С первых дней освобождения Урала правительство и лично В. И. Ленин придавали важнейшее значение восстановлению уральских заводов. В конце 1919 года Совет обороны принял постановление об улучшении продовольственного снабжения рабочих этих предприятий. А в феврале 1920 года, принимая во внимание важное значение для хозяйства Республики металлургических и других уральских заводов, Совет обороны полностью освободил от мобилизации рабочих Мотовилихинского, Чусовского, Надеждинского, Нижне-Тагильского, Златоустовского, Миасского, Усть-Катавского и Белорецкого заводов.

Медленно поднимался из руин наш завод. Во главе его вновь стал Генрих Георгиевич Шефер, принужденный владельцами уволиться в 1916 году за лояльное отношение к рабочим.

Восстановление завода осложнялось из-за того, что многие кадровые рабочие отсутствовали. Иные воевали, кто-то подался от голода в деревню. Приходилось буквально заново собирать коллектив, обучать не имеющих никакого ремесла крестьян.

После освобождения от колчаковцев завод был национализирован, однако наследство от бельгийских акционеров досталось небогатое. «Завод в настоящее время никакой ценности для промышленности не представляет» — таков был приговор компетентной комиссии, приехавшей в Усть-Катав вскоре после его освобождения.

Потребовались поистине титанические усилия обескровленного войной и разрухой коллектива, чтобы уже в 1922 году начать выпуск запасных частей для Самарской, Пермской и других железных дорог.

Коллектив постепенно стабилизировался. Однако трудностей не убавлялось. В стране царили хозяйственная разруха, голод, свирепствовал тиф. Небольшой коллектив завода нередко простаивал без работы. Заказы поступали нерегулярно, а порой продукцию просто не из чего было делать. Тяжелую обстановку усугубляли тревожные вести. Доходили слухи о восстаниях на Тамбовщине и в Западной Сибири. Летом 1921 года стало известно, что за Белорецком в окрестностях станции Магнитной появилась большая банда. Коммунисты завода — члены ЧОНа (частей особого назначения) выехали на разгром этой банды и полностью ликвидировали ее.

В эти трудные годы уверенно заявила о себе заводская молодежь. Усть-Катав стал центром комсомольской жизни в округе. Если в Симе и Миньяре из-за голода и болезней комсомольские организации практически перестали работать, в Усть-Катаве молодые ребята продолжали трудиться на субботниках, проводили боевые стрельбы, регулярно посещали политические занятия. Вслед за своими старшими товарищами отряд комсомольцев выезжал и на разгром банды в Белорецк.

Комсомольцы проводили культурные мероприятия, стали организовывать вечера, концерты и спектакли у себя в клубе. Позднее к комсомольцам подключились и любители театра из числа беспартийных. Особенно активно участвовал в подготовке спектаклей Василий Михайлович Бисярин.

Действенным средством агитации стала «живая газета», или, как ее называли в то время, «Синяя блуза». В ходе представления исполнялись частушки на местные темы, сатирические рассказы и другие номера, в которых хлестко бичевались пороки и пережитки. Зрительный зал во время выступления этого коллектива был набит до отказа. И долго еще потом в цехах завода повторяли запомнившиеся куплеты.

Активными участниками «Синей блузы» были Степан Наруков, Анна Акулова, Петр Клюев, Иван Киселев.

При заводском клубе создали и кружок гармонистов, которым руководил комсомолец Владимир Чернов. Новую жизнь вдохнули молодые в духовой оркестр. Одним словом, несмотря на голод и лишения, молодежь не падала духом.

Комсомольцы стали основателями физкультурного движения. В первое время увлекались только футболом. Позднее занимались и легкой атлетикой, классической борьбой, конькобежным спортом. Руководил физкультурной работой Николай Кузнецов.

В заводском поселке сложилась сильная футбольная команда. В основной ее состав входили Иван Сиднев, Григорий Лозынин, Павел Маспанин, Иван Гулин, Николай Кузнецов, Констан Гордеев, Яков Мизгирев, Григорий Клюев, Николай Бахарев, Иосиф Есарев.

Футболисты завода не раз встречались с командами соседних заводов и часто выигрывали.

Для занятий физкультурой и спортом средств в то время достать было трудно, так что выручал энтузиазм молодых. Игры проводились на импровизированном стадионе около Пост-завода.

