Сон максимально странный. Будто я… Я… Чем я занимаюсь?

— Господин, н-не надо! Умоляю в-вас, остановитесь!

Чёрт. Сосредоточиться и вспомнить события по порядку не выходит. Что-то мешает, заполняет мысли туманом. Похожее чувствую, пытаясь вспомнить забытое слово. Звуки, ощущения и образы то ускользают, то наоборот, захлестывают настолько огромной волной, что разобрать ничего не выходит.

Сон в одно целое собираться не желает, зато я отлично помню события, происходившие до сна.

После подмены Швырг Ханом восприятия матери, выскочил во двор, где в полукоматозе дождался вызванного отцом такси, держа замороженные полуфабрикаты в руках. Как забрал их из холодильника, не помню. В такси чуть не заснул, так меня вымотал день, вдобавок призрак влиял на сознание, нагоняя усталость, но это сейчас понимаю, постфактум.

Квартира отца удивила настолько, что эмоция пробилась даже сквозь пелену сонного отупения.

По обеим сторонам прихожей на вешалках висели боевые костюмы. Разных цветов и тканей, разной степени защищённости. От лёгких, не мешающих движениям, с защитными пластинами на руках, ногах, груди и спине, до тяжёлых, где из-за защитных пластин ткани на виду практически не осталось. И если лёгкие висели один на другом, то пара самых монументальных заняла отдельные вешалки, длинные крючки которых держали костюмы за подмышки.

Слева ванная, совмещённая с уборной. Тут всё типично, за исключением системной сумки с надписью "химикаты". Лезть внутрь и мысли не возникло: не мои вещи.

Дверь в конце прихожей вела на кухню. Здесь небрежности было на порядок больше. Нет, никакой грязной посуды в раковине. Просто два больших и, вероятно, дорогих холодильника стоят у стены, и с них даже не убрали защитную плёнку. Так же у другой стены стоит газовая плита с духовкой. Посреди кухни — стол, у окна — кровать. Реально. Кровать, кстати, заправлена. Несмотря на неуместность некоторых вещей, вроде той же кровати или статуи какого-то огра на подоконнике, везде было чисто.

Кинув пачки с манду на стол, проинспектировал холодильник, обнаружив в одном алкоголь и закуску в виде салатиков, а в другом — запасы мяса и полуфабрикатов. Заглядывать в холодильники совесть почему-то не запрещала.

Дверь справа вела в короткий коридорчик с выходом в две комнаты. Зайдя в одну, попал… Не знаю. Выглядела она как нечто между музеем и магазином подземелья. Насколько небрежно обставлена кухня, настолько любовно спланирована эта комната. На стойках покоилось оружие (слово "лежало" не покажет того духа величия, что царил в комнате), на отдельных и явно заказных стеллажах лежали амулеты, книги, какие-то свитки, исчерченные листы, камни… Всё по линеечке. Всё вычищено. За стеклом стеллажей нет ни пылинки.

— Господин, умоляю вас, мой м-муж, он… Прошу…

Затем… затем я завис на несколько минут, рассматривая сокровищницу отца. Больше половины предметов я ни разу не видел и даже не понимал их предназначения. Смотреть описание через систему не стал, оставил на завтра: голова ватная, не пойму.

Последняя дверь вела в мастерскую. Шагнув за порог, попал в окружение лежащих в рабочем беспорядке инструментов: крючков, зубил, игл, верстаков, разных размеров наковален… Была даже газовая горелка и огромный морозильный шкаф с запчастями от монстров. Морозильник выглядел чужеродно в этом хаосе, до того, как я поднял крышку.

Увидев в одном из верстаков зажатый кусочек черного камня с маленькими, меньше сантиметра, рунами, осторожно попятился назад. Подходить не хотелось: рядом с незавершенным артефактом волосы вставали дыбом от статического напряжения.

Получается, отец артефактор? Судя по лежащим тут расходникам для экипировки и размеру костюмов в прихожей, броню себе создаёт сам.

