Щенки из осеннего набора 2019 г.; слева направо: Ариес, Аня, Йинг, Зина, Закс, Йоланда и Уэстон

В группе осеннего набора 2019 г. было семь щенков. Мы более чем вдвое увеличили количество учеников, но кажется, что сложность процесса выросла в геометрической прогрессии. Семь лежанок, семь мисок, семь контейнеров для пакетов с фекалиями — за этим нелегко уследить. Еще веселее оттого, что все щенки этой группы выглядели одинаково. В отличие от предыдущих учеников — Эштона с характерными каштановыми кудряшками, белоснежного Эйдена и черного как ворон Дюна, — каждый щенок в этом классе выглядел как клон сидящего рядом щенка светлого окраса, что почти соответствует действительности, по крайней мере для некоторых из них, поскольку среди них есть три пары братьев и сестер, которых можно принять за близнецов. Имена щенков из одного помета начинаются на одну и ту же букву. Так что братьями и сестрами друг другу приходятся Ариес и Аня, Йинг и Йоланда, Закс и Зина. Только у Уэстона нет братьев и сестер, однако он похож на всех щенков, вместе взятых, так что, когда они бегают (а бегают они постоянно), его можно принять за любого из них.

Щенки из этой группы внешне могут выглядеть одинаково, но мы знаем, что между ними есть важные когнитивные различия. Наша цель — найти способ оценить эти различия и понять, можно ли с помощью когнитивного профиля каждого щенка предсказать его успех в качестве собаки-помощника.

До того как мы основали Детский сад для щенков, исследователи в основном сосредоточивались на изучении особенностей темперамента, проверяя, насколько легко испугать собаку или как она будет реагировать на незнакомых людей и новые места [1]. Влияние когнитивных способностей на формирование индивидуальности часто сильно недооценивают. Скорее всего, это связано с приверженностью теории общего интеллекта, гласящей, что у вас может быть больше или меньше умственных способностей, как кофе в чашке. Считается, что общий интеллект — его также называют «g-фактор», «IQ» или «общая способность к обучению» — означает, что если кто-то успешно решает задачи одного типа, то он, скорее всего, так же успешно справится и с решением других типов задач [2]. То есть если кому-то хорошо даются игры на запоминание, он, скорее всего, преуспеет и в других играх, даже в тех, в которых не задействована память. Если эта теория верна, мы сможем ранжировать собак по линейной шкале, как бегунов или пловцов на Олимпиаде. Согласно теории общего интеллекта, когнитивные способности — это важный фактор, но он вряд ли оказывает большое влияние на формирование индивидуальности, которую мы наблюдаем у собак.

Альтернативой является теория множественного интеллекта, согласно которой существуют разные виды когнитивных способностей, которые в разной степени проявляются у разных индивидов. Подобно тому как цвет шерсти собаки не влияет на цвет ее глаз, развитое чувство направления не означает, что собака хорошо интерпретирует жесты. У собаки с прекрасной памятью могут быть проблемы с самоконтролем. Каждая когнитивная способность подобна букве алфавита. Так же как, по-разному комбинируя буквы, можно составить множество слов, разные уровни развития тех или иных когнитивных способностей могут проявляться в различных сочетаниях, формируя множество уникальных личностей.

Совместно с антропологом Эваном Маклином наша группа в Университете Дьюка протестировала более 500 взрослых собак, включая армейских, служебных и домашних, с помощью 25 различных когнитивных игр, разработанных для проверки самых разных социальных и несоциальных способностей [3].

Если бы собаки обладали общим интеллектом, выраженным, например, через показатель «IQ» или «общая способность к обучению», их результаты в играх разного типа были бы взаимосвязаны. Но мы обнаружили, что это не так. На практике сравнимыми оказались лишь показатели в играх, проверяющих схожие когнитивные навыки. Например, если собака легко справлялась с одним типом игр на запоминание, она, как правило, так же была успешна и в других играх на проверку памяти; но прекрасная память не означает, что собака хорошо контролирует себя, и наоборот. Мы выявили ряд когнитивных способностей у собак, включая коммуникативные запросы, самоконтроль, коммуникативное понимание, память, манипулирование предметами и их различение. Мы также обнаружили, что хорошие показатели собак в определенных играх, в которых проявляется способность устанавливать зрительный контакт, делать выводы, следовать за указующим жестом человека и проявлять самоконтроль, коррелируют с их будущим успехом в качестве служебных и военных собак [5][4]. Нам даже удавалось на основе когнитивных достижений собак предсказывать, какие из них с большей вероятностью успешно завершат обучение{5}[5].

