— Властью сената я назначаю нового главу клана костяного феникса. — Свет вокруг вспыхнул, растекаясь на сотни метров и устраивая такое шоу, что любой фейерверк бы померк на фоне этой красоты.

— Прими этот подарок с честью. Правь справедливо и в интересах нашего Сената, Нураз Хзерран. — Обратился я к новому главе, стоящему на одном колене юноше, протягивая ему меч. Традиции, чтоб их…

— Надеюсь, этот клан усвоил свой урок и больше не повторит ошибок. — Завершил я пафосную речь.

— И не забывай, что ты лишь марионетка. И стоит тебе лишь помыслить о том, чтобы предать меня, как все это исчезнет. — Добавил я мыслеречью, рассматривая отобранного кандидата. В обычной ситуации я бы поставил самого лояльного, чуть трусливого, но сильного. Ибо если ставить слабых, то власть скоро сменится сама. Но сейчас главой всех некромантов стал относительно слабый паренек, во многом потому, что другие сильные кончились. Кого-то Саджара ликвидировала заранее. Парочка умерла во взрыве. Остальных я тихо убрал уже после. Так что текущий глава был марионеткой. Абсолютно послушной мне, в том числе и за счет еще одной рабской печати, хотя разбазаривать их я откровенно не хотел. Вот только на текущего главу было завязано слишком много, чтобы рисковать и экономить. Вернее просто экономить, ибо риск и так был огромнейшим.

— Отныне вам открыт проход к слиянию. Такова милость сената, обращенная к вам. — Звучало это даже издевательски, учитывая, что «коронация» проходила на пепелище, неподалёку от кратера на месте бывшего дворца.

— Надеюсь, ты не подведешь меня, парень. — Закончил я уже мысленно, после чего не стал задерживаться, вставая на меч. Психологический прессинг я ему провел изрядный. Но даже этого могло не хватить, учитывая, какие ресурсы я ему выдал. Осколки просветления высоких рангов, второго, третьего и четвертого. Это были ценности, за которые могли убить везде и всегда. Или сбежать, плюнув на любые обязательства. Однако и не воспользоваться такой возможностью я не мог, когда узнал от Саджары Какими каналами торговли они располагают. А их представители действовали даже на четвертом слое. Причем надежность налаженных ими цепочек вызывала уважение. И именно поэтому я и решил воспользоваться шансом.

Естественно, займись я этим сам, приди в крупный торговый дом на любом горизонте, мне, руке сената, вряд ли бы отказали в любой сделке. Но это мгновенно вызвало бы чудовищные вопросы. Так что уже через несколько часов максимум в сенате бы знали о странной сделке. И крайне, крайне бы насторожились, чего я допустить не мог.

Миссия была завершена. Однако я планировал чуть задержаться. Да и отчет о работе пока отправлять не стал. Вместо этого решив потренироваться в техниках, чего в жемчужине было сделать сложно. А оба мои тела требовали тренировки.

— Это было обязательно? — В жемчужине насмешливо спросила у меня Даррунда.

— Что обязательно? — Сделал я вид, что не понял.

— Брать в плен четвертую пленницу. Тоже девушку. — С лукавством глянула она на Саджару, отчего та прищурилась.

— Бедняжка… Ты еще не знаешь, что тебя ждет… — Начала она, сделав такой тон, что можно было вообразить очень и очень многое. Отчего у новой пленницы, естественно, настроения не прибавилось.

— И что же? — Решил прервать я этот сеанс психологического прессинга, тем более что сотрудничество с некроманткой теперь было одним из важнейших. И мне она нужна была сговорчивой и спокойной.

— Он заставит тебя много работать. — Поняв мой тон, не стала дальше шутить ракшаска. Хотя даже так это прозвучало весьма двусмысленно. А Саджара только переваривала увиденное. Жемчужину. Ну и меня-орка. Догадаться про то, что я тоже владею даром аватара, было как дважды два. Хотя скорее, она была уверена, что я-Вендор был основой. Доверять ей пока было сложно. Но уже куда легче, чем той же Виларе. По той просто причине, что синекожая была связана с кучей адресатов даже не на первом горизонте. Именно поэтому я ее и держал или в инвентаре, или в жемчужине. А вот у Саджары большинство контактов связи были местечковыми персонами. И она меня рассекретить не могла. Или, по крайней мере, пока это дошло бы до верхов, это все стало бы уже неважно.

— Ее ты прятать в инвентарь не планируешь? Да и вообще, зачем она тебе? — Придирчиво осмотрела «четвертую» Линесса, чуть ли не обнюхивая. И учитывая, что, что у самой Лины было всего четыре сотни звезд против восьми у адептки смерти, то выглядело это донельзя комично.

— У нее есть аватар. Сам удивился. — Уставился я на ошарашенных девушек. Причем новенькая тоже была удивлена. По всей видимости, что я не скрывал эту тайну за семью печатями.

