Реальность вокруг преобразилась, становясь серой, размытой, с багровыми тонами. Привыкнуть к этому было сложно. Даже в ментальном плане. Ведь пространство переставало быть жестким, превращаясь в кашу и переплетение нитей, за которые можно было потянуть, чтобы переместиться к цели. Или навсегда увязнуть в толще каменной породы. Такой риск, кажется, тоже присутствовал.

— Ну и жрет же оно… — Пробурчал я, вливая в плащ еще эссенций и с содроганием вспоминая, как истратил аж сотню кристаллов четвертого этапа на починку. Однако, сейчас, распробовав возможности этого арта, я ни о чем не жалел.

Еще смещение вперед и еще. Двигался я не быстро, если сравнивать с полетом на мече. Но зато был незаметен для врагов настолько, что только сильнейшие адепты пространства, наверное, могли меня заметить. Правда, и не стоило обольщаться. В случае массового закидывания меня снарядами плащ не поможет, как не помог он и Муашдабу.

Еще одно смещение и я возникаю за спиной командира пространственников. Оценить силу не могу. Даже расстояние колышется как желе, заставляя сделать еще один шаг вперед, ближе к реальности. И в этот момент маскировка рвется. Слишком далеко я ушел от Теней…

— А… — Молниеносный удар ятаганом отрубает голову, наплевав на мощнейший покров и броню из металла третьего этапа. Имперцы наконец таки начали ее носить. Со всех сторон вспыхивают десятки очагов техник. А кто-то уже бросает гранаты. Но я, уже прихватив труп, у которого могло быть немало всего ценного, ухожу телепортацией.

Бадум! - За спиной лагерь врагов превращается в пылающий ад, что через секунду уже гаснет, осыпаясь черным пеплом. И на этом, кажется, очередное наступление уже пространственников закончится. Так что я активирую уже обычную невидимость, что по качеству куда как уступает плащу незримой ночи, и возвращаюсь к себе, меняя тела и снова становясь Квиоксом.

— Достало это все… — Бурчу под нос, потому как постоянные атаки со всех сторон медленно, но верно стачивали мою армию, а область наших территорий неизменно сокращалась. Если так пойдет и дальше, то я вообще останусь главой несуществующего отделения. Но и менять что-либо я не мог. Что? Взмолиться к руке сената и сказать, что здесь я не выдержу? После такого меня отсюда выгонят еще быстрее пинком под зад, заодно отобрав и остатки армии. Вот и приходилось «решать вопросы лично», устраивая вылазки на вражеские лагеря и устраивая им Вьетнам! А ведь у меня были дела куда как интереснее, к которым я и вернулся, как только приземлился в своей «резиденции».

— Может не стоит? Я согласна с Даррундой… Что тебе стоит применить ее на Квиоксе? — Стоило мне усесться в шатре, начала снова Линесса. Свой шатер, да и вообще пещеру, я уже окружил защитой так, что не боялся тут гулять и в основном теле. Да и постоянно находиться в жемчужине меня так достало, что хотелось свободы.

— Помолчи, женщина. — Отмахнулся я, беря в руки чистую печать. На что зверолюдка лишь с раздражённым видом развернулась. А я в тысячный раз обдумал варианты. Печать стихии. Безопаснее было бы применить ее на Квиоксе, чтобы в случае чего выкинуть затем вместе с тушкой. Вот только Квиокс не я. Это лишь временная оболочка. И тратить такой ресурс на нее? Глупо. А потому раз за разом я пытался напитать печать концептом, подходящим именно для меня. Концептом внешней ци. Вначале я колебался, выбирая между ним и пространством. Но, в конце концов, пришел к выводу, что с пространством мне помогает и жемчужина. А вот свою основную, первую силу, стоит максимально раскрыть, раз уж представилась такая возможность.

Вот только это было непросто. Потоки ци с максимальной напиткой стихией, на которую я только бы возможен, полились в шар печати. А тот лишь жадно начал их пить, как бездонная пропасть. Для такой затеи, обычно, прибегали к помощи других практиков, более сведущих в стихии. Вот только сейчас какого-нибудь практика тела ци с пиковым этапом познавшего внешнюю ци рядом не было. И бежать на верхние горизонты, чтобы таких найти, я не мог. А потому бился в эту преграду сам.

Улучшение стихии! - Вслед пошли и эссенции, запустившие очередной цикл улучшения. Бесполезного. Но временно увеличивающие мощность стихии на порядок.

Просветление! — Впрочем, и этого было мало. А потому я нырнул в просветление. Отвергая все мысли и оставляя только одну. Сделать поток концепта как можно сильнее. Исчезло время. Исчезла реальность. Была только внешняя ци, только понимание концепта.