Очевидно, когнитивные способности играют важную роль в формировании индивидуальности наших собак и определяют, насколько хорошо они могут решать различные задачи в реальной жизни, включая подготовку к выполнению сложных задач, необходимых, например, для оказания помощи людям с ограниченными возможностями здоровья или обнаружения взрывчатых веществ.

25 когнитивных игр, в которые мы играли с 552 домашними, служебными и армейскими собаками, чтобы проверить, обладают ли они общим интеллектом или множеством различных типов когнитивных способностей. Каждый кружок обозначает одну из игр

Мы добились неплохих успехов, но чтобы наилучшим образом повлиять на подготовку собак-помощников, необходимо научиться с высокой долей вероятности предсказывать, насколько успешными будут щенки в будущем. Поэтому мы скорректировали все, что делаем со взрослыми собаками, в расчете на щенков. Рабочее пространство стало меньше, экспериментальные сессии — короче, а перерывы между ними — дольше. До, после и во время игр мы давали щенкам время выспаться. Мы превратили класс в страну чудес, уменьшили размеры всех используемых предметов, а за каждой дверью теперь у нас скрывалась целая кондитерская лакомств, и игрушек стало больше, чем дома у Санта-Клауса. Мы создали щенячьи версии всех тестов, которые предсказывали успешность обучения взрослых собак различным когнитивным навыкам.

Набор последовательных когнитивных тестов для собак был разработан для оценки развития когнитивных способностей у щенков в конце периода интенсивного развития мозга в возрасте от 8 до 18 недель. Он позволяет определить сенсорную чувствительность, темперамент, социально-когнитивные способности, исполнительную функцию и способность понимать принципы физического мира

Первая область исследований — это работа органов чувств щенков; мы проверяем, насколько хорошо они видят, слышат и чувствуют запахи. Вторая область — темперамент; мы изучаем, как щенки реагируют на незнакомых людей и непривычные игрушки. Третья — это социально-когнитивные способности; мы оцениваем базовые способности, связанные с оценкой психического состояния другого и кооперативной коммуникацией. Мы используем экспериментальные игры разного уровня сложности: от теста с маркерами, который большинство щенков проходит без труда, до проверки понимания короткого указательного жеста, с которым у большинства щенков наблюдаются проблемы. Мы также играем в игру «принеси мячик», потому что умение приносить обратно игрушку для совместной игры говорит о готовности сотрудничать с человеком. Четвертая область охватывает когнитивные способности под общим названием «исполнительные функции». Это когнитивные навыки, необходимые для решения практически любого типа задач. Наши тесты здесь направлены на проверку памяти и самоконтроля. Последнюю область исследования мы называем «физикой», так как проверяем, насколько хорошо щенки понимают свойства окружающего их физического мира. Мы выясняем, способны ли щенки сделать выводы о местонахождении лакомства, исходя из того, что твердые предметы не могут проходить друг сквозь друга.

Раз в две недели мы играем с каждым щенком во все эти игры, чтобы отслеживать любые изменения в поведении щенков на протяжении этих десяти недель быстрого развития мозга. Подобно мощному микроскопу, такой подход позволяет нам получить точное представление, в каком возрасте и в каком порядке развивается каждый из этих когнитивных навыков.

Прежде чем начать играть со щенками в какую-либо из этих когнитивных игр, мы быстро «раскрашиваем» Детский сад, присваивая каждому щенку свой цвет — такого же цвета будет его ошейник, поводок, клетка, маркер для белой доски и папка с ветеринарными данными.

Хотя щенки и выглядят одинаково, характер у них разный. Больше всего внимания привлекает к себе Ариес. Никогда еще имя щенка не звучало так иронично. Настоящий Ариес (он же Овен) в греческой мифологии был отважным крылатым бараном, который спас юного сына царя Афаманта и получил бессмертие, став созвездием. А вот щенок Ариес — капризный малыш. В течение первых трех недель он при любой возможности старался забраться к кому-нибудь на колени. Его мало интересуют другие щенки. Он хочет проводить время с людьми. Причем постоянно. Если волонтеры пытаются не обращать на него внимания, Ариес садится рядом с ними, чтобы они могли видеть его краем глаза, и издает жалобные звуки, которые можно описать лишь как ноюще-лающий плач. Волонтеры просто не в силах перед ним устоять.

