БАЛТИКА. ОКЕАНОГРАФИЧЕСКОЕ ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКОЕ СУДНО «ПРОФЕССОР ШТОКМАН».
Мы спешно вышли на палубу. В полумиле от нас шумели уже два мотора. Рядом с пограничным шел в нашу сторону достаточно большой, с закрытой рубкой, катер. Добротный такой. Современный вроде, но корпус — деревянный! Практически неплохая яхта, только без паруса.
Торсон выдохнул:
— Палыч!
Уточняю:
— Знакомый?
Кивок.
— Более чем. Почти сосед. Сослуживец бывший, на пенсию года два как ушел. Кинолог. Когда я выходной, мы так же вот, случается, на рыбалку ходим.
Ларс кивнул на приближающийся катер.
Да-да. Рыбачат они в погранзоне. Там рыбнадзора нет, и никто ничего не спросит. Иногда рыбу возят. Иногда не рыбу. Дело житейское.
Кажется, какой-то вчера у нас был катер на горизонте. Согласно доклада штурмана. До того, как туман наплыл. В суете никто и не вспомнил.
Хмыкаю.
— Угу. Кинолог от слова кино. Как и все мы сейчас. И как вашего кинолога сюда занесло?
Тор пожал плечами.
— Откуда мне знать. Вчера он, вроде, был на горизонте. Но, куда потом делся — не могу знать.
Ну, это-то мы скоро проясним. Тут вопрос иной.
— Ларс, иди встречай. Узнай главное, мы вернулись назад или он с нами провалился в IX век?
Кивок.
— Добро, товарищ капитан.
Катера встали под борт. Один за другим. Бросили швартовы. Трап.
Старший мичман Серков крикнул с рыбака:
— Врача! У нас раненные!
Сайбулов уже с тревожным чемоданчиком у трапа стоит. Успел забежать в медпункт пока мы гостей поджидали.
Торсон уже у своих. Да, что-то подсказывает мне, что не радушная тут встреча была.
Наш судовой врач ныряет в рубку катера за ним, но секунд через пятнадцать кричит наверх:
— Есть тяжёлый! Нужно в операционную! Носилки!
Мои палубные было собирались бежать, но погранцы достали переноску со своего катера. Нашим досталось только окровавленное тело, с торчащей в нём стрелой, тягать. Петр Маратович руководил спасательной операцией. Доктор у нас хороший. Службу знает.
Сквозь зубы выдыхаю воздух. Стрела. Вряд ли спортивная. И вряд ли выстрел был случайным. Ещё пару стрел торчало из палубы и из корпуса. Что-то подсказывает мне, что на улице всё так же девятый век.
М-да. Только-только понадеялся.
Раненного осторожно подняли на борт. Мужчина лет сорока пяти. Я успел оценить мельком, но, плохо вошла стрела. Вынимать из тела её не стали, что разумно, иначе раненный бы изошёл кровью. Но, и, так, всё довольно кисло.
Потерпевшего быстро унесли в судовой госпиталь, с ним и нашим врачом ушла девица лет шестнадцати. А затем на палубу поднялся неизвестный мне мужчина, с перемотанной бинтом рукой. И паренёк лет двенадцати. Пацан был бел как мел, придерживал раненого и что-то шептал. Насколько я мог понять — молитвы. Неустанно. За ними поднялся и сам Торсон.
Что ж, вот у нас и пополнение. Вряд ли они теперь смогут без нас. Впрочем, стрелы в рыбаках были знаком, были доказательством того, что без нас им просто крышка. И они должны это понимать, как мне кажется.
Краем глаза смотрю, как Новина забирает у Ольги Преслану. Изумления, или ужаса в глазах женщин нет. Ольга врач, окончила в Питере медико-биологический. Снайперше тоже к крови не привыкать. А уж ободритке…
А второй-то мужик хоть и держится, но совсем плох.
— Сурин, помоги парню нашего гостя в Медпункт отвести.
Стоящий рядом матрос отстраняет парня.
— Дядя, капитан, можно мне с отцом… — умоляюще просит малой.
— Конечно иди, как зовут-то тебя? —
— Лев я. Аржаев.
— Я их провожу? — прерывает наш разговор Торсон.
Киваю в ответ.
