Картины вокруг были… Впечатляющими. Невероятными, я бы сказал. Ибо теперь здесь, где недавно возвышались величественные леса и бродили монстры, все было вытоптано, выжжено и занято тысячами фракций. Простых одиночек и даже наемные отряды сюда не допускали. Но даже без них от горизонта до горизонта началось столпотворение. И теперь я разглядывал десятки лагерей, каждый из которых простирался на километры. Местами их, вернее центральные районы с командованием, накрывали защитные массивы, вздымаясь золотыми полупрозрачными, скорее едва видимыми куполами. Правда, я решительно не понимал, ради чего все это было. Если начнется массовая заварушка с бомбардировками, то эти поделки сдует как карточные домики.

Более того, далеко не каждая секта могла себе позволить иметь такого артефактора. Они были скорее единичными мастерами, что часто принадлежали даже не к организациям первого горизонта, а крышевались сверху. Так что местные фракции явно обращались к сторонней помощи, чтобы создать такую иллюзию статуса.

При всем этом, вряд ли кто-то здесь уже заработал хоть что-нибудь. Даже я, находящийся на передовой, мало что получил. Ну, конечно, если откинуть ценнейшие артефакты и печать стихии. Но будь я просто Квиоксом, то как минимум ничего бы этого не увидел, а как максимум уже давно бы сдох. Большинство же остальных фракций еще даже в сражениях толком не участвовали, а если и участвовали, то пока что сражения были почти всегда убыточными, как раз из-за того, что каждая сторона была настроена крайне серьезно и использовала все средства вплоть до массового поражения. Кстати, о них.

Справа вдали показался новый портал, ведущий явно в империю. Их теперь было много. Сотни. И раскинулись они на десятки миров, так что область слияния все ширилась и росла. Этот же портал привлек меня тем, что на несколько километров вокруг от него земля превратилась в пепел, и даже здесь, на огромной дистанции, вся растительность оставалась выжженной, а в воздухе витали странные миазмы. Взрывами это быть не могло. Последствий взрывов я видел великое множество. Так что там, скорее всего, применили какой-то сильный яд. А яд высоких этапов был не только химическим оружием, он разъедал все вокруг. Правда, наверняка, и на той стороне ситуация была не лучше. Вокруг портала дежурило множество практиков, готовых, если что отправить на ту сторону новые гостинцы. И все это замерло в шатком равновесии, во временном перемирии, смысла которого я не понимал.

Третий северный мир. Это было не так уж и близко. Так что я успел вдоволь насладиться видами войны. Кратеры, пустоши, снующие как муравьи десятки тысяч разумных. И наконец вдали показался лагерь, чей шатер был украшен такими знакомыми символами, цветами и гербом. Френдоны. Я направился прямо туда, рассматривая бараки и прибывшую армию. Наемники. У нашей семьи не было столько воинов. Да и обмундирование отличалось.

— Стоять! Вы влетаете на территорию Семьи Френдон! — Донесся до меня строгий голос. Не духовной речи, обычный, что преодолел несколько сотен метров, неся в себе мощные вибрации концепта звука. Когда-то Квиокс сам размышлял над этой силой. Звук. Звук считался сложной стихией, его обычно брали себе «маги», те кто шли пускай и не ментальным путем, но тратились на изменение своей ци, чтобы сделать ее более высоковибрационной. Удел гениев, удел взращиваемых на заемных ресурсах гениев, что потом могли стать хорошими артефакторами, плести магию словами или управлять десятитысячными армиями. Говорят, на высоких этапах адепты звука могли ломать реальность словами. Впрочем, все это относилось к высшим горизонтам. К тем, в кого вкладывали невероятное количество средств.

Ну а те, кто не имел всего это, обычно шли иным путем. Превращая звук в оружие массового поражения, грубое, что ломало камень в пыль, а воздух заставляло вскипеть. Такие становились бичем для армий, как и адепты воздуха. Но главная их слабость заключалась в ином. Звук было куда сложнее познать. Все глохли на этапе Познавшего. Но если прогрессировать в стихии огня, пожирания, жизни и куче других, было еще легче. Ведь понять суть огня, увидев его в каждом действии, наблюдая за другими, за тысячами битв, где огонь пожирал все, было куда проще, чем научиться видеть звук во всем. Впрочем, это меня уже понесло в философию. Отголоски тех размышлений, что когда-то терзали Квиокса.

