ЛЮДИ, ВЛАДЕЮЩИЕ МАГИЕЙ

Глава 16

РИД

Сидя напротив за столиком, его прекрасная волшебная Штормовая ведьма едва сдерживала слёзы, смотря на него. Рид замер, поражённый тем, как глубоко она сопереживала ему, его тяжёлой доле и цене их возможного счастья. Русалки, из которых его заставляли выбирать, не проявляли и капли сочувствия к тому, что он совершенно не горел желанием жениться на ровесницах своей матери.

А Темпест, знавшая его от силы пару дней, выглядела так, будто её собственное сердце разрывалось от мысли о том, что его хотят женить против воли. Эта девушка, с её бурной гаммой чувств и ещё более огромным сердцем, заставляла его чувствовать себя понятым так, как не понимал никто и никогда в родном клане.

Эта ведьма, посвятившая свою жизнь заботе о море и всех его обитателях.

— Ты всё равно хочешь быть со мной, зная, что я оставляю свою семью? — тихо спросил он, всё ещё не веря своим ушам. — Ты не боишься, что в будущем я могу поступить так же и с тобой?

— Рид, ты их не бросаешь. Ты сделал всё возможное, чтобы помочь им свыкнуться с неизбежным, — мягко произнесла его ведьма, накрыв его ладонь своей.

Волна глубокого обожания затопила его сердце. Он ощущал эту ситуацию точно так же, но в клане никто не хотел его слушать. Слишком долго к Риду относились как к несмышлёному мальчишке, который просто упрямится и не желает делать шаг во взрослую жизнь. Словно рождение новых русалят могло решить хоть одну из тех проблем, с которыми они столкнулись.

Он прекрасно знал, что это ничего не исправит. Более того, появление собственной жены и детей лишь прибавило бы ему отчаянной тревоги из-за климатических бедствий, терзавших их воды. Как он мог обречь собственного ребёнка на такую суровую участь? Ему этого не хотелось — вот он и тянул с женитьбой из последних сил.

И теперь, словно звёзды и луна наконец услышали его бесконечные молитвы, Рид обрёл всё, о чём смел только мечтать. Надёжное укрытие от меняющихся течений и скудеющих запасов пищи для клана, способ защитить свою семью от смертных, желавших причинить им вред.

Это было всё, о чём он мог просить.

— Я боюсь, что они не станут слушать Эллиота, — нахмурился Рид.

— Если не станут — это не твоя вина, — строго сказала Темпест. — Ты не несёшь ответственности за их выбор. Пожалуйста, не вини себя, если они предпочтут остаться запертыми в прошлом, которое уходит на глазах, вместо того чтобы готовиться к будущему.

Это заставило его замереть:

— Ты правда так думаешь?

— Я знаю, что ты сделаешь всё, что в твоих силах, чтобы спасти их. Ты очень хороший человек, Рид, — убеждённо произнесла она.

— Но разве не эгоистично с моей стороны остаться здесь с тобой, зная, что без этого они не выживут? — его голос пресёкся.

Темпест качнула головой, чуть сузив глаза:

— Мне жаль, что родные заставили тебя так думать. Но ты не обязан нести весь этот груз на своих плечах.

Они закончили ужин и отправились в неторопливый путь к её домику на пляже; их беседа то затихала, то разгоралась с новой силой, словно прибрежные волны. Рид рассказывал ей, как погружался за жемчугом и продавал его ювелиру, и как надеется делать это регулярно, чтобы закупать для своего клана дополнительную рыбу. Его милая ведьма слушала его с глубоким вниманием.

Укрывшись в её уютном доме, он продемонстрировал ей одежду, которую купил для своей новой жизни на суше. Ну или хотя бы частично на суше. У него не было ни малейшего намерения отказываться от своего хвоста или моря, но он хотел свободно жить в обоих мирах.

