Первые рассветные лучи появились из-за горизонта на востоке и коснулись высоких стен Белого города. Взлетев по массивной кладке, они скользнули по крышам аккуратных домов и верхушкам высоких деревьев, устремившись к главной площади, раскинувшейся перед дворцом Трейдоров.

Курсорус, так и не сомкнувший глаз, прищурился, когда солнце осветило его изможденное лицо, встал и подошел к распахнутому окну. Он глубоко вдохнул утренний прохладный воздух и слабо покачал головой, прогоняя подкрадывающуюся сонливость. Нужно было разобраться с дархумовыми мэйрами в Диссе.

Даже себе Долимар не мог признаться, что растерян. Доносы его людей становились все тревожнее. В глубине сознания зарождалась пропитанная отчаянием и страхом мысль, что грядет нечто страшное, и он, при всем своем желании, никак не мог на это повлиять. Конечно, он подозревал, что главными вдохновителями заговора окажутся высокородные дворяне, и держал в уме уже три имени, но все оказалось гораздо сложнее.

После покушения ему в руки попала злосчастная записка, в которой говорилось, что человек, растивший его, бастарда, и оберегавший с детства от бед, оказался предателем. Именно канцлер, младший брат короля Мерга, стал недостающей деталью в мозаике.

Теперь его образ походил на усеянную мелкими штрихами и странными линиями картину, которую Долимар еще ребенком увидел в доме дяди: если стоять близко – красивая женщина, если отойти на несколько шагов – сгорбленная отталкивающая старуха. Стоило только представить его во главе заговора, поставить на это место и чуть раскинуть мозгами, многое становилось понятным и логичным.

Надо было отдать канцлеру должное, действовал он тонко и едва заметно. Ключевые посты давно занимали подкупленные им люди, и они были чисты перед законом. Помимо того, за последние две недели через Малый королевский совет, где Оквус занимал пост председателя, провели уйму на первый взгляд мелких и незначительных поправок. Но вместе они постепенно передавали власть и полномочия в руки канцлера и его людей. Была лишь одна маленькая загвоздка: Виамар выжил. Отчасти Долимар понимал, зачем Оквус так рьяно сражался за его жизнь вместо того, чтобы попытаться добить. У него был запасной и не вызывающий подозрений план: подписание королевского указа, которое, по сути, сделает его законным преемником Короны, лордом-регентом.

Долимар подошел к деревянной стойке, где хранились его старые, со времен службы в армии, доспехи, в которых он встретил первую войну. Курсорус провел пальцем по многочисленным углублениям и трещинам на стали, пощупал местами потрескавшуюся кожу. Как же было просто в то время – враги впереди, друзья сзади. Он снял шлем и всмотрелся в темнеющие глазницы, словно там могли скрываться ответы на волнующие его вопросы. Но ответов не было. Ему все придется решить самому.

Тихий стук в дверь отвлек Долимара от грустных размышлений. Он бережно вернул шлем на стойку и вернулся к столу.

– Войдите!

Двое молодых людей зашли в кабинет и выжидающе замерли у двери. Долимар смерил их спокойным взглядом. Левый вытянулся в струну, словно стоял на плацу. Неприметная одежда. Гладко выбритое лицо без эмоций. Взгляд светло-зеленых глаз, согласно уставу, замер над головой курсоруса. Правый стоял расслабленно. На его губах гуляла тень легкой усмешки.

За свою жизнь курсорус не встречал более непохожих людей, да еще и работающих вместе. Однако противоречия не помешали им стать лучшими агентами, ведь было в них и много общего: чувство долга и верность Короне.

– Садитесь. – Долимар небрежно указал на ряд стульев у стены.

Курсоры одновременно развернулись и потянулись за стульями. Левый поднял стул и перенес его ближе к столу. Правый проволок стул по полу, развернул спинкой вперед и уселся напротив. Долимар, устраиваясь поудобнее в кресле, наблюдал за ними, все еще сомневаясь насчет принятого решения. Он колебался.

– Утро доброе, господин курсорус! – Голос правого был легким и жизнерадостным. – Выглядите вы ужасно, врать не стану. Вам бы поспать.

Участия в нем было поровну с насмешкой, но Долимар и бровью не повел. Лишь улыбнулся, соглашаясь с замечанием.

– Тиль! – беззлобно рыкнул другой курсор, сохраняя серьезное и внимательное выражение лица. – Следи за своим языком!

Будь на месте наглеца кто-то другой, он бы уже ответил за свою дерзость, но с этими людьми его связывали особые отношения. Как, впрочем, со всеми лучшими курсорами, к чьим странностям он относился снисходительно: разведчики и шпионы, способные выполнять самые сложные задания, имели право на небольшие вольности. Таким незамысловатым способом Долимар подчеркивал их особое положение и статус.

