Пока мы ехали в «Волге», Людка, словно ребенок, то и дело тайком от меня приоткрывала сумку, доставала темно-синюю корочку, заглядывала внутрь и бережно закрывала обратно. Она просто не могла насмотреться на свое внезапно обретенное «высшее образование».

Надо признать, свои десять тысяч невидимый умелец отработал сполна. «Липа» оказалась действительно идеальной, неотличимой от оригинала — я успел досконально изучить ее еще там, на лестничной площадке. Плотная гознаковская бумага, правильный рельеф, настоящие, чуть размазанные синие печати. Фамилия, имя и отчество новоиспеченного специалиста-коммерсанта были выведены витиеватым каллиграфическим почерком, настоящей тушью.

И что особенно порадовало — мастер подошел к делу с умом и знанием человеческой психологии. Оценки во вкладыше не пестрели сплошными, режущими глаз «пятерками». Они были грамотно и реалистично разбросаны: от вполне ожидаемых «отлично» по профильным предметам до парочки «удовлетворительно» по какой-нибудь занудной марксистско-ленинской философии. Всё это выглядело максимально органично, правдоподобно и не могло вызвать абсолютно никаких подозрений даже у самого дотошного кадровика.

Степан поймал сияющий взгляд Людки в зеркало заднего вида и добродушно усмехнулся:

— Ну что, поздравляю с успешным окончанием ВУЗа! Некоторые, между прочим, по пять лет за такую корочку в аудиториях горбатятся, гранит науки грызут недосыпая.

— Лохи, — безапелляционно припечатала новоиспеченная «выпускница» всех студентов разом.

— Ну почему сразу лохи⁈ — искренне возмутился Степан, даже слегка сбавив скорость от такой вопиющей несправедливости. — Я вот, например, честно отучился, все экзамены сам сдавал… Да и Олег, вон, тоже…

— Напоминаю, — философски заметил я, не отрывая взгляда от проносящихся за окном улиц. — Я свой институт благополучно бросил. Как раз на третьем курсе. Но у меня совершенно особый случай.

— И какой же это? — с явной иронией поинтересовалась Людка.

Я на секунду задумался. Ну не рассказывать же ей, в самом деле, что в теле двадцатилетнего студента-недоучки сидит прожженный, битый жизнью мужик из далекого будущего, который эту самую жизнь со всеми ее законами и подводными камнями уже вдоль и поперек пропахал?

— Я просто очень умный, — скромно ответил я, но тут же, войдя в раж, поправился: — Нет, не так. Я — гений. Да, всё верно, я гений.

Людка звонко прыснула со смеху.

— Ну да, ну да, — откликнулась она, продолжая посмеиваться. — Гений… Колеса только не изобретай заново, Эйнштейн.

Однако после того, как мы приехали на нашу новую «базу», я смог удивить Людмилу еще больше. Она и так слегка стушевалась, когда Степан высадил нас у массивного здания ДОСААФ. Вся эта монументальная серая махина с суровыми табличками и незримым духом строгой армейской дисциплины откровенно давила на ее психику, привыкшую к более неформальным интерьерам.

— Да заходи, не бойся, не съедят, — приободрил я Люду, видя, как она неуверенно переминается на пороге.

Девушка глубоко вздохнула, словно перед прыжком в холодную воду, и шагнула внутрь просторного холла.

— Привет! — по-свойски поздоровался я со здоровяком-охранником на вахте.

В голове мелькнула забавная мысль: этот угрюмый «страж» тут вообще когда-нибудь сменяется? В какое бы время я ни пришел, он вечно сидит на своем месте, словно намертво врос в стул. Охранник лениво скользнул по нам взглядом, на долю секунды дольше положенного задержался на ладной фигуре моей спутницы, но ничего не сказал. Лишь уважительно кивнул мне, как своему.

Я уверенно провел робеющую девушку за собой по гулкому коридору и еще раз предупредительно распахнул перед ней дверь. На этот раз — в наш кабинет.

Я зашел следом за ней. Однако! Уж не знаю, что там у Сереги с Аленкой намечалось в плане совместного будущего и прочей романтики, но вот рабочая команда из них получилась на редкость слаженная. Они умудрились навести в этом помещении такой порядок, насколько это вообще было возможно без капитального ремонта. Аппарат гудел — ребята уже что-то увлеченно и методично ксерокопировали.

— Привет, народ! — бодро возвестил я с порога. — Знакомьтесь, это Люда!

