Вторник, 02:30, Нью-Йорк

В 02:30 утра Тиболт, Фелипе и Николас были готовы ехать в другой клуб, который находился в двух кварталах от нашего, также в районе Метпекинг. В тот вечер на крыше Lux Hotel они тусовались в компании десяти девушек, на всех были высокие каблуки, обтягивающие платья или джинсы скинни, они пили бесплатное шампанское и танцевали. Ребята собрали вокруг себя девушек, у которых после вечеринки еще немного кружилась голова, и они двинули из темного клуба, где мигали прожекторы, в белый лифт с флуоресцентным освещением. В это время из динамиков раздался хит Beyonce «Run the World (Girls)». Музыка играла и внутри лифта, и девушки начали покачиваться в такт музыке и подпевать: «Who run the World? Girls? Girls![105]» К ним присоединился Фелипе, добавив строчки от себя: «Who run the World? Boys? Boys![106]» И все засмеялись.

Я втиснулась на заднее сиденье «Эскалейда» Тиболта, вместе со мной в машине было шесть девушек. Под звуки хип-хоп музыки мы поехали в следующий клуб. Вскоре нас догнал «Эскалейд» Фелипе, из окна которого нам замахало множество худых рук. Девушки кричали. Фелипе ударил по тормозам, чтобы его машина подпрыгнула, это вызвало новый приступ смеха и криков в обеих машинах. Это был обычный вечер вторника в компании Тиболта.

Тиболт и его команда тратили все силы на то, чтобы развлекать большое количество моделей каждый вечер, пять вечеров в неделю, каждую неделю. Они мастерски обеспечивали потребность клуба в большом количестве качественных девушек, и благодаря этому они были по-настоящему успешными промоутерами.

– Люди думают, что нам платят за «головы», ну то есть за количество девушек, но это не так, – говорил Тиболт. – Мы достаточно давно в этом бизнесе. Нам платят за имидж, который мы приносим в клуб. Мы всегда гарантируем определенное количество качественных гостей.

– Количество и качество? – переспросила я.

– Нет. Качественное количество. Мы приводим больше крутых девушек, чем все остальные, и мы не планируем останавливаться. Не то чтобы у нас было какое-то определенное число, которое может нас удовлетворить. Мы хотим больше. Мы всегда хотим больше лучших девушек.

Их гонка за «качественным количеством» была игрой в цифры, в которую они играли еще со времен работы в модной индустрии. Их команда грамотно настроила агрессивную стратегию найма моделей из мира нью-йоркской индустрии моды. Ночью они были исключительно внимательны к каждой девушке и ее нуждам и абсолютно серьезно настроены на то, чтобы каждой было хорошо. В течение дня они точно так же купали моделей в своем внимании. Они выстраивали свое расписание вокруг социальных активностей девушек, поэтому они угощали их обедами и возили на кастинги. Среди них даже было негласное соревнование, победителем которого становился тот, кто вечером приведет либо лучшую модель, либо больше всех девушек. Само соревнование появилось исключительно с целью поддержания веселой обстановки в компании, но между тем, смех смехом, а иногда кому-то из них удавалось привести в клуб сразу пятнадцать красоток.

– Самое важное в нашей работе – привести девушек, – объяснял Фелипе.

У каждого члена команды есть свои сильные стороны. Тиболт хорошо знакомится с новыми людьми и после приглашает их на тусовки. Тиболт и Фелипе во время вечеринок умеют круто развлекать девчонок и танцевать с ними. Фелипе был особенно хорош в поддержании отношений.

– Просто у меня есть невероятные социальные навыки, я умею поддерживать связь с людьми, – говорил он. – А еще я умею дружить с девушками, благодаря чему они возвращаются на наши тусовки.

У Николаса была огромная сеть важных контактов, поэтому он в их команде отвечал за клиентов, которые тратили деньги на бутылки.

Игра продолжалась, даже если кто-то из них лажал, но в таком случае ему делали серьезный выговор: «Ты чего, чувак? Ты спишь, что ли?»