— Что там случилось проясни и возвращайся. Сайбулову ни ты, ни я, в его деле не помощники.
— Хорошо. Можем идти? — спрашивает прижимающий к себе пацана Ларс.
— Идите.
Лев с старшим лейтенантом устремляются вслед за Сурниным и отцом ребенка.
* * *
ЛАРС ТОРСОН.
БАЛТИКА. ОКЕАНОГРАФИЧЕСКОЕ ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКОЕ СУДНО «ПРОФЕССОР ШТОКМАН». СУДОВОЙ ГОСПИТАЛЬ.
Вот же… И не выругаешься. Лёвка рядом. Догоняем с ним матроса. Аккуратно пристраиваюсь по другую сторону от Аржавина старшего. Дмитрий ноет. «Моя» стороны у него ранена.
— Ларс, ты? — фокусирует он взгляд.
— Я, Палыч, потерпи. Тут один пролёт.
— Справлюсь, — с напряжением выдыхает друг фразу.
Киваю Лёвке наверх. Тот быстро взлетает по трапу. Мы же с матросом (не знаю его имени, никто на «Штокмоне» мне экипаж не представлял) придерживали раненого. Он сверху, а я поддерживаю со спины, на вытянутых руках, медленно преодолеваем десять крутых ступеней.
Лазарет буквально в шагах в пятнадцати. Пацан уже там. Вводим старшего Аржавина. Шурин его уже там. Здешний врач, Сайбулов кажется, уже даже аппарат к нему какой-то подключил. Дашка уже во всём помогает.
— Здравствуйте, что-кто тут у нас? — спрашивает набирающая что-то в шприц медсестра.
— Аржавин, Дмитрий Павлович, сорок семь лет, — говорю я медичке-мичману, — ранение в руку.
Та кивает. Делает укол лежащему. Выбрасывает одноразовый шприц в кювету и только потом к нам оборачивается.
— Как Антон? — спрашивает Дмитрий.
— Боремся, — неопределённо говорит подошедшая к нам фельдшерица, — А что вас?
Аржавин кивает головой на рану.
— Ранен в руку. Мы утром вдоль берега пошли, а тут они с лодок нас обстреляли. Антона сразу прошило. А я катер повернул и в руку попала. Стрела. Дочь рану обработала и зашила, а вот у Антона…
— Знаем уже, — прерывает его мичман, — показывайте.
Помогаю Палычу скинуть рубашку. Матрос уже покинул нас. Его дело сделано. А вот мы с Левкой ещё в госпитале обретаемся.
— А недурно, кстати, — отмечает медичка, — рана защита хорошо.
— Так он сам зоотехник и Дарья на зубного техника обучается, — поясняю я за товарища.
— Спасибо лейтенант, думаю мы дальше сами справимся.
— Ларс, Ларс, там берега знакомого нет, ни домов, ни наших. Никого. Посёлка нет. Как и не было. Следы стоянки какой-то. И всё. — почти шепчет Антон, — Кургальского полуострова вообще нет, всё затоплено.
— Идите уже, лейтенант, пришлите сюда кого-то с камбуза, — твёрдо прерывает наш разговор фельдшерица, — дети вроде в норме, но, голодные. Займитесь лучше ими. Мы тут как-то сами.
Отдаю ей честь и порываюсь уходить.
— Дядя Ларс, — всхлипывает впервые за сегодня Лёвка, — вы вернётесь?
— Конечно Лёва, вернусь, ты тут пока за сестрой и папкой посмотри, — подбадриваю я Лёвку.
Досталось им вчера. И Антону, и Палычу, и Даше с Лёвкой. Вот же жизнь! Меня там самого жена с дочкой ждут, а я не знамо где. Точнее, когда. Для них. И вернёмся ли?
* * *
БАЛТИКА. ОКЕАНОГРАФИЧЕСКОЕ ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКОЕ СУДНО «ПРОФЕССОР ШТОКМАН». КАЮТ-КОМПАНИЯ.
Война войной… А у меня уже желудок слипается. Мне, конечно, как и всем, интересно что за новости с рыбаками приплыли, но, порядок есть порядок, командир не может быть везде и заниматься всем, а, в данном случае, это обязанности врача. А капитан Сайбулов с мичманом Виригиной лучше меня с ними справляются. Намного лучше. У меня же свой уровень ответственности.