– Оставь, Сен'жи, – с добродушной улыбкой отмахнулся курсорус. – Тилиус прав – поспать бы мне не мешало. Но время сейчас для нас слишком ценно, а дело серьезное, поэтому…

Усмешка исчезла с лица Тилиуса. Оба курсора подались чуть вперед. Если никогда не преувеличивающий курсорус говорил им, что дело плохо, – дело было отвратительно и ужасно.

Долимар тихо забарабанил пальцами по отполированной крышке стола. Он понимал: одно слово, и об Оквусе можно забыть. Но вдруг его смерть принесет еще больше проблем? Стоило разузнать больше о паутине, которую тот плел. По крайней мере, до Совета Короны его можно не трогать.

– Тиль, Сенж, – наконец заговорил Долимар. – Вы прекрасно знаете, что случилось в Вамуте. Я боюсь, что с нами кразорцы захотят провернуть тот же трюк. Мне стало известно, что солханцы проникли в Диссу. Их двое, небезызвестный нам Вальден и его помощник.

Курсоры переглянулись. Тиль открыл было рот, чтобы что-то спросить, но передумал и промолчал, а воспитанный в строгих воинских традициях Самала Мицу Сен'жи даже и не подумал влезать с вопросами.

– Да, это тот самый старый хрен, глава солханского ордена Тихих надзирателей, – кивнул Долимар. – Точнее, уже бывший глава, но это неважно. Они прибыли сегодня ночью и остановились в Трущобах, в таверне «Печеный гусь».

– Самая спокойная трущобная таверна, – улыбнулся Тилиус, поерзав на месте. Улыбка вышла нервной и натянутой. – Весьма разумно, что они не сунулись в город.

– След мэйров тут же заметили бы, – кивнул Долимар. – Хорошо, что мои осведомители не дремлют и за стенами Диссы. Солханцам помогает кто-то из наемников. Скорее всего, Кэрик и его «Волчья глотка».

Тиль тихо присвистнул и покачал головой. Долимар, решив не открывать раньше времени все карты, продолжил после очередной небольшой паузы:

– По моим сведеньям, у Кэрика есть кое-что, в чем очень заинтересованы мэйры. Памятуя о Вамуте, я склоняюсь к мысли, что это древний артефакт.

– Они встретятся! – Глаза Тиля азартно блеснули. – Если ваши догадки верны, то у Кэрика – товар, а у мэйров – деньги?

– Я тоже так думаю. – Долимар откинулся на спинку кресла. – Вы устраните эту угрозу. Какими угодно средствами. Главное – артефакт или то, что окажется предметом обмена. Возьмите мальчишку Вальдена живым. Старика не щадить – нашими средствами его не разговорить. Договор с господином Кэриком, как и с Ночными, вставшими на его сторону, я расторгаю. Его жизнь меня не интересует.

Долимар замолчал, дав своим людям время осмыслить сказанное и задать вопросы, на которые у него уже были ответы. Что ж, пускай сперва разберутся с мэйрами, Бремаром, а уже потом и с самим Оквусом.

– Господин курсорус… – Долимар едва не вздрогнул от неожиданности, когда заговорил Сенж, обычно предоставляющий право голоса Тилиусу, как более искушенному в таких беседах. – Это опасная операция. Два мэйра, один из которых считается…

– Вальден смертельно опасен, – тут же перехватил разговор Тилиус, положив руку на плечо Сенжа. – Его помощник тоже, судя по тому, кому он служит. Прибавьте к этому Кэрика с «Волчьей глоткой». Мы польщены ответственностью задания, но сомневаемся в его разумности. Вдвоем против них?

– Хотите обсудить мой приказ? – В голосе Долимара проскочила угроза. – Или вы не верите в собственные силы?

Сенж, больше уязвленный последним вопросом, немного покраснел и опустил глаза в пол. Даже широкие плечи самальца заметно поникли. Тилиус, менее щепетильный в таких разговорах, проявил большую стойкость.

– Прошу прощения, господин курсорус. – Тиль продолжил говорить спокойно и уверенно. – Приказ есть приказ. Я спрошу по-другому – ограничены ли мы в средствах и какая цель сейчас важнее?

