Палата была залита мягким утренним светом. Мониторы у кровати Николаса мерно гудели, рисуя на экранах зеленые линии его сердцебиения и дыхания. Анна дремала в кресле, не выпуская его руки. Она так и не смогла заставить себя уйти, даже когда Трейси и Адам сменяли друг друга, принося кофе и новости.

Николас пошевелился первым. Его пальцы, сжимавшие ладонь Анны, дрогнули чуть сильнее. Она тут же проснулась, резко выпрямившись в кресле.

— Николас? — ее голос был хриплым от усталости и волнения.

Он медленно открыл глаза. Взгляд был ясным, осмысленным. Он посмотрел на нее, потом на их сцепленные руки, и слабая, но настоящая улыбка тронула его губы.

— Привет, — прошептал он.

— Привет, — выдохнула она, чувствуя, как огромный камень падает с души. — Как ты себя чувствуешь?

— Как будто по мне проехался танк, — он попытался пошутить, но поморщился от боли и осторожно коснулся гипса на левой руке. — Но, кажется, я в порядке. В относительном.

Анна не выдержала. Слезы, которые она так долго сдерживала, хлынули потоком. Она наклонилась и осторожно, чтобы не задеть ссадины, прижалась лбом к его плечу.

— Не смей больше так делать. Никогда.

Он свободной рукой погладил ее по волосам.

— Эй... ну ты чего? Все же хорошо.

В этот момент дверь палаты распахнулась. На пороге стоял врач в сопровождении Трейси и Адама.

— О! Наш пациент проснулся! — бодро сказал врач, подходя к кровати и проверяя показания мониторов. — Как самочувствие?

— Жить буду, — хрипло ответил Николас.

— Это мы еще посмотрим, — раздался от двери знакомый язвительный голос.

Все обернулись. В проеме стоял Дилан. Выглядел он так, будто не провел ночь в баре, а только что вышел из дорогого салона: идеальная укладка, свежий вид и фирменная ухмылка на губах.

— Дилан! — Трейси закатила глаза. — Ты не мог хотя бы сегодня не быть придурком?

— Я не придурок, я скептик, — он прошел в палату и бесцеремонно плюхнулся на край соседней пустой койки. — Я просто пришел убедиться, что наш главный герой не склеил ласты и мы сможем закончить этот чертов фильм без судебного иска от студии.

Николас усмехнулся:

— Не дождешься. Съемки продолжаются по графику.

Дилан картинно всплеснул руками:

— Вот! Я же говорил! Этот парень неубиваемый. Даже авария не может выбить его из рабочего ритма.

Врач закончил осмотр и кивнул:

— Что ж, мистер Гарсия, вы везунчик. Сотрясение несильное, перелом без смещения. Пару дней понаблюдаем и отпустим вас домой. Только никаких резких движений и никакого экшена в ближайшие месяцы.

— Понял, док.

Когда врач вышел, в палате повисла неловкая тишина. Все смотрели на Николаса с облегчением и радостью, но Анна чувствовала повисший в воздухе вопрос: «А что теперь?»

Трейси нарушила молчание первой:

— Ну что ж... раз пациент жив и даже ворчит, я пойду закажу всем нормальный кофе из автомата внизу. А то этот больничный пойл... — она осеклась, увидев взгляд Николаса.

Он смотрел на Анну.

— Трейси... Адам... Дилан... спасибо вам всем. Но нам с Анной нужно поговорить. Наедине.

Дилан театрально вздохнул:

— О нет, только не эти сопли! Ладно-ладно, мы уходим. Но учти, Ник, если ты снова сорвешь мне сцену...

Трейси ткнула его локтем в бок:

— Пошли уже.

Они вышли, оставив Анну и Николаса одних. В палате снова стало тихо.

Николас посмотрел на нее долгим, серьезным взглядом.

— Сядь сюда, — он похлопал по краю своей кровати рядом с собой.

Анна пересела с кресла на койку. Он взял ее за обе руки.

— Я должен был сказать это еще до аварии... или после того поцелуя... или вообще пять лет назад в чате. Я не знаю когда именно, но я должен это сказать сейчас.

Анна замерла, боясь дышать.

— То сообщение... оно не затерялось в спаме. Я прочитал его в ту же ночь. И оно выбило меня из колеи. Потому что никто никогда не писал мне такого. Не о моей внешности или славе. А о моей работе. О том, что я делаю как актер.

Он сжал ее ладони крепче:

— А потом я увидел тебя на площадке. Не как фанатку или случайную девушку. А как равную мне по силе духа. И я испугался. Испугался того, насколько сильно ты мне нужна.

Он поднес ее руку к своим губам и поцеловал костяшки пальцев.

— Анна Воронцова... та самая девушка с чувством юмора и любовью к хорошим историям... ты выйдешь за меня замуж?

В палате повисла абсолютная тишина. Анна смотрела на него широко раскрытыми глазами, не в силах поверить услышанному.

Он улыбнулся своей фирменной улыбкой:

— Знаю, предложение вышло так себе: больничная палата, гипс... ни кольца, ни ужина при свечах...

Но Анна уже не слушала его оправдания. Она наклонилась и закрыла ему рот поцелуем — долгим, нежным и полным любви.

Когда они оторвались друг от друга, она прошептала ему прямо в губы:

— Да. Да, Николас Гарсия... я выйду за тебя замуж.

Он рассмеялся — тихо и счастливо:

— Отлично. Потому что я уже заказал тебе кольцо с маячком внутри. Чтобы ты никогда больше не потерялась в спам-фильтре моей жизни.

За дверью палаты Трейси прижала палец к губам:

— Тссс... кажется, у нас тут хэппи-энд намечается?

Дилан ухмыльнулся:

— Ну наконец-то! А то я уже устал смотреть на эти кислые мины на площадке.

Адам лишь молча улыбнулся и покачал головой:

— Поехали отсюда. Пусть у них будет свой момент тишины перед тем хаосом, который начнется завтра утром с приходом прессы...

Но сейчас для Анны и Николаса хаос отступил. Остались только они двое и начало их собственной истории — настоящей и счастливой.