Что тут у нас? Харчо, макароны по-флотски и курники. Вид и запах последних я ещё на мостике оценил. Время не ждёт. Ем, как и все вокруг молча.
Появился Ларс. Я ему кивнул на свободное место рядом с собой.
Вполголоса спрашиваю:
— Что выяснил?
Тот чешет щёку. Не по Уставу, но не до него сейчас.
— Капитан, похоже, что мы всё-таки в ж… в IX веке. Они были на берегу. Тем ничего нет. Просто прибрежная отмель и пляж. Ни построек, ни чего-то иного. Вместо посёлка просто остатки стоянки. То ли туристов, но их как-то сильно много явно было, то ли каких-то местных. Но, посёлка нет. Как будто и не было никогда. Никаких следов. И берег не такой. Ничего похожего. А уж для Палыча эти места родные.
Оглаживаю задумчиво бороду.
— Так, значит. Интересно. Интересно… Что потерпевшие?
— Детей накормили и разместили. Палыч ранен по касательной. Обкололи и всё такое. Выдюжит. Даша отцу ещё вчера рану зашила. А вот брат его плох. Медицина не даёт прогнозов. Бьются. Но, они же не клиника.
Тру переносицу. Да, мы не клиника. И если это девятый век, то мы попали. Не бывает чудес.
Возникает Аннушка с подносом, но Ларс отказывается. Она перед нами компот ставит и мою чистую уже посуду уносит.
— Сам что же, не будешь есть?
— Что-то ничего в рот не лезет.
Понятно. Стресс. Что ж. Тело у лейтенанта погранслужбы молодое — перекусит позже. Не помрёт.
Киваю. Мол, принято. Глотаю компот в два глотка. Косточек, как я и люблю, в нём нет.
Пора продолжить заседание «клуба знатоков». Только, крошки со столов перед тем убрать и Ларсу на своё место «в зале» перебраться.
— Товарищи офицеры. Через пять минут мы продолжаем.
* * *
БАЛТИКА. ОКЕАНОГРАФИЧЕСКОЕ ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКОЕ СУДНО «ПРОФЕССОР ШТОКМАН». КАЮТ-КОМПАНИЯ.
Курильщики подтянулись с палубы. Я пробежал глазами оперативные данные. Ничего нового. Точка та же. Погода тоже. Только солнце всё ближе к закату.
Что ж. Продолжим наше кино, прости Господи.
— Товарищи офицеры. Слово для оперативной информации предоставляется старшему лейтенанту Торсону.
Ларс чётко, рубленными фразами, информирует присутствующих о наших найдёнышах и об информации полученной от них. Новость ложится в канву того, что все и так понимают. На улице не XXI век.
Упоротые могут и дальше верить в плоскую Землю, но объективный контроль противоречит этому утверждению. Уверен, что будь у нас спутники, мы бы на месте европейской части России, да и всей Европы, не зафиксировали бы ни одного огонька, который можно было бы рассмотреть из космоса. Разве что огни лесных пожаров и вулканы. Да последние скорее и не в Европе. Весь мир сейчас в беспросветном Средневековье. Самом его начале.
Дал слово научникам. Слово за слово. Бергман в ударе. Много слов, за которыми он пытается скрыть свою растерянность.
Конкретные вопросы. Неопределённые пафосные ответы. Честь (догма) Науки против объективных данных. Как заявил Лавуазье в отчёте Парижской Академии наук в 1772 году: «В небе нет камней, поэтому камни не могут падать с неба».
Вновь беру слово.
— Товарищи. Пока не доказано обратное, во имя безопасности и спасения, исходим из худшего сценария — на улице IX век. Даст Бог и это не так — мы посмеёмся. Но, если это так, недооценка обернётся для нас гибелью. Минимум кровью. Лейтенант рассказал, да вы все и сами видели или слышали о подобранных сегодня. Один ранен стрелой. Другому стрелой пробило лёгкое. Наши врачи борются за его жизнь. Сейчас не время спорить о науке. Ситуация чрезвычайная. Мы продолжаем наше совещание, но, подумайте над тем, что я сказал. К концу совета мы вернёмся к этому вопросу. Продолжим опрос о положении в коллективах и предложений по действия по возрастанию званий.
