Когда люди занимаются самодиагностикой, они часто обращаются к идеям нейроразообразия и нейроотличности. Эта концепция – не медицинская, а скорее философская. Она говорит о том, что аутизм – это не болезнь, не дефект, а просто другой способ устройства мозга и восприятия мира. Многим именно такой подход кажется более комфортным и близким, потому что не предполагает исправления или лечения, а только утверждает признание и учитывание собственных особенностей.
Интересно, что противники взгляда на аутизм как на болезнь могут употреблять термин «инвалидность» в контексте аутичности. Инвалидность традиционно ассоциируется с медицинской сферой, но они отталкиваются от так называемой социальной модели инвалидности.
Социальная модель инвалидности утверждает: если у аутичного человека имеются сложности, мешающие полноценно жить на базовом уровне (приводящие к инвалидности), их нужно считать не медицинскими отклонениями, а следствием того, что общество и окружающая среда не приспособлены к аутичным людям. Не надо пытаться исправить человека – нужно ликвидировать социальные барьеры, приносящие ему страдания. Например, предлагать голосовых помощников для неговорящих аутичных людей или внедрять просвещение в школах, чтобы аутичные дети не подвергались травле со стороны одноклассников.
Сюда же относится следующая мысль: среда определяет то, в каком свете мы воспринимаем ту или иную человеческую особенность. Так, при аутизме бывают сенсорные перегрузки, когда, например, свет кажется слишком ярким, а звуки – излишне громкими. Порой это настолько невыносимо по ощущениям, что на какое-то время человек перестает ориентироваться в пространстве, теряет способность говорить, начинает плакать (это лишь возможные примеры). И это может восприниматься как признак нарушений, ведь другие люди как-то живут без перегрузок. Но здесь есть важный нюанс: многие аутичные люди, которые испытывают такую мучительную сенсорную перегруженность в городе, замечают, что стоит им уехать в более тихое место, например в деревню или на природу, как состояние сразу значительно улучшается. Вдали от мегаполиса, там, где меньше шума, там, где не мелькает яркая реклама, не гудит постоянно транспорт и нет толп людей, мозг не получает слишком много раздражителей одновременно. Соответственно, перегрузок становится меньше и человек чувствует себя намного комфортнее.
Поэтому активисты задаются вопросом: может, проблема вовсе не в аутизме, а в городской среде, которая создает слишком травмирующие условия и усиливает дискомфорт? Возможно, если бы среда была организована иначе, аутичные особенности воспринимались бы не как недостаток, а просто как другой способ взаимодействия с окружающим миром.