накапливается минимум по одной в день? А если умножить их на количество лет жизни ребенка и потом взрослого?!

Да, Вероника зарабатывает, осваивает профессиональные навыки, но для роста важно задать себе вопрос: «Что Я хочу?». А для кого хотеть может Вероника? На уровне психики она сама в дефиците внимания и любви – это БАЗА. А профессиональные награды и достижения как способ заслужить внимание – это совсем не про развитие. А значит, чем бы не занималась девушка, это не принесет ЕЙ удовольствия и удовлетворения. Не получив то, зачем она бессознательно осваивала профессию, Вероника идет осваивать новую. Эдакая бесконечная погоня за иллюзией, что наконец-то мама ее увидит, начнет ценить и больше никому не отдаст.

ЗАДАЧА в терапии:

Чтобы найти свой профессиональный путь, чтобы не копировать жизнь других людей, чтобы обрести ощущение полноты жизни, важно:

•начать путь к себе, долюбить своего внутреннего ребенка, напитать его и себя принятием;

•выстроть связи со своими желаниями через работу с ощущениями;

•перестраивать сложившиеся нейронные связи и прокладывать новые.

ВЫВОД:

Травма «я не на первом месте» заставляет человека всеми возможными способами добиваться внимания и признания окружающих. Холодная мать формирует сложности в отношениях с миром и окружающими людьми, даже если между ней и ребенком имеет место большое количество общения, но не глубокого, не доверительного. Достижение профессиональных целей становится способом проявить себя, стать видимым, значимым, но профессиональный выбор, сделанный без учета знаний о себе, своих сильных и слабых сторонах, своих интересах (которые ребенок познает в детстве посредством теплых эмоциональных связей и совместной предметной деятельности с родителями), может превратиться в марафон длиной в жизнь, который не приносит внутреннего удовлетворения. При этом внешнее «я бегу, потому что бегут все» не дает значимых результатов.

Вывод по травме «Отсутствующая мать»:

Для ребенка не важно, какие причины были у мамы и почему ее внимание не было обращено к нему. Важно, что он не получил достаточного количества контакта – телесного и эмоционального. Такая ситуация формирует:

• неуверенность в себе;

• застревание психики в ожидании заботы, поощрения, похвалы, любви;

• чувство скованности в самопроявлении, фокус интересов только на настоящем, невозможность развиваться и выходить за пределы привычного;

• установку, в рамках которой любой самостоятельный шаг дается с трудом, а уже взрослому ребенку нужна поддержка и опора от других. Тогда человеку легче быть на вторых ролях, на подхвате, быть тенью более смелого и уверенного (но не обязательно более талантливого партнера, друга, коллеги);

• плохие навыки ориентации в собственных чувствах и неспособность понять свои желания.