Волосы распущены, губы ярко накрашены, вместо брюк короткая юбка. Лена шла соблазнять, и, судя по реакции Улиткина, смогла произвести на него впечатление. Да, он смотрел на нее как на девочку по вызову, которая превзошла его ожидания. Но сейчас не это важно. Сейчас важно, что Улиткин не остался равнодушным, он уже настроен на заигрывание и ухаживание.

Он не стал целовать Лене руку, но подался к ней, как будто хотел обнять за талию. Или даже сунуть руку под юбку, как будто перед ним дешевая проститутка.

— У меня для вас две новости, и обе плохие, — сказала Лена.

— Ну что, готов их обменять на две новости похуже, — усмехнулся Улиткин, всем видом давая понять, что на любой ее ход у него имеется противодействие. Если Верлинский проговорился, он действительно мог серьезно подготовиться к разговору.

— Позавчера вам звонил некто Дряблов насчет моего мужа. У меня есть запись разговора. Вы заказали моего мужа, гражданин Улиткин.

— Даже гражданин? — заметно растерялся подонок.

Похоже, он не знал, с чем пришла к нему Лена. И очень хорошо, что Верлинский ничего ему не сказал.

— Если я солью эту запись, вы сядете. На сутки, на двое, на год, на десять, но сядете. Про вашу репутацию я вообще молчу…

— Так, постой! — Улиткину стало вдруг трудно дышать, нервным движением он ослабил узел на галстуке.

— Предлагаю компромисс, — продолжала Лена. — Вы оставляете моего мужа в покое, и я уничтожаю запись. И Дряблова мы не трогаем. Ни Дряблова, ни Кортнева.

— Кого?! — Улиткин продолжал тянуть за галстук, пока не превратил его в длинную пеструю змею. Так и снял с шеи, но вздоха облегчения Лена не услышала.

— Как будто вы не знали, с кем связались! — презрительно усмехнулась она и добавила: — Нам известен каждый ваш шаг!

— Предлагаете договориться?

— Мы же не изверги, убийство врагов противоречит нашим нормам.

— А я враг?

— При чем законченный.

— Но мы можем договориться?

Сигареты Улиткин нашел в глубине нижнего ящика стола. Запечатанная пачка и место, где он их хранил, говорили о том, что сигареты он держал на такой вот, как сейчас, случай. Не курил, но так вдруг захотелось крепко затянуться. И еще сказывалась нехватка воздуха. Улиткин отвел штору, открыл дверь на балкон, а вот на это Лена даже не надеялась.

— Что вы делаете? — спросила она.

— Поговорим на свежем воздухе.

— Холодно, а шуба в приемной.

— Сходите за шубой, — кивнул он, торопливо переступая порог.

Невмоготу, как ему хотелось поскорее попасть на свежий воздух.

Открывая дверь, Лена услышала, как щелкнула зажигалка.

В приемной было людно: и его, Улиткина, телохранители, и с ней прибыло трое, все здесь. Она взяла шубу, снова зашла в кабинет. Банкир лежал на балконе, вытянув ноги. Лена подошла поближе. Руки раскинуты, во лбу маленькое отверстие, в затылке дыра, на стекле кровь. Картина не для слабонервных. Она вскрикнула и стала оседать на пол. Обморок входил в ее планы.