В тот же миг, как Дьюс закончил создание защиты и затрясся на полу от сильнейшего магического отката, Вальден мысленно замкнул почти готовое заклинание и тихо прошептал слово-активатор, направляя магию в цепь браслетов, а браслеты – в сторону Кэрика. Древнее забытое заклинание разрушения оказалось столь мощным, что мэйру едва не оторвало кисти рук.

Вальден с трудом поднялся и откашлялся, с удовольствием отметив разорванную цепь, в которой и было заключено старое погорское колдовство. Мэйр понимал, как ему повезло: будь у Кэрика браслеты, которые блокируют всю магию, драка была бы проиграна. Хитрый ублюдок едва не одолел его!

– Жалкий глупец! Ничтожная тварь! – воскликнул хриплым голосом Вальден и смачно сплюнул под ноги. – Ты думал и вправду одолеть меня своими жалкими фокусами?!

Кэрик с огромным усилием поднялся с пола и привалился спиной к стене. Внушительный выброс силы, разрушивший браслеты Вальдена, ударил в обе цели. Вся одежда на Ночном тлела и дымилась, как и остатки его бороды. В воздухе повис отвратительный запах паленых волос и жареного мяса. Кэрик опустил взгляд и увидел огромную рубленую рану на ноге. Она не кровоточила, края ее были обожжены и дымились. В глазах было мутно. Он с трудом различил перед собой сгорбленную тщедушную фигуру. Мэйр выглядел не лучше Кэрика: разорванные остатки одежды свисали тлеющими лохмотьями, царапины и ссадины покрывали тонкие сухие руки.

Убедившись, что контуженый и раненый Ночной не представляет угрозы, Вальден развеял боевое заклинание.

«Стоит поберечь силы», – кивнул себе мэйр, проводя в уме беглые подсчеты. В первый удар он вложил треть своей силы, рассчитывая пробить любую защиту, которую непременно нацепил бы Кэрик. Древнее заклинание, освободившее его от оков, обошлось ему еще дороже, но оно того стоило.

– Одолеть тебя? – Ночной, морщась от боли, еще раз потрогал края раны на ноге, внутренне удивляясь отсутствию крови от такого серьезного ранения. – Сивонна бачча! Ты ничтожный зарвавшийся маг, я убивал таких десятками.

– Ну конечно, мой добрый приятель! – Вальден побрел в сторону лежащего без сознания Дьюса, поднимая при каждом шаркающем шаге новые облака пыли. – Я совершенно не отличаюсь от тех магов, что ты отправлял к темным богам десятками!

– Пошел ты в дархумову задницу, старый козел! – Кэрик неотрывно следил за действиями мэйра. Он уже попробовал пошевелить всеми частями тела и пришел к неутешительным выводам. Тело слушалось, кости были целы, но ощущал он себя так, словно переплыл Алое море. – Ты не хуже меня понимал, что из башни выйдет только один из нас. Или та хрень, что ты едва не швырнул в мое лицо, случайно сползла с твоей руки? Твое счастье, что я отвлекся на сопляка и не добил тебя сразу!

Кэрик был прав, Вальден не собирался оставлять его в живых после завершения сделки. И все же этот ублюдок, накачанный эликсирами, мог просто сбежать, но предпочел вступить в бой.

Мэйр склонился над учеником и магией разорвал цепь браслетов. Со стороны это было не сложнее, чем порвать нить. Он аккуратно потряс юношу за плечо и пустил в его тело целительную волну. Наконец Дьюс пошевелился и открыл глаза.

– Все в порядке, мой мальчик! – Вальден был искренне рад, что ученик остался жив.

– Что с ним случилось? Как вы смогли в… – Он удивленно уставился на Кэрика.

– Не время для вопросов! – сухо оборвал мэйр, резко поднимая мальчишку на ноги. – Сюда уже наверняка несутся все маги и воины Диссы. Надо провести ритуал!

Старик взял Дьюса за подбородок и заглянул ему в глаза, спрашивая:

– Ты же сможешь создать то заклинание? Ты его не забыл?

– Конечно смогу, учитель. – Дьюс быстро справился с замешательством, но не с сомнениями, вновь всколыхнувшимися в его голове. – Я прекрасно помню его, и я готов.