Сестра Ариеса Аня — его полная противоположность. Несмотря на то что она самый маленький щенок в группе, Аня совершенно бесстрашна. Ей не нужно, чтобы ее гладили и суетились вокруг нее, как вокруг ее братца. Она предпочитает, чтобы ее слушались. Весь день она ждет, когда волонтеры принесут ей разные игрушки, приберут за ней или подадут еду. В течение первой недели она даже не ела у себя в вольере, как остальные щенки. Она предпочитает, чтобы ее кормили с рук, давая по одной грануле корма за раз в течение получаса.

Спустя несколько недель начинает выделяться еще один щенок — его ни с кем не спутаешь даже издалека. Йинг значительно превосходит остальных по размеру, и бóльшая часть его приходится на живот. Каждую неделю мы в изумлении наблюдаем, как он стремительно увеличивается в росте и весе. Когда он открывает пасть над своей миской, то просто всасывает в себя еду, словно мощный пылесос.

Йинг не только притягивает внимание своей внушительной внешностью, но и обладает еще одной сверхспособностью — фирменным грустно-виноватым взглядом.

Раньше подобный взгляд считался виноватым, но исследователи обнаружили, что такое выражение не означает, что собака испытывает чувство вины [6]. Это всего лишь реакция на язык тела и интонацию хозяина. Виноватое выражение на морде собаки появляется благодаря ее способности приподнимать особую окологлазную мышцу. У собак эта мышца значительно крупнее, чем у волков, которые никогда не выглядят виноватыми [7]. Более развитая мышца позволяет собакам округлять глаза и поднимать брови, обнажая большую часть склеры, то есть белочной оболочки глаза, что придает ей одновременно виноватый и грустный вид, а это, в свою очередь, вызывает повышенную эмоциональную положительную реакцию у людей [8].

Многие щенки делают грустно-виноватый вид с некоторой долей самоуверенности, но для Йинга это настоящее искусство. Его окологлазные мышцы чрезвычайно развиты. Ни один щенок еще не выглядел таким жалким и несчастным. Поскольку его исполинские размеры делают его неуклюжим и он постоянно запутывается в собственных ногах, Йингу чаще других приходится «заглядывать к Маргарет».

Мы называем Маргарет «щенячьим ветеринаром», но это явное преуменьшение ее талантов. Маргарет — профессор ветеринарной медицины и специалист по поведению животных. Она одна из 50 официально зарегистрированных ветеринаров-бихевиористов в стране — для ветеринара это как черный пояс седьмого дана для мастера боевых искусств, — дипломированный специалист с ученой степенью и широким кругом исследовательских интересов, включая способы улучшения жизни собак, изучение связи когнитивных способностей с обонянием и повышение качества ветеринарного обслуживания собак. Маргарет может взять анализ крови у щенка, пока тот слизывает арахисовую пасту. Она может определить наличие инфекции мочевыводящих путей по тому, как щенок сидит, и дерматит — по его манере чесаться. Она прописывает щенкам рыбий жир, когда их кожа становится слишком сухой, и пробиотики при проблемах с пищеварением.

Если бы не Маргарет, Детского сада для щенков не существовало бы. Как соруководитель нашего проекта, она заложила его основу и вдохнула в него жизнь. Но щенки не догадываются, насколько она занята и какое большое значение имеет ее работа, как и о том, что собаки съезжаются со всей страны, чтобы попасть к ней на прием. Она тщательно осматривает каждую шишку и царапину, у нее мягкий голос и добрые руки.

Йинг больше всех любит навещать Маргарет. На этот раз он заходит в игровую комнату Детского сада, благоухающую лавандой и наполненную голосами птиц. Маргарет садится на пол рядом с ним и спрашивает, что случилось. Йинг смотрит на нее своим грустно-виноватым взглядом и показывает Маргарет шишку на голове, которую заработал, наткнувшись на дверь.

Надо отдать ей должное — Маргарет никогда не смеется над ним. Она проводит пальцами по шишке, осматривает шерсть, надавливает в разных местах и говорит Йингу, что будет наблюдать за его шишкой, но пока он может пойти поиграть с остальными щенками в парке.

