ВСЁ, ЧТО Я ЗНАЮ

Глава 15

ТЕМПЕСТ

К концу дежурства Темпест не могла думать ни о чём, кроме ужина. Желудок предательски и громко урчал от голода. Шедший рядом Эллиот смерил её выразительным взглядом — одна бровь изогнута, на губах играет насмешливая ухмылка. Она шутливо ткнула его кулаком в плечо и буркнула:

— Ты понятия не имеешь, сколько энергии забирает моя магия!

Он беззлобно рассмеялся, пока они убирали катер на ночную стоянку:

— И что же ты приготовишь на ужин?

— Без понятия, — с наигранным стоном протянула Темпест. — Я просто хочу, чтобы перед носом сама собой появилась горячая, вкусная еда.

— Звучит как просто отличный план, — хохотнул Эллиот.

Попрощавшись с морскими биологами, Темпест ненадолго присела у бассейна, чтобы угостить крошечного ската ещё парой креветок и ласково погладить его по голове. После этого они вышли из главного здания и направились в сторону центра Бухты Полумесяц.

Прислонившись к дереву и выглядя до нелепости красивым — настолько, что казался нереальным, — их ждал её тритон. Рид. Темпест потребовалось несколько секунд, чтобы перестать заворожённо смотреть на него, после чего она удивлённо моргнула. На нём был совершенно новый наряд, который он, должно быть, купил, пока она работала. Коралловый оттенок футболки невероятно ему шёл.

— Ого, а это ещё кто такой? — шепнул Эллиот, весело подмигнув и подтолкнув её локтем в ребро.

— Р-рид! Не ожидала тебя увидеть, — заставила себя выговорить Темпест. — Познакомься, это Эллиот, мой напарник по спасательному катеру. Эллиот, это Рид — тритон из соседнего клана.

— Вот как? Тритон? — протянул оборотень-морской лев, скрещивая руки на груди.

Рид шагнул вперёд, не сводя взгляда с Эллиота:

— Да, я знаю. Я видел вас обоих за работой, — он полностью переключил внимание на Эллиота. — На самом деле, я пришёл попросить тебя об одной услуге.

— Меня? — неверующе усмехнулся оборотень. — Хочешь сказать, ты здесь не для того, чтобы очаровать эту прекрасную ведьму?

— Ты ведь оборотень-морской лев, верно? И ты вырос здесь, в Бухте Полумесяц — и на суше, и в море? — Тритон заколебался, выглядя более взволнованным, чем когда-либо прежде.

Эллиот кивнул, не вдаваясь в подробности. Стоявшая рядом Темпест слегка наклонила голову набок, пытаясь сообразить, что вообще происходит. Она-то была абсолютно уверена, что Рид пришёл ради неё! Такой поворот событий застал её врасплох, и она замерла в ожидании объяснений.

— Моя семья не желает меня слушать, — продолжал Рид, и глубокая боль прорезала его черты. — Они не верят, что такое место существует на самом деле или что оборотни могут жить в гармонии с людьми.

— М-да, ну вы и в изоляции живёте, — заметил Эллиот.

— Они дали мне один-единственный шанс: привести оборотня, который расскажет им об этом городе и убедит, что Бухта Полумесяца станет безопасным домом и для нашего народа, — объяснил тритон.

Темпест недоуменно переводила взгляд с одного на другого:

— Но вы ведь даже толком не знакомы с Эллиотом!

— Лично не знакомы. Но я видел его. С тобой, на вашем катере, — Рид подарил ей тёплую улыбку. — Я видел, как он превращается, видел, как вы вместе резвитесь в море. Он добр к тебе, а значит, я могу ему доверять.

— И когда я тебе нужен? — спросил Эллиот, отвлекая её внимание от тритона.

— Они дали мне три солнца… три дня, — поспешно ответил тот.

— Могу отправиться с тобой завтра после работы, — расплылся в улыбке оборотень-морской лев.

Рид восторженно закивал:

— Это невероятно поможет! Спасибо тебе огромнейшее.

— По рукам, приятель! — весело подытожил Эллиот.

Эллиот трусцой припустил в сторону променада, и Темпест смотрела ему вслед. А когда повернулась обратно к прекрасному тритону, то обнаружила, что его взгляд прикован исключительно к ней. Внезапно посмущавшись своего облегающего гидрокостюма — ведь из-за голода ей казалось, будто он сидит не слишком изящно, — она выпрямила спину и неловко поправила влажную косу.

— Ну вот, теперь всё улажено, — нежно произнёс Рид, делая шаг к ней. — Не желаешь поужинать со мной сегодня вечером, Маленькая Буря?

— Ох… да, с удовольствием, — пробормотала она, заливаясь румянцем.

Сердце забилось чаще, когда он галантно согнул руку в локте, позволяя ей обнять его под ручку, и они отправились в неторопливый путь к променаду. Он спросил, как прошёл её день, и она с воодушевлением рассказала ему про призванный шторм и про то, как ей наконец удалось взять свою магию под полный контроль. Рид слушал с глубочайшим вниманием.

— Я… я развеяла бурю ровно тогда, когда сама этого захотела! Это было просто невероятно! — на одном дыхании выдохнула Темпест. — У меня никогда ничего не получалось так легко. Обычно мне приходится дойти до крайнего эмоционального истощения, чтобы призвать хоть какую-то бурю.

Рид остановился и встретился с ней взглядом, мягко коснувшись её подбородка, чтобы она смотрела прямо на него:

— Ты — само волшебство, Темпест.

Смутившись, она прикусила нижнюю губу и попыталась шутливо вывернуться из его ладони.