В этом был весь Тилиус – хитрец и пройдоха: прощупал оппонента, обжегся и тут же отступил. Долимар не смог сдержать улыбки. Он встал и неспешно подошел к стойке с доспехами, провел пальцем по предплечью левой руки и нажал на крохотный рычаг, спрятанный в сочленениях. Это обезвредило ловушку перед спрятанным в стене тайником. Один из камней кладки глубоко утоп внутрь и отъехал наверх без единого звука. Курсорус сунул руку в темный проем и через мгновение извлек тугой мешочек с два кулака.

– Этого более чем достаточно. – Долимар положил мешочек на край стола и сел в кресло. – Главная цель, как я сказал, – предмет обмена. Такая вещь не должна находиться в Диссе. Тем более в чужих руках. В конце концов, вы можете его выкрасть. Уверен, убийцам и мэйрам будет о чем поговорить, когда они обнаружат пропажу. Все нужно провернуть быстро, не привлекая ненужного внимания. Мои люди следят и за Кэриком, и за мэйрами. Но слежку за Ночными пришлось снять. Мой помощник, Плайс, ожидает вас в приемной, он введет вас в курс дела.

Курсоры, чувствуя, что разговор окончен, одновременно встали.

– Слышали про лавочку Филина? – спросил Долимар напоследок.

– Конечно, господин курсорус, – кивнул Тилиус. – Но сами не заходили.

– Вот и зайдите, – отрезал Долимар.

– Все ради страны и Короны! – хором отчеканили Тилиус и Сенж.

– Все ради страны и Короны, – повторил Долимар часть даворской клятвы. – Будьте осмотрительны. Идите.

Дверь в кабинет закрылась. Тогда же на каменный подоконник открытого окна вдруг уселся черный ворон и, слегка наклонив голову, вызывающе посмотрел на Долимара одним глазом.

– Дархум тебя разорви! – прошипел курсорус, вытянул руку в сторону непрошеного гостя и сложил пальцы в старый символ от сглаза.

Ворон громко каркнул и, шумно взмахнув крыльями, улетел.

* * *

Улицы Белого города, как прозвали территорию столицы ее жители, встретили курсоров шумом, толкотней и суетой. Тилиус и Сенж прошли по краю Рассветной площади, вдоль высокой стены дворца Трейдоров, и вышли на Оружейную улицу, петляющую между лавками и небольшими, но аккуратными трактирами. С утра до позднего вечера ее заполняли толпы наемников.

Дорога на Оружейной улице, как и все остальные дороги в Белом городе, была выложена плотно подогнанными друг к другу камнями. Со всех сторон доносились крики зазывал и перестук молотков из спрятанных за лавками кузниц. В другое время курсоры могли бродить здесь часами, но в этот раз они торопились на задание, поэтому старались даже не смотреть на призывно сверкающие под солнцем клинки, так и просящиеся в руки с тесных прилавков.

Когда они вышли к Обозной улице, воздух, пропитанный дымом и жаром кузниц, наполнил доносящийся из Старого порта запах моря и пота, как людского, так и животного. Обозная улица была главной и самой широкой улицей в Диссе. Настолько широкой, что на ней легко могли разъехаться четыре повозки. Она соединяла Западные и Восточные ворота, проходя сквозь город небольшой дугой. Несмотря на ранний час, курсорам пришлось изрядно потолкаться.

Вскоре они пересекли каменный мост над Черным каналом. Он проходил по западному краю Диссы, отделяя кварталы Бедняков от остальной части столицы, и был достаточно глубок и широк, чтобы по нему свободно плавали небольшие прогулочные лодки, зарабатывающие на подвыпивших купцах и влюбленных парочках. Оказавшись за Западными воротами, курсоры резко свернули вправо и юркнули в одну из маленьких грязных улочек Верхних Трущоб, петляющих между ветхих складов, неказистых домов и вонючих борделей. Вся эта грязь пряталась от тракта за двумя рядами относительно опрятных строений. Торговые гильдии постепенно выкупали земли и участки Трущоб под свои застройки, но лишь в Нижних Трущобах. Верхние оставались за Ночной гильдией. В Трущобах, в отличие от Белого города, к курсорам относились с подозрением.

Тиль и Сенж остановились у деревянного дома с покосившейся табличкой. Она была такой грязной, что надпись выглядела совершенно неразборчиво. Курсоры оглянулись по сторонам и быстро зашли внутрь. Маленький, пропахший мочой кабак был пуст, не считая неопрятного дремавшего за столом трактирщика. Он поднял на посетителей заспанный взгляд и тут же уронил голову обратно на толстые руки. Тогда курсоры молча пересекли пустой зал и опустились по отчаянно скрипящей лестнице в сырой подвал. Внизу Сенж осторожно открыл дверь, пропуская напарника вперед. Из темноты к ним навстречу шагнул человек.

