ТЫ — САМО ВОЛШЕБСТВО

Глава 8

РИД

Выражение лица Темпест озадачило Рида. Она сморщилась, словно от боли, и закрыла глаза, отказываясь смотреть на него. Хотя он так и не понял, в чём дело, всё же решил поступить так, как она просила. Сделав несколько неуверенных шагов, он прошёл в соседнюю комнату, где хранилось большинство её вещей.

С любопытством он осмотрел большой плоский чёрный ящик, висевший на стене, а затем маленький низкий столик с рассыпанными на нём странными предметами. Чёрная палочка с крошечными квадратными кнопочками и прозрачная стеклянная чашка покоились на деревянной столешнице. Он бережно подносил их к глазам по очереди. Это напоминало морское стекло, из которого вымыло всю краску.

Рид не соврал, когда сказал, что почти ничего не знает о людском мире. Все эти вещи казались ему такими же странными и непостижимыми, как и ноги, на которых он теперь стоял. Чёрный ящик на стене неожиданно вспыхнул светом, издав громкие звуки и нездешнюю музыку, которой он никогда прежде не слышал. Вздрогнув от неожиданности, он попятился, подкосился в коленях и рухнул на мягкий диван.

— Ох! — выдохнул он, переводя дыхание. — Волшебный портал…

Кадры сменились, и глубокий закадровый голос объявил о передаче про обитателей морских глубин и редких созданий. В полном восторге Рид замер перед экраном, полностью захваченный зрелищем. Движущиеся картинки выглядели так же живо, как рыбы, с которыми он плавал бок о бок, — казалось, протяни руку, и дотронешься.

Он наблюдал, как картинка снова сменилась, явив человека в таком же костюме, какой был на Темпест в их первую встречу. Плотный гидрокостюм во весь рост, стеклянный пузырь вокруг головы и искусственные плавники на ногах — человек погружался всё глубже и глубже. Затем ракурс изменился, открывая взору то, что видел сам водолаз: бескрайние морские просторы неподалёку от этого побережья.

Глядя глазами человека и слушая торжественную музыку за кадром, Рид осознал: для сухопутных жителей это редкое, особенное зрелище. Ему и в голову не приходило, что люди не могут наслаждаться величием и красотой океана так же свободно, как он и его клан. Из синевы выплыла пара акул-мако, и он невольно протянул руку, желая коснуться их — настолько близкими они казались.

— Поразительно, правда? — донёсся голос Темпест, появившейся у него за спиной.

— Так вот чем ты занимаешься? — воодушевлённо спросил он.

— Не совсем, но очень похоже, — тихо ответила она. — Я спасаю морских обитателей, попавших в беду. Из сетей, нефтяных пятен, мусора… всякого такого.

— Но ты умеешь плавать под водой, как я? — Рид поймал её сине-зелёный взгляд.

— Ну… да. Немного, — смущённо откликнулась Темпест.

Когда она обошла диван и встала перед ним, у него перехватило дыхание. Её бирюзовые волосы были заплетены в две аккуратные косы, спадавшие по спине, а пряди всё ещё хранили свежую влагу после душа.

Нежное платье кремового оттенка мягко облегало её фигуру, а изящные бретели на плечах так и манили к ним прикоснуться. Сине-зелёные глаза, так похожие на любимый им океан, взволнованно следили за каждым его движением. Она чуть прикусила нижнюю губу, и его взгляд мгновенно приковался к этим пухлым, розовым губам.

Внезапно Риду захотелось поцеловать её так сильно, как он не желал ничего в жизни. Сильнее, чем кого-либо и когда-либо.

— Темпест… можно мне поцеловать тебя? — прошептал он сдавленным от волнения голосом.

Её глаза расширились, и ему показалось, что он тонет в этой синеве.

— Ч-что?

— Я хочу поцеловать тебя, — хрипло повторил Рид. — Пожалуйста, Темпест.