– Встань рядом с господином Кэриком и окутай его легкой неподвижностью. Я уверен, он больше не доставит нам хлопот. Я займу место в центре и начну ритуал. Если ты почувствуешь, что тебе может не хватить силы, смело кидай дархум на этого тупого выродка и сливай в него откат.

Мэйр встал посреди разрушенной комнаты и вынул слегка обгоревшую, но целую кожаную трубку из порванного рукава. Крышка слетела в сторону, и на ладонь Вальдена выкатился маленький, не больше фаланги мизинца, темный кристалл.

– Начнем!

На секунду Дьюсу показалось, что энергетические потоки дрогнули, словно струны лютни под умелым пальцем барда. Он мотнул головой, прогоняя странное ощущение. Меж тем учитель бережно сжал кристалл между сложенными у груди ладонями и, закрыв глаза, начал читать древнее заклинание. Внезапно пол дрогнул под их ногами.

«Или мне это только чудится?» – подумал Дьюс.

Странные видения и голоса наполнили голову. Каменные стены вокруг то исчезали, сменяясь незнакомыми пейзажами и местами – будь то изумрудная гладь болота с чернеющими стеблями тростника, заснеженные горные вершины, раскаленные добела пески, – то проявлялись вновь. Усилием воли молодой мэйр попробовал очистить разум от фантомов, и это ему удалось, хоть едва различимый шепот остался. Желая проверить окутанного неподвижностью Кэрика, Дьюс посмотрел под ноги и испуганно отшатнулся. Хладнокровный убийца, спокойно принявший скорую смерть, беззвучно хохотал.

– Глупый старик, что же ты делаешь?! – воскликнул Ночной, укрывая лицо израненными руками.

Внезапно башню снова затрясло, будто что-то могучее проснулось ото сна и теперь с интересом разглядывало тех, кто осмелился потревожить его вековой покой.

«Оно все это время ожидало здесь, рядом!» – странная мысль, догадка, не имеющая для Дьюса смысла, пронеслась вспышкой в его голове и тут же исчезла.

Невидимое создание исполинских размеров тенью нависло над старым мэйром, раскачиваясь в такт выкрикиваемым словам. Звучали последние строки заклинания. Холодный липкий пот пополз по спине и лицу Дьюса. Внезапно жуткое видение пропало так же неожиданно, как и появилось. Юноша уже хотел облегченно вздохнуть, но тут из бреши в стене влетели двое мужчин. Они задержались всего на краткий миг, словно оценивая обстановку. Один молниеносно подлетел к Кэрику и занес над ним кинжал, но, увидев, как раненый бандит хохочет, словно одержимый, переключился на Дьюса.

Перед лицом опешившего от неожиданности мэйра сверкнула сталь, но припрятанный в кармане защитный артефакт отвел выпад, спасая ему жизнь. Дьюс все равно ощутил крепкую затрещину, от которой дернулась голова. Времени колдовать не было, поэтому он ударил замешкавшегося на мгновение парня кулаком, второй рукой активируя свое сильнейшее атакующее заклинание. Удар, усиленный магией, пробил вспыхнувшую защиту нападавшего и достиг цели. Человек отлетел в сторону и, ударившись спиной о стену, упал на живот. Дьюс со странным чувством удовольствия увидел, как на спине нападавшего, в двух разрывах одежды, проявились кровавые раны от торчащих в стене кусков железа, остатков креплений для светильников.

В это же время второй нападающий подскочил к Вальдену. Мэйр к тому моменту оторвал руки от груди и вытянул их перед собой, держа на открытых ладонях пульсирующий ярким зеленым светом кристалл. Незнакомец выхватил из рук мэйра артефакт и отскочил в сторону двери, намереваясь просто сбежать с украденным камнем. Он едва коснулся пальцами покореженной ручки, как невидимая сила подбросила его вверх, щедро приложив о закопченный потолок, и швырнула к ногам старика. Несчастный скорчился на полу, громко крича от боли. Камень исчез, словно растворившись в его руке. В следующий миг тело старого мэйра выгнуло дугой так, что послышался отвратительный хруст костей.

– Дьюс! – заорал мэйр нечеловеческим голосом, но через несколько секунд потерял сознание и осел бесформенной массой на пол.