Мнутся. В каюте полно капитан-лейтенантов.
— Что у нас в машинном отделении, Мурат Саярович? — передаю слово главному механику. Он «штокмановский». В военном флоте не служил. Капитан запаса. Желдорвойска, кажется…
Тот докладывает. Не особо содержательно. Мол, работаем, бдим и прочее. Машины на ходу, люди в непонимании. Мыслей что делать нет кроме как выполнять Устав службы на морских судах.
Остальные не сильно лучше. Вроде все при деле и на своих местах. Но, нужно провести ревизию, учёт-переучёт, оценить и углубить…
Командир «Росгвардейцев» сказал, что у них приказ в Кронштадт нас вести. Нахлебаемся мы ещё.
Что ж, на то я и капитан, чтобы мне решать. Попросил старпома достать особый конверт. Просмотрел текст сам. Подозвал командиров погранцов, морпехов и Росгвардии подойти и лично прочитать. Потом приказал остаться после совещания. Взяли под козырёк, полномочия им теперь мои ясны, а подпись там — выше некуда.
Именем Председателя совета Национальной Безопасности объявил на корабле Чрезвычайное положение. Принял командование над «Сводной тактической группой» кораблей, отозвал имеющихся гражданских из запаса. Приказал всех готовить краткий отчет о наличествующем в их подразделениях и готовить экипажи вечернему собранию, точнее построению. Пафоса не стал разводить. Приберёг до вечера. Мне сейчас то что бы все ситуацию прочувствовали и просто приняли важно.
Думал ещё научников оставить расспросить. Наверняка же случившееся с их оборудованием связано. Но, отложил до «после построения». Сейчас надо с командирами боевых подразделений порядок установить. То, что они козырнули и не возражали не гарантирует, что, спустившись на свои корабли, они не примут самостоятельные решения. Я им никто.
Зря на воду дул. Моё руководство приняли без возражений. Каждый о своём оснащении и вооружении доложился. Оснащены мои сателлиты хорошо. Для малых судов. Да и морпехов и на «Штокмане» кое-что есть. Тех же автоматов у нас итого двадцать. Вроде и не так мало. У меня в оружейке четыре АК под патрон 7.62. Патронов к ним два ящика. Надеюсь полных. На новые АК приданных мне подразделений патроны 5.45. Таких почти 18 тысяч. Много это или мало? Смотря как стрелять. На хороший бой может и не хватить. В магазине от силы 30 патронов, реально меньше. Если дать очередь по толпе викингов, то магазин опустеет за несколько секунд. А времени выцеливать каждого может и не быть. Отмахаться бы. И кто его знает с кем ещё придётся воевать? А ведь точно придется!
Тех же кочевников мы, может, очередью и сможем распугать. Да и то, если уже не идут на нас лавой. А те же викинги в бою не слишком-то боятся звуков выстрелов. Хоть из автоматов, хоть из крупняка. Даже, когда пули из КПВТ убедительно разносят мозги соседа по всей округе. Берсерки от крови, говорят, только злее идут в атаку.
У офицеров ещё пистолеты у всех. «Грачи». У меня ещё «Глок-17» личный в сейфе. Да охотничья «Сайга». И «Merkel 203» вертикалка. У Михалыча вроде ИЖ-27 имеется. Но, сколько к ней патронов — бог весть. Я тоже не сказать чтобы ими богатый. У снайперов моих ещё СВД и «Винторез» имеются. Ну и «Иглы» с гранатомётами, по две единицы на каждый корабль, включая и «Штокмана».
С таким арсеналом если не Орду, то «псов рыцарей» уж точно можно остановить. Можем выступить МОЩНО! Но, один раз. Последний. Потом всем нашим вооружением только орехи колотить. А вот на тех же мечах и топорах мы бьемся неважно. Совсем неважно.
Здесь же, сплошь рукопашный бой. Местные нам нужны. Цивилизованные товарищи из XXI века, в большинстве, предпочитают на пулемёты не ходить. Всё больше кабинет и операторы дронов. Хотя, может я и ошибаюсь. Но те, что сидят сейчас со мной к такому не склоны. Выяснил уже что у каждого второго из моих силовиков штурмовой опыт имеется. Но, не с дрекольем же и кортиками «на щиты» ходить. Учиться надо воевать согласно времени. Наши ништяки иначе очеь быстро кончатся с прискорбием для нас.
