Линза пространства! Линза! Линза! - Каждый удар знаменовал собой обрушивающуюся реальность. В которой исчезало все, воздух, каменные породы, и сама Тьма тоже исчезала, правда, неохотно. Вот только с каждым ударом линзы ее мощь возрастала. Каждая новая техника впитывала в себя все больше энергии, жадно вбирая ту из окружающего фона. Вечное усиление. С каждым ударом.

Небесный бриз! - В одну из пауз тьма рванулась хищным голодным хищником, настигая меня сотнями стрел, ну или щупалец. Пришлось ответить бризом, что откинул вражескую технику, но одновременно дал ей подпитку. Через миг потоки бриза уже были поглощены врагом, а черное облако, уменьшившееся в размерах, снова стало разрастаться и набирать былую мощь.

— Какое это познание стихии тьмы? Да и пожирание… — С усмешкой крикнул я черноту духовной речью, наконец осознав основные концепты врага. Яд, пожирание, и Тьма. Тьма с большой буквы, ибо в ней противник был настолько искусен, что я даже не знал, с чем его сравнивать. Пожалуй, только рука Сената был на таком же уровне познания в свете. Все остальные противники просто меркли на фоне этой удушающей ауры.

— Явно большее, чем у тебя, рожа клыкастая. Но ци у тебя много, признаю. Поддайка еще. Я проголодался. — Донеслось мне в ответ.

— Расист… — Протянул я, мысленно усмехаясь. Ведь меня реально приняли за орка. С другой стороны, этот, казалось бы, ничего не значащий переброс ругательствами позволял многое узнать. Ну или хотя бы предположить. Например, шанс того, что противник знал о жемчужине и соответственно охотился именно за ней, мне уже казался ничтожным. Однако и забывать смотреть по сторонам не стоило. Если к нему подойдут такие же сильные союзники, это уже станет крайне неприятным сюрпризом.

Просветление! - Потоки тьмы уже почти коснулись моего тела, вызывая приятные мурашки страха по телу. Ибо в том, что стоит тьме меня коснуться, как я получу тяжелейшие травмы, сомнений не было. Но просветление разлилось в сознании холодными потоками, позволяя использовать этот момент напряжения для дальнейшей отработки техники.

Линза! — Следующий мой удар был чудовищен. Линза, вобравшая в себя и новый концепт гравитации, стала мощнее, обрушиваясь на противника тяжелой кувалдой и разрывая его тьму.

Линза! Линза! - А я продолжал отработку, пока враг, кажется, сменил тактику. Вместо того чтобы пытаться достать до меня длинными отростками энергии, он заставил окутывающего его облако взорваться, рассеивая то по всей каверне. Теперь я мог рассмотреть адепта тьмы. Правда, мне это ничего не дало, ведь противник был все такой же закутанной в плащ фигурой. А вот бесконечные миазмы его стихий, заполонившие все пространство, тут же отравили энергетический фон.

Линза! — и вместо очередной техники, сотрясающей реальность, у меня получился лишь жалкий пук. Правда, даже от него парящий на мече вражина спешно отпрыгнул, блокируя остатки черным покровом. Ибо даже так техника была на уровне пиковых гениев с тысячью звезд. Просто, я лишился внешней подпитки, что и делали мои атаки поистине чудовищными.

— Что? Все? Больше не можешь? — Злорадный голос рассмеялся. Но я, не стал медлить, рванув вперед. Ты рассеял всю эту тьму, что так тщательно собирал возле себя? Отлично! Ятаган черного мора вспыхнул в руке. А противник тут же перестал смеяться, попытавшись ударить меня со всех сторон. Тьма в воздухе начала сгущаться в тысячи копий, что разом сомкнулись на мне.

Небесный бриз! Покров! — Попытка отмахнуться от них ни к чему не привела. Через мгновение мой покров захрустел, пропуская внутрь десятки наконечников. И те впились в тело, тут же распадаясь и пытаясь заразить энергосистему. Краем сознания я успел подумать, что вот здесь вот меня бы и спас физический доспех, но сокрушаться об этом было глупо. Ибо я все поставил на стремительный рывок!