Дьюс тут же, забыв обо всем на свете, начал сплетать заклинание разрыва, которое на самом деле не являлось таковым. Юноша успевал, формула была быстрой, а построение простым. Он смотрел на лежащего на полу учителя безумными от ужаса глазами и продолжал колдовать. Тело Вальдена, не дочитавшего лишь пару строк заклинания призыва, стало бугриться и раздуваться. Дьюсу оставалось произнести последнее слово и мысленно направить магию в цель. Одно слово, и он будет свободен от клятвы дор-мэйру, а его учитель погибнет, послужив порталом в их мир для этого.

– Скажи слово, ублюдок! – ясно раздался в голове вопль дор-мэйра, словно он стоял за его плечом.

Дьюс не мог ослушаться приказа, не мог нарушить клятву. Дрожащие губы мэйра вытолкнули первую букву слова-активатора. Затем вторую.

И все же Дьюс не произнес последние две буквы, прекрасно понимая, что откат от клятвы и заклинания убьют его в ближайшие несколько секунд. Со странным спокойствием, появившимся неизвестно откуда и вытеснившим страх, мэйр понял, что просто не мог поступить иначе с единственным человеком, который был добр к нему. Пусть и был полон решимости довести дело до конца несколькими секундами ранее.

«Скажи это слово, тварь!» – раздался в голове голос, которому невозможно было отказать. Это было то существо над Вальденом, что привиделось ему. Оно было в ярости. Незнакомый голос сломил волю и подчинил себе слишком легко и бесповоротно. Перед глазами Дьюса разлилась всепоглощающая ослепительная зелень.

«Темные боги, помогите мне!» – с отчаянием успел подумать молодой мэйр, открывая рот и делая вдох, чтобы на выдохе вытолкнуть последнее слово и закончить заклинание разрыва.

Дьюс смолчал.

* * *

Первым делом Анабель сняла свой легкий небесно-голубой плащ с изображением могучего дерева, которое опоясывала широкая белая лента. «Исцеляй во имя Короны» – гласил девиз гильдии. Хоть девушка и не была полноправной эффи, помощь в исцелении Виамара Трейдора разом возвысила ее над товарищами по обучению. Особое положение при дворе и протекция самого курсоруса помогли Анабель получить звание и все соответствующие привилегии без окончания обучения и сдачи ряда сложнейших экзаменов, на которых срезалось едва ли не две трети студентов.

Анабель догадывалась, что этому поспособствовал глава гильдии эффи Зендор Блой, пытающийся таким образом хоть частично загладить свою вину после стычки в лавке.

В тот день ничто не предвещало беды. Дождавшись, когда ее телохранитель, Борус, отправится на встречу с господином Долимаром, она незаметно улизнула из дворца и отправилась за покупками на рынок. Для отвара постоянно требовались только свежие травы и корни, кроме того ей отчаянно хотелось побыть наедине со своими мыслями. Глупая, почти детская вольность. Казалось бы, что могло пойти не так?

В одной из лавок ее и подстерегли. Вместо приветливого продавца к эффи вышел магиструс Зендор, высокий и худой мужчина.

– Здравствуй, Анабель! – дружелюбно улыбнулся магиструс, подходя ближе и протягивая руку с внушительным перстнем, на котором тускло светился красный алмаз в изящной оправе, символ главы гильдии.

Анабель растерянно перевела взгляд с добродушной улыбки Зендора, за которой проглядывался звериный оскал, на протянутую для поцелуя руку. Унизительный обряд, обязательный для всех эффи в Даворе.

– Не хочешь выказать дань уважения своему наставнику? – с притворным изумлением обиженно спросил магиструс, так и не дождавшись жеста покорности. – Такая почетная работа совсем лишила тебя манер?

Даже в гильдии все побаивались Зендора Блоя. Хотя он и был средним по силе магом, незаурядный ум, звериное чутье и хитрость позволили ему получить протекцию канцлера. В Университете Семи столпов магиструс и вовсе был почти богом. Одним только словом он мог как возвысить подающего надежды студента, так и уничтожить.

