В начале августа 1950 г., когда коммунисты с неослабевающей силой продолжали наступать на Пусан, у некоторых моряков появились и стали расти сомнения в эффективности морской блокады Кореи. Наша авиация ежедневно выводила из строя железнодорожные линии противника; по донесениям летчиков, они постоянно и вполне успешно уничтожали мосты, паровозы и вагоны. Естественно, что многим было непонятно, каким же образом противник снабжает свои войска на фронте, тем более что для успешного наступления стосорокатысячной армии северокорейцев требовалось огромное количество военных материалов, продовольствия и людей. Невозможно, чтобы противник мог перенести все эти грузы на руках. Как же он ухитрялся снабжать свою армию?

Многие из тех, кто задумывался над этой проблемой, легко приходили к ложному выводу. «Если железнодорожное сообщение дезорганизовано, – говорили они, – то, очевидно, противник перевозит грузы морем, возможно, даже в ночное время. Разве воздушная разведка не доносит все время об обнаружении отдельных судов и даже групп – иногда по целой сотне судов – вдоль всего западного и восточного побережий Кореи? Разве не об этом свидетельствует доклад летчиков об уничтожении в иньчхонском порту транспорта водоизмещением в 10 000 т? Не является ли все это доказательством того, что противник снабжает свои войска морем?»

«В этот период, – рассказывает вице-адмирал Джой, – меня часто просили принять меры для усиления морской блокады Кореи, так как многие считали, что противник снабжает свой фронт морем, возможно, применяя тактику коротких переходов судов в ночное время. Это предположение казалось правдоподобным, тем более что западное побережье Кореи с его сотнями островов было весьма удобным для таких переходов. В то же время к нам очень часто поступали донесения о том, что самолеты сегодня в одном, завтра в другом месте замечали скопления джонок и других мелких судов. В связи с этим кто-то предположил, что противник снабжает свои войска на фронте с помощью этих „транспортных армад“».

Адмирал Эндрюс приказал разведывательным эскадрильям проверить данные о скоплениях «транспортных армад» противника. Данные разведки и аэрофотосъемки показали, что эти «армады» представляют собой не что иное, как рыболовный флот. Корабли адмирала Эндрюса, направленные на следующий день после совещания для разведки порта Иньчхон, так и не смогли обнаружить «уничтоженный бомбами» и «потопленный» транспорт противника водоизмещением в 10 000 т.

«Мы летали над побережьем Кореи днем и ночью, ведя самое тщательное наблюдение как с помощью радиолокаторов, так и визуально, – говорит командир 6-й разведывательной эскадрильи капитан 3 ранга Фэруэлл, – но не обнаружили ничего подозрительного. Нам удалось доказать командующему военно-морскими силами на Дальнем Востоке, что противник ни в коей мере не снабжает свои войска по морю. Затем по собственной инициативе мы решили уточнить, каким же все-таки способом происходит снабжение войск противника, и вскоре нам удалось получить аэрофотоснимки тщательно замаскированных обходных железнодорожных путей, проложенных рядом с разрушенными мостами или проходивших по примитивным временным мостам, сооруженным из шпал. Мы обнаружили, что противник прятал свои эшелоны в туннелях. Так, на снимках часто можно было различить дым от паровозов, выходивший из туннелей, где укрывались эшелоны на день. Таким образом, внимание командования вновь привлекли железные дороги».