События происходят так быстро, что я за ними не успеваю.

Моргаю, и вот я уже из кухни перемещаюсь в машину Максима.

Смутно припоминаю, что, пока я находилась в шоке, мужчина схватил меня за руку и чуть ли не силой вытащил из квартиры. На более или менее внятный вопрос, который мне удалось из себя выдавить, ответил, что все расскажет по дороге.

И вот уже прошло минут пятнадцать или даже больше с начала нашей поездки, а я все так же сижу на месте и жду… чего? Второго пришествия?

Максиму, стоило нам оказаться в салоне его автомобиля, тут же позвонили, и он ответил на звонок. И теперь ведет машину, параллельно разговаривая по телефону. Похоже, на работе что-то случилось, судя по напряженному телу мужчины и его строгому властному тону, из-за которого у меня по телу проносится тонна мурашек. Прерывать Максима как-то неудобно, ведь, кажется, у него что-то важное происходит. Остается только сверлить его недовольным взглядом и ждать, когда он закончит.

Вот только отделаться от вопросов по типу «Что, черт побери, происходит?» не получается.

Я уже мысленно выстроила всевозможные теории заговора: «Максим со своей бывшей невестой помирились» или «Максим не может мне помочь, поэтому заставляет пойти на поводу у Карины». Не знаю, что лучше на самом деле. Но ни одна из теорий не вызывает удовлетворения, только затягивает меня все глубже в гнетущее состояние.

С каждой секундой поездки я начинаю нервничать все сильнее. Попробовать успокоиться – непосильная для меня задача. Мышцы натягиваются словно тетива, нервы зудят, кончики пальцев покалывают. Тру их, чтобы хоть немного уменьшить тревогу, которая мурашками распространяется по телу, заставляя меня ерзать на сиденье. Вот только такая мелочь почти не помогает вернуть мне самообладание. Усугубляет ситуацию еще и то, что я понятия не имею, куда мы едем, – быстрые взгляды, которые я бросаю в лобовое стекло, никак не помогают мне разобраться с тем, в какое именно место мы держим путь. Кажется, еще немного – и я взорвусь, наплевав на важный телефонный разговор мужчины. И, похоже, Максим чувствует, что я нахожусь на грани, потому что быстро раздает указания своим подчиненным, прежде чем сбросить трубку и бросить телефон на колени.

– Как все не вовремя, – устало вздыхает и трет лицо, при этом не сводя внимательного взгляда с дороги.

– Что происходит? – выпаливаю быстрее, чем успеваю себя остановить или даже нормально подумать о чем-то.

– Да клиент, похоже, с ума сошел. Решил, что мои ребята – прислуга и должны убирать за ним грязное белье, – Максим спокойно делится со мной подробностями происшествия, будто бы речь идет о чем-то личном, а не о его работе, которая, без сомнений, является конфиденциальной. – Как только я до него доберусь… – предупреждающе рычит, из-за чего у меня на затылке волосы встают дыбом.

Хорошо, что мужчина не договаривает, что сделает с перешедшим границы клиентом. Я уж точно не хочу быть соучастницей.

Мне, конечно, льстит, что Максим делится со мной подробностями своей работы, – со стороны это выглядит, будто он не считает меня чужим человеком, хотя мы знакомы всего пару дней. Вот только я-то спрашивала о другом. И мое любопытство не удовлетворено, да и тревожность возрастает с каждой секундой.

– Куда мы едем? – решаю переформулировать вопрос. – Ты мне обещал по дороге все рассказать…

Максим бросает короткий взгляд в мою сторону, после чего трет шею, видимо, замечая, насколько я взвинчена.

– Да прости. Просто иногда все так неожиданно наваливается… – качает головой. – Ну вообще, – он паркуется у главного входа в многоэтажное здание с панорамными окнами, от которых отражаются солнечные лучи, распространяя их вокруг. Один луч попадает мне в глаз, из-за чего приходится сощуриться. Но внимательного взгляда от Максима я все равно не отвожу. Тем более мужчина, выключив двигатель, тоже поворачивает голову ко мне. – Мы приехали, – легкая улыбка касается его губ, из-за чего мое сердце екает.

Но я не позволяю себе сконцентрироваться на необычных ощущениях. Сейчас есть куда более важный вопрос, который стоит выяснить.

– И куда же? – начинаю заводиться. Мне так надоела недосказанность, сил нет.

– Ко мне в офис, – Максим словно не замечает, что я уже вовсю злюсь. – Аня, послушай, – кладет руку на мое колено, едва ощутимо сжимает его, словно хочет передать мне часть своей силы. – Что бы сейчас ни случилось, главное – доверяй мне, хорошо? – выгибает бровь, ждет моего ответа. Неуверенный кивок – это все, что мне удается из себя выдавить. – Вот и отлично, – похлопывает меня по бедру. – А сейчас пошли, – нехотя отпускает мою ногу, отстегивает ремень безопасности. – Нас уже ждут.

– Кто? – не двигаюсь.

Плохое предчувствие словно приковывает меня к сиденью.

«Что-то здесь не так», – кричит мое подсознание.

И оно оказывается право, потому что Максим на секунду замирает, прежде чем огорошить меня окончательно:

– С Кариной.