Чтобы достигать цели и приводить «качественное количество» девушек в клубы, они предпочитали общаться с моделями, потому что даже когда девушка выглядела почти как модель, вот это «почти» могло спокойно означать, что она не приживется в группе. Она может начать смущаться, и это уничтожит веселое настроение среди остальных. Еще присутствие такой девушки может быть оскорбительным для моделей, которым может не понравиться то, что в одной с ними компании тусуются «хорошие гражданские». Поэтому Тиболт, Фелипе и Николас строили свою сеть контактов на моделях и на людях, которые имели доступ либо к моделям (например, агенты или бойфренды моделей), либо к тому, что может привлечь моделей (богатые мужчины, которые расплачивались за роскошные ужины, билеты на самолеты и виллы где-нибудь на Сен-Бартсе или в Каннах). Это ставит промоутеров в центр глобальной VIP-сети и вынуждает клубы соглашаться с растущей «зарплатой» промоутеров.

– Они знают, что мы не просто приводим к ним девушек, мы приводим к ним всю тусовку. Они понимают, что без нас они ничто, – хвастался Тиболт.

В то же самое время Тиболт зависел от девушек, потому что они приносили ему престиж и доход. Промоутеры часто говорили мне, что без девушек они ничего не стоят. Так что клубами управляли девушки, а промоутерам надо было придумать, как управлять девушками.

Для Тиболта это была дисциплинированная организация его ежедневной рутины и образа жизни ради достижения главной цели – подружиться с как можно большим количеством красивых девушек. Весь день он и его парни развозили моделей по кастингам, а после, в районе пяти вечера, они занимались обзвоном апартов, где жили модели. В районе девяти вечера они заезжали за девушками и везли их ужинать. В течение ужина они поддерживали беседу, а потом в клубе с полуночи и до поздней ночи они развлекали девушек. В конце концов в районе полчетвертого утра они развозили их по домам. Это был напряженный график, и он требовал огромных физических и эмоциональных усилий, особенно учитывая то, что многие вещи надо было делать очень деликатно, в частности, речь идет про отношения с девушками и богатыми мужчинами.

– Есть столько нюансов, которые не заметны со стороны, так что для достижения успеха обязательно надо быть вовлеченным, – объяснял Тиболт.

Ключом успеха его команды была близость промоутеров к миру моды. Тиболт не утруждал себя прогулками по улицам, хотя, если мимо проходила красивая девушка, он безусловно старался с ней познакомиться. Но в основном он пытался вклиниться максимально глубоко в индустрию моды, поэтому его команда олицетворяла поразительную взаимосвязь между модельным миром и ночной жизнью. Тиболт и его парни знали многое о модельном мире: где и какие кастинги проходили, когда у моделей были пиковые сезоны работы, а также когда в городе иностранные модели. Они знали, когда сотрудники модельных агентов меняли работу и когда у каждого из них были дни рождения. Я встречала моделей, которые рассказывали мне, что нашли работу благодаря Тиболту, потому что он дружил со многими агентами и предлагал им помощь в поиске новых лиц. У них были тесные связи с нью-йоркским бразильским модельным сообществом, потому что с начала 2000-х годов в индустрии появилось большое количество бразильских моделей, и, как следствие, промоутеры часто стали летать в Рио и в Сан-Паулу в компании моделей на неделю моды или на праздники{100}. Иногда на вечеринке две трети девушек были моделями из Бразилии. Один из их конкурентов как-то сказал мне, что Тиболт был настолько профи, что выучил португальский, лишь бы быть еще более эффективным промоутером.

– Да он как будто бы просто впитал в себя португальский, – рассказывала девушка Тиболта, Нина. Она говорит, что он проводил много времени в кругу своих бразильских друзей, поэтому так быстро и выучил язык. Нина предупредила меня, что не стоит верить всем слухам о промоутерах. Но с самым главным слухом о том, что команда Тиболта была лучшей в индустрии, она соглашалась. Наше с ней интервью состоялось в 2012 году, тогда она говорила, что от остальных промоутеров их команду отличал уровень вовлеченности в жизнь девушек, которых они всегда и без исключения описывали как своих «друзей».