Не прорвёмся мы без местных. Точнее прорвёмся, но долго не продержимся.
* * *
БАЛТИКА. ОКЕАНОГРАФИЧЕСКОЕ ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКОЕ СУДНО «ПРОФЕССОР ШТОКМАН». КАЮТ-КОМПАНИЯ.
Как я отпустил командиров, ко мне Фадва подошел. Голова! Мысль у него хорошая созрела. Откладывать исполнения не стал. Вызвал всех предложенных Лазарем к себе в каюту. Впрочем Ларса я в лазарете нашел. Своим он распоряжения уже дал после совещания. Так что успели переговорить. Потом Ольга зашла. А потом уже и за гостьей нашей послали.
Мы сидим вчетвером. Три божества и княжна. Воспринимает ли она нас в качестве Богов? Поди знай. Эмоции она прятать не умеет, но они у неё тоже из девятого века.
— Преслана, завтра берег.
Ларс переводит ей мои слова. Она кивает.
— Лана, я могу к тебе так обращаться?
Перевод. Кивок.
— Так вот, Лана, мы не собираемся твоих соплеменников держать в неволе. Нам они не нужны в качестве нахлебников. Держать взаперти тебя мы тоже больше не будем. Ты свободна и вольна поступать, как считаешь нужным. Утром сможешь сойти на берег и тебе никто не будет чинить препятствий. Можешь со своими людьми взять обратно ваш драккар и плыть, куда пожелаете. Ты плыла выходить замуж, не так ли?
Торсон переводит.
Кивок.
Мягко продолжаю:
— Можешь продолжить свой путь, если пожелаешь.
Какая-то растерянность в глазах. Ларс переводит:
— Вы меня изгоняете с Ладьи Богов? Я недостойна?
Качаю головой.
— Ты вольна остаться. Мы просто даём тебе возможность выбрать свою судьбу. Останешься — у тебя больше не будет стражи. Сойдёшь со своими в драккар или на берег — мы просто уйдём дальше. Вы — вольные смертные люди и можете делать всё, что только пожелаете. Преслана, мы тебе не враги. Ты нам очень нравишься. Но, это твой выбор. Завтра сообщи нам о своём решении.
* * *
БАЛТИКА. ОКЕАНОГРАФИЧЕСКОЕ ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКОЕ СУДНО «ПРОФЕССОР ШТОКМАН». ВЕРХНЯЯ ПАЛУБА.
Голос Фригс-Ланы из Рерика громко несся над волнами. Внизу на палубе столпились её соотечественники и смотрели на свою княжну снизу-вверх. Они уже слегка пообвыклись и не слишком пугались очень громкого голоса Пресланы, которая вещала им почти с неба — с мостика «Профессора Штокмана». Лана тем более освоилась, часто видя чудеса Богов вблизи. Мы стояли не рядом с ней. Чуть в стороне, всем своим видом выражая божественное спокойствие.
Мы — это я, Ольга и Ларс. Один, Фрейя и Тор.
Торсон негромко пытался переводить нам, то, что вещала Преслана.
— Мы напали на Ладьи Богов… Один разгневался… Молот Тора разбил часть драккаров… Боги могли отвернуться от нас… Но, они подобрали нас… На Ладью Богов… Многие мечтают попасть в Валгаллу… Мы ближе всего к ней… Кто не хочет в Валгаллу, на берегу будет отпущен… Тот недостоин Валгаллы… Кто желает, тот может присоединиться к войску Богов… Добровольно… Среди присоединившихся рабов не будет… Будет слава и добыча… И Валгалла…
А девочка не глупа. Впрочем, кто бы сомневался. Не зря ей позволили прогуляться по мостику, рубке, некоторым лабораториям. Ну, как «прогуляться». Конечно, всюду её водила Ольга-Фрея в сопровождении Ларса-Тора и Новиной. Лана всё равно ничего не поняла, но впечатление на неё было просто ошеломляющим! Сама Фрейя ввела её в Мир Богов! Сам Тор переводил ей язык Богов! Ну, и в таком духе. Так что удивляться её оптимизму насчёт сотрудничества с администрацией колонии не приходилось.