— Привет, я Сергей. А это Алена, — оторвавшись от бумаг, дружелюбно поздоровался компаньон.

— Вы че, сговорились, что ли⁈ — тут же возмущенно вскинулся сидевший за своим столом Толик. — Сначала один свою телку на работу тянет, потом второй! Эй, у нас тут не ЗАГС вообще-то, мы тут работать собрались!

— Эй! Я тебе не «телка»! — моментально ощетинилась Люда.

— Спокойно, — примирительно поднял я руки. — Люда здесь исключительно по делу.

— Ага, как же. По делу! — скептически фыркнул Толик.

— Не обращай внимания, это Толик, — вполголоса, но так, чтобы все слышали, пояснил я спутнице. — Он злой, потому что у него девушки нет…

— Почему это нет⁈ — Толян густо покраснел от возмущения. — Есть! Просто я свои личные отношения на показ…

— У меня есть подруга, — вдруг перебила его Люда. — Хочешь, познакомлю?

Я мысленно аплодировал ей. Так изящно и виртуозно перехватывать инициативу на лету дано далеко не каждому переговорщику. У Люды определенно врожденный талант!

Толик мгновенно осекся. Весь его праведный рабочий гнев куда-то бесследно испарился, а в глазах появился живой, неподдельный интерес.

— Красивая? — недоверчиво, но с явной надеждой уточнил он.

— Это зависит от твоего поведения, — произнесла Люда с многообещающей улыбкой.

— Как это? — не понял Толян, окончательно сбитый с толку.

— Очень просто. Будешь паинькой — познакомлю с красивой.

Ее удачная шутка разрядила повисшее напряжение. Даже насупленный Толик не выдержал и улыбнулся.

Я помог Люде снять пальто, аккуратно повесил его на вешалку вместе со своей курткой и указал на стул возле моего стола:

— Присаживайся.

— И что будем делать? Я думала, мы сейчас сразу к твоему генералу пойдем.

— Не-не-не, — покачал я головой, садясь за стол. — Такие дела с наскоку не решаются. Мы сначала подготовим твое резюме…

— Ре… что⁈ — споткнулась она о непривычное слово.

— Садись-садись, — успокаивающе махнул я рукой. — В процессе объясню. Если по-простому — это бумажка, где красиво расписано, какой ты ценный и опытный работник. Итак, места твоей предыдущей работы… Родную Тулу мы из твоей блестящей биографии сразу вычеркиваем. Масштаб не тот.

— А что пишем?

— Раз уж диплом мы тебе справили столичный, то и легенду будем строить московскую. Будто ты там училась, а параллельно трудилась, скажем, в крупном торговом доме. Заключала договора, вела переговоры.

Люда задумалась, покрутив пуговицу на манжете:

— Звучит солидно. Но тут нестыковочка вылезает. А чего я тогда вернулась в Тулу, если в Москве у меня всё было замечательно?

Я даже глазом не моргнул:

— У тебя бабушка болеет.

— Бабушка⁈

— Да, — невозмутимо кивнул я, начиная набрасывать на листе хронологию ее выдуманного стажа. — Старенькая, любимая бабушка. Слезодавильные истории всегда безотказно срабатывают. Любой нормальный мужик, тем более военный, проникнется искренним уважением к хорошей девушке, которая бросила столичные перспективы ради ухода за больной родственницей. Это гарантия твоей порядочности в его глазах.

Люда несколько секунд смотрела на меня с нескрываемым изумлением, силясь подобрать слова.

— Олег… ты человек вообще без принципов.

— Они у меня есть, — возразил я, не отрываясь от написания ее новой идеальной жизни. — Просто они очень гибкие. Ну так что, мы тебе дальше легенду будем составлять или продолжим обсуждать мои моральные качества?

— Делаем дальше легенду, — без малейших раздумий сделала свой прагматичный выбор Людка.

— Отлично, продолжаем, — удовлетворенно кивнул я.

Промучились мы с составлением ее новой, безупречной трудовой биографии где-то около часа. Хотя слово «промучились» тут категорически не подходило. Лично я от общения с этой красивой, сообразительной и острой на язык девушкой испытывал исключительно положительные эмоции.

Да и вообще, за этот короткий час Люда играючи очаровала всю нашу небольшую компанию. Природная харизма у девки была просто бешеная! Даже Толик то и дело бросал на нее восхищенные взгляды, напрочь забыв про свою показную суровость. И только Аленка недовольно постреливала в новенькую колючими глазками. Но ее реакция была как раз понятна — сработала женская конкуренция.