– Над чем ты работаешь, девочка? – мужчина прищурил серые глаза и шагнул навстречу Анабель, у которой от испуга и неожиданности едва не подкашивались ноги. Зендор медленно обошел эффи, словно змея, оценивающая добычу и выбирающая, в какое место нанести первый укус. – Слышал, ты нашла новый яд и уже сделала к нему противоядие? Почему же не торопишься рассказать о своем успехе в Университете или гильдии? Возможно, я смог бы сделать так, чтобы твой прорыв в лечении его величества засчитали вместо выпускных экзаменов и экзамена на звание магистра…

Зендор ловко переходил от угроз и намеков к обещаниям и похвале. Он даже менял тембр и интонацию, чтобы быстрее подобрать ключик к своей жертве.

«Да она едва не пускает лужу под себя от страха!» – подумал магиструс, наблюдая, как впавшую в ступор девчонку начала бить мелкая дрожь. На его лице проступило плохо скрываемое презрение.

Посчитав, что девчонка достаточно напугана, Зендор пошел в атаку: он громко щелкнул пальцами – на сигнал из-за полок тут же вышли двое прятавшихся рослых мужчин.

– Расскажи мне, как ты смогла выделить токсин? – Тон мужчины стал жестким. Его вытянутое лицо медленно приблизилось к Анабель. Одновременно с этим магиструс активировал заклинание подчинения, окончательно ломая волю молоденькой эффи. – Будь умницей, расскажи мне, как ты…

Анабель из последних сил попыталась сделать шаг назад, чтобы сломить иллюзию подчинения, но эффи уже крепко держали ее за плечи, а перед глазами раскачивалось змеиное лицо магиструса Блоя.

– Отойдите от девчонки! – раздался громкий и решительный голос. – Клинки зачарованы и без труда войдут вам в спины промеж позвонков!

Зендор от неожиданности отшатнулся, но тут же взял себя в руки.

– Кто смеет влезать в дела гильдии?! Покажись, глупец, именем правосудия лорда Оквуса!

– Класть мне на его правосудие! – хмыкнул невидимый Анабель мужчина.

По сиплому голосу девушка догадалась, что это был Борус. Один курсор и до смерти перепуганная девчонка против троих эффи? Ужасный расклад. У Боруса было только одно маленькое преимущество, которым он не преминул воспользоваться, ткнув кинжалами в спины дернувшихся охранников.

– Медленно отошли от девчонки! – В пропитом голосе зазвучали металлические нотки. – Дважды повторять не буду! Живо, мать вашу!

Зендор, в глазах которого плескалась ярость, кивнул, и двое эффи быстро перебежали на его сторону. Борус ухватил Анабель за шиворот и бесцеремонно оттолкнул себе за спину, к двери. Он замер в боевой стойке, выставив вперед руки со странно поблескивающим в полутемной лавке оружием.

– Ты сделал большую ошибку, человечек, кем бы ты ни был! – рассмеялся Зендор, глядя на невысокого крепыша с красным лицом. – Я просто размажу тебя по стене, а остатки смою в канаву!

Магиструс слегка откинул руку назад, и на его ладони тут же заискрилось атакующее заклинание. Анабель запоздало спохватилась и принялась создавать защиту, прекрасно осознавая тщетность усилий, – от одновременного тройного удара она бы не спасла.

– Это вы делаете роковую ошибку! – процедил Борус, не меняя положения. Его взгляд быстро перебегал от одного эффи к другому. – Эти малыши способны поглотить два удара, третий примет амулет на груди. А потом исход нашей встречи решит честный бой, в котором двоим из вас я успею перегрызть глотки. Девчонка за это время выбежит на улицу и позовет стражу. Выжившего счастливчика, посмевшего напасть на дворцового лекаря, будет ждать приятная и долгая беседа с Долимаром!

Решительность и твердость его голоса ненадолго пошатнули уверенность Зендора, которого такой расклад совсем не устраивал. Анабель уже хотела обрадоваться, что появился шанс избежать боя, но магиструс и не думал отступать.

– Глупец! Сивонна бачча! – хрипло рассмеялся Зендор. – Ты хоть понимаешь, против кого ты хочешь биться?!

Блой вытянул вторую руку, на которой закружился конус ослепительных белых искр.