Он не мог думать ни о чём другом, пока она стояла перед ним — такая же манящая и сладкая, как тот шоколадный круассан, что он пробовал во время своего первого выхода на сушу. На тихом выдохе её губы слегка разомкнулись, и она едва заметно кивнула. Он подался вперёд, не в силах противостоять электрическому притяжению её близости.

Бесконечно нежно Рид коснулся своими губами её губ. И в то же мгновение его пронзило ощущение абсолютной, чистой правильности происходящего. Тепло и сладостное желание закружились внутри, когда он ласково положил ладонь ей на затылок, притягивая её ещё ближе.

Тихий, сдавленный звук, вырвавшийся из её груди от этого движения, лишил его остатков разума. «Дикий» — было единственным словом, которым он мог описать охвативший его порыв.

— О Луна… ты на вкус — как само волшебство, — прошептал он прямо в её губы, прежде чем снова увлечь её в глубокий поцелуй.

Глаза Темпест на миг распахнулись. Она медленно моргнула, словно её разум окутал туман, и она забыла, что было до этой секунды. Рид мягко коснулся своим языком её языка, выводя ленивые узоры, и молнии вспыхнули в его жилах, когда она ответила на его ласку. Её пальцы запутались в его волосах, чуть потянув за смоляные пряди.

Это было воплощением совершенства.

Когда из его груди вырвался глухой, сдавленный стон, Рид наконец отстранился — лишь на столько, чтобы дать им обоим жадно глотнуть воздуха. Он жадно втягивал кислород, необходимый его лёгким на суше, ощущая незнакомое жжение в груди, пока восстанавливал дыхание.

В его объятиях Темпест точно так же отчаянно ловила воздух, и он чувствовал, как отчаянно и часто бьётся её сердце под его ладонью.

— Не знай я правды, я бы поклялся, что ты — сирена, — пророкотал Рид бархатистым, глубоким голосом. — Ты так пленяешь меня, Темпест. Яркая, как звёзды, и непостоянная, как само море.

— Это… — с легким смешком выдохнула она.

— Ты не согласна? — с полуулыбкой спросил он, встречаясь с ней взглядом.

— Конечно, не согласна. Я ведь просто обычная девушка. Во мне нет ничего особенного, Рид, — тихо ответила Темпест, и голос её дрогнул от подступивших чувств.

Он заметил, как дрогнуло её горло при судорожном глотке, и печально нахмурился:

— Нет. Ты спасаешь морских созданий и повелеваешь штормами с помощью своих чувств. Это волшебство. Ты — само волшебство.

На этот раз Темпест не стала спорить. Вместо этого она просто прислонилась лбом к его плечу и уютно свернулась у него на груди. Рид не знал, как правильно её утешить, но стал ласково и мерно гладить её по спине, надеясь, что это принесёт ей покой. Так они просидели очень долго; густая, тёплая тишина окутывала их, пока он бережно обнимал её.

Спустя некоторое время он понял, что она уснула. Темпест расслабленно обмякла в его руках, обвив ладонями его талию, а её бирюзовые волосы щекотали его обнаженную кожу. Он бережно уложил её на диван рядом с собой, примостив её голову у себя на коленях, чтобы продолжать перебирать её изящные косички.

Заметив, что её кожа стала прохладной, Рид огляделся в поисках чего-то, чем можно было бы её укрыть. На спинке дивана он отыскал мягкое пушистое покрывало, выглядевшее очень тёплым. Осторожно, стараясь не пошевелить её и не потревожить её сон, он вытянул плед из-за своей спины.

Покрывало распахнулось большим тёплым прямоугольником, укутав её хрупкую фигуру целиком, Рид счастливо улыбнулся. Теперь ей будет тепло. Она отдохнёт. Его прекрасная Темпест.

Тритон сам подивился этой неожиданной, властной нежности, которую испытывал к этой девушке, ведь он едва её знал.

