4 июля 1950 г. всем кораблям, находившимся в Тихом океане, было передано по радио следующее сообщение:
«…Президент Соединенных Штатов Америки, выполняя просьбу Совета Безопасности ООН об оказании поддержки Корейской республике в защите от агрессии со стороны Северной Кореи и восстановлении мира в Корее, приказал начать морскую блокаду Корейского полуострова».
Географические границы блокады в этом сообщении не указывались, но для того, чтобы наши военно-морские силы держались на достаточном расстоянии как от китайских, так и от советских берегов, в качестве северной границы блокады на западном побережье было взято 39°35’, а на восточном 41°51’ северной широты. Эта ограничительная мера была обусловлена некоторыми юридическими соображениями. Так, например, Советский Союз и коммунистический Китай заявили, что они осуждают блокаду и не признают ее законной.
В начале войны силы, предназначенные для организации блокады, были весьма ограниченными. В их состав входили следующие корабли: от Соединенных Штатов Америки – легкий крейсер ПВО «Джюно» (до 24 июля 1950 г. был флагманским кораблем командира 5-й дивизии крейсеров контр-адмирала Хиггинса), 91-й дивизион эскадренных миноносцев в составе кораблей «Мэнсфилд», «Суэнсон», «Де Хейвен» и «Коллег»; от Австралии (с 5 июля 1950 г.) – фрегат «Шоулхэвн»; от Англии – легкие крейсеры «Белфаст» и «Ямайка»; эскадренные миноносцы «Коссак», «Консорт», «Блэк Суон»; фрегаты «Алэкрити» и «Харт».
Какими бы незначительными эти силы ни были, блокаду установили именно они. 29 июня 1950 г. крейсер «Джюно» впервые подверг артиллерийскому обстрелу восточное побережье Кореи в районе Оккье, выпустив по скоплениям живой силы противника 459 127-мм снарядов. По полученным сведениям, потери противника составили 27 человек. 30 июня крейсер «Джюно» снова обстрелял этот район.
В воскресенье 2 июля военно-морские силы США провели свой первый в этой войне морской бой. В этот день крейсер «Джюно» совместно с крейсером «Ямайка» и эскадренным миноносцем «Блэк Суон» обнаружил 4 северокорейских торпедных катера близ Чумуньчжиня у восточного побережья Кореи. Торпедные катера, сопровождавшие небольшой прибрежный конвой из 10 траулеров, шли курсом на юг. Вскоре после восхода солнца обе группы кораблей заметили друг друга. Когда наши корабли повернули в сторону торпедных катеров, последние произвели смелую, но бесполезную атаку, открыв огонь из малокалиберных орудий. Однако выпустить торпеды они не сумели, так как вокруг них рвались снаряды с радиовзрывателями. Первым же залпом был потоплен один торпедный катер, второй потерял ход и загорелся; остальные два ушли на большой скорости: один – к берегу, другой – в сторону моря. Первый катер выбросился на берег и был уничтожен артиллерийским огнем, другому удалось оторваться от преследующего его эскадренного миноносца «Блэк Суон». Малокалиберные береговые орудия противника дали несколько выстрелов по нашим кораблям, причем один из снарядов лег вблизи левой раковины «Джюно», не причинив крейсеру никакого вреда.
На следующее утро крейсер «Джюно» снова обнаружил встреченные накануне 10 траулеров, которые на ночь укрылись в Чумуньчжине; артиллерией крейсера было потоплено 7 траулеров.
Так начался период морской блокады Кореи и артиллерийского обстрела ее берегов, который продолжался более трех лет. Во многих отношениях морская блокада носила необычный характер: кораблям приходилось охотиться за поездами и автомашинами и вести огонь по войскам противника, зачастую оказывавшимся почти в 30 км от побережья.
Учитывая все это, нельзя сказать, что организация морской блокады Северной Кореи была легким или простым делом. Во-первых, основная трудность заключалась в особенностях географического положения Корейского полуострова. Западное побережье с его мощными приливами, достигающими 9 м, представляет собой густую сеть заливов, эстуариев с сотнями прибрежных островков, с обширными илистыми отмелями и скалами, не обозначенными на картах. Восточное побережье круто обрывается к морю и мало населено. Многие его участки удобны для минных постановок. Морские течения западного и восточного побережья Кореи, а также реки, впадающие в Желтое и Японское моря, способствовали применению противником плавучих мин. Во-вторых, район блокады находился в тысячах миль от берегов Америки. В-третьих, количество кораблей, предназначенных для блокады и артиллерийского обстрела побережья, никогда не было достаточным. И наконец, для организации эффективной блокады было необходимо, чтобы каждый участок блокированного побережья находился под наблюдением военного корабля минимум один раз в сутки.
Противник в пределах своих возможностей искусно сопротивлялся морской блокаде и артиллерийскому обстрелу. В течение всей войны он широко использовал минные заграждения. Его береговые батареи, хорошо замаскированные и укрытые в глубоких пещерах и складках холмистого корейского побережья, нередко представляли серьезную угрозу для наших кораблей.
Не подлежит сомнению, однако, что морская блокада Кореи затрудняла действия войск противника, нарушала его планы и причиняла ему значительный ущерб. Следует отдать заслуженную дань и той изобретательности, инициативе и настойчивости, которые были проявлены военно-морскими силами в установлении блокады побережья, удаленного на 5000 миль от американского континента.
Постоянная блокада и обстрел побережья, игравшие существенную роль в общих военных усилиях и необходимые для поддержки боевых действий на суше, были, однако, томительным и нередко опасным делом, особенно для малых кораблей.