Наконец я счел, что «курс молодого коммерсанта» успешно окончен и Люда полностью готова. Я повел ее по длинному коридору ДОСААФ прямо навстречу ее новой судьбе.

— Слушай… — зашептала Люда, догоняя меня. — А откуда ты вообще всё это знаешь? Ну, все эти странные слова: «резюме», «кадровая политика», «личностный рост»? Этому же у нас нигде не учат!

— Я же тебя еще в машине честно предупреждал, — снисходительно усмехнулся я. — Я — гений.

Мы остановились перед массивной, высокой дверью кабинета генерала Зимова. Я поднял руку и уверенно постучал по темному дереву.

— Войдите! — тут же раздался из-за двери густой, властный генеральский бас.

Людка вдруг замерла. Грудь под свитером начала судорожно вздыматься — она часто-часто задышала, словно перед прыжком с парашютом в бездну, пытаясь унять внезапно накатившую панику и настроиться на нужный лад.

— Расслабься, — я ободряюще подмигнул ей и решительно нажал на дверную ручку. — Всё будет путем! Если что, я подскажу, не переживай.

Однако подсказывать мне не пришлось. Люда, едва сев в кресло для посетителей, разительно преобразилась.

В ней мгновенно проснулись и заработали на полную катушку отточенные инстинкты бывшей аферистки. Вся ее неуверенность испарилась без следа. Она феноменально быстро сориентировалась в беседе, безошибочно считав настроение и психотип генерала. На любые, даже самые каверзные или неловкие вопросы Зимова касательно её выдуманного «московского опыта», Люда отвечала уверенно, гладко и с достоинством. А если чувствовала, что ступает на тонкий лед, то с виртуозным изяществом уходила от прямого ответа, незаметно переводя тему в нужное и безопасное для нее русло. Она искусно очаровывала, демонстрировала деловую хватку и при этом умудрялась выглядеть скромной трудягой. Мастер, просто невероятный мастер!

Собеседование продлилось всего минут пятнадцать-двадцать, не более. По его итогу Зимов тепло улыбнулся девушке и попросил Люду выйти, а меня — остаться.

— Это на минутку, — добавил он.

Но как только за Людой тихо закрылась тяжелая дверь, добродушное выражение лица генерала как ветром сдуло. Он буквально набросился на меня:

— Маньков, ты головой думаешь или чем⁈

— Я, если честно, не совсем понял сути ваших претензий, — ответил я, откидываясь на спинку стула.

— Ах, он не понял! — возмутился генерал, всплеснув руками. — У тебя что, глаз нет?

— В смысле?

— В смысле её внешности!

— А что с ней не так?

— Ты мне тут дурачка не разыгрывай! — рявкнул Зимов. — Девка — просто огонь! Но ты пойми, у меня здесь полное здание мужиков. Добрая половина из них — настоящие волчары. И тут ты приводишь в коллектив эту девочку-колокольчик!

— Ну, не такой уж она и колокольчик… — попытался вставить я.

— Да она сущий ангел! — перебил генерал, рубанув воздух ладонью. — Эх, мне бы сейчас годков тридцать скинуть, я бы и сам за ней приударил!

— И тем не менее, — я выдержал его взгляд. — Внешность бывает очень обманчива. Уверяю вас, эта девушка за себя постоять сможет. А что касается ваших мужиков… Юрий Иванович, кто мне недавно говорил, что ему целой дивизией командовать — раз плюнуть?

Генерал так и застыл с открытым ртом, переваривая мой наглый выпад. А потом вдруг искренне, широко улыбнулся.

— Ладно. Подловил.

— Вот именно, — кивнул я, закрепляя успех. — За дисциплину отвечаете лично вы. Я — за юридические и коммерческие вопросы. Вы просили найти классного, пробивного спеца — я его нашел. А то, что этот спец оказался симпатичной молодой девушкой… ну простите, я не консультант по отношениям.

— Ну, не знаю… — Зимов задумчиво потер подбородок, всё еще колеблясь.

— Скажите просто — берете или нет? — пошел я ва-банк. — Поверьте, такая цаца долго без работы сидеть не будет. Оторвут с руками. Нам, считайте, вообще крупно повезло, что у нее бабуля приболела…

— Да типун тебе на язык, Маньков! — возмутился генерал. — Разве ж можно такому радоваться⁈

— И тем не менее — нам повезло! Так что, берем?

