Первые три слова, возникшие в голове Селиссы, стоило ей только выпрыгнуть из лодки на скользкий причал Диссы, – вонь, теснота и грязь. Рыбные отбросы, тухлая вода у причала, немытые потные тела людей – все это смешивалось в ужасную вонь, висящую в воздухе и едва не сбивающую неподготовленного человека с ног. Селисса, почувствовавшая аромат задолго до того, как два дюжих гребца доставили ее к берегу, первым делом притупила магией обоняние. А ступив на причал, отключила совсем.

Она заранее подготовила простое домотканое платье, в котором могла бы сойти за обычную горожанку. Роскошное одеяние осталось в каюте Бремара. Ко всему прочему, она нацепила на голову ужасный чепец, чтобы скрыть рыжие волосы. Капитан, увидев ее затейливую маскировку, едва не катался по каюте от громогласного хохота.

– Дорогая Селисса! – выдавил он, отирая выступившие от смеха слезы. – Если бы вы предстали на том солханском корыте в этом виде – клянусь, я бы не раздумывая потопил ваше суденышко. Хотя, по правде говоря, думаю, этой жертвой я бы не стер ваш ужасный образ из чрезмерно чувствительной памяти.

Селисса вложила немало сил в пощечину, чтобы этот слишком ловкий верзила не увернулся, и ей это удалось. Впрочем, это не помешало Бремару, голова которого сильно дернулась от увесистого удара, тут же скрутить ее и жадно взять, прямо в дурацком чепчике. Да она и не сопротивлялась.

Подойдя к огромным воротам между двумя стенами двухэтажных складов, отделяющим порт от города, мэйра остановилась. Над аркой, с широких досок, прикрепленных к камням стены, свисали человеческие руки. Некоторые почернели от времени под палящим солнцем, некоторые, казалось, еще недавно кровоточили. Так в порту наказывали тех, кто покушался на святая святых – имущество купцов союза.

Поток людей меж тем тек в двух направлениях сквозь одну створку ворот, сопровождаемый безразличными взглядами стражников, задерживающих для осмотра только самых подозрительных, в основном хмурых вооруженных наемников без отличительных знаков какого-либо крупного отряда или гильдии. Вторая створка была отгорожена высоким забором под груженые телеги и тачки. Там вовсю суетились купцы и мытари, взимающие небольшую плату за проезд через город.

Обстановка сменилась, стоило только ступить за ворота. Даже вонь осталась позади. Свернув на одну из широких улиц, обставленную разнообразными лавками, Селисса тут же юркнула в подворотню и принялась искать магические источники.

– Что за… – прошептала удивленная мэйра, когда ее голову пронзил укол боли.

Она медленно произнесла заклинание, готовая в любой момент оборвать его, но в этот раз боли не последовало. Мэйра вышла из своего укрытия обратно на улицу. Увиденное заставило ее застыть на месте – обычно голубая тонкая нить энергопотока, грэна, проходящая ровно посередине улицы, была неестественно-зеленого цвета. От потока отделилась маленькая искра, видимая только Селиссе, и полетела прямо на нее. Девушка инстинктивно подалась назад, в подворотню, но та догнала ее в тени нависших домов и коснулась предплечья. Голову пронзила сильнейшая вспышка.

Селисса, шумно выдохнув, опустилась на утоптанную землю. Тошнота и головокружение вскоре прошли, оставив во рту неприятное послевкусие. Мэйре ничего не стоило применить лечение, но она, уже догадываясь, что откат будет тем сильнее, чем больше она колдует, воздержалась от нового эксперимента. Какое-то предчувствие внутри намекало на то, что к этому был причастен злосчастный старикашка, из-за сумасбродства которого мэйра и оказалась тут, но надо было узнать наверняка. И слабые разведывательные заклинания из ее арсенала явно были не к месту. Нужно было найти добровольца, который бы любезно согласился принять на себя откат колдовства.

Селисса сдернула ненавистный чепчик, высвобождая красивые волосы. Толика магии, за которую, к счастью, не пришлось страдать, подкрасила ей губы и удлинила густые ресницы. Подходящая жертва нашлась меньше чем через минуту.