— И… Только не говори, что ты хочешь пустить ее в ход… — Напрягалась Даррунда, сразу же поняв ход моих мыслей. Вслед за ней побледнела и Линесса. Но я продолжил молчать, наблюдая, как уже плохеет самой пленнице.

— Именно. — Констатировал я.

— №№№№№№№! — Выругалась ракшаска.

— Как именно? — Все еще не веря, переспросила Лина.

— Попытаемся взять под контроль еще одного слугу сената. — Расплылся в оскале я.

— В смысле стража? — Переспросила наконец сама новая рабыня.

— В смысле руку Сената. Так же, как я взял под контроль и этого. — Наконец, вскрыл я карты. Отчего на лицах всех троих застыли такие разные, но ошарашенные выражения. Меня, конечно, потом попытались еще мучить расспросами, отговаривать и уговаривать. Но я уже не мог отказаться. Не мог остановиться. Оставалось только идти вперед.

— Вот. Это место подойдет. — Задумчиво произнес я, когда влетел в один из новых отдаленных миров фениксов. Здесь не было никого, кроме небольшого отряда цзянши, замерших у портала. Собственно, и добычи тут почти не имелось. Отличное место для тренировок.

Протуберанец! - Нежить испепелило. А я вышел из жемчужины уже сразу в двух телах, выпуская и всех пленниц, включая новенькую. Ведь на чашах весов желание «показать свою мощь» сейчас перевешивало желание «скрыть возможности». И даже скорее не желание, а полезность. Все же здесь все уважали силу. И готовы были идти за силой. Так что эту силу и я начал применять, отлетев на полкилометра. И оба тела одновременно ударили навстречу друг другу, формируя свои сильнейшие способности.

С одной стороны пространство и ци закрутились, стягиваясь, деформируясь, уплотняясь и формируя ударную конструкцию, вобравшую в себя ци за сотни метров вокруг. А с другой стороны вспыхнуло новое светило, на миг затмившее само небо. Чтобы потом сорваться лазерным лучом.

Линза пространства!

Гнев солнца!

Хрум! - Воздух воспламенился. Сгорел, превратился в черный пепел и породил вакуумный взрыв, что затем разметал протуберанцы света и уплотненные потоки с концептом пространства и внешней ци. На километры трава и кустарники запылали, обугливаясь. И даже моим трем зрительницам пришлось защищаться. А я лишь продолжил, наращивая темп.

Небесный бриз! Протуберанец!

Стрела ци! Поле всесожжения!

Техники формировались одна за одной, сталкиваясь, скручиваясь, вцепляясь друг в друга, как разумные и растворяясь, чтобы мир вокруг запылал и задрожал. Я-Вендор все же был пока чуть сильнее. Всего два уровня разницы в познании были чудовищными. Реальное тело выезжало только на больших, бесконечных запасах ци, на большей грубой мощи, ведь три сотни звезд сверху после тысячи давали на порядок больше силы, чем, например, просто три сотни звезд у слабого адепта. Рост был нелинеен. Каждая следующая звезда из-за повышенной плотности энергетики давала больше. Но сейчас я сосредоточился на улучшении техник, щедро вливая кристаллы просветления и в себя и в Вендора.

Для меня-Вендора это тоже стало прекрасной тренировкой. Просветление таких высоких рангов было обычно недоступно даже Руке, так что сейчас я прямо ощущал, как техники света меняются, становятся чище и чуть лучше, чуть быстрее.

Бой проходил долго. Несколько часов. Что для адептов нашей силы было невероятным сроком. Тем более, что в этом бою я учился. Сначала тупо сталкивая техники, а потом заново обучаясь комбинировать их и сражаться вместе в двух телах, как я это делал с Квиоксом.

— Ну что, летим домой? — Почти обессиленный подлетел я к девушкам, что встретили меня слитным молчанием. Им даже пришлось уходить еще дальше, далеко за километр, просто чтобы их покровы не истощило. А я, удовлетворенный результатом, перенес их в жемчужину, сам направившись обратно и отсылая отчет Сенату о проделанной работе. «Резиденция клана полыхает. Новый лидер нам лоялен. Я позволил себе смелость допустить их армию до слияния ибо все равно они там подохнут.» Примерно так выглядел отчет если его упростить и вычеркнуть девяносто процентов воды и расшаркиваний.

После чего продолжил полет уже в глубоких раздумьях. Ибо новый канал покупок был хоть и крутым. Но и предела совершенству не было. А некоторые товары или те количества, которые я хотел закупить, не могли мне дать даже представители фениксов.

— Доброй дороги к Небу, Вендор. Вот. Это тебе. — Поприветствовал меня новый рука, как только я вернулся к месту слияния. И протянул мне кольцо, которое я с некоторым непониманием принял.

— Амулеты связи. Нас слишком много. — Начал пояснять Жараз Укнат, от которого веяло холодом. — Этот и все шесть миров вокруг твои. Там все, списки, учеты. Вся прочая хрень.