— Кха… — Резко пробудился я, понимая, что нырнул слишком глубоко. Затем пришло осознание, что защитные контуры моего жилища разрушены. Да и самому шатру досталось. И только потом я утер пепел с пальцев, под которым выступили мышцы и кости. Больно!

Регенерация вступила в работу. Обеспокоенная Линесса, наконец, приблизилась, поняв, что я закончил. А вот я исчез в жемчужине, выкидывая в реальность Квиокса, чтобы в его теле уже заняться восстановлением массивов. В основном же теле я уставился на печать.

Печать стихии (Этап: познавший) (стихия: Внешняя ци) — Любой идущий может внедрить в себя печать, выжигая путы стихии на своей душе. Но не каждый сможет справиться с этой ношей.

— Вот оно. Могущество. Так близко… — Прошептал я, ощущая, как печать обжигает кожу. Мягко, словно бы лаская и привлекая ощущением силы. Тонкого понимания, которое не приобретешь тупой силой и упорством. Оставалось только решить, готов ли я пойти на такой риск. Хотя вру. Решение было принято уже давно.

Пальцы сжались на сфере, заставляя ту исчезнуть. После чего все внутри начало просто рваться! Если бы я не привык к обжигающей боли раз за разом, то заорал бы. Или, вернее, захрипел бы, ведь потерял бы контроль над гортанью. Сейчас же я просто упал, расслабляясь, и ощущаю изменения. Каждая звезда вспыхнула концептом. Как будто я снова запустил процесс улучшения. Но теперь концепт рвался не наружу. А внутрь. Заполняя все пространство и утекая глубже, на самое дно звезд.

Хотя есть ли у них дно, было отдельным философским вопросом. Кто-то считал звезды колодцами, колодцами к глубинам души, что и сами черпают из нее ци, хотя подавляющее количество энергии, куда больше девяноста девяти процентов, звезды просто перерабатывали из внешней подпитки.

Впрочем, все эти мысли исчезли, сметенные потоком новых ощущений. Внешняя ци! Слов не было. Только ощущения. Только эмоции. Только то самое тонкое понимание, ощущение… Можно ли описать радость от лицезрения красивого пейзажа? Или тонкое наслаждение от превосходства в битве? Можно ли описать чем движения мастера отличаются от движений новичка?

— Хо… — Наконец, поднял я руку, сжимая пальцы, отчего вокруг них закрутились бешеные потоки энергии. Аккуратно встал, поднял руку, выставив один палец. И провел им по воздуху, словно цепляя невидимые нити и заставляя мир вздрогнуть. По всей жемчужине прокатилась волна, раз за разом оборачиваясь вокруг этого небольшого мирка.

— Круто… — с придыханием оценил я, притом что я сейчас не стал сильнее, в каком-то плане. Мое постижение стихии осталось на том же уровне. Просто. Просто я стал лучше ей пользоваться. Как будто вместо бумажной палочки мне дали меч. Однако и это был не предел. Так что придя в себя, я снова сел за медитации, разбираясь с новыми ощущениями.

Ты улучшил Концепт «внешней ци» (постижение: познавший(3)) (ступень 3\7)

— Третья ступень. — На лице расплылась улыбка. Даже оскал. Ибо сейчас я закрывал последние недостатки, что не позволяли мне встать вровень с сильнейшими адептами этого мира. Вернее лишь первого горизонта, где жили практики этапа звезд. Но именно это позволит мне в будущем просто взлететь по лестнице могущества!

В реальном мире продолжалась война. Одновременно вялотекущая и неумолимая. Но мне было пофиг. Желание силы было так велико, что я не пытался повлиять на ход вещей. И это настораживало…

— Видимо, изменения все же есть. — Признал я, оглядывая свои руки и прислушиваясь к мыслям. Но я знал, на что шел. Знал, что печать повлияет на разум. Проходя путь возвышения, особенно преисполняясь в стихиях, адепты менялись. Сильно. Иногда сходя с ума. А печати влияли на разум еще сильнее. И даже полное осознание этого факта ничего сейчас не меняло. Я просто стал мыслить иначе. И четыре потока сознания никак не выправляли сути. Я не мог, например, приказать одному потоку контролировать другие и что-то там выправлять.

Улучшить! — Продолжил я тренировку, но концепт внешней ци, естественно, не поддавался больше улучшению. Я сократил свой путь к пониманию, может даже в тысячу раз. Но это все равно был невероятно длинный путь. А вот с другими концептами? С ними все стало даже хуже. И пройдясь по каждой попытке улучшения, я понял, что ощущаю эти силы чуть иначе. Не хуже. Но и надеяться на их улучшение теперь не стоит, по крайней мере, в ближайшее время. Справедливая цена за печать.

