В глубине крепостных тоннелей было так холодно, что мне пришлось снова надеть шлем. Мороз висел в воздухе и копился на охлаждающих линиях, прикрепленных к стенам, напоминая мне вены на конечностях какого-то гиганта. Далеко наверху закрытые железобетонные двери отсека упирались в желтое небо. Через этот проем глубиной в сотни метров дарданцы спустили десятки транспортных фуг с войсками: уродливые прямоугольные капсулы, каждая из которых вмещала по два имперских легионера.

"Сколько их осталось?"- спросил я.

"Тридцать семь, милорд", - ответил Петрос.

"Это сколько? Семьдесят... четыре солдата?" Я побарабанил пальцами по бокам, подсчитывая цифры. Это была даже не треть всего легиона. Я старался не думать о том, куда делись остальные люди. Повернувшись к двум центурионам Петроса, стоявшим неподалеку, я приказал: "Один из вас: отправляйся наверх и подай сигнал на “Тамерлан”. Скажи Аристиду, чтобы развернул грузовые подъемники, и побыстрее.”

“Мы уже близки к тому, чтобы найти управление дверями отсека?"- я обратился ко всем, кто находился поблизости, усилив голос через динамики моего костюма.

Один из декурионов ответил тонким голосом: "Милорд, дверь в зале управления заблокирована."

"Где?"

"Здесь, милорд!"

Дверь, похоже, была из прочной стали, первая в шлюзе, который отделял посадочный отсек от внутренней крепости, когда крыша была открыта небу. Как и говорил мой человек, панель управления рядом с дверью была затемнена, мертва, как старый камень.

Неважно.

"Отойдите!"- приказал я, подтверждая приказ жестом. Я вытащил меч, зажег клинок. Высшая материя отбрасывала спектральные блики - белые и голубые - на матовые металлические стены. Ее режущая кромка была тонкой, как водород, и я провел острие через армированную сталь так же легко, как через вощеную бумагу. Двигаясь уверенно, я вырезал в двери отверстие, достаточно большое, чтобы в него мог пройти человек. Дверь упала внутрь с грохотом, как при вскрытии гробницы, и, держа меч перед собой, я шагнул внутрь.

В темноту.

Я включил фонари костюма, открыв взору заброшенные пульты управления и инертные пластины проекторов. Мои люди последовали за мной через порог, и позади них я услышал, как кто-то - возможно, Сиран - послала разведывательный дрон. Устройство пронеслось над моим плечом, издавая слабый ультразвуковой вой, когда сканирующие лазеры веером пронеслись по комнате и исчезли через открытую дверь в дальнем конце.

Остановившись, я коснулся одной из консолей. Она ожила, голографические показания заполнили пространство над рабочим столом. "Позовите техников, - приказал я одному из своих людей, - пусть откроют двери отсека. Нам нужно вытащить выживших как можно быстрее. Остальные - за мной".

Капитан Фабер сказал, что персонал MИНОСа покинул базу, когда мы напали. Это была ложь. Мы бы заметили любой корабль, пытавшийся покинуть Арае, когда началась атака. Но их не было.

Они должны быть где-то здесь, внизу.

За свою жизнь я повидал больше, чем свою долю темных, полных демонов туннелей. Я уже говорил, что свет привносит порядок в творение, а во тьме порядка становится меньше. Волхвы учат нас, что до Первопричины и катаклизма, породившего вселенную, существовала только Тьма, и что именно из этой Тьмы - бесконечного хаоса и потенциала, который существует в отсутствие света, - может произойти все, что угодно. И вот это произошло, и возникла Вселенная, рожденная не по воле божества, как хотели бы сказать древние язычники, а из безграничного хаоса, который возникает в отсутствие света.

Вот почему мы боимся Тьмы. Не за то, что она содержит, а за угрозу того, что она может содержать что угодно. Осознавая этот факт, я двинулся по коридору вслед за дроном, следуя по пути, указанному на дисплее в углу моего зрения. Двери открывались в обе стороны, открывая кладовые, офисы и то, что мне немного напоминало медицинские кабинеты. На шее выступили бисеринки холодного пота. Мощное чувство ужаса овладело мной, и я скрючился, как горгулья. Все было почти как на Воргоссосе, в подземельях Вечного.

"Милорд!" - раздался голос позади меня, и когда я повернулся, солдат указал: "Сюда!"

Я присоединился к нему в арке широкого дверного проема, выходящего в круглое помещение. Крышу поддерживала одна центральная колонна, а пол был усеян проводами, как будто кто-то в спешке разобрал и заново подключил несколько машин.