Нина была роскошной, очень жизнерадостной и активной двадцатитрехлетней моделью из Хорватии. А еще она невероятно завораживающе танцевала, особенно с Тиболтом. Когда они начинали танцевать, их тела просто не отделялись друг от друга. С Тиболтом Нину познакомила ее подруга в 2009 году, когда та впервые приехала в Нью-Йорк. На Нину сразу же произвело впечатление то, какой дружелюбной была его команда и как внимательны они были к девушкам, как будто все они были старыми добрыми друзьями. Она начала постоянно с ними тусоваться, то были вечера, полные бесконечного веселья, особенно когда она «как сумасшедшая» танцевала с Тиболтом. Он несколько раз пытался поцеловать ее, но каждый раз она отказывалась, потому что не рассматривала его в качестве своего парня в течение целого года. Как-то днем у нее ужасно заболел живот, когда она обедала с подружками в Сохо. Ее подруга догадалась позвонить Тиболту, который тут же примчался и отвез ее к доктору. В итоге он провел целый день, ухаживая за ней, а у нее оказался желудочный грипп. В тот момент она в него влюбилась.

Это было полтора года назад, и с тех пор у них были отношения; за это время они успели побывать в Греции и Испании, на Балканах и Карибах, чтобы познакомиться с семьями друг друга. Иногда между ними случались ссоры, с ревностью, драками и расставаниями. Нине приходилось делить свое время с ним с еще кучей других красивых девушек, а значит, приходилось смотреть, как он с ними флиртует. Большинство вечеров она тусовалась с ним, даже когда у нее не было настроения или когда она не пила, потому что подписала контракт с новым агентством и пыталась сбросить вес. Как-то днем я спросила ее, куда она идет вечером. Она саркастически рассмеялась и спросила:

– А разве у меня есть выбор? – Она имела в виду, что пойдет туда, куда пойдет Тиболт.

И все равно она описывала Тиболта, его команду промоутеров и их сеть моделей как «семью». Они были теми людьми, на которых можно было положиться, если нужна помощь. А еще с ними было очень весело. Благодаря промоутерам она познакомилась с удивительными людьми, летала на частных самолетах в крутые места и даже влюбилась в одного из них.

А еще она принесла парням кучу денег. Она была их другом и невестой Тиболта, а еще – их экономическим активом. Промоутеры занимаются бизнесом, который связан с получением прибыли благодаря девушкам, и лучше всего эту работу можно делать, поддерживая с ними отношения. Но отношения между промоутерами и девушками все равно всегда были слегка напряженными, ведь приходилось балансировать между дружбой и выгодой.

На тот момент Нина не чувствовала никакого напряжения. Когда она услышала, что я буду делать исследование о промоутерах, она крепко обняла Тиболта и сказала: «Видишь, промоутеры могут быть самыми приятными, милыми и удивительными в мире людьми!»

Однако были девушки, которых обижал грубый промоутерский интерес, основанный исключительно на экономических причинах.

– Они же просто клоуны, – говорила мне двадцативосьмилетняя Саша, модель из России, которая с момента приезда в Нью-Йорк в 2006 году проживала в агентской квартире.

Как-то вечером в квартире зазвонил телефон. Это был Тиболт, понятное дело, он не звонил кому-то конкретному, он просто искал моделей. Она сказала ему, чтобы он сюда больше не звонил, и повесила трубку. Он тут же перезвонил и потребовал объяснить, почему она такая грубая.

– Что я тебе сделал? – спросил он.

– Ты не уважаешь мои границы, – ответила Саша. – Это мой дом, я тебя не знаю, так что не надо сюда звонить. – И она снова повесила трубку.

Для таких женщин, как Саша, проблема с промоутерами заключалась в том, что они относились к девушкам как к товару потребления, как к вещи, с помощью которой можно вести торговлю в клубе ради личной выгоды. Это превращало все слова промоутеров о дружбе в лицемерие.

– Если бы мы не выглядели так, как мы выглядим, – говорила Саша, – они бы с нами даже не разговаривали. Они бы даже дверь нам не открыли.