– Вот кого не ожидал увидеть в своем доме, так это вас, куры! – широко улыбнулся седовласый мужчина, плавным движением кладя ладони на рукояти двух коротких мечей, висящих на поясе.

Курсоры тоже потянулись к оружию, но, увидев в свете единственного тусклого светильника знакомое лицо, опустили руки. Несмотря на пожилой возраст, он пребывал в превосходной форме, о чем красноречиво говорили выпирающие под кожей мускулы. Длинные седые волосы были собраны на затылке в тугой хвост. В слабом свете была видна причудливая вязь татуировок, покрывающих плечи и голую грудь, но сами рисунки казались неразборчивыми и смазанными.

– Полегче, приятель. – Тилиус весело усмехнулся в ответ, внимательно следя за его движениями. – Мы только хотим кое-что прикупить в твоем доме.

– Вот как? – искренне удивился мужчина и тихо присвистнул. – Прикупить? А кто сказал, что я имею дела с курами? Или вы не куры? Что-то мне ваши рожи знакомы…

В подвале было темно, но курсоры знали, что за его спиной пряталась пара головорезов. Скорее всего, они уже целились из арбалетов, но напарников это не пугало. Хозяин подвала был неглуп. Он не стал бы отдавать таких опрометчивых приказов.

– Еще раз назовешь нас курами, и я вырежу твой язык, – равнодушно пообещал Сенж и сделал короткий вызывающий шаг навстречу.

– Ты намеренно стараешься затеять драку? Не забыл, мы пришли сюда за покупками? – Тилиус шагнул следом и прикрыл напарника. Он примирительно вытянул пустые руки перед собой, готовясь в любой момент присесть и выкинуть метательные ножи. – Зачем тебе товар, Филин, если ты его не продаешь?

Довод курсора был простым, но убедительным. Однако и Ночной не хотел отступать слишком быстро.

– Вам не продам, другие купят.

– Да? – удивился Тилиус. – А господин курсорус считает, что и нам продашь. Жаль будет его разочаровывать.

Хозяин подвала едва заметно улыбнулся и медленно убрал руки от оружия. Тиль нутром почувствовал, как охранники в скрытых нишах, следуя примеру начальника, немного расслабились.

«Оно и к лучшему», – подумал курсор. Завяжись в темноте драка, они бы с Сенжем победили. В худшем случае отделались бы парой ранений. Но зачем испытывать судьбу?

– Господина курсоруса разочаровывать нельзя, – сказал Ночной.

– Нельзя. Так что с товаром, Филин? – с наигранной веселостью спросил Тиль, обведя взглядом скрытые темнотой стены.

Медленно и плавно он вытащил из-за пояса мешочек Долимара и перекинул его Филину. Седой разбойник ловко поймал добычу и покачал позвякивающий мешочек в руке, словно пытаясь по весу определить количество монет. Затем перекинул его обратно.

– Чьи монеты, тот и заказывает. – Он подмигнул все еще напряженно выжидающему Сенжу. – Не так ли, господа курсоры?

Филин прослыл матерым, давно отошедшим от дел головорезом. Он скупал и продавал самые разнообразные амулеты, артефакты и, конечно же, сталь. Его клиентами были в основном караванщики и наемники, которым было не по карману идти в дорогую магическую лавку. Курсоры, с разрешения Долимара Трейдора, его не трогали, потому что и сами иногда обращались за специфическим товаром. Магические гильдии, не боясь конкуренции, смотрели на это сквозь пальцы.

– Так чего изволите?

По знаку Филина один из охранников дернул за веревку, скидывая кусок плотной ткани, прикрывающей закрепленную над потолком деревянную чашку. Встроенные в нее светящиеся камни, ламины, залили подвал тусклым синеватым светом. Тилиус мгновенно пробежался взглядом по огромному количеству вещей на полках.

– Добрую сталь и пару магических побрякушек. – Тилиус убрал мешочек обратно за пояс. – Это барахло прибереги для простаков. Показывай, что есть в загашниках, Филин.

Покупка затянулась почти на час: сперва долго и придирчиво они выбирали метательные ножи и зачарованные кинжалы, затем перешли в угол подвала, где стояли просторные полки с заряженными амулетами, артефактами и обычными солханскими сферами силы.

– Нужны два амулета для поглощения магического удара, самые мощные!

– Извольте, кур… То есть господа курсоры! Лучшее, что у меня есть!

Тилиус обладал слабыми зачатками силы – их не хватило бы, реши он проверить амулеты. Но он знал, что Филин из себя представлял, поэтому не боялся блефовать.

– Да ты издеваешься! Что ты нам подсовываешь, сивонна бачча! Они же не заряжены и до половины!

