В Дербенте великолепные каменные стены, очень толстые и хорошо сложенные… Город изобилен продовольствием и торгует винами

Южный Дагестан, май 1859 года

Корнет

До Дербента не доехали верст двадцать. Солнце ушло за горы, быстро похолодало. Ветер переменился и дул теперь со стороны Кавказского хребта, на вершинах которого лежали шапки снега. Двигаться дальше в наступающей темноте было небезопасно, и конный полк встал на ночевку недалеко от горной речки Дарвагчай в удобной небольшой долине, укрытой от ветра и посторонних глаз. Место для стоянки выбрал Амир Уцмиев, прапорщик местного ополчения – дагестанской милиции, вместе с русскими войсками защищавшей Южный Дагестан и сам Дербент от мюридов.

– Геджух, – сказал немногословный Амир, – родовые земли. Можно спокойно ночевать.

Молодой корнет Илларион Воронцов-Дашков к этим небогатым сведениям о местности, где их застала ночь, отнесся с вниманием, как относился вообще ко всему. Но время было позднее, надо было подумать об ужине. Тем и занялись вместе с полковым товарищем, таким же молодым корнетом Этьеном, французом по происхождению и русским по духу и подданству. Они оба служили в кавалерии, и оба вызвались принять участие в последних сражениях Кавказской войны, начало которой не застали в силу молодости. Обоим тогда было по 22 года.

Денщик Воронцова-Дашкова из терских казаков быстро и ловко устроил земляной очаг: вырезал штыком дерн, отвалил в сторону, сделал углубление в почве. Пока денщик возился с костром и походным котелком для кулеша, Этьен, взяв в руки горсть влажной земли, задумчиво растер между пальцами глинистую почву с мелким гравием, принесенным рекой.

Карта Дагестана. 1841 год

– Взгляни, Илларион, – сказал он Воронцову-Дашкову, – здесь земля, как на моей родине – во Франции. Мои родственники занимаются виноделием и выращивают красный виноград на такой почве. Здесь очень красиво: высокие горы, море. Рядом река и достаточно воды. Когда-нибудь, когда закончится эта война, я бы хотел вернуться сюда и посадить здесь виноградник. Вот на этом холме, – указал он на пологий склон, освещенной походным очагом…

Дербент, 3 мая 1905 года (вторник)

Наместник

…Резкий паровозный свисток отвлек генерала от кавалерии графа Иллариона Ивановича Воронцова-Дашкова от воспоминаний о его далекой юности. Того времени, когда он впервые очутился в предгорьях Дагестана и нес службу под началом командующего Александра Ивановича Барятинского. Теперь он, граф Воронцов-Дашков, наместник всего Кавказа, и через четверть часа он точно по расписанию прибудет в Дербент, окраины которого уже тянутся за окнами.

Наконец, поезд с лязгом остановился, выпустив клубы пара, перед графом распахнули дверь генеральского вагона, заиграл военный оркестр, выстроившийся на перроне в его честь. Кажется, его встречал весь Дербент. Касум-бек Гайдаров, городской староста с хлебом-солью в руках церемонно приветствовал его как почетного гостя от имени всех жителей древнего города: «Ваше сиятельство своим образцовым ведением садоводства послужил примером к улучшению в Дербенте виноградной культуры. Виноградарство и совместно с ним виноделие, являясь важными отраслями занятия обывателей города Дербента, служат для последних славным источником дохода, и улучшение этой отрасли, несомненно, повело за собой и улучшение жизненных условий горожан. Таким образом, Ваше сиятельство в жизни горожан Дербента играет немалую роль, и считать Вас в числе городских почетных граждан весьма лестно для жителей Дербента».

Официальным поводом для приезда Воронцова-Дашкова в Южный Дагестан действительно была церемония в честь нового почетного гражданина города с тысячелетней историей. По случаю признания его заслуг как кавказского гражданина Илларион Иванович и одет был по-кавказски – в богатую черкеску наказного атамана Терского и Кубанского казачьих войск с золотыми генеральскими эполетами на плечах, с газырями и Георгиевским крестом на груди. На голове Воронцова, слывшего столичным барином и модником, на сей раз была каракулевая папаха, а на поясе – длинный горский кинжал в ножнах.

Он, как и в молодости, любил вникать в детали и все подмечал, общаясь с местным духовенством, знатными беками, членами городского правления и купечеством. Каков был прошлый урожай, какие цены на виноград были осенью, много ли вина и виноградной водки продано из Дербента на Нижегородскую ярмарку.

Наконец, после торжественного марша Гунибского полка в честь почетного гражданина Дербента церемонии завершились. 4 мая 1905 года наместник отбыл из Дербента, но не поездом, а в коляске с казачьим конвоем, отправившись в свое имение Геджух.

Многочисленные дела в столице не позволяли часто приезжать в дагестанское имение, земля для которого была выкуплена еще два десятка лет назад у старого боевого товарища, полковника Амир-Чопан-бек Уцмиева. За все время владения Геджухом, с середины 1880-х годов, Воронцов-Дашков побывал там всего пару раз, отдавая распоряжения о закладке виноградников, а затем о строительстве винодельни.

Дел в Петербурге было много. С 1881 года Илларион Иванович был назначен министром Императорского двора, управляя огромными земельными владениями дома Романовых от Беловежской пущи на Западе до Закаспийской области на Востоке. При нем подчиненные Министерству двора Уделы начали расширять площади земель под виноградники, а для руководства царскими имениями было учреждено четыре особых управления на Кавказе и одно в Крыму. Общая же площадь императорских виноградников под началом Воронцова-Дашкова достигла 558 десятин.

Как и его знаменитый родственник, и предшественник на посту наместника Кавказа – Михаил Семенович Воронцов, граф Дашков во многих начинаниях действовал личным примером. Между двумя Воронцовыми, несмотря на весьма отдаленное родство (Илларион Иванович приходился князю Михаилу Воронцову троюродным племянником), много общего в том внимании, которое они уделяли виноградарству и виноделию как важному для страны делу. Интересно отметить, что последние годы жизни Илларион Иванович провел в родовом имении Воронцовых в Алупке, которое досталось ему в наследство.

К началу XX века кавказское имение Воронцова-Дашкова Геджух было образцом для подражания для многих владельцев виноградных садов, доказав, что Южный Дагестан прекрасно подходит для создания вин высокого класса. Один из самых древних виноградарских регионов на карте России получил идеи и новую жизнь.

Вокзал в Дербенте. Почтовая карточка отпечатана издательством Контрагентства А. С. Суворина и К°. 1912 год