Насчёт того, что рабов не будет, я не уверен. Хотя рабство — это не очень эффективная экономическая система, особенно посреди леса. На охрану потратишь больше ресурсов, чем получишь пользы от рабов. Ладно, может я пока не слишком понимаю принцип. Как-то не приходилось в жизни моей быть рабовладельцем. Посмотрим. Рабство было эффективным в Древнем Риме и в Америке, но, говорят, даже пирамиды Египта строили вольнонаёмные, рассчитывая не только заработать деньги и питание, но и получить шанс попасть на небо, если фараон замолвит там Богам своё словечко за них.
Примерно то же самое сейчас вколачивала в головы своих соплеменников Фригс-Лана из Рерика. Покоритесь Богам. Служите им. Ждёт вас гарантированная Валгалла.
Конечно, мы беседовали с ней. Что характерно, она ничуть не раболепствовала перед нами. Была полна восторга — это да. Но, не лебезила. Вообще, для скандинавов и жителей Дании и прочей Балтии в эти времена, общение с богами не было чем-то непредставимым. Мы для Ланы были проекцией истинных Богов, которые воплотились в плоть людей, дабы иметь возможность сойти с Небес на Землю. В сагах викингов с богами пировали, воевали (за них или против), даже убивали их плотскую оболочку, но самого Бога убить было невозможно. И Он отомстит.
К моему удивлению, на Лану не произвело впечатление, что на шее у Фреи, помимо янтарного ожерелья, на веревочке пуля (выдал по совету Ларса свою трофейную) висит и цепочка с православным крестиком. «Распятье» рядом и «стрела Фрейи». Думал, что начнётся когнитивный диссонанс. Нет, ничего такого не произошло. Девятый век. Немало скандинавов, особенно тех, кто ходил в дальние походы, принимали христианство. Привлечь покровительство ещё одного Бога было логичным и нормальным. А то, что сама Фрейя (нательных крестиков у меня и у Ларса не было видно под кителем) носит символ Христа рядом с топориком, лишь подтверждало, что это правильно, а Боги уважают друг друга и даруют друг другу силы. Ну, я не теолог, описал ситуацию, как понял. Может это и не так. В общем, факт — крестик на шее Фрейи Лану не смутил. Ну, и хорошо. А то тут ещё проблем нам не хватает.
Лана умничка — всё поняла и организовала своих за час. После этого вече (или тинга) будет ещё построение нашего экипажа. Не уверен, что наше собрание будет столь же воодушевляющим.
Меж тем, Фригс-Лана из Рерика продолжала агитацию и пропаганду. Ей внимали.
Вообще, Преслану целой эскадрой везли выдавать замуж куда-то в земли, которые потом станут Русью. За кого точно, я так и не понял, мы и с Рюриком не сразу разобрались. Имена тут иные и звучат иначе, чем в летописях и иной раз трудно понять кто на ком стоял. Но, кто-то, явно сильно уважаемый, что отец Ланы решил отдать дочь замуж куда-то за Море, претендовал на руку нашей Ланы. И целые драккары приданного. Где они, кстати? А Бог знает. Может потопли. Может ушли. Факт тот, что они были, как уверяет и сама Преслана, и опрошенные её люди. Куда делся ярл? Вопрос. Может утоп в ходе боя, а, может, и нет. Поди знай. Всё было покрыто туманом войны. Буквально.
Выйдет ли теперь замуж княжна Фригс-Лана из Рерика? Наверняка. Но, не факт, что за того князя. Или не за того князя. Посмотрим. Осмотримся. С отцом её спишемся. Делегациями обменяемся. Нам нужны союзники. А девочка точно не пропадёт. И никто её не обидит.
Я обещаю.
* * *
ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ АВТОРСКИЕ:
ЦИКЛ «ПЁТР ТРЕТИЙ» — https://author.today/work/403640
СЕРИЮ «МИРЫ НОВОГО МИХАИЛА» — https://author.today/work/1
ЦИКЛ «СВЕТЛЕЙШИЙ» — https://author.today/work/329568
РОМАН «ЭРА ВЕЧНОСТИ. ГРААЛЬ» — https://author.today/work/310989