Вместо этого тритон неторопливо и уверенно наклонился, пока его губы не накрыли её губы. Живое тепло его тела обдало её, когда одна его рука властно обняла её за талию, а вторая легла на затылок. Он пах солью, морем и чем-то ещё безумно манящим, чему она не могла подобрать названия, и Темпест мгновенно растворилась в нём.

Когда они отстранились, чтобы глотнуть воздуха, она жадно втянула кислород, в ту же секунду затосковав по прикосновению его губ.

«Боги, ну почему это каждый раз дарит такое неземное блаженство?» — гадала она. Ни с кем больше поцелуи не вызывали такого трепета. Мужчина, женщина, оборотень, ведьмак — никто и близко не дарил ничего подобного. Только он. Казалось, она действительно может обойтись без воздуха и забыть, как дышать, пока он так крепко держит её в своих объятиях.

— Ты, должно быть, очень голодна, — тихо произнёс Рид, не отводя взгляда. — Куда мы пойдём?

— «Тост энд Тайд» — лучшее место для ужина и напитков, — так же тихо ответила она.

Они подошли к стойке администратора и сообщили, что их двое. Девушка кивнула, подхватила два меню и провела их к небольшому столику у самой воды. Листая страницы, Темпест показывала ему свои любимые блюда и объясняла новые понятия, пока они наконец не остановили выбор на фиш-энд-чипс для неё и махи-махи для него.

Едва официантка ушла передавать заказ на кухню, Рид взяла её за руку прямо через стол:

— Темпест, ты мне безумно нравишься. Надеюсь, с моей стороны не слишком дерзко признаваться в этом так быстро.

— Ох, Рид… — она ободряюще сжала его пальцы. — Ты мне тоже очень-очень нравишься.

Его ореховые глаза неотрывно смотрели в её глаза, когда он заговорил снова:

— Там, откуда я родом, на мне лежат… определённые обязательства. Я последний тритон в своём роде. А ещё я самый молодой во всём клане.

— И чем это для тебя обворачивается? — осторожно спросила Темпест, тревожно нахмурившись.

— Я единственный оставшийся тритон зрелого возраста, и без меня наш род прервётся, — жёстко выговорил Рид, сжав челюсти. — Если я этого не сделаю, клан Каскадия вымрет вместе с моим поколением.

Она смотрела, как его лицо исказилось от этой тяжелой правды:

— Это слишком тяжелый груз, чтобы нести его в одиночку. Мне так жаль, Рид…

— Да. Но это совсем не то, чего я хочу для себя, — вздохнул тритон, повернув взгляд к воде.

— А чего хочешь ты? — Темпест снова сжала его руку, заставляя его посмотреть на неё. — Если бы ты мог получить всё, что угодно в этом мире, Рид… чего бы ты хотел?

— Тебя, — едва слышно прошептал он.

Гул оживлённого ресторана за их спинами мгновенно растаял, пока весь мир не сузился до них двоих. Её сердце бешено заколотилось в груди, пока это единственное слово снова и снова отзывалось эхом у неё в голове.

Тебя, тебя, тебя. За всю свою жизнь Темпест ни для кого и никогда не была первым выбором. Ни единого раза.

И всё же прямо сейчас перед ней сидел этот невероятно красивый тритон, волшебное существо из иного мира — и он хотел именно её. Сильнее всего на свете. Она ему нравилась. Он называл её волшебной, прекрасной и душевной — словами, которых она отродясь не слышала в свой адрес.

— И чего тебе будет стоить остаться здесь со мной? — тихо спросила она.

Её взгляд приковался к его сияющим ореховым глазам, пока он проводил ладонью по растрёпанным ветром смоляным кудрям, убирая их со лба. Темпест никогда не встречала никого столь по-настоящему прекрасного — и душой, и лицом, — как Рид. За считаные дни он заставил её почувствовать себя желанной, единственной и красивой. И что ещё важнее — подарил ей чувство полной безопасности.

Как бы сильно ей ни хотелось узнать, куда заведёт вспыхнувшая между ними страсть, она не смела настаивать, не зная, чем именно ему придётся пожертвовать. Он должен сам решить, что для него дороже всего на свете, для его будущего. Темпест затаила дыхание, ожидая его ответа.

— Мне придётся оставить позади всё, что я знаю… — медленно начал Рид, подбирая каждое слово. — Если клан не прислушается к Эллиоту и откажется перебраться сюда, я фактически обреку их на вымирание.

— Боже мой… это ужасно, — сдавленно прошептала она.

Тритон снова поднял взгляд, встречаясь с ней глазами:

— Я не могу обещать тебе многого. Я не знаю, какими будут наши дети, если они у нас будут — людьми, тритонами или кем-то посередине… Ты… ты всё ещё хочешь быть со мной?

— Рид… — тихо шепнула Темпест, тянясь через стол и ласково касаясь пальцами его щеки. — Я никогда в жизни не встречала никого подобного тебе. Я ни к кому не чувствовала ничего даже отдалённо похожего. Если ты готов оставить всё это ради нашего шанса на счастье… я с тобой.

Весь его привычный мир рушился на кусочки, и всё же он продолжал выбирать именно её. Непутёвую Штормовую ведьму, с трудом управляющую своей магией, которую собственная семья едва терпела. Сердце Темпест сладко щемило от этого осознания.

И когда её тритон снова наклонился к ней за поцелуем, ей искренне показалось, что она сейчас растает от чистого, неземного счастья. Его пальцы в её волосах, его губы на её губах, живое тепло его тела, когда он подался ближе…

Была ли Темпест хоть раз в жизни так счастлива? Ни одно воспоминание не могло сравниться с этим неземным чувством. Должно быть, именно это люди имеют в виду, когда говорят о любви — о том, как сладко терять голову от нахлынувших чувств.

Это ощущалось почти так же отчаянно и искристо, как в тот самый первый раз, когда она покорила свой первый шторм.