Остаток вечера пролетел как мгновение: Рид засыпал Темпест миллионом вопросов о человеческом мире. Каждый раз она изо всех сил старалась объяснить всё так, чтобы он понял. Впрочем, для многих вещей в подводном мире просто не существовало аналогов.

Она пообещала научить его всему, и, на тот момент, Риду этого было более чем достаточно. Быстро ополоснувшись, она снова присоединилась к нему на диване. Он наслаждался ощущением её мягкого, изящного тела, прижатого к его боку, чувствуя её тёплое бедро под своей ладонью.

Когда они больше не смогли бороться со сном, они вместе забрались в кровать. Он поднял руку, позволяя своей ведьме прижаться к нему, и она с радостью это сделала. И когда Рид обнял её за спину, положив ладонь на её бедро, она издала довольный, тихий звук.

Возможно, в будущем всё не всегда будет так просто и счастливо, но сейчас ему этого хватало с лихвой. Сон сморил его, пока её мягкое, тёплое тело прижималось всё ближе. Глубокий сон без сновидений, без тревог и кошмаров, способных нарушить покой, когда он спал рядом с Темпест. Поистине невероятно.

К утру Рид почувствовал себя настолько отдохнувшим, насколько не чувствовал уже очень давно. Две ночи подряд, проведённые бок о бок с Темпест, оказали на него невероятно благотворное, умиротворяющее действие. Он попрощался с ней, когда она ушла на работу, и позволил себе поспать ещё немного. Ему точно понадобятся силы для сегодняшнего вечера.

День тёк неторопливо: он учился пользоваться самыми разными предметами в доме Темпест, постепенно осваивая диковинные сухопутные штуковины, к которым ему предстояло привыкнуть. Она объяснила ему, как смотреть время по часам и во сколько вернётся с работы. Эллиот должен был встретить их у дома, когда будет готов.

А пока Рид старался хоть чем-то себя занять. Липкая тревога сжимала желудок по мере приближения вечера — он понимал, что эта встреча вполне может стать последним разом, когда он видит своих родителей. Леди Серена имела полное право изгнать его из клана за его поступок, но даже если бы она этого не сделала, сородичи всё равно отвернулись бы от него.

— Я дома! — крикнула Темпест, переступая порог и закрывая за собой дверь.

— Наконец-то, — вздохнул он. — Терпеть не могу расставаться так надолго.

Она тихо хихикнула:

— Увы, тебе придётся к этому привыкнуть. Мои дни бывают очень долгими.

И хотя Рид забавно надул губы, Темпест лишь подарила ему смущённую улыбку, устремляясь в ванную. Он поплёлся следом за ней, расспрашивая, как прошёл день, и прислонился к косяку двери, когда она юркнула внутрь, чтобы включить душ.

— У вас снова был отличный день на катере с Эллиотом? — спросил он.

— О да, — отозывалась Темпест, и в её голосе звучала отчётливая улыбка. — Я обожаю свою работу. Обожаю нашу команду. Это такое счастье — заниматься этим каждый день.

— Я искренне рад за тебя. Надеюсь, и я найду дело, которое станет моей страстью, — Рид говорил громче, слыша, как зашуршала шторка душевой.

И хотя ему следовало бы размышлять о работе, о том, как содержать себя и Темпест, да и, возможно, свой клан, всё, о чём он мог думать — это как она прямо сейчас расплетает свою прекрасную бирюзовую косу. Перебирает её пальцами, пока волны волос не рассыплются свободно.

Рид наяву представлял, как они спадают ей на плечи и прикрывают грудь — точно так же, как носили волосы русалки.

Когда-нибудь он заслужит право быть рядом с ней в такие личные мгновения. Ему некуда было спешить — его Маленькая Буря впустит его, когда будет готова.

Сейчас от Рида требовалось лишь стойко принимать её переменчивые настроения и доказывать, что он способен быть её надёжной опорой. Тритон тихо улыбнулся своим мыслям, предвкушая ещё одну ночь, укутанную в объятия Темпест.