И тут я увидел их, сидящих в креслах у внешней стены, каждый из которых был погружен в дремоту, руки безвольно лежали на коленях. Их было, наверное, три десятка, мужчины и женщины.

Никто не шевелился.

"Мертвы?"- спросила Сиран. "Земля и Император защити нас. Что это?"

Опустив меч, но не выключая его, я подошел к ближайшему трупу. Он не был похож на Возвышенного. Никто из них не был похож. Каждый из мертвецов казался вполне человеком. По какой-то прихоти я переключил зрение своего костюма с визуального света на инфракрасный и увидел, как в ее сердцевине затухает остывающий нимб жизненного тепла. "Еще теплые", - сказал я и потрогал оплетенный металлический кабель, который мертвая женщина все еще держала в обеих руках, прослеживая его путь от пола до основания черепа. "Они не мертвы", - воскликнул я и мстительным движением руки перерубил кабель своим мечом. "Они ушли".

Двое солдат, находившихся поблизости, сделали оберегающий жест, вытянув первый и последний пальцы. Один спросил: "Что значит "ушли"?

"Синаптический кинезис. Я видел это раньше", - я указал мечом на колонну в центре комнаты. "Это телеграфное реле. Эти ребята подключили свои мозги и транслировали свои мыслеформы за пределы планеты. Возможно, на корабль. Там их будут ждать новые тела". Они выбросили свои старые, как гильзы, бросили здесь гнить. Отвращение снова запульсировало во мне, и я отвернул голову. Легко было представить, как Возвышенные выращивают эти тела именно для этого: поносить какое-то время и выбросить. Я готов был поставить свою правую руку на то, что истинным владельцем плоти передо мной был какой-то мозг, запертый в бутылке во тьме космоса, как какой-нибудь поганый джинн. "Как только мы выведем солдат, спускайте атомику. Ничего из этого нельзя оставлять. И ничего не трогайте. Кто знает, что они здесь оставили".

Не успели слова покинуть мой рот, как раздался выстрел, и, повернувшись, я увидел, что один из трупов упал со стула с дымящейся дырой в груди. "Не стрелять!"- приказал я, подняв руку.

"Мне показалось, что он двигался, сир", - сказал солдат, голос его был выше, чем я ожидал. "Как те, что наверху".

"Нет, солдат. Нам нечего их бояться".

Я уже говорил, что Вселенная разделяет мою любовь к театру?

Что-то выстрелило из темноты и пробило броню у основания шеи мужчины. Не было никакого шума, кроме вздоха от удара и тупого шлепка крови о стену позади него, ни треска выстрела, ни удара пули о стену. Он упал за мгновение, и в это время некто, что бы это ни было, ударил еще одного из моих людей.

"Поднять щиты!"- прокричала Сиран во внезапно наступившей тишине.

Уголком глаза я заметил мелькнувшее движение - развевающийся подол халата. Я бросился туда, Сиран - следом. Неужели кто-то из людей Фабера не сдался вместе с остальными? Или кто-то из персонала MИНОСа остался, когда остальные бежали по их нечестивой дороге?

Туннели впереди представляли собой лабиринт, еще не до конца изученный. Сейчас мы находились в самом низу крепости, почти там, где, по моим предположениям, должны находиться геотермальные источники и электростанция. Вокруг были только низкие потолки и слепые повороты в темноте, стены освещались лишь редкими бра, светильники пожелтели от запустения. Впереди послышался звук мягких шагов по земле, и я бросился за угол в погоню. Один или два раза мне удалось увидеть человеческую фигуру за поворотом.

Вот!

Над моим плечом пролетел оглушающий болт из руки Сиран. Это был вздох боли?

"Промахнулась", - прошипела Сиран, превратив это слово в ругательство.

Она была права. Должно быть, удар пришелся вскользь, потому что, когда мы достигли следующего поворота, там никого не было, но я знал, что слышал. Впереди слева находилась дверь, и она была открыта. Внутри рядами стояли затененные корпуса безымянных машин.

"Подкрепление прямо позади, Адр", - сообщила Сиран. "Мы должны подождать".

"И позволить им сбежать?"- спросил я, проходя мимо. Я знал, о чем думает Сиран, что это какая-то ловушка. Но если то, что сказал Фабер, было правдой, то все это было ловушкой, и Возвышенные настигнут нас через несколько часов.

Я шагнул внутрь.