С той самой первой секунды, когда он увидел её, он был очарован. Её искренняя, светлая улыбка, когда она резвилась в прозрачной воде со своим другом — оборотнем-морским львом, — мгновенно запала ему в душу. А те мгновения, что он провёл с ней наедине? Когда всё её внимание принадлежало только ему? Это было похоже на вспышки молний в его жилах! Рид не мог вспомнить ничего, что дарило бы ему такой же трепет. И даже сейчас, когда она сладко спала, положив голову ему на колени, у него не было ни малейшего желания двигаться или уходить. Он с радостью остался бы так навечно, если бы это дарило Темпест тот покой, в котором она так нуждалась.

Неужели это и есть та самая любовь, о которой рассказывали родители? Превозмогающее всё желание быть рядом с человеком: дарить ему счастье, жить ради тех секунд, когда на его губах расцветает улыбка. Ни с одной из русалок, с которыми его пытались сосватать, он не чувствовал ничего подобного. Ни одна из них не заставляла его чувствовать себя настолько нужным, как Темпест.

Рид продолжал смотреть на движущиеся картинки на стене, трепетно обнимая Штормовую ведьму, а его тревоги таяли от ровного, тихого дыхания её груди. Он понятия не имел, сколько времени прошло, когда она наконец зашевелилась, но это его нисколько не волновало.

— М-м-м… — пробормотала Темпест, протирая глаза. — Я, кажется, заснула. Извини меня.

— Похоже, тебе очень нужен был отдых, — с нежной улыбкой отозвался он, наблюдая, как она сладко потягивается.

На мгновение она замерла, просто глядя на него. А затем ответила той же теплой улыбкой:

— Спасибо, что побыл моей подушкой.

— В любое время, когда только пожелаешь, Темпест, — ответил Рид, бережно накрывая её ладонь своей. — Я полностью в твоей власти.

Её сине-зелёные глаза изумленно расширились, когда она осознала смысл этих слов. Но он говорил совершенно искренне: он сделает для неё всё, что угодно. Для этой Штормовой ведьмы, превращавшей каждое мгновение в сказку и новое открытие. Для девушки, которой от него не нужно было ничего, кроме, его присутствия. Он гадал, чувствует ли она то же самое, но тут же решил, что это не так уж и важно.

Его собственного обожания хватит на двоих. Рид просто хотел оставаться здесь, рядом с ней, вот так держать её за руку как можно дольше. Возможно, с его стороны это было наивно, учитывая, как мало он знал о ней и её мире. Его и раньше винили в подобной наивности — да и собственный клан только что отчитал его за такой порыв.

— Ты покажешь мне сегодня ваш город? — спросил он, ободряюще сжав её пальцы.

— Да ты и так почти всё видел той ночью, — тихо усмехнулась Темпест. — Если ты правда этого хочешь, Рид.

— Я правда очень хочу провести этот день с тобой. Узнать получше тебя и это место, прочувствовать всё самому, — Рид говорил тихо, но они сидели так близко, что она слышала каждое колебание его голоса.

Она кивнула. Его сердце подскочило к самому горлу, и вспышки искристого электричества снова пробежали по телу, когда он вознамерился подняться с их тёплого, уютного диванчика. Темпест тихо цыкнула, заставив его замереть и оглянуться на неё.

— Но ты не можешь выйти на улицу в таком виде! — смущённо залилась розоватым румянцем она, указывая на его полуобнажённое тело.

— Почему? В прошлый раз я был точно так же одет, и никто ничего не сказал, — удивлённо моргнул Рид.

— Ну просто нельзя! — хихикнула Темпест, закрывая лицо обеими ладонями. — Пойдём посмотрим, что можно найти в моём шкафу из того, что тебе подошло бы.

Когда она направилась в небольшую комнатку в глубине домика, Рид поплёлся следом за ней. Он смотрел, как она перебирает всевозможные наряды и ткани, совершенно бесполезный в этом деле. Поэтому он просто уютно устроился на её большой, мягкой кровати и с улыбкой наблюдал, как она тихонько бормочет что-то себе под нос.

Если Темпест хочет его одеть — у него нет ни единого возражения. Людские обычаи казались ему странными и непостижимыми, но она лучше знает, как правильно. И этого ему было более чем достаточно.