— Ну как ощущения? — Когда я вышел в реальность, Линесса внимательно меня оглядела.

— Просто прекрасно. Поднял постижение внешней ци еще на ранг. — Улыбнулся я.

— А теперь извини. Война зовет. — Стычки действительно все накалялись. И только моя личная помощь могла исправить ситуацию. Так что на следующие пару часов я превратился в невидимого мстителя, что находил вражин и карал их самым жестоким способом. Повозиться приходилось только с вражескими командирами, что иногда были сильны, на уровне Квиокса. Однако сейчас для меня даже они были легкими целями, что максимум могут огрызнуться и то, с помощью бомб.

А после я засел в отдаленном уголке пещер, возвращаясь к культивации. Ибо рывок в постижении концепта означал не только усиление в бою. Он давал новый простор для открытия звезд. Чем я и занялся, продолжая монотонную работу. Вот только меня прервали самым неожиданным способом. И честно говоря, я ожидал многого. Думал, что готов почти ко всему, но не к этому.

Вендор Кловд: Приказ. Прекратить боевые действия. Ни на кого не нападать под страхом смерти. У нас временное перемирие, а скоро будут и переговоры. В случае нападения на наши силы, докладывать немедленно, но не атаковать в ответ.

Звезды + 31 (1580)

Новые звезды натужно гудели, словно бы перегретые ядерные реакторы. Пока я застыл и обдумывал новые данные. Перемирие. Это было… Необычно. Впрочем, можно ли называть что-то необычным, в войне, что проходит раз во многие тысячи лет? Хороший вопрос, о чем будут договариваться республика и империя? Что им делить? Ведь цель каждого — возвыситься за счет ресурсов соседа. За счет территорий и смертей всех с другой стороны баррикад. Но куда более интересным вопросом будет, не договорятся ли они о жемчужинах? Конечно, тут паранойя пошла вскачь. И скорее всего, имперцы вообще об этом говорить не будут. Вот только та троица, что видела меня-Квиокса, могла успеть доложить своим, что жемчужина находится у врага, а рядом с тем врагом был и приметный такой ракшас необычной комплекции.

Митран: Враги отходят. Посылаем отряды им вслед.

Квиокс Френдон: Стой! Отставить. У нас перемирие. Вернуться на свои позиции и никого не атаковать под страхом смерти!

Передав послание, я продолжил сидеть и размышлять о высоком. А конкретно о том, к чему это все может привести. Впрочем, ни к чему умному я так и не пришел. Зато вдруг получил новое сообщение.

Антрокс Виирон: Пока идет перемирие, прибудь ко мне. Завтра в восемь вечера жду в резиденции. На время твоего отсутствия за делами временно присмотрит твоя сестра, Ункрата, передай ей дела.

— Ну вообще капец. — Произнес я в теле Квиокса, чем дальше, тем сильнее ощущая расхождение мыслей в двух телах. Сознание было одним. Но на него накладывались отпечатки воспоминаний Квиокса, разных привычек мыслить, а сейчас и влияние печати. И я вдруг ощутил, что несмотря на ту ярость, что запылала в разуме меня-Квиокса, в реальном теле эмоции оказались не слишком-то и слабее. Только вместо ярости там было… Предвкушение? Тот самый азарт, самоуверенность. Жажда схватки. Притом что я прекрасно понимал, выполнять этот приказ главы всех амоков нельзя.

Это наконец-таки случилось. Количество странностей с моим участием достигло критического максимума. И вот меня вызвали на поклон к главе аж на пятый слой. Туда, где вся моя сила будет не более чем чих котёнка, перед тем как его переедет бульдозером. Виирон не преминет допросить меня, причем тщательно. На предмет лута, добычи, и еще кучи вещей, которые скрыть не получится. Может, я и ошибаюсь, и оме смещение было продиктовано в том числе и иными причинами, например, тем, что на мое место хотят поставить просто того, кто больше заплатил. Но это было именно смещение, несмотря на формулировку «временно».

— Хррр… — От ярости я раскинул руки, заставляя своды пещеры задрожать под мощью гравитации и начать крошиться. Потолок начал обваливаться, но завис в воздухе, разлетаясь в стороны мелким крошевом.

Внутри пылала ярость. И я имел на нее право. Ведь столько вложенных сил пошли прахом. Тут надо или бежать, причем далеко. Или менять аватара. А подходящие кандидатуры? В целом их немало. Даже наоборот. За последние дни в зону слияния пришло столько сильных практиков и глав сект, школ и кланов, что было не протолкнуться. Только вот на мой участок никого так и не отправили, словно бы Рука сената тоже играл против меня.