Чуть позже входная дверь снова распахнулась, и Эллиот задорно крикнул приветствие.

— Приветик! Я готов к отплытию, — весело заявил оборотень-морской лев.

— Надеюсь, это не слишком тебя затруднит, — снова проговорил Рид, высматривая хоть малейший знак того, что оборотень передумал.

Темпест театрально вздохнула:

— Эх, как бы мне хотелось поплыть с вами…

— Наверное, всё же лучше, если ты останешься, — хохотнул Эллиот.

Вот и всё — уже через пару минут они оба вышли из дома, прошли по пляжу и соскользнули в морские волны, превратившись под водой бок о бок. Рид плыл впереди, указывая дорогу к логову клана, пока тревога липким комом разрасталась у него в животе.

На мгновение ему показалось, что его сейчас тошнить начнёт от волнения. Путь занял больше времени, чем хотелось бы, из-за более скромных габаритов морского льва. Им пришлось вынырнуть к самой поверхности, чтобы Эллиот сделал глубокий вдох, прежде чем уйти в подземные гроты.

Когда он представил себя и оборотня-морского льва, сородичи оторвались от вечерней трапезы, не скрывая крайнего изумления. Его мать тепло улыбнулась ему, после чего обратилась к клану.

— Похоже, наш юный Рид сдержал обещание, — проговорила леди Серена. — Это и есть тот самый оборотень из сухопутного города, о котором ты говорил?

— Да, мама, — поспешно ответил тритон.

Шепотки прокатились по пещере, пока русалки ошарашенно рассматривали морского льва, свободно расположившегося среди них. Они понимали его в любом облике, хотя Эллиоту, безусловно, было бы куда привычнее говорить на человеческий лад.

— Меня зовут Эллиот, и я вырос в Бухте Полумесяц, волшебном городке на побережье неподалёку отсюда, — заговорил морской лев. — Как я понимаю, у вас есть вопросы о том, как оборотни и ведьмы живут бок о бок.

— А кто такая ведьма? — тревожно спросила Лумина.

— Человек, владеющий магией, — продолжил Эллиот. — Наш город скрыт от обычных людей — тех, у кого нет магии. Могущественное чародейское заклятье защищает нас от случайного обнаружения кем-либо, кто не знает о магии и магических существах.

Юпитер озадаченно вскинул густую бровь, исполненный скепсиса:

— Люди, владеющие магией? Ха!

— Возможно, это звучит неправдоподобно, когда вы никогда не встречали их прежде, — прохладно отозвался оборотень-морской лев.

— Те гигантские штормы за последние несколько солнц, которые появлялись и исчезали со сверхъестественной скоростью — это дело рук местной ведьмы, — добавил Рид, надеясь, что они заметили эту аномальную погоду.

— И это… была человек? — переспросила леди Серена, и изумление прорезало её черты.

Эллиот кивнул:

— Она местная, живёт в Бухте Полумесяц. В её семье передаётся магия растений, но один из предков владел штормовой магией, которая проявляется раз в несколько поколений. Поговаривают даже, что её род ведёт начало от самих русалок.

— Что?! — единым вздохом ахнули русалки.

— Это правда? — Рид в изумлении повернулся к оборотню-морскому льву, и его сердце подскочило к самому горлу от такого откровения. — Она ни разу мне об этом не говорила!

Мать бросила на него вопросительный взгляд, и он поспешно прикусил язык, решив допросить оборотня об этом открытии позже. Он не хотел отвлекаться от главной цели их визита.

— Записи тех времён найти нелегко, но именно такое предание передаётся из уст в уста, — продолжал Эллиот. — В нашем городе живут и другие ведьмы самых разных направлений. Самые разные волшебные существа, которые будут искренне рады принять вас в нашу семью, когда бы вы ни пожелали.

— Как такое вообще возможно? — выпытывала леди Серена.