Йинг обожает учиться. Дверь в классную комнату расположена рядом с входной дверью, так что перед каждым походом в туалет в перерыве он косится на нее с надеждой. То же самое он делает по окончании перемены или по возвращении с прогулки. В те дни, когда наконец приходит его очередь, он бросается в комнату с таким энтузиазмом, что поскальзывается на лестнице и врезается в собачью калитку.

Кара улыбается и впускает его внутрь.

— Доброе утро, Йинг.

Кара, координатор исследовательской работы, записывает и обрабатывает данные, а также составляет сложную схему, в соответствии с которой каждый щенок находится в классной комнате в наиболее благоприятный момент для развития своего мозга. Для щенков Кара — фокусник на арене цирка. Это она играет с ними в различные игры. Она приносит с собой цилиндр, роботов и другие приспособления, из которых, словно по волшебству, появляются лакомства.

— Ты готов, Йинг? — Кара ставит перед щенком две миски. Потом показывает Йингу лакомство со словами: — Смотри, щеночек!

Йинг внимательно наблюдает за каждым ее движением. Он сидит прямо и восторженно смотрит на нее.

Это самая легкая игра, в которую играют для разминки. Она нужна лишь для того, чтобы убедиться, что щенки понимают, в чем суть игры. От них требуется только посмотреть, как Кара бросает лакомство в миску, и бежать за ним.

— Можно! — говорит Кара, бросив лакомство.

Йинг без промедления бросается не к той миске.

Кара вздыхает.

— Бедняжка Йинг, я вижу, что ты очень старался.

Хоть Йинг и обожает ходить в школу, с учебой у него не ладится. В возрасте 4 месяцев он проваливает тест с маркером, с которым другие щенки справляются в возрасте 8 недель. Некоторым щенкам все равно, добьются они успеха или нет. Но для Йинга каждое потерянное лакомство как удар в сердце, и он пытается забраться Каре на колени, словно он все еще маленький ребенок.

Еще обиднее Йингу оттого, что его сестра Йоланда очень одаренная. Она без труда справляется с разминкой и успешно проходит тест с маркером в 100% случаев. У Йоланды есть все, чего нет у Йинга Он большой и неуклюжий, а она изящная и красивая. У нее также необычайно острые зубы, и она не боится пускать их в ход.

Это просто невыносимо — иметь сестру, которая с такой легкостью добивается успеха во всем. Мы стараемся почаще обнимать и утешать Йинга. Тем не менее это означает, что наш подход продуктивен. Потому что поначалу мы опасались, что наши экспериментальные игры окажутся слишком легкими или слишком сложными и все собаки будут либо преуспевать, либо терпеть поражение как в детстве, так и во взрослом возрасте, и это не позволит нам оценить их индивидуальные особенности, которые мы хотели изучить. Теперь у нас появился повод для оптимизма.

До того, как мы открыли Детский сад для щенков, наша исследовательская группа под руководством психолога Эмили Брей [6] провела тесты с 160 щенками в возрасте 9 недель с помощью игр, в которые мы собирались играть со щенками в Детском саду, а затем, когда они достигли двухлетнего возраста, снова протестировала их, используя версию тех же игр для взрослых собак [7].

Йинг проваливает тест с маркером. Обратите внимание на маркер рядом с миской, в которой лежит лакомство

Йоланда с игрушечной акулой

Эмили обнаружила, что почти в каждой игре взрослые собаки показывали лучшие результаты, чем когда были щенками. Такие новости должны приободрить Йинга, ведь это значит, что, хотя он и начал со скрипом, со временем он добьется бóльших успехов. У щенков была хорошая память, они продемонстрировали достаточный уровень самоконтроля, устанавливали с людьми зрительный контакт и следовали человеческим жестам, но во взрослом возрасте справлялись с этими задачами еще лучше. Что касается самоконтроля, о важности которого мы поговорим в следующей главе, взрослые собаки делали правильный выбор вдвое чаще, чем щенки. Во взрослом возрасте те же самые собаки втрое дольше смотрели людям в глаза, столкнувшись с невыполнимой задачей или побуждаемые к этому человеком. Когда речь шла о понимании человеческих жестов, взрослые собаки показали результаты, на 10% превосходящие их же показатели в детстве. Все это означало, что наши игры достигли поставленной цели: они позволили оценить когнитивное развитие щенков.