«Копье льда, которое не отобьет ни его, ни моя защита! – ужаснулась Анабель. Она никогда не видела подобных заклинаний вживую. – Откуда у него столько силы на столь мощное заклинание?»

– Нет свидетелей и тел, – оскалился Зендор, – нет и преступления.

– Фокус на фокус, маг! – выкрикнул Борус, словно опасаясь не успеть до первой атаки эффи. – Ты же не настолько самонадеян и глуп, что поверил в одного защитника-выскочку для такой важной особы? Посмотри-ка наверх!

Зендор медленно вскинул голову и вздрогнул, когда увидел нацеленный ему в голову арбалет. Человек сидел на балке под потолком. Его скрывала глубокая тень, в которой лишь угадывался контур тела.

– В горло или в глаз, маг? – прошептал невидимка, но его тихий голос услышали все.

Зендор, осознав, что на кончике болта было погорное железо, опустил голову, даря Анабель полный ненависти взгляд.

– Прошу прощения. Это недоразумение, – медленно произнес магиструс, тут же принимая поражение. – Мы уходим. Но не прощаемся, Анабель Слайдор.

Борус отошел с пути троих эффи, все еще прикрывая девушку спиной.

– Благодарю! – сказал он, обращаясь к невидимке, который уже исчез с балки.

Он повернулся к дрожащей от испуга эффи, которая только сейчас поняла, чего им удалось избежать.

– Долимару доложу сам. О происшедшем ни слова никому. – Он бережно спрятал кинжалы и попытался пригладить редкие, торчащие во все стороны волосы. В его голосе слышалось облегчение, словно он предполагал, что хороший исход стычки невозможен.

– И на будущее! Когда рядом с тобой выход, не плети, дархум тебя разорви, бесполезную защиту! Воспользуйся дверью, во имя Всеединого!

Почти никто не знал о том происшествии. Поэтому все эффи смотрели на нее как на выскочку, с завистью и презрением. Слыша перешептывания за спиной, Анабель с каждым днем все больше думала, что она действительно не заслужила носить этот герб.

Отбросив неприятные мысли, девушка убрала плащ в наплечную сумку и устремилась за тонким следом заклинания поиска. Связующая нить петляла, ложась причудливым узором на улицы города. Анабель так увлеклась погоней, что едва не сбила с ног старика, которому помог удержаться на ногах стройный юноша.

– Прошу прощения, – обронила эффи и проскочила мимо расступившихся мужчин.

Она сделала пару шагов и едва не остановилась. Нить заклинания поиска исчезла. Это могло означать только одно – источник магии был слишком близко. Анабель стоило огромного труда побороть любопытство и, не оборачиваясь, пройти дальше. Эффи свернула в первый же проулок и затаилась в прохладной тени. Через пару мгновений, показавшихся ей бесконечно долгими, двое мужчин, старик и юноша, прошли мимо. Нить снова появилась перед внутренним взором, а с ней и странная тревога.

Девушка выглянула из укрытия на улицу: мужчины неспешно удалялись прочь, изредка обмениваясь словами. И хотя нить касалась спины юноши, Анабель не сводила взгляда со старика, невзрачная фигура которого так и источала угрозу.

«Что я делаю?» – подумала эффи и устремилась следом.

Она уже представляла, как курсорус станет отчитывать ее за глупое поведение.

«О чем ты думала? Ты лекарь самого короля! Рискуя своей жизнью, ты рискуешь жизнью Виамара!» – Голос взбешенного Долимара, легко выходящего из себя, когда речь заходила о государственных интересах, прозвучал в голове слишком реалистично. Анабель даже замедлила шаг и задумалась, успеет ли она перехватить Боруса до его возвращения во дворец. Не успеет.

Да, за это ей достанется по полной.

«Увижу первый патруль и расскажу им все, пусть сами следят за этими двумя! Или сразу хватают их и тащат в башню Правосудия!» – решила эффи, уже сильно пожалевшая, что ввязалась в такую глупую авантюру.

Но вот мимо прошел первый патруль из двух молоденьких стражников, едва ли старше нее самой, и одного курсора. За ним, через десять минут, второй. Но Анабель продолжала идти по тонкому следу, тихо проклиная свое чрезмерное любопытство. Теперь она должна довести дело до конца. Тогда и наказание получит хоть за что-то.