Сенж подыгрывал: с мрачным выражением лица хватался за рукоять кинжала и придвигался к Тилиусу, из-за чего Филин тихо ругался, рассыпался в извинениях и лез на верхние полки, откуда доставал другие амулеты.

– Самые мощные! – разводил пройдоха руками. – И заряжены как надо, клянусь Всеединым и могилкой своей любимой матушки!

Когда все необходимое было выбрано и свалено на стол в одну приличную кучу, начался торг. Филин оказался превосходным торгашом, но и Тилиус не уступал ему в ловкости и хитрости. Мешочек Долимара полегчал на три четверти, но ни одна из сторон не выказывала обиды.

– За вас Ночные награду назначили, куры, – сказал Филин вслед, когда курсоры направились к выходу. Они резко развернулись, и тогда он указал мозолистым пальцем на Сенжа. – За тебя вдвое больше обычного, парень.

– Знаем, – с показным равнодушием кивнул Тилиус, предупреждающе тронув Сенжа за локоть. – Но ты ведь не думаешь, что и в самом деле найдется безумец, решивший бросить вызов Долимару Трейдору?

– Вокруг полно более безопасных целей для любителей быстрой наживы, – согласился Филин и тут же добавил вполголоса: – Но времена меняются.

– Меняются, – согласился Тилиус. – И в Трущобах развелось много проходимцев.

– Которые способны на все за звонкую монету, – закончил фразу Филин и рассмеялся. – То ли дело я! Жаль, только к старости понял, что выгоднее торговать с вами. Передавайте господину курсорусу мое почтение. Сами еще заходите. Могу и на заказ поработать.

Выйдя на улицу, курсоры, не сговариваясь, юркнули в разные стороны и исчезли в грязных и кривых улочках Верхних Трущоб, зажатых между высокой стеной, Королевским торговым трактом и небольшими горами, тянущимися вдоль побережья далеко на север. Почти у самых гор образовалась огромная низина, словно котлован уходившая пологими склонами вниз. Жалкие шалаши и крытые кое-как землянки были единственными жилищами, заполняющими эту землю. В простонародье ее прозвали Крысятня, или Крысиный городок.

Изрядно прослезившись от одуряющих запахов Крысятни, Тиль немного попетлял по улицам, убедился, что за ним не ведется слежка, и направился к добротным зданиям возле тракта, выглядевшим настоящими дворцами по сравнению с местными хибарами. Зайдя за нужный трактир, он услышал едва различимый свист и, перепрыгнув через забор, нырнул за штабель пустых пивных бочек. Сенж уже поджидал его.

– Каков будет план? – Голос напарника был спокоен, но Тилиус знал, что тот насторожен и напряжен. Еще бы! Одно дело – выслеживать и убивать неугодных Короне преступников, и совсем другое – противостоять мэйрам, которым помогал Кэрик.

– План? – переспросил Тиль, рассматривая из-за штабеля задний двор трактира. – План прост и незамысловат, мой друг. Увы, у нас нет нескольких лет на планирование изощренной операции, в ходе которой нам едва предстояло бы шевельнуть пальцами и на том все закончилось. Слава нам, смерть – им. А жаль.

Сенж нетерпеливо кашлянул, не желая поддерживать очередную шутку напарника.

– Во-первых, нужно найти мэйров. Они должны быть в этом трактире.

– А что, если они уже ушли? – встрепенулся Сенж.

– Спокойно, – похлопал его по плечу Тилиус. – Нам бы сообщили.

– Кто? – нетерпеливо перебил Сенж. – Человек Долимара?

– Ну а кто же еще? – Тиль сморщился, словно раскусил кислый фрукт; Сенж спрашивал слишком очевидные вещи. – Судя по тому старому стогу сена в углу, я, кажется, его знаю.

И добавил вполголоса:

– Всеединый, сделай так, чтобы я ошибся!

Сенж удивился, уловив испуг в голосе друга, но не стал больше ни о чем спрашивать.

– Находим их, следим за ними. – Тилиус повернулся к напарнику и, не сумев побороть искушение, подколол Сенжа: – Работаем аккуратно, а не так, как у вас принято в Самале, – с резней и убийствами!

– Я не виноват, что этот придурок обернулся и пошел прямо на меня! – недовольно пробурчал уязвленный Сенж. – Сколько раз говорить!

– Ага! Вот прям обернулся и пошел! А наш доблестный самалец не придумал ничего лучше, чем садануть человека по лбу. Странно, что он вообще выжил после такого неожиданного знакомства с твоим кулачищем!