Что немаловажно, Эмили также обнаружила, что некоторые из наших игр позволяют выявить индивидуальность каждого щенка и понять, какой собакой он станет, когда вырастет. Хотя Йинг сможет добиться бóльших успехов с возрастом, будущие результаты собаки все же определяются ее детскими достижениями, по крайней мере в некоторых играх. Щенок вроде Йоланды, которая в детстве продемонстрировала лучшие по сравнению с Йингом результаты в одной из таких игр, скорее всего, будет более успешным в ней и когда они оба вырастут. Достижения в когнитивных играх у щенков, оцениваемые по нескольким критериям, остаются относительно стабильными с течением времени [9]. С учетом того, что мы стремимся использовать показатели щенка для предсказания его будущего успеха в качестве собаки-помощника, это означает, что мы на верном пути.

Очень скоро вы начнете замечать те черты, которые делают вашего щенка уникальным. Может быть, он превосходно умеет делать грустно-виноватый вид, как Йинг, или считает себя более значительным, чем на самом деле, как Аня, а может быть, он жалобно скулит, как Ариес, стоит вам перестать его обнимать. Однако особенными их делают не только эти черты, но и их индивидуальные когнитивные способности. Проблемы Йинга во время теста с маркером могут означать, что он еще не так преуспел в понимании человеческих жестов, как его сестра, но он далеко не глуп. То, с какой легкостью он притягивает своим очаровательным грустно-виноватым видом взгляд человека, наводит на мысль, что его сильная когнитивная сторона может быть связана с умением привлечь внимание человека и пробудить в нем сочувствие.

Точно так же и ваш щенок может с трудом распознавать ваши жесты или забывать, что вы просили его сидеть, но это не значит, что у него нет менее очевидных сильных когнитивных сторон, на которые он может положиться. Наши собаки снова и снова доказывают, что они могут по-разному проявлять свой интеллект, даже если они не безупречны во всех отношениях. Именно за это мы так их любим. В последующих главах мы будем рассматривать самоконтроль, понимание физического мира и память наших щенков, чтобы лучше понять, как эти способности развиваются, делая каждую собаку уникальной.

[5] Мы не единственная исследовательская группа, выявившая такую корреляцию. Специалист по поведению животных Люсия Лазаровски, которая работает с собаками-детекторами в Алабамском политехническом институте, также обнаружила, что когнитивные способности, мотивация и эмоциональные реакции связаны с успехом в обучении у взрослых собак. Она обнаружила, что меньшая вовлеченность тренера, игнорирование ложных указательных жестов, слабый самоконтроль и низкий уровень зрительного контакта наиболее сильно влияют на результаты собак в тренировках по обнаружению взрывчатых веществ.

7. J. Kaminski, B. M. Waller, R. Diogo, A. Hartstone-Rose, A. M. Burrows, “Evolution of Facial Muscle Anatomy in Dogs.” Proceedings of the National Academy of Sciences 116 (2019), 14677–14681.

6. A. Horowitz, “Disambiguating the ‘Guilty Look’: Salient Prompts to a Familiar Dog Behaviour.” Behavioural Processes 81 (2009), 447–452.

5. MacLean, Herrmann, Suchindran, Hare, “Individual Differences in Cooperative Communicative Skills.” 41–51.

4. L. Lazarowski, S. Krichbaum, L. P. Waggoner, J. S. Katz, “The Development of Problem-solving Abilities in a Population of Candidate Detection Dogs (Canis familiaris).” Animal Cognition 23 (2020), 755–768.

3. E. L. MacLean, E. Herrmann, S. Suchindran, B. Hare, “Individual Differences in Cooperative Communicative Skills Are More Similar between Dogs and Humans than Chimpanzees.” Animal Behaviour 126 (2017), 41–51.

2. E. M. Macphail, J. J. Bolhuis, “The Evolution of Intelligence: Adaptive Specializations versus General Process.” Biological Reviews 76 (2001), 341–364.

1. E. E. Bray, K. M. Levy, B. S. Kennedy, D. L. Duffy, J. A. Serpell, E. L. MacLean, “Predictive Models of Assistance Dog Training Outcomes Using the Canine Behavioral Assessment and Research Questionnaire and a Standardized Temperament Evaluation.” Frontiers in Veterinary Science 6 (2019), 49.