И тут же мой щит вспыхнул, когда странная пуля ударилась о него.

Он вспыхнул снова. Снова. Держится. Иконка в боковой части моего зрения показывала, что щит все еще синий.

"Тебе следовало нанять наемников получше!"- воскликнул я, не видя своего соперника среди дремлющих машин. "Твой капитан Фабер уже сдался!"

"Он выиграл время, которое нам было нужно!" - ответил холодный, высокий голос. "Вы видите, что мои товарищи уже сбежали, милостивый государь". Я осмотрел темноту впереди себя, но, кроме языков холодного тумана, клубящегося в воздухе, ничего не двигалось. Я направил луч своего костюмного фонаря вперед и вверх, осматривая узкие площадки и сырые водопроводные трубы.

Ничего.

"Вы работаете на МИНОС?"- спросил я, подавая знак Сиран прикрыть меня со спины.

"Я, конечно, не одна из маленьких мальчиков Фабера", - последовал ответ. "И я знаю все о вас, лорд Марло. Новый питомец императора. Убил одного из вождей клана сьельсинов, не так ли? Правда ли, что вы выкрутили руку Вечному, чтобы сделать это? Владыка Воргоссоса не так легко гнется. Я не думала, что он вообще способен гнуться".

За своей маской я улыбнулся.

После минутного молчания я спросил: "Кому вы продали легион?"

Никакого ответа.

Никакого удивления.

Я решил попробовать другую тактику, что угодно, лишь бы она продолжала говорить. Чем дольше она будет говорить, тем больше шансов, что мое подкрепление настигнет ее. "МИНОС производит Возвышенных?"

"Абстракции. Модификации тела. Да", - раздался голос сверху. "Мы обеспечиваем дизайн и производство для капитанов и кланов. Продление жизни. Поддержание мозговой ткани - некоторым из наших клиентов тысячи лет, разве вы не знаете? Все, о чем они мечтают и что могут себе позволить, мы воплощаем в жизнь".

Все еще ища ее, я прошел мимо какого-то механизма в форме огромного приземистого барабана. Его поверхность покрывал иней, но что-то там - возможно, проблеск движения - привлекло мое внимание. Если внутри что-то и было, я не мог этого увидеть, но почувствовал что-то там, как пловец чувствует движение рыбы в темной воде.

"Что это?"

"Прототипы", - ответила она. "Неудачи".

"Неудачи?" Я отпрянул назад.

По нашей частной связи Сиран сказала: "Я вижу ее слева, Адр. Встала и пошла. Она хромает". Я посмотрел и, увидев, понял, почему не заметил ее раньше. Она была слишком холодной, чтобы быть человеком, и инфракрасные датчики моего костюма почти теряли ее на фоне ужасного холода в этой комнате.

"Прогресс никогда не бывает без потерь".

"Напротив, - сказал я, и мой наставник заговорил через меня, ответ из детства, - любой прогресс, который сопровождается потерями, не является прогрессом вообще".

"Говоришь прямо как имперский пес".

"Или как человек, который читает".

Сиран выстрелила, оглушающая вспышка расколола мрак. Она попала точно, и я услышал грохот, когда тело упало на площадку наверху.

"Хороший выстрел!" - раздался женский голос. "Ты меня достала!"

Сиран замерла, не успев начать поиск по периметру комнаты. По внутренней связи я услышал ее шепот: "Что за черт?".

"Что-то вроде нервного обхода", - ответил я по частному каналу. "Держит ее в сознании. Она двигается?"

"Нет".

"Поднимись туда и заблокируй ее, пока она не пришла в себя". Это, по крайней мере, объясняло, как женщина продолжала бежать после того, как мы подстрелили ее в коридоре. "Мы введем ее в состояние покоя и заберем вместе с остальными".

Не так быстро! Голос женщины затрещал в динамиках моего шлема - на частной частоте. Черт бы побрал этих экстрасоларианских демонов и их машины! Это вы никуда не денетесь, лорд Марло!

Я отключил коммуникатор, отгородив свой костюм от Сиран и инфосферы. Меньше всего мне нужна была эта Экстра-женщина, ползающая по инфраструктуре моего доспеха, отключая мои камеры или воздух. В голове возникло видение, как я окажусь в ловушке, запертый и слепой в своем костюме, ожидая, пока меня найдут экстры, о которых предупреждал Фабер. Бесславный конец Адриана Марло, Викторианского рыцаря Императора.

Но у женщины из МИНОСа было еще кое-что на уме.