Рывок! — Лезвие ятагана заклубилось черным мором, что рассек даже вражескую тьму, попытавшуюся сгуститься в сплошной покров. Я был быстрее. Сильнее. Лучше во всем, кроме познания стихий. И через миг тьма навалилась на меня новым потоком, проникая в звезды и заставляя те задрожать от натуги. Но адепт тьмы отступил. Рванул назад, спасая свою жизнь. Его ритм сбился. И вот здесь вот, не обращая внимания на дикое отравление энергосистемы, что словно бы заставляло мою ци умереть и стать недвижимой, я ударил.

Линза пространства! - Фигуру в плаще смело. Сдуло и впечатало в оплавленную стену каверны. И именно сейчас нужно было реализовывать это преимущество.

Линза! Линза! Линза! - Тьма вокруг все еще клубилась, но лишь отрывками. А я бил раз за разом, с каждым ударом углубляя кратер на десяток метров, и там, внутри, валялся мой враг. Пока я спешно пытался излечиться, находясь на грани.

— Куда? — Проорал я мысленно, когда блокировка пространства исчезла и противник через миг испарился, решив спастись бегством.

Познание природы! Телепортация! — Через миг и я преодолел сотню метров, легко достигая беглеца.

Разрез! - Ятаган врубился в плоть, оставляя глубокий порез, от которого не спас ни покров, ни тьма. А враг снова исчез, оставляя вместо себя сияющую сферу. Ну понятно.

Телепортация! — Грохнуло уже у меня за спиной. А враг снова оказался рядом, не в силах сбежать. Вот только теперь добивать его я не видел смысла. А потому ударил техниками.

Небесный бриз! - Его снесло, впечатало в потолок. А затем я просто продолжил вминать и вминать его, истощая запасы энергии.

— Стой! Я признаю поражение. И если не хочешь, чтобы я тут все подорвал вместе с собой, то можно договориться! — Прозвучал чужой выкрик. Но я не обращал на него внимания. Нужен ли мне новый раб, причем такой силы? Это был хороший вопрос. Настолько хороший, что я даже задумался, а не сменить ли мне аватара? Ведь по всем параметрам адепт Тьмы оказался куда сильнее Квиокса, да и перспективнее, чего уж говорить. Однако пока для этого точно было рано. А вот захватить обессиленного противника явно не будет лишним. И ради этого стоило рискнуть, понадеявшись что он не сможет или не захочет исполнить угрозу.

Линза! — Финальный удар порвал защиту. С треском впечатал тело в камень. И я даже успел испугаться, что тем самым добил врага. Но нет, когда я оказался рядом, он еще опознавался познанием.

Убрать! - С трудом, но несопротивляющееся тело получилось переправить в жемчужину. Риск? О да. Риск. Но внутри жемчужины я был царем и богом. Там моя власть была больше. А даже если враг активирует там еще бомбы, я всегда успею выкинуть их обратно. Обожжённое, поломанное, и раздавленное тело упало на пол. А я обратился к инвентарю, выкидывая еще одного пленника. Вернее пленницу.

— Что? — Попыталась было задать вопрос Вилара, синекожая адептка школы Онор, которую я все время держал в инвентаре, минимизируя риски, что она все же решится с кем-то связаться. Но здесь, в жемчужине, воспользоваться связью она не могла.

— Возьми его под контроль. Приготовь к допросу. Мне интересно узнать, как он достиг такого познания стихий и вообще все интересное. — Приказал я, наконец отходя в сторону и падая в кресло. Полностью расслабляться не стоило. Но теперь я мог хотя бы заняться лечением. И судя по тому, как кожа сползала клочьями, а внутри травмированных звезд и телесных рек бушевали концепты яда, пожирания и Тьмы, травмы были довольно сильными.