[7] Щенки из 65 разных пометов были выращены в семьях волонтеров, прежде чем вернуться в Canine Companions, чтобы продолжить обучение. Мы не растили и не тестировали этих собак в детстве или во взрослом возрасте в Университете Дьюка, а работали с ними в главной штаб-квартире Canine Companions в городе Санта-Роза.

[6] Эмили начала работать с нами, еще будучи студенткой колледжа, а теперь она — профессор с более обширным опытом изучения щенков, которым предстояло стать собаками-помощниками и поводырями, чем у кого бы то ни было.

{5} Собаки предоставляют нам прекрасную возможность сравнить концепцию общего интеллекта и теорию множественного интеллекта. Вместе с антропологом Эваном Маклином мы создали самый большой набор когнитивных игр, который когда-либо разрабатывался для собак. Мы включили в него все известные нам когнитивные тесты и получили список из 25 игр. На то, чтобы поиграть во все эти игры, у каждой собаки уходило по часу в день на протяжении четырех дней. Мы протестировали более сотни взрослых домашних собак, чтобы убедиться, что наши выводы применимы к любой домашней собаке. Мы также протестировали более 200 собак-помощников и 200 служебных собак, специализирующихся на поиске взрывчатых веществ, в возрасте около полутора лет, непосредственно перед началом их профессионального обучения. Это позволило нам изучить связь между результатами собак при решении всех наших задач и последующим успехом или неудачей в профессиональном обучении. Если собаки обладают неким общим интеллектом, выраженным через «общую способность к обучению», или «IQ», то их успехи в различных играх должны быть примерно одинаковыми. В таком случае мы смогли бы легко ранжировать собак по уровню их умственных способностей — от более умных до более глупых. Но мы обнаружили, что это не так. В действительности сопоставимыми оказывались показатели в играх, проверяющих схожие когнитивные навыки. Если собака хорошо справляется с одним типом игр на память, скорее всего, она не хуже справится и с другими играми на запоминание; если же она успешна в одной игре на коммуникацию, то, вероятно, так же будет и с другими подобными и т.д. Однако обладание хорошей памятью не означает, что собака добьется больших успехов в коммуникации, и наоборот. В целом наш анализ выявил по меньшей мере пять, а скорее всего, шесть различных типов когнитивных способностей у собак. Эти способности играют важную роль в формировании индивидуальности наших собак. Каждый тип когнитивных способностей подобен букве алфавита, и эти буквы можно сочетать и переставлять, получая разные слова. Подобное сочетание способностей формирует характер и определяет разные, возможно уникальные, навыки, склонности и слабости каждой конкретной собаки. Вместо того чтобы оценивать интеллект собак по одномерной скользящей шкале, по которой их можно классифицировать от умных до не очень умных, следует иметь в виду, что у них наблюдается широкий спектр когнитивных профилей. В ходе последующего анализа мы обнаружили, что успех собак в некоторых наших когнитивных играх коррелирует с успешностью в обучении в качестве как собак-помощников, так и армейских собак. Из 25 когнитивных игр 11 оказались наиболее тесно связаны с успехом в профессиональной подготовке, включая игры на способность устанавливать зрительный контакт, делать выводы, следовать указательному жесту человека и проявлять самоконтроль. Нашим следующим шагом стало тестирование еще одной большой группы собак-помощников с использованием именно этих 11 игр. На основании полученных результатов мы сделали прогноз, кто из них в дальнейшем успешно справится с обучением, а кто не сможет его окончить. Наши предсказания оказались верными на 90%. Особенно успешно полученные нами когнитивные данные помогли определить, какие собаки с большей долей вероятности успешно пройдут обучение. Наконец мы получили набор игр, на которые у взрослой собаки уходило не больше часа и которые с высокой точностью предсказывали ее успех [7].

9. E. E. Bray, M. E. Gruen, G. E. Gnanadesikan, D. J. Horschler, K. M. Levy, B. S. Kennedy, B. A. Hare, E. L. MacLean, “Dog Cognitive Development: A Longitudinal Study across the First 2 Years of Life.” Animal Cognition 24 (2021), 311–328.

8. B. M. Waller, K. Peirce, C. C. Caeiro, L. Scheider, A. M. Burrows, S. McCune, J. Kaminski, “Paedomorphic Facial Expressions Give Dogs a Selective Advantage.” PLoS One 8 (2013), e82686.