После этого Ночные назначили за них награду, в первую очередь за Мицу Сен'жи.

– Осторожно ведем их, – продолжил Тилиус, разглядывая скудную обстановку заднего двора. – Пока они не приведут нас к наемникам. Подгадываем момент, врываемся, крадем неизвестную, но очень опасную штуковину и делаем ноги. Как по мне – план прост и прекрасен.

Он сильно сомневался в успехе такого замысла, но ничего другого в голову пока что не приходило. Вот когда они увидят мэйров вживую и проследят за ними…

– Убегаем? – недовольно скривился Сенж. – А почему бы не перерезать пару глоток, пока мы будем внутри?

Снова боец против вора, честь против хитрости. В Сенже уживалось много противоположностей: самальская кровь, беспризорное детство и служба курсором. Он был напорист, несдержан и агрессивен, но при этом оставался предан пригревшей его Короне.

Тилиус уже давно научился с этим справляться, недаром в их паре он был мозговым центром. И хотя иногда он уступал напарнику в споре, в этот раз Долимар четко дал понять, что было в приоритете.

– А если штуковина такая большая и тяжелая, что я не смогу тащить ее один? Ты успеешь убить одного-двух, а оставшиеся порвут нас на клочки! Долимар сам сказал, главное – та хреновина. К тому же не забывай, – шепотом добавил Тилиус, – кто такой Вальден и чем он занимался на Солхе.

– Может, мне потом пойти с подмогой на зачистку? – смущенно спросил Сенж. – Конечно, когда мы выйдем и все будет как надо.

– Ты кровожадный самалец, что с тебя взять? – тихо рассмеялся Тилиус. – Иногда мне кажется, что ты пошел в курсоры специально, чтобы тыкать других людей острыми железками. Ну и чтобы тебе за это ничего не было. Мечта, а не работа, верно?

– Иди ты! – Сенж с обидой ткнул его в плечо кулаком.

– А вот и она… – В голосе Тиля прозвучала мрачная обреченность человека, ведомого к плахе. Он высунул руку, помахал ею и коротко свистнул, привлекая внимание.

Из-за угла трактира выскочила молоденькая девица и с визгом бросилась к Тилиусу на шею. Сенж едва успел отскочить с дороги, когда девушка впилась в губы Тиля долгим и сочным поцелуем.

– Я так по тебе скучала! – капризно заявила девица, едва позволяя Тилиусу выскользнуть из объятий. – Где тебя так долго носило?

Тилиус открыл было рот, чтобы поприветствовать девушку, но она влепила ему звонкую пощечину. Сенж, впечатленный такой прытью, приподнял одну бровь.

– Чертов бабник! Ты был у этой портовой сучки Пэм?! – прошипела она, мгновенно изменяясь в лице. – Что молчишь, шабилло, язык проглотил?! Только что ты им неплохо орудовал у меня во рту!

Сенж не выдержал и затрясся в приступе беззвучного хохота, чуть не всхлипывая.

– Кто тебе сказал эту ложь, Идала? – пролепетал Тиль. – Да я никогда…

– Эта шлюшка, кто же еще! – Слова Идалы прозвучали как приговор. – Хотя я больше поверила бы тебе! Ну кто мог увлечься такой облезлой кошкой, как Пэм?

– Потом поговорите наедине! – Сенж вклинился между парочкой и упер руки в бока, решив помочь другу. – Ты ведь человек Долимара?

Идала смерила его тяжелым взглядом:

– Что? Не похожа?

– Где мэйры? – Сенж не хотел с ней препираться.

– Внутри, где же еще! В зале едят. – Она рывком потянулась к носу, надеясь, что резкое движение испугает Тиля, но тот даже не вздрогнул, раскусив ее замысел. – Напротив стоит склад, если залезете на крышу, будет видно окно их комнаты на втором этаже. Третье со стороны Крысятни.

– Ясно, – кивнул Сенж и, подхватив напарника под руку, потянул за собой. – Пошли!

– Позже еще поговорим, любимый! – сверкнула глазами Идала. – И не вздумай прятаться от меня, только хуже будет!

Курсоры ловко залезли на крышу склада, стараясь не провалиться в бесчисленные дыры исхудалой кровли. Пока Тилиус вглядывался в мутные окна второго этажа, высунув голову, Сенж разлегся рядом, подстелив плащ, и грелся под теплыми лучами солнца.

– Видишь их? – спросил он, не открывая глаз.

– Пока нет – наверное, еще в общей зале сидят. – Тилиус продолжал наблюдать. – Спасибо, что отбил меня от этой дикой фурии.