Генерал тяжело вздохнул, посмотрел на закрытую дверь, за которой ждала наша аферистка, потом перевел обреченный взгляд на меня.

— Маньков… ты редкая зараза. Ладно, была не была — берем!

Людка прыгала от счастья прямо в коридоре ДОСААФ, напрочь позабыв про свой только что обретенный строгий имидж. Когда я вышел из кабинета, сообщил, что ее официально берут, и озвучил размер стартового оклада — а генерал, надо отдать ему должное, на ценные кадры не поскупился, — девчонка едва не завизжала.

— И это только база, — веско добавил я, дождавшись, пока она немного успокоится. — Плюс я выбил тебе процент с будущих контрактов, когда пойдут реальные сделки. А они обязательно пойдут, я уверен. Так что для масштабирования бизнеса тебе со временем придется расширять команду…

— Что делать⁈ — Людка резко перестала прыгать и округлила глаза.

— Людей подбирать, — пояснил я. — Собеседования проводить, штат формировать.

— То есть я буду… типа начальником? — недоверчиво прошептала она.

— Не «типа», а самым настоящим начальником, — серьезно кивнул я. — Будешь хорошо и с умом работать — станешь большим начальником.

— То есть я… теперь коммерс⁈ — на ее лице медленно расплылась шальная улыбка.

— Серьезный бизнесмен, — поправил я. — А точнее — бизнес-вумен! Привыкай к новому статусу.

— А когда приступать? — тут же по-деловому подобралась новоиспеченная «бизнес-вумен».

— На следующей неделе. Зимов уже распорядился, чтобы тебе подготовили нормальный кабинет. Так что у тебя есть время. Ты давай, все свои хвосты подтягивай, дела завершай… И, Люда, — я посмотрел ей прямо в глаза, включив максимально строгий, почти отцовский тон, — не влезай больше ни в какие неприятности, очень тебя прошу.

— Не влезу, обещаю! — горячо воскликнула она.

Поддавшись порыву захлестнувших чувств, шагнула вперед и повисла на моей шее. В этом жесте было столько неподдельной благодарности, что я на секунду даже растерялся.

— Спасибо тебе, Олег! Огромное спасибо!

Меня почему-то неожиданно сильно зацепили эти искренние, по-детски порывистые и милые обнимашки. Зацепили настолько, что вместо того, чтобы быстро попрощаться и вернуться к своим делам, я предложил проводить ее до такси.

Пока мы шли по гулкому коридору, меня внезапно накрыло! Перед глазами, прямо в воздухе, вспыхнуло и развернулось знакомое полупрозрачное системное сообщение.

[ ИНДЕКС СУДЬБЫ ПЕРЕСЧИТАН ]

Причина: Создание Круга.

Изменение: +10

[ ДНО ] ---------------- [ +105 ] ---------- [ ВЫСШАЯ ЛИГА ]

Да ладно⁈ Я аж шаг сбавил от неожиданности, едва не споткнувшись на ровном месте. Это что еще за аттракцион невиданной щедрости?

Я тут, понимаешь ли, сутками напролет сложные многоходовочки выстраиваю, рисковые схемки мучу одну за другой, бизнес из глубокой ямы спасаю, с бандитами общаюсь — и… ничего! А тут невидимый наблюдатель вдруг решил меня щедро вознаградить просто за помощь Людке? Целых десять баллов махом!

Я еще раз мысленно перечитал строчки. «Создание Круга». Какого еще, к черту, Круга? Сектанты мы теперь, что ли?

Но стоило покрутить эту фразу в голове, как до меня начало медленно, но верно доходить. «Круг» — это не геометрия. Это люди. Мой ближний круг.

Система явно намекала на то, что я перешел на новый этап. Я начал не просто нанимать случайных сотрудников или заводить разовые полезные знакомства, а целенаправленно формировать вокруг себя преданную команду. Костяк. Людей, чьи жизни теперь плотно переплетены с моей и которые, судя по всему, в будущем кардинальным образом повлияют на мою собственную Судьбу.

Я искоса, очень внимательно присмотрелся к идущей рядом Людмиле. Девушка буквально светилась от счастья, чуть ли не вприпрыжку шагая рядом и прижимая к груди сумочку. Неужели она, эта запутавшаяся вчерашняя аферистка, как-то по-особенному влияет на мою судьбу? Если незримая система так высоко оценивает ее интеграцию в мой «Круг», значит, в этой масштабной шахматной партии новоиспеченная «бизнес-вумен» сыграет далеко не последнюю роль.