— А ты не видишь кто я? — Не стал я скрывать своего раздражения, обращаясь к адепту духовной речью. Впрочем, тот уже подлетел вплотную, зависая передо мной и давая себя рассмотреть. Человек с чуть смуглой кожей и шестью едва проклюнувшимися рогами. Дальний бастард нашего рода. Таких было немало у всех фракций. Все же практики здесь не особо часто себя сдерживали нормами морали и верности. Просто у кого-то отпрысков было сложно отличить по особым характеристикам, а вот мы, Френдоны, сильно отличались. У Бастардов, таких дальних, в которых текло хорошо, если восьмая часть чистой крови, обычно не было власти. Их уделом было оставаться верными слугами. И этот был из таких.

— Это не имеет значения. Я выполняю приказы. — Сухо, но невероятно красивым, выверенным голосом ответил звуковик, и реальность вокруг вздрогнула. По телу прошли мурашки. Было в этой ауре что-то красивое. Что-то пробирающее, что и неудивительно, если парящий передо мной тоже был на этапе познавшего. А по силе был где-то на уровне столпа.

— Если госпожа разрешит вам войти, то я вас пропущу. — Также непоколебимо произнес он, не собираясь пасовать даже перед явно родственником своей хозяйки.

— Эй, сестрица… — Проорал я, переведя взгляд вниз и не собираясь мириться с такой наглостью. То, что она будет злорадствовать надо мной, я знал прекрасно. И это заставляло угольки ярости в разуме Квиокса разгораться с новой силой. Но и стоять в «приемной», ожидая, когда меня пропустят, в мои планы не входило.

— Если через десять вздохов меня не пропустят, то я… — Я оскалился, с долю секунды раздумывая, что ответить. Разнесу весь лагерь? Банально…

— Просто улечу. Ебись потом с сектой сама… — Прокричал я, продолжая усиливать голос ци, хоть получалось это естественно далеко не так хорошо, как у адепта звука. И демонстративно начал загибать пальцы. В глазах адепты звука мелькнуло холодное раздражение, но ничего говорить он не стал. Только через секунд пять коротко доложил.

— Можете проходить. Ункрата Френдон ожидает вас в центральном шатре. — С этими словами он сместился чуть в сторону. А я полетел дальше, пикируя к шатру и не сдерживая сил, так что всех вокруг окатило волной моей ауры.

— А ты все такой же. Думала, управление сектой тебя изменит. Но нифига… — В просторном «зале», который занимал только небольшую часть шатра, расположившись с комфортом на большой подушке, аналоге тех, новомодных, что я помнил еще по своему миру, куда можно было усесться целиком, чтобы ткань приняла форму твоего тела, встретила меня Ункрата.

— Да и ты, гляжу, не особо изменилась. Думал, ты будешь посильнее. — Не остался я в долгу, подтаскивая к себе какое-то кресло и также телекинезом стаскивая со стола какие-то закуски. На еде сестрица, конечно же, не экономила.

— Не подавись… — Ухмыльнулась она, когда я закинул в рот тарталетку с какими-то ягодами. И через секунду стала понятна такая участливость. Ведь ягодки были третьего этапа, обжигая слизистую как моющее средство.

— Спасибо. — Оскалился я, подавив желание перебросить еду в инвентарь и демонстративно ее прожевывая. В основном теле я бы остроты и не заметил. Но вот Квиокс был еще слаб. Однако и это тело стало куда как крепче, вернее менее восприимчиво к боли, после принятия паразита скверны.

— Квиокс, Квиокс… Видно мозгов тебе реально не прибавило… — Продолжила она эту игру, ощущая себя в позиции даже, наверное, не победительницы, а наблюдающего за шествующим на эшафот.

— Так ты позвала меня, чтобы просто поиздеваться? После всего, что между нами было? — Последнее я проговорил особым тоном, вспоминая ту интрижку, что была между Квиоксом и его родственницей. Такое даже не считалось чем-то аморальным в среде местных аристократов. Впрочем, тогда бурная страсть перетекла в такую же бурную ненависть.