Минут на десять воцарилась тишина. В которой Вилара работала над пленником, даже исцеляя того. Я не мешал, понимая, что то, что он вообще выжил, тоже было чудом.

— Готово. Он под моим контролем. Хотя это было сложно. И он может в любой момент вырваться. Я впервые вижу такую чудовищно мощную стихию. — Произнесла она, протягивая мне кольца, предусмотрительно снятые с его пальцев. Причем она также полностью его раздела и обыскала. Молодец, умная, что собственно было само собой разумеющимся для менталистки. Именно поэтому я ее и не выпускал наружу, предпочитая держать в стазисе.

— Занятная вещица. — Перевел я взгляд на массивный плащ, в котором враг, обычный по виду человек, закутывался полностью.

Артефакт (этап:4) — свойства скрыты

Толстенная ткань из какой-то кожи была прорезана в паре мест ятаганом, чей черный мор адепт тьмы как-то переборол. Так что теперь я уже жалел, что нанес тот удар. Возможно, из-за этого артефакт и пришел в негодность.

— Ты можешь прочитать его мысли? — Спросил я.

— Нет, конечно. Я не владыка, чтобы делать такое… — Обожгла меня взглядом менталистка. Собственно, я это знал и так. Но почему-то надеялся на чудо.

— Тогда попробуй привести его в чувство. И пусть отвечает на вопросы. — Приказал я, дополнительно доставая венец истины и насыщая тот эссенциями. Собственно Вилара нужна была не для контроля истинности слов, а для того, чтобы заставить пленника вообще что-то говорить.

Синекожая начала проводить какие-то манипуляции, в результате которых через минуту пленник пришел в себя. Если так можно было назвать чуть приоткрытые глаза и легкое подергивание конечностей, где кости были размолоты в труху.

— Имперец или республиканец. Как нашел меня. Зачем напал? — Начал я допрос.

— Из Империи. — Едва, слышно, едва ворочая языком словно под наркозом, начал отвечать адепт тьмы. — Нашел… Сильное излучение. Сильный. Много добычи…

Ответы были такими себе, корявыми. Но я был несказанно доволен и этим. Продолжив задавать важные вопросы. И, как оказалось, противника звали Муашдаб, родом он был из Империи, и что удивительно, состоял на службе у империи. Хотя нет, с его силой это было неудивительно. Только вот здесь он находился своего рода на свободной охоте, сам выбирая жертв. Участвовал в нескольких нападениях на республику в других мирах, ведь точек соприкосновения становилось с каждым разом все больше и больше. Ну а в мире тоннелей выбрал своей целью меня, фонящего ци на многие десятки километров.

— … Не все. Но многие. Вампиры. Ксандра делится концептом. Крови…

Из спутанных объяснений я прояснил многое, пускай и не совсем полезное сейчас. Например, то, что императрица Ксандра сама была невероятно продвинута в концепте крови, и именно поэтому сильнейшие ее гвардейцы и были вампирами. Сам же Муашдаб был довольно долго сильным, пускай и обычным адептом школы алхимии. А затем…

— Печать. Печать стихии. Она… Тьма. Тьма… — Запнулся он, и миазмы темной энергии, окутывающие его тело, начали трепетать.

— Он выходит из-под контроля! Я не могу сдерживать его! — Забеспокоилась Вилара, а через миг адепт дернулся, отбрасывая менталистку и материализуя сразу несколько зарядов.

Удар! Тычок копья пробил череп, взрывая голову противника. А заряды оказались снаружи жемчужины. Повисла тишина, в которой только синекожая тихо завывала в стороне, регенерируя сильный ожог от выплеска стихии.

— Жаль… Разграбить его инвентарь мы не смогли… — Протянул я, впрочем, понимая, что попытайся мы это приказать, и он мог бы взбунтоваться раньше. Сейчас же передо мной завис шар награды, которую я и обналичил, разглядывая содержимое. Почти тысяча эссенций, что говорило о феноменальном уровне силы, закалки, одна техника. Все это было не тем. Самые интересные дары были дальше.