В 1921 и 1922 году в помощь голодающим Поволжья комсомольцы проводили платные спектакли. Под руководством партийной организации в 1922 году комсомольский актив изъял много церковных ценностей и передал их в фонд голодающих.

Комсомолец двадцатых годов П. Гулин, выступая перед молодежью, вспоминал:

«Мне пришлось участвовать совместно с активистами-комсомольцами под руководством секретаря райкома партии Николая Федоровича Волкова в изъятии церковных ценностей. Пока мы собирали и описывали представляющие ценность вещи, в ограде церкви собралось много женщин. Поднялся невообразимый шум. Раздавались крики: «Не дадим!», «Богохульники!».

Волков попросил попа пойти к женщинам и объяснить, на какие нужды изымаются ценности. Когда же это не возымело особого воздействия, он выступил сам. Волков не говорил о церковных ценностях. Он попросил женщин сдать личные серебряные и золотые вещи в фонд голодающих. Площадь перед церковью постепенно опустела…».

В период нэпа комсомольцы завода активно решали вопросы охраны труда молодежи. Посылали в фабрично-заводские комитеты профсоюзов своих представителей. На вагоностроительном заводе до 1924 года таким представителем был Иван Клюев. Он занимался организацией производственного обучения молодых, заботился об охране их труда, устраивал подростков на завод.

Однако начальники прокатного, кузнечного и болто-рессорного цехов не желали принимать молодежь и заниматься ее обучением. Особенно неохотно брали комсомольцев. Те попробовали решить проблему с помощью печати. В «рабочей газете» было напечатано стихотворение Демьяна Бедного:

Заканчивалось стихотворение о начальнике цеха так:

Для начальника болто-рессорного цеха С. Бахарева, по прозвищу «Мосол», эта публикация стала серьезным уроком. Вразумили стихи и других руководителей.

Вскоре при заводе была организована школа ФЗО, хорошо оснащенная оборудованием. Преподавали в ней высококвалифицированные инструкторы А. М. Скрябинский и А. М. Мизгирев.

В 1925 году на заводе было начато производство пассажирских вагонов третьего класса. С 1926 года устькатавцы приступили к выпуску двухосных крытых вагонов грузоподъемностью 20 тонн. Одновременно выпускались и грузовые платформы такой же грузоподъемностью. Крытых вагонов до 1931 года было выпущено 1192 штуки. Платформ — 3758.

На сборке вагонов в те годы отлично трудилась первая в области и на заводе комсомольско-молодежная бригада, которую возглавлял Николай Мельников. Угнаться за этим дружным коллективом не могли даже бригады, состоящие из опытных сборщиков, выпускавших вагоны еще при бельгийцах.

В 1928 году в Усть-Катаве произошло знаменательное событие: под руководством учителя Евгения Викторовича Василевского был создан радиоузел. Евгений Викторович организовал кружок любителей радио. Наиболее активными членами его стали начальник электроцеха Федор Иванович Баландин, энергетик Федор Петрович Есарев, монтеры Степан Васильевич Клюев, Егор Григорьевич Дыдыкин и Иван Иванович Прохоров.

Василевский сам сконструировал установку, принимающую Москву. Радиоузел в то время занимал одну из комнат клуба. На его балконе устанавливались репродукторы. Народ толпами собирался слушать голос Москвы. В то время это было загадочно и удивительно…

Заведовал первым радиоузлом Ф. И. Баландин. Чуть позже радиоточки были проведены в цехи завода. Сигнал от радиоприемника передавался усилителем, сконструированным Василевским.

Основатели радиовещания в Усть-Катаве не только организовали прием радиопередач из Москвы, но и транслировали свои передачи. Особой популярностью пользовалась юмористическая передача «Молотяга». В ней «молотили» нерадивых работников, пьяниц и прогульщиков. Радиогазета была действенным средством в идеологической работе.

В 1932 году на заводе начали строительство нового сталелитейного цеха, который вступил в строй в 1933 году. В том же году приступили к строительству паросилового цеха с установкой второй паровой турбины. Основным видом топлива на заводе оставались дрова. Заготовкой их занималось все трудоспособное население. Кроме этого от каждого цеха зимой выделялись специальные группы рабочих.

Рос выпуск железнодорожных вагонов типа «Думпкар» и «Хоппер», продолжался выпуск узкоколейных платформ. Одновременно осваивалось производство трамвайных вагонов, конструкцию которых разработали специалисты Мытищинского завода. С 1937 по 1941 год завод ежегодно выпускал по 156 таких вагонов.