Еще минут десять я пытался думать над сложившейся ситуацией. И если в разуме Квиокса мысли текли в сторону ярости и обиды. То в основном теле я обдумывал, кого можно подчинить аватаром. Главу второго отделения? Орка Антрокса? Самый простой вариант. Понятный. Но в любом случае мне нужно будет остаться с жертвой наедине, где нам никто не сможет помешать. Также следует задуматься и о том, куда деть Даррунду. Оставлять ее здесь я точно не собирался.

Квиокс: Срочно в мою резиденцию.

Приказал я ракшаске и сам полетел обратно. А в шатре меня уже ждали Даррунда и Линесса.

— Ты все же сделал это… — Констатировала Даррунда.

— Сейчас не до этого. — Оборвал я ее. — Меня вызывают наверх. И естественно, скорее всего, вернуться я уже не должен был. — Посмотрел я на девушек, чьи выражения лиц разом стали обеспокоенными.

— И теперь ты… — Начала Линесса.

— Да, надо менять аватара.

— И бросить эту секту. — Констатировала артефакторша.

— Хочешь, могу тебя оставить? — Зло ухмыльнулся я. Раздражение брало свое.

— Нет, спасибо. Раз уж пошла за сумасшедшим, то глупо останавливаться.

— Тогда собирай все ценное сейчас же. И в жемчужину. Мне, похоже, еще встречаться со своей сестрицей. — Протянул я, вспоминая Ункрату. Формально, она мне была не сестра, а троюродная тетя, но в местных кланах, если родственники были условно равны по возрасту и статусу, то их часто называли сестрами и братьями, чтобы каждый раз не вспоминать кто кому троюродный дядя по одной линии и одновременно четвероюродный племянник по другой. Даррунда тут же метнулась к себе в мастерскую, утаскивать все самое ценное. А вот Линесса, подойдя, обняла меня.

— Ты же не собираешься рисковать слишком сильно? — Подняла она на меня глаза. И я постарался успокоиться, положив ладони ей на голову и начав массировать уши.

— Постараюсь. Но ничего обещать не могу. — Ухмыльнулся я, опуская руки ниже, под одежду…

— Даррунда опять обидится, что ты ее отослал копаться, а сам остался со мной. — Игриво улыбнулась зверолюдка.

— Это если она узнает. — Ухмыльнулся я. Впрочем, отдохнуть нам долго не дали. Через полчаса пришло новое сообщение.

Митран: Вам письмо. От Ункраты Френдон. Около портала

Квиокс Френдон: Принял. Пусть будет там.

— На этом все… — Произнес я, глядя в глаза Лины и проводя ладонями по ее спине.

— Может, еще немного… — Без особой надежды спросила та, впрочем, сама все понимая и скатываясь в сторону. А через пять минут вернулась и Даррунда, что все сразу же поняла, впрочем, сейчас ее волновали совершенно иные мысли.

— Все обчистила?

— Все, что имеет хоть какую-то ценность. — Без сомнений ответила столп.

— Тогда прошу в жемчужину. А дальше я уже буду разбираться сам. — Перенес я девушек и направился в сторону портала, где меня поджидало письмо. Да, отсутствие связи вынуждало общаться и так, хотя между главными центрами цивилизации здесь была проложена и кабельная связь, тянущаяся сквозь порталы. Правда, общались там чаще азбукой Морзе, а телеграммы стоили немалых денег.

— Письмо. — Обратился я к Митрану. И тот протянул мне огроменный конверт, выполненный из премиальной бумаги, от которой даже за несколько метров разило приятным тяжелым смоляным ароматом.

— Остаешься за главного. Хотя я могу и не вернуться. — Ухмыльнулся я, разрывая конверт и доставая изнутри небольшую бумажку, уже тоненькую, но тоже высокого качества, где ровными буквами было напечатано:

«Привет, Квиокс. Думаю, ты уже должен быть в курсе, что меня временно поставили вместо тебя. Так что жду тебя в третьем северном мире. Я расположилась недалеко от портала. Твоя Ункрата…»

Бумага вспыхнула в руках, уничтожая пропитанное тонким сарказмом сообщение. Впрочем, горела она медленно, слишком медленно и слишком тяжело, оправдывая свой уровень закалки. А вот чернила, отпечатанные механической машинкой, испарились почти сразу. Такая машинка была и у меня, да и в секте для особо важных документов их тоже использовали. А я встал обратно на меч, ныряя в портал. Меня ждали большие перемены. Снова.