– Господин наемник! – залепетала мэйра, хлопая бездонными глазами. – Не могли бы вы помочь несчастной девушке, попавшей в беду из-за нерадивого любовника?

– Отстоять честь? – хмыкнул темнокожий наемник, окинув ее тело откровенно оценивающим взглядом. – Дело несложное, если тупоголовая стража да куры не замешаны. Ну и награда должна быть достойной.

– Да, господин! – радостно кивнула Селисса. – Накажите мерзавца, надругавшегося над невинностью. Он простой помощник в лавке.

– Так чем отблагодарить сможешь, красотка? – Глаза кадурца блеснули. – За пару сломанных костей? Или мечом помахать надо? Тогда это дороже тебе выйдет.

– У меня совсем мало денег… – потупилась мэйра, продолжая великолепно отыгрывать роль. Она на несколько мгновений замялась. – Вот если бы мы… отошли в сторону, где людей нет…

Наемник быстро прикинул шансы. Попасться в ловушку Ночных он не боялся. Вольных наемников они не трогали, а взять из его пустых карманов после вчерашней пьянки в портовом притоне было нечего. Но на всякий случай он все же решил перестраховаться.

– Идем, только за мной, а не за тобой! – сально ухмыльнулся темнокожий верзила, чувствуя разгорающийся внутри огонь предвкушения.

Он схватил девушку за руку и грубо потащил за собой. Почти сразу они свернули в тот же проулок.

«Судьба…» – улыбнулась мэйра своим мыслям.

– Что улыбаешься? – Голос наемника стал грубым. Кадурец жадно облизнул пересохшие губы и потянулся руками к поясу. – Сперва аванс, а там и об обидчике подробно расскажешь. Ну-ка, подзадери платье.

– Конечно, господин, только вот…

Мэйра ловко отпрыгнула в сторону и вскинула руки, мгновенно опутывая кадурца заклинанием. Мужчина замер, точно каменное изваяние. Он еще пытался закричать, но тело не слушалось, надежно удерживаемое невидимыми нитями магии. Глаза наемника наполнились животным страхом, когда он догадался, что попался в ловушку.

– Наживы хотел? – хищно улыбнулась мэйра, наслаждаясь чужим страхом. – Будет тебе нажива.

* * *

Тьма вышвырнула сознание Кэрика из небытия. Мужчина попытался судорожно вдохнуть и сразу закашлял от нестерпимого жжения в горле и легких. Он с трудом разлепил глаза и ничуть не удивился, увидев перед собой все ту же непроглядную темноту. Неужели его наглухо завалило камнями обрушившейся башни?

«Ну, хоть умру вместе с псами солханскими», – подумал Кэрик, с недовольством вспоминая, что старый мэйр ухитрился победить его.

И все же смерть под завалом была совсем не тем, чего бы ему хотелось. Сколько он сможет прожить, погребенный под грудой камней, прежде чем умрет от истощения и жажды? Сутки? Двое? Или задохнется уже через несколько часов?

Кэрик прислушался к ощущениям и с изумлением понял, что никакого давления на тело не было. В подтверждение догадки разбойник медленно пошевелился.

«Болит, значит, не сдох, – решил для себя мужчина. – Пока что».

Правая рука судорожно скользнула по груди в поисках сферы.

«Сивонна бачча! Она треснула!» – обнаружил Кэрик, когда пальцы нащупали острые края и капли влаги. Жидкости осталось только наполовину, и она продолжала утекать, так что в следующее мгновение Ночной уже припал губами к трещине и стал жадно высасывать остатки безвкусной жидкости.

Дархумовы мэйры! А ведь он планировал показать сферу Эрридану и с его помощью выжать из своей награды максимум. Теперь же приходилось довольствоваться остатком. Когда влаги почти не осталось, Кэрик надломил сферу и облизал ее изнутри. Конечно, он очень сомневался, что сможет получить свой дар таким способом, но ничего другого придумать не смог. Оставалось надеяться на лучшее. Покончив со сферой, Кэрик отшвырнул осколки в сторону и принялся изучать обстановку. Что ж, он цел, хоть одежда и превратилась в лохмотья. Любимые сапоги тоже вроде бы были при нем. Однако, что бы ни произошло после того дархумова взрыва, ничем хорошим для него это кончиться не могло. И он в этом быстро убедился.