Больше часа продолжалось бесцельное путешествие незнакомцев по столице. Но после Погорского квартала они неожиданно перестали петлять и целенаправленно двинулись в сторону кварталов Бедняков, после чего вышли на небольшую площадь и уперлись в Старую башню.

Парочка магов, оглядываясь по сторонам, подошла к входной двери башни. Дверь открылась, и они проскользнули внутрь. Из своего укрытия Анабель также заметила еще двух людей – они приблизились к канаве, которая огибала маяк по левой стороне площади, и после недолгого спора спрыгнули вниз. Ничего примечательного в них не было. Но на груди одного что-то блеснуло. Анабель не пришлось подключать магию, чтобы понять: это курсорская бляха! Значит, эти двое – курсоры! Тогда все сходилось: они следили за мэйрами по приказу свыше.

– Ну и влетит же мне… – протянула Анабель, представляя всевозможные кары, которые обрушит на ее голову Долимар.

Снова посмотрев на место, где минутой ранее стояли двое мужчин, и поддавшись сиюминутному порыву, эффи осторожно двинулась следом, огибая маяк по кругу. Она не собиралась прыгать в канализацию, лишь немного обошла площадь, выглядывая из-за угла, но никого не обнаружила. Нахмурившись, девушка увидела два валяющихся на земле плаща. Неужели курсоры нашли другой проход в башню? Недолго постояв на месте, Анабель вернулась к краю площади. Пора было возвращаться во дворец. Наверняка Долимар и так знал, кем были те мэйры, раз послал за ними своих людей.

Магический удар она почувствовала за мгновение до взрыва. Раздался оглушительный грохот, от которого задребезжали окна в домах. От неожиданности эффи наступила на длинный подол и потеряла равновесие. Площадь под ее ногами мерно подрагивала, сотрясаясь от подземных толчков.

То, что происходило дальше, она с трудом могла бы описать словами. Благодаря магическому зрению, эффи увидела, как во все стороны башню вдруг пронзили фиолетовые и золотые лучи – последствия сильнейшего заклинания, которое чуть было не развалило маяк до основания.

«Темные боги! Что, если те курсоры пострадали?» – вспыхнула в ее голове ужасающая мысль.

Не раздумывая больше ни секунды, она поднялась с грязной земли и бросилась к башне. В этот момент она думала только о людях, находящихся внутри. Если они выжили, им нужна помощь.

Дверь оказалась заперта. Пришлось воспользоваться толикой магии, чтобы разбить замок и проникнуть внутрь. На полу, сразу у входа, лежал человек. Анабель не узнала в нем никого из тех, кого видела на улице, но все равно поспешила воспользоваться лечебным заклинанием. И вот она уже перепрыгнула его тело и устремилась по лестнице. На следующем пролете башня вздрогнула от нового магического удара. Из темноты пахнуло гнилью и разложением.

«Словно из могилы», – подумала девушка.

Короткая и жуткая схватка развернулась на глазах Анабель, когда она взбежала по последнему уцелевшему пролету. По грохоту за спиной эффи поняла, что лестница совсем разрушилась, – но даже не повернулась, полностью захваченная происходящим в комнате.

Взгляд девушки сперва упал на раздутое тело старого мужчины, неподалеку от которого, мучительно корчась, лежал курсор с неестественно вывернутой рукой. Второй маг нашелся у противоположной стены, где, безумно смеясь, также сидел обожженный человек в массивных сапогах.

Взяв себя в руки, Анабель подскочила сперва к завывающему от боли парню. Целебное заклинание мгновенно слетело с ее вытянутой руки и влилось в тело несчастного. Реакция курсора была более чем странной – он тут же смолк и замер.

«Я его убила», – успела подумать со странным спокойствием Анабель и тут же, подхваченная невидимой силой, кубарем полетела через всю комнату. Сильнейший откат взорвал ее голову нечеловеческой болью. В ушах стоял противный звон. Резко накатившая слабость и дурнота едва не лишили ее чувств. Но вместо того, чтобы потерять сознание, Анабель, предчувствуя неминуемую гибель, собралась с силами, встала на колени и стала колдовать. Она сплетала самое мощное заклинание защиты, которое знала.

А потом наступила Истинная Тьма.