Что я вообще о нем знаю? Многие года часть его жизни вообще была скрыта магией подземелья и никто из семьи ничего не заметил. Даже сейчас родитель предпочитает не распространяться о своих делах, а про создание артефактов я узнал практически случайно. Отец — темная лошадка даже для собственной семьи.

Зевнул. Резко захотелось спать, будто усталость копилась в течение последних десяти минут и разом нахлынула. Так… Кровать, кровать… Я словно сомнамбула вышел в коридор, где и отрубился, не дойдя до кухни. И меня будто выбило из тела. А затем начался сюрреалистичный сон. Сперва я полностью разделся…

Хотя нет. Сначала увидел женщину.

Или съел сырые манду?

Чёрт…

Воспоминания замелькали, будто карты, тасуемые ловкими руками.

Чьи-то карие, испуганные глаза, в которых нахожу своё отражение…

Треск двери. Глухие удары. Боль в плече.

Голос. Девушка… Женщина. Да, женщина. Просит о чем-то.

— Господин, прошу, мой муж приходит именно в это… Ах!.. Ааах..!

Стало неуютно. Я понимал, что происходит нечто неправильное, но повлиять на ситуацию не мог. Тело отсутствовало, как и ощущения. Странный сон.

Сон…

Я однажды оказался во сне Союн. Или мне показалось? Неважно! Главное, моя сила позволяет управлять снами. А учитывая, что легче всего влиять на себя, можно попробовать вырваться из сна.

Мана: 75/0

Странно. Маны стало значительно больше.

Чтобы осознать себя, пришлось потратить с десяток единиц. Очень много для влияния на свое собственное сознание. Воспоминания вернулись разом, вызвав вспышку головной боли. Вот что произошло после того, как навеянное великаном желание уснуть меня вырубило.

Швырг Хан взял контроль над телом, зачем-то разделся до трусов, затем сожрал сырые полуфабрикаты, запив отцовским виски и двинулся на поиски самки.

Дверь отцовской квартиры он ещё смог открыть, повернув ручку, а вот остальные квартиры были заперты. Впав в ярость, монстр стал выдавливать одну дверь за другой. И то, что открываются они совсем в другую сторону, великана не волновало.

Первая квартира пустовала. Витавший в воздухе аромат женских духов настолько ослаб, что монстр понял: хозяйка давно не появлялась.

Спавший во второй старичок не проснулся даже после треска входной двери. Убедившись в отсутствии других людей, старичка Швырг Хан не тронул.

В третьей ему повезло, а вот женщине, на которую наткнулся великан, не очень. Хозяйка решила, что полуголому парню требуется помощь и открыла дверь, будучи одета в один халат. Хотя даже скафандр не остановил бы великана.

Сейчас Швырг Хан имел её, поставив на колени задом к себе и держа за руки. Буквально насаживал бедняжку на член. Женщина скулила, под раздающиеся влажные, сочные шлепки моих бёдер о её задницу. Сквозь скулеж умоляла не трогать её…

Но смазка, обильно текущая по бёдрам, говорила о желаниях гораздо честнее. Стоны вперемешку с мольбой звучали возбуждающе. Мана исправно прибавлялась.

— М-мой муууж…

Говоря про мужа, женщина возбуждалась сильнее. Я чувствовал её желание быть увиденной абсолютно беспомощной, скулящей. Ведь её насилуют, она не виновата. Даже просит остановиться, хоть просит очень неубедительно. Стоны, которые время от времени не может подавить, звучат правдивее.

Я подумал, стоит прекратить это безобразие. Хотя процесс и оказался очень приятным и возбуждающим.

Как только попытался перехватить управление телом, Швырг Хан сам отстранился и ловко шмыгнул в свою клетку. Не успев подумать о таком странном поведении, я оказался под лавиной ощущений. Если несколько секунд назад ощущения испытывались будто сквозь вату, то теперь казались в разы ярче, чем должны быть. И вместо того, чтобы отстраниться, я ускорился и продолжил трахать женщину, чувствуя, как течёт по яйцам, как она стонет "нет" таким голосом, каким обычно стонут "да", смотря, как мотается её голова, когда всё резче и сильнее тяну на себя её руки, подавая таз вперёд. Текущие изо рта слюни испачкали всю подушку, прежде чем женщина задергалась в судороге. Я не дал ей упасть на кровать, а продолжил двигаться. Двигался пока она кончала, извиваясь и дрожа, и не остановился, когда она закончила. Я ещё даже наполовину не всё. Как же она слаба…

Её вагина после оргазма стала максимально чувствительна и грубые движения, которыми трахал, ощущались до боли неприятно.