– Она хорошенькая… – Сенж подложил руки под голову. Перед глазами возник образ девушки, но он быстро отогнал его прочь. Сейчас надо было думать о другом. – Как думаешь, что они нашли в Мертвом лесу?

– Хорошенькая. – Тиль не обратил внимания на последний вопрос. Он словно угадывал стыдливые мысли напарника и бил точно в цель. – Особенно обнаженная. Она бреет волосы там, внизу. А уж как она стонет!..

– Сивонна бачча! – со злостью рыкнул Сенж. – Надо было дать выцарапать тебе глаза, а потом повеселиться с ней, пока ты будешь беспомощно шарить руками вокруг!

– Самальская кровь! – самодовольно хмыкнул Тиль. – Я всегда говорил, что вы не воины, а головорезы и насильники!

– Дать бы тебе пинка, чтоб ты с крыши слетел. Вдруг от удара у тебя голова лучше думать начнет? – беззлобно пробурчал Сенж, и оба рассмеялись.

– Я слышал от Долимара, что случилось в Вамуте, – вполголоса сказал Тилиус через минуту. – Какой-то мэйр-самоубийца пронес в резиденцию короля древний артефакт. Он умудрился прорваться в главный зал, где заседали все высокопоставленные чиновники страны, почти сотня человек. Взрыв был такой силы, что снесло каменные стены. Половина резиденции превратилась в руины. Никто не выжил под завалом, хотя у многих была мощная магическая защита, амулеты, сферы, маги-телохранители.

Сенж внимательно слушал, жадно ловя каждое слово. Он тоже слышал много версий. Одна небылица была забавнее другой. Из всех ему больше всего нравилась та, где мэйры и церковники призвали исполинского дракона, который и уничтожил королевскую резиденцию. Жаль, что правда оказалась, как всегда, проще и страшнее.

– Ты думаешь, это может повториться в Диссе?

– Конечно! Мне кажется, Долимар не без оснований опасается такого же удара. Всеединый! Можно только позавидовать выдумке солханцев. Одним взрывом они почти обезоружили огромную страну. Представь на минуту, что бы мы с тобой делали, если бы такой же взрыв разрушил дворец Трейдоров?

– Я бы сражался до последней капли крови! – запальчиво вскрикнул Сенж.

– Хорошо, если так. – Тиль повернулся к напарнику с улыбкой. – Но если бы Виамар, Долимар и Оквус погибли в один миг, кто бы взял Корону в свои руки и заставил ее подданных сражаться за свое будущее? Пока оставшиеся в живых дворяне спорили бы о своем праве наследия, Кразор захватил бы Давор без единого взмаха меча!

– Ну тут ты точно неправ! – встрепенулся Сенж. – Ты забыл об армии на границе!

– И о ее лорде-командующем, Декаре Флеймдоре, – кивнул Тилиус, возвращаясь к наблюдению за окнами. – Этот мужик может заставить драться даже стадо коров, это точно. Вот только я слышал краем уха, что его срочно вызвали в Диссу по приказу короля.

– Сивонна бачча! Ну откуда ты все это знаешь?!

Тилиус в который раз посмотрел на напарника с заговорщицким видом. Он ждал, когда в голове Сенжа сложится картинка, и дождался.

– Фарум геро! Но если лорд-командующий скоро окажется в городе… Если мэйрам удастся все провернуть как надо… Всеединый, Тиль! Почему ты сразу не сказал мне, что дело так серьезно?!

– Думал, ты сам поймешь. Или ты не слышал, что курсорус запретил колдовать даже эффи в стенах дворца? А может, ты не знал о двух десятках эффи, которые уже неделю рыщут по Белому городу в поисках чужеродной магии? И ты не заметил усиленные патрули и караулы?

Сенж пристыженно молчал. Он не придал этому особого значения, в отличие от вездесущего Тилиуса. Обычные меры перед войной, не более.

– Легких заданий нам не перепадает, – проворчал Сенж, подводя итог их разговору, и погладил рукой правое ухо, верхний край которого год назад заметно обрезал арбалетный болт. – Как говорится, все для страны и Короны!

Потянулись долгие минуты томительного ожидания. Тиль внимательно следил за окнами, а Сенж лежал на спине и, беззвучно шевеля губами, напевал какую-то песенку, наверняка что-то про бравых героев, спасающих принцесс из лап злодеев. К исходу десятой минуты Мицу не выдержал.

– Жрать хочется… – протянул он жалобным голосом, легонько дергая напарника за штанину. – Краюшечку бы каравая, хоть черствую…

Тилиус внутренне усмехнулся. Ожидание и наблюдение для непоседливого самальца были хуже пытки. Ну и, ко всему прочему, он тоже был не против подкрепиться.