— Пожалеть. Ведь у тебя было все. А теперь… Теперь только Небо знает, что тебя ждет. Ну и ты, если ты что-то утаил. Говорят, ты добил какого-то сильного имперца, которого измотал тот лис. — Ункрата проигнорировала подначку, ощущая себя королевой положения. А я пристально заглянул в ее глаза, размышляя, а не сделать ли ее следующей жертвой аватара. Амоки останутся под моим контролем. Профит. Ну а уничтоженный лагерь можно будет списать на междоусобные разборки ненавидящих друг друга родственников. Вот только Сестрица, кажется, что-то почувствовала в моем взгляде.

— Только не смотри так. Не думаешь же ты, что это я решила тебя подсидеть. — Ее тон, наконец, стал жестким, и она наклонилась вперед, становясь серьезной. Слишком серьезной. А пространство вокруг потяжелело.

— А почему бы и нет? — Нагло ухмыльнулся я, показывая, что меня эта ситуация нисколько не беспокоит. Повисло тяжелое молчание, в котором ракшаска уставилась на меня с крайне нехорошим выражением, словно бы пытаясь меня прочитать.

— Потому что все тобой недовольны. Отец, предок, глава Амоков. Все говорят, что ты стал вести себя странно. А твои успехи на поприще добычи ресурсов… Мягко говоря, не радуют. Ты уже лишился огромной части армии… — Сделала она паузу, высказав в общем-то то, что я и сам прекрасно понимал.

— И теперь сюда отправили тебя, чтобы ты потеряла и остальное. Ведь если за тебя не подмазали к Руке Сената, то тебе достанется тот же самый участок. Будет даже интересно потом узнать, кого поставят вместо тебя. — Нагло ухмыльнулся я, тоже начиная давить ей на нервы.

— Мечтай. В любом случае это уже мои проблемы. А вот тебе я не завидую. Кто знает, куда тебя отправят после встречи с главой. Если вообще отправят. Меня, конечно, не посвящали. Но, кажется, в семье о твоей предстоящей встрече шли крайне нехорошие слухи. Такое ощущение, что Виирон очень зол. И тебя словно списали. Так что… — Подняла она бокал с вином, намекая, что после встречи с Антроксом Виироном я могу и умереть. Тупой блеф. Ведь будь я обычным Квиоксом, даже утаившим что-то, максимум меня бы отправили в ссылку, лишили статуса, отреклись бы, навесили кабальный договор. В самом худшем случае сделали бы рабом.

— И ты, такая добрая, решила меня пожалеть и спасти… — Хохотнул я. — Ну или запугать, чтобы я не явился на вызов и тем самым подписал себе клеймо отступника. — Продолжил я плести это словесное кружево. В этом даже было нечто приятное, учитывая, что идти на поклон к главе я действительно не рассчитывал.

— Как знаешь. — Зло бросила родственница и тут же переключилась.

— Так что передай мне все дела и поступай как знаешь.

— Сама возьми. Где моя позиция, ты знаешь. Столпы там же. Главную пирамиду тоже потом найдешь, не заблудишься. — Отмахнулся я и закинул в рот мясную нарезку, с удовольствием наблюдая, как меняется лицо Ункраты.

— Не шути так, братик. — Прошипела она, сразу же сменив настрой. — Кристаллы. Запасы секты. Та твоя подстилка артефакторша… — Продолжила она, перейдя к главному.

— Кристаллы я все истратил. Бои были крайне напряженными. Почти ничего не осталось. На позициях у столпов еще есть небольшой запас. Ну и вот. Остатки. — Я бросил три эссенции третьего этапа, что зависли в воздухе над столом. И теперь уже не смог сдержать оскала, наблюдая за тем, как воздух начинает плавиться от ауры Ункраты. Пожирание, холод и огонь.

— Думаешь, это смешно? — Слова ударили языками пламени и холода.

— Думаешь можно вот так вот признаться в растрате ценнейших ресурсов и просто улыбаться? — Вокруг нее начала светиться энергия.