— Подожди, не надо! Умоляю, я могу ртом, я… можно… ах!

Она попыталась вывернуться, но тут изнасилование, а не сеанс обоюдного удовлетворения. Одного среднего шлепка по жопе хватило, чтобы женщина взвизгнула и покорно застыла. А после стоны стали громче и превратились в визги, она дрожала, но уже не от наслаждения. Не знаю, почему не убрал боль, наверное, просто забыл. Зато пять минут спустя потратил ману на её оргазм и кончили мы одновременно.

Думаю, весь этаж слышал, сейчас имели чужую женщину. И, конечно, слышал её муж. Даже немного видел.

Пожилой кореец успел под самый конец и сейчас стоял в проёме дверей с побагровевшим лицом и молчал. Я много страшного слышал: приглашение на спарринг от отца, шипение кобры, и каждый раз страшные звуки несли за собой нешуточную угрозу. Это молчание угрозы не несло, физически мужик просто не мог мне угрожать, а для других угроз не знал мою личность, но совесть грызла по-страшному.

Я мог подкорректировать их воспоминания, маны хватало, мог попытаться объясниться. Но я смалодушничал и поступил как любой подросток, которого застали бы в подобной ситуации. Я сбежал и появился голый посреди подземелья, держа в руке амулет возврата. Пусть с их воспоминаниями разбирается сила системы.

— Тебе, случаем, не нужна помощь, малыш?

Продавщица обнаружилась в паре метрах от меня. Её плотоядный взгляд скользил по телу, вызывая не желание — тревогу. Она что, меня встречает? Обычно, когда появляюсь, находится в магазине.

— Спасибо, не нужно, — скороговоркой пробормотал я и отвернулся, экипируя байкерский костюм из инвентаря. Щеки горели от стыда. Я хотел остановиться, с той женщиной, но очень сложно остановиться после начала процесса.

— Но меня устроит, если вы расскажете о новинках следующего этажа. И ещё — у вас продаётся что-нибудь, что поможет заставить одного капризного духа слушаться меня?

Описание сферы совсем не гарантировало верность выпущенного духа.

— Только рабский контракт. Но подписан он должен быть добровольно. Не думаю, сможешь заинтересовать духа тем, чем в прошлый раз девчонок… А про новинки сможешь узнать только на следующем этаже. Хотя, как я вижу, у тебя есть чем уговорить меня поделиться информацией, котёнок.

Я вздохнул, не обращая внимания на предложение.

— Тогда один рабский контракт. Ну, попробуем…

Швырг Хан оказался той ещё жадной сволочью. Его не пугала ни смерть, ни жизнь в моём разуме в самой прочной клетке (но, признаюсь, это пугало меня), ни боль. Ему нужны были только женщины и убийство врагов. И он ни на шаг не уступал в своих требованиях. Честно говоря, это и близко не напоминало торги. Видимо, Швырг Хана создали задолго до того, как придумали само понятие торга и взаимных уступок.

В конце концов я согласился предоставить желаемое в обмен на зачистку этажа и Швырг Хан, временно заняв моё тело, заключил контракт.

Поход по этажу получился отличным. Как только я шагнул за порог четвертого этажа, видимость перестала быть нулевой. Луч фонарика, который я достал из инвентаря, хоть и светил, но тускло. Скорее даже сгущал тьму вокруг пятна света, чем разгонял. В конце этажа светил фонарь. Думаю, там уже магазин и конец фарма.