– Только быстро. И никакого вина! И не приведи хвост!

К концу напутствий Тилиус остался на крыше сарая в одиночестве и, вздохнув, продолжил всматриваться в грязные и мутные окна второго этажа.

Солнце поднималось выше к зениту. С каждой минутой на плоской крыше под его ласковыми лучами становилось все теплее. Любому другому на его месте было бы уже достаточно жарко, но тренированный Тиль не испытывал неудобств. Чтобы отвлечься, он стал в деталях продумывать предстоящую операцию.

В задании было еще много неизвестного: например, где состоится встреча, сколько будет людей. Но что-то можно предсказать уже сейчас, имея в расчетах только двух мэйров и банду наемников. В отличие от Сенжа, он умел просчитывать наперед.

Еле слышимый шорох отвлек Тилиуса от размышлений. Он повернул голову на звук, готовый в любой момент выхватить нож и устранить угрозу.

– Только не убивай меня сразу, господин, дозволь покормить сперва! – раздался ехидный голос.

– Сенж, что так долго-то? – расслабился Тиль. – Хотя для самальца ты весьма быстр.

– Да вот, воды холодной найти не мог, – ответил Сенж и принялся доставать принесенные продукты из заплечного мешка.

– Украл? – прищурился Тиль, прекрасно знающий обо всех слабостях друга.

– Конечно, не пропадать же навыкам! – отмахнулся Сенж. – Но ты не переживай, я оставил хорошую плату на прилавке.

Тиль усмехнулся. Совестливый вор – что могло быть нелепее?

– Все по-прежнему? – спросил Сенж.

– Да, мэйры в своей комнате. – Тилиус неожиданно почувствовал, как что-то внутри кольнуло, – это были зачатки магического дара. – Постой-ка.

Он стремительно отдернул плащ, вытащил из потайного кармана магический амулет – небольшую стеклянную призму – и взглянул через нее на трактир.

– Что там? – спросил Сенж, наблюдая, как лицо друга вытягивается от удивления.

– Ты не поверишь, но эти маги только что были в комнате, а теперь их нет! – ответил Тиль. – За ними остался слабый след, но он уже тает. Надо спешить!

Парни переглянулись, бесшумно скатились с крыши и, взяв след, побежали по узким проулкам Трущоб в сторону Большого рынка. Торговый день был в самом разгаре, но, наученные на собственном опыте, молодые курсоры уже знали, как действовать в подобных ситуациях. Именно Тилиус предложил в свое время простую и отличную идею – перепоручать слежку самым вездесущим и незаметным обитателям рынка, беспризорникам. Так они и поступили, когда подобрались к цели достаточно близко.

У входа на площадь Сенж быстро нашел знакомого опрятно одетого паренька.

– Привет, Тень! – поздоровался мальчик. – Что надо?

– Привет, Ловкач. Перед нами двое мужчин зашли на рынок, старый и юнец, одеты неприметно. – Сенж указал рукой в толпу, где еще мелькали спины мэйров, протискивающихся в плотном людском потоке. – Видишь?

– Вижу, – кивнул мальчишка и тут же смущенно добавил: – Следить или что-то другое? Стащить на рынке ничего не смогу – влетит от старших.

– Только проследить, пока не выйдут, – успокоил Сенж, протянув серебряную монету.

– Это легко, – улыбнулся Ловкач, подав знак другим мальчишкам. – Жди тут. Они вроде к Большому Кресту идут, но я проверю.

Большим Крестом называлось пересечение двух центральных улиц в Диссе: Светлой и Обозной. По перекрестку, от Западных ворот и обратно, нескончаемым потоком тянулись повозки и телеги – вовсю кипела торговая жизнь.

– Мелкие называют нас тенями, Тиль, – заговорил Сенж, когда они остановились около одного из домов в ожидании новостей.

– Что с того? – Тилиус уловил нотки самодовольства в голосе друга, и ему это не понравилось. – Пусть называют как хотят. Хоть Тени, хоть куры, мне без разницы.

– Разве не красиво звучит? Мститель в тени, разящий ударом негодяя в самый неожиданный момент!

Тиль внутренне скривился, но промолчал. К счастью, героическое настроение Сенжа прервал выскочивший из-за угла Ловкач. Отдышавшись, мальчишка затараторил:

– Ну и дядьки, быстрые, как демоны, чуть не потеряли! Сперва сунулись к Кресту, а потом резко вернулись. Они сейчас дальше, к Рассветной площади пошли.

Не сговариваясь, курсоры одновременно рванули в указанном направлении.