— Именно так и думаю. А что? Ты мне что-то сделаешь? Если хочешь, можешь попробовать. Но тогда я, думаю, оторву тебе ручки и ножки. После чего уже на твое место пришлют кого другого. — Стал серьезным и я, впрочем, внутри все еще клокотало веселье. Причем веселье, вызванное воспоминаниями Квиокса и его потаенными желаниями досадить родственнице. А та застыла в ярости, действительно не понимая, что теперь делать. Ведь она и подумать не могла, что я вот так вот нагло украду все ресурсы секты прямо перед визитом к начальству.

— Тебя сотрут в порошок!

— Так тебе же будет лучше… — Продолжил я играть комедию, пробуя новую закуску.

— Так понимаю, в сокровищницах секты тоже можно ничего не искать? — Перешла она к конструктиву. Впрочем, она до сих пор пребывала в шоке, не в силах осознать, зачем я делаю то, что делаю.

— Почему? Поищи. Там много всего ценного. — Не стал я углубляться в то, что тоже выгреб самое интересное.

— Столпы и артефакторша?

— Столпы твои. А вот артефакторша уже моя личная.

— Бездна! — Проорала Ункрата, выходя из себя. И мощнейший выплеск пламени затопил шатер, заставляя тот вспыхнуть и истлеть за доли мгновения, а меня вымело наружу ударной волной, протащив метров пятьдесят. Впрочем, я этого ожидал.

— И снова у тебя истерика… — Прокричал я в ответ, материализуя копье четвертого этапа. Ункрата же уже взмыла в воздух, и сквозь оседающие языки пламени я рассмотрел, как она формирует новую технику. Но та пока что не сорвалась в полет. Родственница явно медлила, не понимая, что делать. Да и я задумался. Может все же реализовать этот план с аватаром? Момент был очень удобный. Впрочем, чуйка была против. Так что я решил действовать иначе.

— Уверена, что хочешь умереть? И убить своих верных слуг? — Глянул я на окруживших нас воинов, а вокруг меня вспыхнула аура. Аура, куда я щедро примешал энергии от паразита бездны, что разом сделало потоки энергии намного плотнее и мощнее. Это было больно. Но это же заставило Ункрату едва заметно дернуться. Вряд ли она знала об этом даре. Слишком уж редким он был, раз я не смог нарыть о нем информации. А потому столь плотная аура сразу же дала всем знать, что я намного сильнее.

— Убирайся, ублюдок… — Процедила ракшаска, и я расплылся в улыбке, неторопливо вставая на меч и намеренно медленно отчаливая. Как минимум повеселиться мне удалось. Вот только вслед за этим пришла и необходимость планировать свои действия дальше. А дальше мне нужно было или подчинить кого-нибудь аватаром еще здесь. Или бежать из этого района, оставляя место слияния. Ведь рано или поздно глава всех Амоков попытается меня здесь ликвидировать. Это дело принципа. И это будет легко. Для адепта пятого этапа со связями заказать убийство пускай и сильного, но звезды? Может даже сам Рука Сената этим займется, хотя вряд ли.

Были и иные пути. Сменить личину на орка, прибиться к кому-то в виде сильного наемника. Но это был уже совсем уж неприятный план, предполагающий показать свое реальное тело, в котором скрывать уровень силы будет тяжко. А также постоянный контроль и подчинение мне были совсем не с руки.

Мыслей вообще было много. Например, о том, не стоило ли забрать с собой всех столпов, сделав их уже личными слугами. От этого я отказался, опасаясь того, что они все же найдут способ меня предать, отправив кому-нибудь и как-нибудь сообщение и тем самым, рассекретив не только меня-Квиокса, но и как выглядит мое настоящее тело.

Внизу протекали миры и лагеря, между которыми приходилось петлять, чтобы не залетать на чужую территорию. И еще как минимум сутки у меня тут были, хотя мой статус уже и превратился в не пойми что. Глава без секты. Глава без армии. Вот только в этот самый момент мои размышления были прерваны неожиданным сообщением.

Вендор Кловд: Сегодня на закате будут переговоры. В нашем мире. В том самом, который открыли твои Амоки. Ты тоже должен будешь быть. Жду тебя через час.