Свет, холодный и голубой, как забытые звезды, вспыхнул в барабаноподобном баке передо мной, а мгновение спустя что-то огромное и тяжелое ударило по стеклу изнутри. От места удара по стеклу поползли нитеподобные трещины, и я отпрянул назад, пытаясь преодолеть как можно большее расстояние между собой и тем, что скрывалось в баке этой женщины, - прототипом.

Оно ударило еще раз, и стекло разлетелось на осколки. Сверххолодная жидкость хлынула наружу, превращая воздух в густой белый туман, который вытянул находящееся внутри существо наружу, как нерожденного детеныша из трупа кита, оказавшегося на мели. Существо зашаталось на неустойчивых конечностях, стальные руки и ноги лязгали и скребли пол, пытаясь подняться, выровнять себя.

Слова покинули меня, а вместе с ними и мой разум, и на одно ужасное мгновение показалось, что я снова стою на берегу моря под Воргоссосом, а навстречу мне поднимается великий деймон древнего мира.

"Адриан!" - закричал голос. Голос Сиран - и я очнулся.

Вспомнил, кто я и для чего здесь.

Вспомнил про меч в своей руке.

Прототип поднялся на ноги. Сгорбленный и кренящийся, он все же возвышался надо мной: десять или двенадцать футов белого металла в виде костей с суставами. У него не было лица, которое я мог бы увидеть, ибо, как и шлемы наших легионеров, его лицо было пустым и безжалостным, как лед. Оно бросилось ко мне, вытянув когтистые руки, но потеряло опору и рухнуло на колени. Одна из рук раздвоилась, верхняя половина откинулась вверх и вышла из плеча, как шестерня какого-то страшного крыла. Увидев свой шанс, я сделал выпад и ударил по руке существа. Лезвие из высшей материи отскочило, звякнув о его руку, как колокольчик. Поморщившись, я отшатнулся, сапоги заскользили в быстро нагревающемся хладагенте. Мог бы догадаться. Я сражался с Возвышенными и раньше, на Воргоссосе и после, и должен был понять, что тело этого существа будет защищено от высшей материи, выковано из адаманта или какого-нибудь композита, молекулы которого не могут быть разрушены.

Я оскалил зубы.

Все только что стало намного сложнее.

Сиран открыла огонь, фиолетовая плазма опалила боковую часть головы монстра. Она могла бы бросать камни в него с таким же успехом. Он повернулся, чтобы посмотреть на нее, и мне показалось, что я вижу, как вращаются колесики его все еще органического разума. В локтевых и плечевых суставах, под бронированным панцирем, блестел обычный металл. У него есть слабые места. Я сделал осторожный шаг ближе, надеясь попытать счастья. Но далеко пройти мне не удалось. Третья рука, выросшая из верхней части плеча, взметнулась, как коса крестьянина, так быстро, что движение расплылось в глазах. Я рефлекторно дернулся слишком поздно, и от удара меня спасла только энергетическая завеса моего щита, вспыхнувшая вокруг.

Издав пронзительный крик, живой прототип снова поднялся на ноги, одна нога выскользнула из-под него. Но на этот раз он устоял, ударив одной массивной рукой по стенке бака рядом с собой. Мне стало интересно, что с ним не так. Что-то в том, как разум Возвышенного взаимодействовал с его новым машинным телом? Что-то, что заставляло его так скользить и шататься?

"Сдавайся, чудовище", - произнес я, направив на него свой меч, как обвиняющий перст. Я сражался и с более страшными и опасными существами, чем это. Зверь снова завыл и взмахнул своей третьей рукой, как кнутом, продвигаясь вперед на согнутых, как у собаки, ногах. В молодости в Колизее на Эмеше я сражался с аждархами и офидами, мантикорами и генными львами, огромными, как слоны. А однажды, на Фаросе после победы, я сразился с быком с рапирой без защитного щита.

Принцип здесь был тот же.

По существу, эта мерзость должна была быть быстрее меня, как быстрее должен быть и этот злобный отросток с когтями, что пророс из ее плеча. По существу, я уже должен был быть не более чем темным пятном на полу этого зала.

Сиран выстрелила ему в голову, но это не помогло. Существо дернуло головой как от пощечины. В том, как оно трясло головой, было что-то знакомое: резкими, повторяющимися движениями оно тянуло ухо к плечу. У меня не было времени думать об этом, лишь о том, как его кулак опустился вниз, словно рука Бога. Я бросился в сторону, нанося отчаянный боковой удар в его колено. Лезвие звякнуло о металл, и, подобно сражению с быком на Фаросе, я крутанулся вокруг своего врага, как ворота на петлях, на ходу расстегивая магнитную застежку плаща и отбрасывая его в сторону.