Рука скользнула к чудом уцелевшему поясу и извлекла тонкую палочку. Ночной зажал ее так, что один из концов, тот, что заканчивался шариком, остался свободным, и резко щелкнул по нему ногтем большого пальца. Погорская лучина, одно из многих загадочных изобретений, процесс изготовления которых хитрый народец держал в строжайшем секрете, вспыхнула голубым огоньком. Кэрику хватило пары секунд, чтобы, приподнявшись на локте, осмотреться. Плавным движением он перекатился в сторону, едва не застонав от боли, и принялся рыться в груде камней. Через несколько показавшихся вечностью мгновений ободранные руки сомкнулись на теплом металле. Кэрик облегченно выдохнул и, привстав на колени, осторожно потянул кольцо на себя. От взрыва дверь, ведущая в подвал маяка, покосилась и почти исчезла под слоем каменных осколков. Ночному пришлось приложить максимум усилий, чтобы открыть ее. Из дыры в полу в обожженное лицо убийцы пахнуло сыростью и плесенью. Кэрик уже хотел было спрыгнуть, но в последний момент остановился.

Он не мог уйти просто так.

Взгляд зацепился за эффи, что, вскинув руки над головой, поддерживала защитное заклинание. Силы ее были на исходе. Тело сотрясала крупная дрожь, глаза закатились, как при обмороке, по лицу стекали капли крови, перемешиваясь с потом. Он знал, что девчонка вот-вот рухнет без сил.

Поблизости, распластавшись под грудой камней, лежало тело старика. Убедившись, что тот не дышит, Кэрик подхватил девчонку на руки и, не церемонясь, прыгнул в дыру. Падение было недолгим. Одновременно с этим сверху посыпались крупные камни и обломки, которые плотно замуровали выход.

Сивонна бачча! У него получилось!

«Непременно схожу в храм, как выберусь, – пообещал себе Кэрик, – и поставлю самую большую свечку той жопе, что полирует сейчас божественный трон. А может, даже закажу целую восхваляющую службу!»

Он осторожно положил девчонку на пол и поднялся. Тьма слегка отступила, сменившись зловещим полумраком. Едва заметный свет исходил из угла подвала, где ступени, вырубленные в закаменевшей земле, уходили глубоко вниз.

Кэрик провел руками по лицу и с горечью хмыкнул. От роскошной ухоженной бороды остались обожженные обрывки, но в остальном голова была цела, не считая нескольких царапин, разбитого носа, пары синяков и опаленных бровей. Руки тоже пострадали незначительно – лишь синяки и ушибы. Только рана на ноге выглядела странно: края были обожжены, но плоть не кровоточила, она даже перестала болеть.

– Пьянь канавная! – ругнулся Кэрик, вспоминая своих несостоявшихся помощников. – Был бы Лекарь рядом, вмиг бы все залечил. Ну, ничего, выберусь, все получат!

Мужчина привалился рукой к стене тоннеля и шумно высморкался, прочищая нос от грязи, крови и сажи. Он пошел к углу погреба, заметно прихрамывая, и тут же приложился головой о балку под потолком слабо освещенного тоннеля. Вспышка перед глазами была ослепительной. Сверху посыпалась земля. Прошла минута, и дрожь повторилась. Мужчина догадался, что источник этой тряски прямо у него над головой, там, где совсем недавно высилась башня. А еще он ясно осознал, что надо как можно скорее выбираться. Как бы то ни было, он получил, что хотел, и мэйры были мертвы. Он вспомнил про Эрридана, который наверняка погиб при взрыве, несмотря на свои умения и защиту. Что ж, странный эффи знал, на что шел, заключая контракт с «Волчьей глоткой».