Оборотень повернулся к ней:

— Так повелось уже более двухсот лет. Мы никогда не знали иной жизни. Оборотни, родившиеся в Бухте Полумесяц, вырастают свободными путешествовать между городом и океаном, когда им вздумается. Мы заботимся друг о друге.

— Я не понимаю, как такое возможно, — подал наконец голос отец Рида. — И что, ни один человек не попытался поймать оборотней, чтобы заставить выступать на потеху публике? Запереть в аквариуме и глазеть на вас?

— Нет, — твёрдо ответил Эллиот с такой уверенностью, которой Риду сейчас так не хватало.

Сидевшая напротив леди Серена задумчиво опустила взгляд:

— Я пока не знаю, верю ли тебе, морской лев. Возможно, некоторым из моих молодых русалок стоит отправиться вместе с вами в вашу… Бухту Полумесяц. Чтобы увидеть всё своими глазами.

— Разумеется, — кивнул Эллиот. — Я всё устрою. Они могут остановиться в городе, а если захотят спать под водой, у самого края города есть чудесный лунный бассейн.

— Ты сделаешь это? Для совершенно чужих тебе созданий? — спросил его отец.

— Я не считаю вас чужими, — улыбнулся оборотень.

Рид кивнул:

— Оборотни, с которыми я говорил в городе, утверждают, что мы все — морские создания, наделённые магией и способностью ступать на сушу. Что-то вроде одной большой семьи.

— Для меня будет честью сопровождать любого из вашего клана в наш город и всё там показать, — добавил Эллиот. — И для нас всех будет великой радостью, если ваш клан решит присоединиться к нам.

— Что ж, хорошо, — произнесла его мать, и в её голосе прозвучало скорее искреннее любопытство, чем смирение.

— Нам можно пойти?! — в один голос воскликнули Селеста и Лумина. — На сушу?!

Леди Серена кивнула:

— Вы должны внимательно осмотреть всё, что имеет значение для клана, и вернуться с вестями: с вашим мнением о безопасности и устройстве этого сухопутного города.

— Мы всё сделаем! — хихикнула Лумина, подарив улыбку Эллиоту и Риду.

— Как прикажете, леди Серена, — уважительно склонила голову Селеста. — Мы соберём всю нужную информацию и вскоре вернёмся с ответом.

Рид заметил, что оборотень-морской лев начал чувствовать себя не слишком уютно:

— Похоже, нам пора возвращаться на поверхность, мама. Ему нужен воздух.

— Нам поплыть с вами? — спросила Лумина.

— А давайте мы сначала вернёмся в Бухту Полумесяц и всё подготовим к вашему приходу? — предложил Эллиот. — Я найду для вас жильё и подберу одежду на тот случай, если вы захотите пройтись по суше. Дайте нам два дня, и всё будет готово.

Мать Рида встретилась с ним взглядом:

— Что ж, договорились. Ты несёшь личную ответственность за их безопасность и благополучие, пока они будут на суше, малёк. Береги их.

— Клянусь, что сберегу, — мгновенно откликнулся тритон.

Заручившись согласием, они получили разрешение покинуть пещеры клана и отправиться обратно в город. Едва вынырнув на поверхность, оборотень-морской лев с жадностью припал к свежему воздуху, жадно вдыхая его снова и снова, пока дыхание не выровнялось.

Рид невольно задумался о том, каково это — быть морским созданием, которому всё равно необходим воздух суши. Сам он не испытывал особых трудностей при смене обличий, ведь каждое из них легко вбирало дыхание окружающего мира.

И всё же они вдвоём помчались обратно к Бухту Полумесяц, издавая победные кличи. Теперь Рид прекрасно понимал, почему его Темпест так сдружилась с этим оборотнем-морским львом. Эллиот обладал весёлым, открытым характером и обожал резвиться в океанских волнах. Рид подумал: а вдруг они с Эллиотом и сами смогут стать настоящими друзьями теперь, когда он остаётся жить в Бухте Полумесяц?

Он искренне надеялся, что именно так всё и сложится.