Эффект смеха защищает от некоторых психических проблем, которые навязывает нам мир, одержимый совершенством. Самосопереживание с улыбкой приносит огромную пользу здоровью, в частности, повышает позитивность, оптимизм, ощущение счастья, снижает тревогу и депрессию. Жаль, я не знала этого в детстве. Мне бы пригодилось умение с любовью улыбаться себе и принимать себя такой, какая я есть. Дело в том, что я страдаю от наследственного заболевания под названием «щедромания». Возможно, вы слышали о нем. Или сами страдаете им. Синдромы заболевания варьируются от хронической потребности нести добро до более мягкой формы, когда вы пассивно, а не активно ищете, кого бы порадовать своей помощью. Помогать другим в ущерб себе – важный компонент заболевания. Он опирается на многовековую нравственную ценность: поступайте с другими так, как вы хотите, чтобы поступали с вами. Мудрый совет, но слишком часто его воспринимают однобоко. Ах, если бы мы поступали с собой так, как поступаем с другими!

Я уверена, что щедромания – генетическое заболевание, которое можно проследить во множестве поколений моего семейного древа. Я унаследовала его и от мамы, и от папы, особенно по женской линии, конечно. Острые симптомы щедромании можно было наблюдать у нас дома каждый вечер за ужином. Моя мама сначала угощала всех собравшихся за столом, а затем довольствовалась тем, что оставалось, даже если это были куриные косточки. Она была хроническим «благодетелем», и мы буквально годами питались плодами ее самоотверженности, поскольку она проверяла на нас все блюда из книги рецептов, которую она составила для нашей синагоги в благотворительных целях. Мамина доброта проявлялась по-разному, например, в виде многолетней активной работы в организации B’nai B’rith (еврейский эквивалент Rotary). Смыслом ее жизни было служение людям, но ей даже в голову не приходило проявить такое же уважение по отношению к себе.

Поскольку у меня не было примера для подражания, неудивительно, что самосопереживание давалось мне с трудом. И до сих пор не всегда получается. Когда я повзрослела, самосопереживание даже близко не могло сравниться с другими практиками заботы о себе, такими как здоровое питание и спорт. Я была достаточно «умна», чтобы понимать – есть гораздо более важные факторы, влияющие на мое благополучие, чем «безграничная любовь» к самой себе. Но я бы избежала массы проблем, если бы пораньше осознала всю важность самосопереживания. Когда любовь к себе и ощущение собственной ценности сходят на нет, мы позволяем чужому настроению слишком сильно влиять на нас, принимаем все близко к сердцу и становимся жертвами чужих проблем. Самосопереживание не только защищает нас от этого, но и оберегает от наших собственных волнений.

Я часто совершала одну и ту же ошибку: тонула и при этом убеждала себя, что я плыву. Много лет назад, когда после операции на кишечник у нас дома закончилась еда, заботливо приготовленная друзьями, я поползла к плите, чтобы приготовить что-то для семьи. Знаю, что вы подумали. Почему я не попросила помочь? Или почему я не заказала готовую еду? Потому что для этого нужна была хоть капля самосопереживания, которого у меня не было. Намного проще страдать внутри, чем рискнуть и причинить неудобства другим людям или потратить деньги на то, что я могу приготовить намного дешевле. Как я могла научиться самосопереживанию, если я даже не знала о его существовании?

УМЕЕТЕ ЛИ ВЫ СОПЕРЕЖИВАТЬ?

По шкале от одного до десяти баллов оцените, насколько вы сопереживаете окружающим: один – полное отсутствие сопереживания, а десять – суперсопереживание. А теперь оцените свой уровень самосопереживания по той же шкале. Результаты получились одинаковые или разные?

Я хочу признаться. У меня удивительно развиты экстрасенсорные способности… и, чует мое сердце, что если вы женщина, то другим вы сопереживаете больше, чем себе. Я права? Если да, вы попали в хорошую компанию. Исследования показывают, что в среднем женщины значительно больше сопереживают другим людям, чем мужчины, но меньше сопереживают себе. Большое количество женщин считают, что не заслуживают удовлетворения собственных потребностей, и что их ценят за самопожертвование и заботу о потребностях других людей[130]. Это явно результат многовекового общественного устройства и материнской роли, которую женщины выполняют тысячи лет, – мы до сих пор расхлебываем последствия. Однако не все женщины и мужчины таковы.

Если самосопереживанию не учит семья или не подают его пример друзья, откуда оно берется? Ведь никто не предлагает нам сдать экзамен на самосопереживание, без которого не дадут школьный аттестат. Хотя самосопереживание пока не считается критически важным жизненным навыком, оно точно заслуживает этого статуса. В моем случае именно профессиональное любопытство, а не личные поиски, привело меня к изучению самосопереживания как отдельной концепции и метода улучшения психофизического самочувствия.