Между преданностью Нины и презрением Саши лежал широкий спектр эмоций и чувств, который побуждает девушек тусоваться за промоутерскими столиками каждый вечер: близость, желание, веселье, чувство причастности, а иногда и чисто материальные причины – бесплатные обеды и ужины. Промоутеры пытались воздействовать на чувства девушек путем построения хороших отношений: это была стратегия, чтобы спрятать свои экономические интересы за личными отношениями. Им приходилось работать на одном поле с укоренившимися культурными разногласиями между сферой чувств, с одной стороны, и рыночными отношениями и коммерческим обменом – с другой[107]. Вы можете заметить примеры «реляционной работы» в совершенно разных контекстах, где люди объединяют деньги и личные отношения: в сексуальной индустрии; в донорстве органов, яйцеклеток и спермы; в уходе за детьми и пожилыми. Как только в воздухе поднимаются моральные вопросы на тему «если» и «что» должно подлежать обмену на рынке, сразу же начинается поиск средств для совершения такого обмена{101}.

Промоутеры сталкиваются с конкретными проблемами, возникающими из-за опасности смешения денег и близости, то есть капитализации своих друзей. Их работа заключается в том, чтобы заработать деньги при помощи девушек, что некоторым напоминает сутенерство. Мужчины вроде Тиболта инвестируют множество денег, времени и энергии для создания и укрепления межличностных отношений с девушками[108]. Получается, что у промоутеров есть две работы: капитализировать ценность девушек и сделать так, чтобы это выглядело и ощущалось так, будто девушки просто тусуются с друзьями.

Тиболт был экспертом в нахождении баланса между дружбой и деньгами, между личными и экономическими выгодами и в том, как он заботился о своих «друзьях». Хороший промоутер, как он, обладал целым набором трюков. От подарков до флирта, а иногда в ход шел даже секс с девушками. Промоутеры делали все, чтобы убедиться, что их отношения с девушками были социально значимыми, то есть чтобы девушки расценивали их как реальные встречи и тусовки с друзьями, а не зарабатывание денег на них. Мужчины не хотели, чтобы девушки считали их брокерами или работодателями, которые просто платят девушкам за работу. Хотя на самом деле промоутеры действительно управляли работой девушек. Они нанимали, вознаграждали, контролировали и дисциплинировали их подобно тому, как менеджер в компании следит за своими подчиненными. И да, это такая мужская форма правления, поэтому так мало было девушек-промоутеров. Пока я занималась своим исследованием, я встретила всего пять таких женщин в Нью-Йорке и, конечно, взяла у них интервью. Промоутеры-мужчины говорили, что женщины просто не созданы для этой работы, но на самом деле женщины просто находились в крайне невыгодном положении из-за своей половой принадлежности. В арсенале инструментов женщин-промоутеров не хватало мужской харизмы и возможности флиртовать с девушками, чтобы побуждать их ходить тусоваться именно с ними. Из-за того, что «реляционная работа» между промоутерами и девушками была так сильно сексуализирована, появился определенный набор правил, которые выполняли мужчины и женщины, чтобы хорошо делать свою работу.

Когда промоутеры делали все правильно, девушки чувствовали себя ближе к ним. Связи между «близкими друзьями» становились крепче со временем благодаря тесному общению во время множества ночей наподобие тех, где Тиболт и Нина гармонично танцевали вместе в окружении множества девушек. Но другие вечера были ужасны. Иногда за столиком не было никакой энергетики, тогда девушки большую часть вечера сидели, держа руки на коленях, а еще бывали вечера, когда Тиболт был уставшим или когда он ссорился с Ниной из-за ее ревности. Иногда это переходило все границы, и тогда некоторые девушки просто уходили. Иногда, когда они пытались уйти, промоутер кричал на них. И когда происходило нечто подобное, сразу очевидным становилась истинная природа их отношений, что приводило к тому, что их «дружба» разрушалась. Слишком просто будет сказать, что промоутеры и клубы использовали девушек ради наживы, тогда мы пропустим важный нюанс о том, как работают эксплуатационные отношения. Если коротко, промоутеры наглядно показывают нам, что эксплуатация работает намного лучше, когда при этом человек себя хорошо чувствует.

Поэтому промоутеры работали над построением отношений с девушками: они водили их на обеды и в кино, возили на кастинги и даже помогали им с переездом, если это было нужно. Тиболт помогал и мне: когда сломалась моя машина, он и Джек подвезли меня на озеро, на Верхний Вест-Сайд. Это был приятный жест. Но после того, как я пару месяцев наблюдала за их работой, я начала смотреть на эти жесты как на часть их работы. В конце концов Тиболт часто повторял: «Все, что ты делаешь, должно приносить пользу твоей работе».