Закрыл глаза и погрузился в иное восприятие мира, даваемое способностью. Со всего коридора приближались духи. На пробу махнул лучом фонарика перед собой, надеясь, что свет наносит им урон, но ничего особенного не произошло. На свету лишь появилось едва заметное марево на местах, где ощущал духов. Значит, тьма лишь маскирует призраков. Сосредоточившись, вытолкнул великана из клетки.

— Пора проспонсировать свои будущие развлечение, чемпион.

Статус "одержимый" отменён.

Сила: -1

Телосложение: -2

Ловкость: +1

Интеллект: +1

Малый штраф к восприятию реальности отменён.

В отличие от бледных, едва заметных на свету духов, Швырг Хан четко просматривался и без фонаря. Обычный призрак великана в набедренной повязке. На меня покосился, но попыток ударить не последовало, хоть я и не исключал возможности нападения.

Беззвучно взревев, великан шагнул навстречу призракам и ударил кулаком в ближайшую марь.

Вы получили эктоплазму.

Вы получили 5 золотых.

Я тоже был духом, но разница между нами ощутима. Эти куски эктоплазмы стремились лишь сожрать меня, я же в свою бытность духом был гораздо сложнее и пусть не дотягивал до личности, но и одержим одной единственной целью не был. Кроме занятий сексом я ещё и обучался. Запоминал отношения между слоями населения, учился отличать одежды знати от бедняков. Да и попробуй не запомни, если знатная горожанка какого-нибудь средневековья раз за разом отвергает одетого в монашескую робу мужчину. Да ещё и страхом от неё разит таким, что всякое желание пропадает даже у меня.

Волей-неволей пришлось копировать одежды из их подсознательных мечтаний. После нескольких лет таких подборов на инстинктивном уровне научился подбирать и одежды и облик.

А это… Заскриптованные существа. Да ещё и в реальном мире.

Так и пошли. Великан корчил гримасы, ревел, отбивался и втаптывал в пол призраков. Но кроме сообщений от системы, приходящих вместе со звоном золота, падающего в инвентарь, ничего не менялось. Я шёл сзади, следя за тылом.

И наконец дождался сообщения от системы!

Сила увеличилась на 1.

Этот момент даже захотелось отметить, написав сообщение отцу, но сдержался. Поблагодарю его дома.

В целом весь этаж принес семь сотен золота. Не так и много, но это если смотреть с одной стороны. А с другой — мы добыли семь сотен за тринадцать минут. Я так вообще не напрягался.

Идею, посетившую меня, обдумывал долго и тщательно, после чего решил попытаться реализовать. Вопрос в том, сработает ли…

— Давай развернемся. Слышишь? Там остались враги.

В актерском кругу меня бы побили за такую скверную игру, но с великаном получилось. Мы пошли обратно и по новой зачистили обновившийся этаж. В этот раз золота набралось даже больше, чем в прошлый. Мы зачищали этаж снова и снова, день за днём. Я потерял счёт времени, что там провел. С каждым разом лута становилось всё больше. Швырг Хан рос в уровнях, становился всё более отчётливым и остановился я только тогда, когда золото заполнило все ячейки в инвентаре. Его стало так много, что я почувствовал давление на своё тело, стало тяжело ходить. На подгибающихся ногах я дошел до магазина и потратил половину золота, скупив ВСЕ товары с прилавков. Жемчужиной шоппинга стало кольцо, поднимающее любой выбранный навык (я выбрал управление сознанием) на пять уровней! Как только я его надел, ощутил себя сверхчеловеком. Мне открылись ближайшие этажи подземелья и я смог взять под контроль всех его обитателей. И с этой огромной армией я двинулся вверх.

Толсто получилось… Шучу, конечно. После того, как я предложил зачистить этаж, Швырг Хан указал на дверь босса. И чем дольше уговаривал, тем яростнее великан тыкал пальцем в дверь. Попытавшись уговорить монстра, я не добился ничего. Хотя вру. Вершиной моей риторики стало прожестикулированное обещание великана уйти, если мы не пойдем к боссу этажа сейчас же.

Тоска грызла сердце, но поделать с бездушным духом ничего не мог, поэтому толкнул дверь, ведущую к боссу.