"Найди доктора, Сиран!"- приказал я. "Не дай ей уйти!"

"И бросить тебя?"

"Вперед!" Я увернулся от мощного взмаха руки прототипа и шагнул вперед. Между бронированной грудной пластиной и чередующимися сегментами, выдаваемыми за живот, виднелась небольшая щель, где должны были находиться ребра. Какой он был тонкий! Слишком длинный и слишком узкий, чтобы быть человеком. Если бы я смог просунуть острие своего клинка в эту щель... возможно, под ней что-то есть, какая-то тонкая система или кусочек плоти.

Я не успел выяснить.

Колено выскочило мне навстречу. Не быстро - конечно, недостаточно быстро, чтобы натолкнуться на мой щит - но ему и не нужно было быть быстрым. Колено было титановым, обернутым в адамант и циркон. Статуи бывают мягче.

Только броня спасла мои ребра и находящиеся под ними сердце и легкие, но воздух был изгнан из меня. Я отлетел назад, отброшенный, и ударился о стену позади с такой силой, что мне показалось, будто тусклый металл треснул, как стекло, - а может, это был всего лишь мой череп.

Где были остальные?

Мое зрение ускользало и расплывалось, и выправилось только тогда, когда я заставил себя замедлить дыхание и мятежный стук сердца. Существо приближалось, а я стоял, прислонившись спиной к стене, как какой-то одинокий страж. Оно прыгнуло в мою сторону, и я только и смог, что откатиться в сторону, когда машина столкнулась со стеной как раз в том месте, где была моя голова. Я поднялся на ноги, радуясь положительному давлению в костюме, нагнетающему воздух в мои легкие.

Вот!

Прежде чем чудовище успело повернуться, я сделал выпад, и острие меча вонзилось в заднюю часть колена Возвышенного. Обычный металл разошелся, как бумага, и из него потекла белая жидкость, стекая по икре цвета слоновой кости на пол. Коса-рука ударилась о мой щит и начала медленно обвиваться вокруг меня. Я попятился назад, но коса уже обхватила мою грудь. Я чувствовал, как тепловой слой твердеет, защищая от давления. Существо повернулось и протянуло шестипалую руку к моему лицу.

Шестипалую.

"Икатта!" В моем оглушенном состоянии это слово было не более чем шепотом, но мой костюм усилил его до крика. Стоп!

Зверь выронил меня, удивление было заметно по тому, как он просто застыл на месте.

"Nietolo ba-emanyn ne?" - спросило существо. Пришелец внутри машины. Ты говоришь на нашем языке?

Я издал резкий звук, который на их языке означал "да". Языке сьельсинов. "Что они сделали с тобой?" Это было невозможно. Сьельсины и экстрасоларианцы... работают вместе? Но нет, кланы сьельсинов имели дела с экстрами еще до их вторжения в Империю - еще до того, как мы узнали об их существовании. То, что они будут работать вместе против Империи, не должно было меня удивлять, и все же... увидев ксенобита, стоящего тут, заключенного в эти доспехи экстросоларианской комплектации... я почувствовал трепет священного ужаса.

Пустая лицевая пластина существа открылась, как шкатулка с драгоценностями, и откинулась, обнажив молочно-белую плоть; глаза, похожие на чернильные пятна на чистой бумаге, размером с мои кулаки; зубы, похожие на осколки стекла. "Они сделали нас сильными", - сказало оно, скрежеща зубами. "Достаточно сильными, чтобы победить тебя, юкаджимн". Паразиты, сказало оно. Это слово на их языке означало "человек". "Достаточно сильными, чтобы победить Ложь".

"Достаточно сильными?"- повторил я, отступая назад, снова увеличивая расстояние от этого гибрида сьельсина и машины, демона и деймона. "Ты едва можешь стоять". И неудивительно. У МИНОСа и Возвышенных были тысячи лет, чтобы усовершенствовать системы, соединяющие человека с машиной. Сьельсины не были людьми.

"Мы только первые".