Слабо пнув ногой обломки балки, Кэрик пошел вперед, туда, где, по его представлению, должно было быть Поземье, вотчина Ночной гильдии. Эффи он оставил в подвале, не в силах тащить бездыханное тело по узким проходам.

Кэрик прекрасно ориентировался в верхних уровнях и ни разу не сбился с пути. Где-то тоннель сужался настолько, что высокому разбойнику приходилось ползти на четвереньках, а где-то переходил в просторную залу с множеством ходов. Разглядеть дорогу помогали маленькие камни – ламины, еще одно чудо погорцев.

У очередной развилки Ночной остановился и решил передохнуть, присев на огромный валун. Но вскоре какой-то посторонний шум привлек его внимание. Это были шаги. Несколько человек открыто, не скрываясь, шли в его сторону. Первым желанием было спрятаться, а уже потом, оценив ситуацию, или открыто выйти, или напасть и перебить незнакомцев. Но, разумно рассудив, Кэрик остался на месте. Открыто по шахте ходили только Ночные, а своих он не боялся.

Словно почувствовав постороннего впереди, люди затаились, послав одного разведчика.

– Кто тут шарится в темноте? – эхом прокатился по тоннелю хриплый голос. – Эй, шабилло! Назовись да покажись!

– Я, – коротко ответил Кэрик.

– Так бы и сказал! – хохотнул в ответ незнакомец. – Тогда, ясен хрен, все в порядке. Парни! – крикнул он своим подельникам. – Сивонна бачча! Это же он!

Остальные Ночные поддержали его гоготом и высказали желание сперва пустить пару болтов в шутника, а потом продолжить знакомство.

– Я один и безоружен, – крикнул он в темноту. – Из Ночных.

– Добро, коли не врешь! – отозвался незнакомец и вышел из-за угла, держа наготове короткий кинжал в одной руке и маленький арбалет в другой. Он внимательно осмотрел Кэрика, задержавшись на обгорелом лице и раненом бедре. – Кто ты есть, горемыка? И что позабыл в наших краях?

– Края эти общие. Меня кличут Кэриком. – Мужчина не сводил внимательного взгляда с кинжала в руке Ночного, прикидывая, как сподручнее будет выбить его и при этом не получить арбалетного болта в бок.

– Вот те на! – неожиданно воскликнул разбойник и быстро спрятал кинжал и арбалет, чему Кэрик был только рад. – А я смотрю, что-то знакомое.

Он обернулся в проход, из которого пришел, и крикнул:

– Выходите, парни, это свой!

– Меня Пятаком кличут, – протянул разбойник широкую ладонь для рукопожатия. – Ты-то меня навряд ли упомнишь, а вот я тебя хорошо знаю.

Кэрик вновь напрягся, готовясь в любой момент дать отпор. Обычно такие слова указывали на давние счеты, а недоброжелателей у него хватало. Но в этот раз обошлось.

– Я с тобой виделся в Поземье да пару раз в трактире вашем, в Трущобах.

Кэрик присмотрелся получше. Лицо казалось ему отдаленно знакомым, но не более.

– Без бороды не узнать, – подозрительно заметил Ночной, отходя на шаг и окидывая массивную фигуру внимательным взглядом. – Что стряслось? Смотрю, ногу тебе знатно распороли.

Очередной толчок был сильнее прежнего. К Кэрику и Ночному подошли еще двое, с опаской оглядываясь по сторонам.

– Эти дархумовы толчки вот-вот все Поземье похоронят! Нас сюда и послали на разведку, посмотреть, что происходит.

Следующий толчок был настолько сильным, что люди попадали вниз, на жесткий каменный пол. Кэрик, повинуясь какому-то внутреннему порыву, тоже соскочил с насиженного камня в сторону. Балки над их головами с грохотом обрушились, высвобождая удерживаемый свод. Мужчина успел заметить, как на камень, где он сидел мгновение назад, упал еще более массивный валун, расколов нижний пополам.

«Сивонна бачча…» – успел подумать Кэрик, досадуя на то, что чудом выбрался из-под страшного завала только затем, чтобы вновь оказаться погребенным под землей.

В следующий миг грохочущая темнота вновь с радостью приняла его в свои объятья.