Кровавая капля смеси стихий «тьмы\яда\пожирания\огня» (х1) (насыщенность: превосходная)(этап: познавший(3))

Жирная капля стихий, где переливались четыре оттенка, была первой если и не ценностью, то показательным трофеем. Превосходная насыщенность явно подтверждала то, что враг забрался на вершину уровня познавшего.

Кровавое умение «телепортация»…

С умением не повезло! Причем сильно. Всего лишь телепорт. Всего лишь бесценный телепорт, ради покупки которого и самому Квиоксу нужно было просидеть на месте главы куда больше года. Но я-то ожидал инвентарь! Зато следующий дар сразу же приковал мой взор к себе. Большая сфера, внутри которой переливалась всеми отсветами темноты черная мандала.

Кровавая печать стихии (Этап: познавший) (стихия: Тьма) — Любой идущий может внедрить в себя печать, выжигая путы стихии на своей душе. Но не каждый сможет справиться с этой ношей.

Именно этот, чудовищно, невероятно редкий дар и послужил, как я понимал, источником могущества Муашдаба. Будучи лишь хорошим алхимиком, без особых талантов, без редких умений и трансформ вроде тела драконида, именно печать вознесла его на вершину познания концепта, что потом он использовал и для возвышения по звездам. За что его заметили и взяли, или вернее будет сказать, закабалили на службе во благо империи. И кажется, ему не хватило только времени, чтобы обрасти другими ценными дарами и «набрать жирка». После чего даже я вряд ли бы смог его победить.

— Что теперь? — Наконец, подала голос Вилара.

— Ты забыла добавить «господин»… — Перевёл я на нее взгляд, сгущая ауру.

— Господин… — Тут же исправилась она, но в словах так и чувствовалась ярость. Так что я продолжил давить, пока она не распласталась на полу, тяжело хрипя. Может тоже добавить ее в гарем? Мысль появилась и тут же исчезла. Сближаться с такой вот манипуляторшей, что съела даже не собаку, а целую собачью ферму на интригах, было той еще дрянной затеей. Это с Линессой и Даррундой я мог расслабиться, и то, последней надо было напоминать, кто тут главный.

Но эти мысли уступили место другим. Лут с врага был скромным. Даже очень. И единственное, что могло иметь ценность, печать, непонятно как было реализовывать. Поглощать ее самому? Получить четвертый концепт, Тьмы. Выглядело так же заманчиво, как и опасно. Но главное, это могло быть просто глупо. Пятый концепт качать будет тяжело. И в лучшем случае потенциал печати просто сгорит впустую. В худшем же я реально себе бы навредил, застопорив рост всех остальных концептов. Да и в любом случае я плохо вообще представлял, как это работает.

— Тридцать минут на то, чтобы привести себя в порядок, прийти в себя. А потом снова в стазис! — Кинул я Виларе. Все же ей нужно было дать время на восстановление.

Сам же я в этот момент уже в теле Квиокса вышел в реальность, вставая на меч и направляясь обратно, к своему лагерю. Вот только это было еще не все. И после смерти владельца описание плаща изменилось.

Артефакт «Плащ незримой ночи» (этап:4) (качество: превосходное)- Этот артефакт позволяет владельцу становиться невидимым, прятаться в тенях и скользить на ином слое пространства, оставаясь незримым для врагов. Свойства артефакта остаются скрыты для всех, кроме владельца.

Данный артефакт повреждён и требует на восстановление 100 эссенций четвертого этапа.

Описание оказалось, мягко говоря, интригующим. Как и возможность починки. Вот только цена зашкаливала, больно кусаясь. А потому я отложил починку артефакта на будущее.Связь с духами восстановилась, позволяя оценить, что же произошло за время моего не такого уж и длительного отсутствия. А там все было по прежнему. Позиционная война, в которой враги уже особо не лезли, изредка закидывая нам подарочки в виде бомб, а мы им отвечали тем же самым.