В тишине своего сердца я представил себе армии таких существ, падающих с неба, чтобы разграбить мир за миром. Миллионы людей, превращаясь в пыль, уносятся к звездам и темным кораблям, которые сьельсины называли своим домом. Я вспомнил рабов, которых видел, изуродованных их инопланетными хозяевами, и сразу понял, что случилось с остальными людьми из нашего погибшего легиона. МИНОС предложил их своим друзьям-сьельсинам в качестве платы или дани. Они были мертвы, и хуже, чем мертвы: все еще живы. Это было что-то новое. За все мои годы сражений я никогда не ожидал такого: черного союза сьельсина и машины.

"Кто твой хозяин? - потребовал я, - из какого клана? Какой принц?"

"Ты не сможешь остановить его. Или его Белую Руку".

"Иэдир Йемани?" Я повторил слова "белая рука", не уверенный, что расслышал их правильно. Не уверенный, что понял. "Что это?" Его принц, конечно. Его хозяин.

"Он сорвет твои миры с неба, человек!" - проревел сьельсин и ударил себя в грудь клешнями. "Он завоевал для себя армию, и он идет!" Затем существо набросилось, думая, что я отвлекся. Но я был готов и, сделав выпад, направил меч в незащищенное лицо существа. Это был мой единственный шанс. Я надеялся, что то, что было не так с гибридом, замедлит его. Когда он мчался ко мне, вытянув когти, я увидел, что визор начал закрываться, как веки. Адамантовая лицевая пластина захлопнулась, но прежде острие моего меча попало между ее краями, и оружие почти вырвалось из моей руки. Я злобно усмехнулся.

Все получилось именно так, как я и планировал.

Зверь неудачно приземлился, и его искалеченное колено подогнулось. Он упал с треском, а я всем весом уперся в рукоять своего меча. Я оскалил зубы, широко раскрыв глаза, и толкнул меч вперед. Острие двигалось медленно, металл скрежетал о жидкий металл, когда высшая материя погружалась внутрь, пронзая плоть и кости. И мозг.

Как будто мышца расслабилась, визор снова открылся, обнажив аккуратную дыру между массивными глазами и черную кровь, текущую как слезы.

Я нашел Сиран и врача MИНОСа несколько мгновений спустя. Мои опасения оправдались. Доктор - маленькая седая женщина в белом халате - действительно обладала каким-то имплантатом или приспособлением, которое спасло ее от оглушения. Пока я был отвлечен ее прототипом, она проползла по площадке в комнату с видом на ее лабораторию.

Сиран передала мне пистолет, когда я вошел, надевая плащ. Это была странная вещь, серебристая и странно органическая. Я посмотрел на тело у своих ног и на имя, вышитое над нагрудным карманом ее лабораторного халата.

"Северин", - прочитал я вслух, переводя взгляд на идеально круглое отверстие, которое она прострелила в нижней части челюсти и в верхней части головы, аккуратно пропустив хрупкое оборудование в основании черепа. "Значит, она сбежала?"

"Как и остальные? - предположила Сиран, - думаю, да. На Землю, Адр. Это дерьмо выше моих сил". Ее лицо с гладким визором поднялось и посмотрело на меня, ничем не отличаясь от шлема существа, которого я убил. "Ты в порядке?"

Я поймал себя на том, что потираю руки, словно пытаясь удалить какое-то пятно с черных перчаток. "Они смешивали сьельсинов с машинами. Вот что это была за штука".

"Ты серьезно?" Я мог представить себе выражение шока на ее лице, глаза испуганные и расширенные в тусклом свете.

"Тело находится там, внизу", - я жестом указал направление. "Нам нужно будет забрать его с собой и все, что мы сможем получить от этих машин". Замолчав, я оглядел выстроившиеся вокруг нас компьютеры - машины, через которые сбежал призрак доктора Северин и ее товарищей. "Сьельсин сказал, что его хозяин собрал армию. Что он идет за нами".

Центурион - моя подруга - встала рядом, скрестив руки на груди. "Сьельсины вторгаются в наши владения уже сотни лет. В этом нет ничего нового".

"Нет", - согласился я, качая головой. "Но на этот раз все по-другому". Я опустил руки, оглянулся через открытую дверь туда, где на полу лежал неудавшийся прототип. "Сьельсинский принц, готовый работать с экстрами... Мир меняется".

"Лорд Марло! - раздался голос вдали, - лорд Марло!" Снизу вспыхнули ищущие лучи фонарей костюмов. Мои люди нашли нас. Слишком долго. Слишком поздно.

Я не стал сразу выходить, чтобы поговорить с ними, а повернулся к Сиран. "Что-то приближается. Попомни мои слова. Эта наша война скоро станет значительно хуже".