— Ну как тут у вас тут дела? — Зашел я в просторный шатер, обращаясь к Даррунде. Та напряженно застыла, работая с новым взрывным устройством. А Линесса крутилась рядом, тоже пытаясь постичь азы артефакторики. Без специального дара это, конечно, было сложно. Почти невозможно. Но чему-то научиться все же можно было.

— Она пыталась меня убить! Честно… — Воззрилась на меня зверолюдка, делая умильное выражение лица.

— Ясно. Значит, все как обычно. — Окинул я взглядом мастерскую. Ракшаска теперь была завалена работой, клепая бомбы одну за одной. И вместе с тем снова незаметно поднимаясь в иерархии амоков. Другим столпам я объяснил, что она теперь с ними на одной ступеньке. Впрочем, как было и раньше.

— Тс… Отвлекаешь… — Прошипела Даррунда, когда я подойдя, потрепал ее по волосам.

— Вот видишь… Она злая… — Линесса продолжила дуться. Правда, после той ночи, вроде как ладили они неплохо. По крайней мере, ожидать между ними смертельной разборки не приходилось.

— Мне нужно очистить несколько даров. Ну и расскажи все, что тебе известно про это. — Протянул я ракшаске печать тьмы. И та, наконец, отлипла от текущей работы, взглянув на артефакт.

— Ого… Я вижу такую впервые. Как понимаю, кто-то недавно ее лишился. — Девушка искренне удивилась. Но тут же начала рассказывать.

— Такие печати крайне редки. Плюс, опасны. Поэтому даже самые сильные рода нечасто такие выкупают для наследников. Чаще их покупают для себя отчаявшиеся. Те, кто завис в развитии и не может двинуться дальше.

— Все настолько плохо? — Удивился я. Ибо как-то уже привык, что у меня получалось поглотить все и вся.

— Именно. Поначалу может казаться, что печать не несет ничего страшного. Но статистика неумолима. Многие после ее принятия умирают. Кто-то сразу. Но это редкость, если ты достаточно силен и уже достиг ранга познавшего. Но постепенно печать заставляет твою стихию трансформироваться. Кто-то умирает от внутреннего заражения. Но большинство… Они умирают из-за так называемого безумства стихий. Когда концепт начинает влиять на разум, изменяет сознание. Обычно эти процессы медленные, но неумолимые. И многие из принявших печать рано или поздно ввязываются в смертельные авантюры, в которые они раньше бы не сунулись ни за что. Кому-то везет, и он раз за разом выходит победителем. Но большинство умирают в неравном бою, как, например, и тот, кому она принадлежала раньше. — Ухмыльнулась Ракшаска.

— Понятно. — Протянул я. — очисть ее. Возможно потом продадим.

Даррунда прикоснулась к печати,аккуратно начав процесс очистки, и через несколько секунд краснота исчезла. Но она не стала выпускать дар из рук.

— Я могу… Могу, наверное, и очистить печать от стихии. — Не с полной уверенностью добавила она.

— Тогда она станет ценнее. Никогда не работала с таким. Но после очистки любой сможет попытаться насытить ее своей стихией, пускай тогда шанс на успешное внедрение и будет меньше.

— И что? Я смогу перепрошить ее на любой свой концепт? — Задумался я.

— Я этого не советую… — Насторожилась девушка. — Хотя, если влияние будет только на одно тело… Но это тоже опасно!

— Очищай. — Приказал я, погружаясь в задумчивость. И наблюдая, как тьма внутри печати начинает биться. Метаться от стенки к стенке, пока наконец через минуту не исчезает. Тело Даррунды зашлось в судороге, а вокруг ощутимо дыхнуло чуждым концептом. Но артефакт поменял свое описание.

Печать стихии (Этап: познавший) (стихия: Нет) — Любой идущий может внедрить в себя печать, выжигая путы стихии на своей душе. Но не каждый сможет справиться с этой ношей. (Чистую печать можно попытаться насытить любым концептом, если адепт обладает достаточным пониманием своего пути).