— Спасибо — Поблагодарил я, но любой услышал бы в моих словах сарказм. Ибо заниматься командованием и организацией мне откровенно не хотелось. Благо, это всегда можно было спихнуть на подчиненных. А подчиненные у меня тоже были, хоть я с ними пока и не общался толком после той битвы…

— И двадцать эссенций отдай. Нужно распределить их между всеми. — Потребовал он, и вот от этого внутренний хомяк взвыл. Ибо отдавать эссенции пятого этапа, полученные как откуп не хотелось. Но и противиться я не мог. Не я теперь был здесь главным.

— И? — Жараз явно удивился, что я высыпал эссенции вот так, еще не превратив их в бомбы, что было явным нарушением ранее отданных указаний. Но ничего больше говорить не стал. А я следующий час перенимал командование, затем просто спихнув все организаторские вопросы на пару стражей сената, прикрепленных ко мне. Собственно задача была только в правильной организации оперативной связи между всеми командирами, сиречь главами фракций, и мной. Чтобы в случае возобновления боевых действий мы могли действовать слаженно.

А уж как эти главы были рады перемирию… М… наверняка в сердцах все плевались и блевались, проклиная сенат и нас всеми плохими словами. Ведь со стороны это выглядело так! Все просто ломанулись сюда. Огребли по полной. Истратились на мощные бомбы, получили этими же бомбами от врагов. А потом мы заключили перемирие. В итоге все понесли просто чудовищные убытки, не говоря уже о том, что сорвали свои армии с мест и заставили их куковать тут. Да и уйти они теперь не могли по множеству причин, начиная от престижа и заканчивая тем, что в случае массового бегства мы, руки, можем запросто уничтожить пару армий. А ведь эти армии, по сути, не были военизированными организациями. Это были в основном охотники на монстров, а иногда и ремесленники, что теперь не выполняли своих обычных функций и тем самым несли двойные убытки. В общем, у нас было весело. А для меня, знающего, что наши государства планируют договориться о совместном геноциде, все было еще веселее.

Я ведь знал многое. Многое, что пока даже толком не вспоминал и не обдумывал, просто ужасаюсь всему тому масштабу, открывающемуся мне. Стоит ли говорить, что для Сенаторов не было понятий морали, добра и зла. Да чего уж. Когда любой глава фракции вроде Квиокса мог устроить хоть открыто кровавую оргию с сотнями жертвоприношений, то элиты не могли себе позволить развлекаться также бедно и просто, устраивая поистине грандиозные представления. И весь мир был их рабом. Четко настроенным механизмом. Хотя нет. Не четко. Зачем, если разумные все делали и так, стремясь к силе, аккумулируя в себе море энергии и ценные дары. А тем, кто на вершине просто оставалось дождаться очередных возвышающихся, когда те достигнут нужного этапа, например, четвертого или пятого. И просто связать их обязательствами или пустить под нож, доставая все ценное. В этом механизме судьба миллионов простых людей вообще была ужасной.

И было ли мне их жаль? Людей? Деревни и города? Конечно. Но я понимал, что вряд ли смогу что-то изменить. Хотя… Любая попытка изменений даже в мирное время выглядела столь грандиозно и рискованно, что даже думать об этом было страшно. Вот только теперь, забравшись на вершину этого мира адептов, хотя, вернее, встав лишь на площадку после первого лестничного пролета и отгородившись от хулиганов сверху из старших классов, я мог встряхнуть этот мир. Мог попытаться его изменить. Сделать то, что никто и никогда не делал. Возможно ли это было?

— Возможно. — Прошептал я сам себе, мысленно прикидывая боевую мощь каждого из семи рук сената. И то, как их можно подловить. Ведь рук было немного. Вырастить такого бойца стоило невероятно дорого даже для сената. Десяток? Два? Даже с учетом тех, которых скрывают. Но уж точно не больше.

В этот момент внутри жемчужины я раз за разом пытался вновь лучше познать внешнюю ци. Но пятый уровень стихии был все также далек от меня даже с помощью печати. А вот всех девушек пришлось убрать в кольца. Ибо находиться рядом в этот момент было просто опасно для их жизни.

— С этим порталом я вам помогу. Отправлю своих стражей. — Подлетел я к очередному шару, обращаясь мысленной речью к местному командиру, что всем и руководил, пока глава секты прохлаждался где-то в другом месте. И пара десятков духов света влетели в портал, разбредаясь в разные стороны.

— Благодарю, господин… — Ответил мне командир. Правда, я лишь ухмыльнулся, прекрасно подслушивая и другие его реплики, обращенные уже к другим. К этому умению я уже привык, иногда включая его ради интереса.

— … на кой хрен ему туда лезть…

Мои духи, произведения искусства, разлетелись по тоннелям, удаляясь все дальше и дальше. Натыкаясь на завалы и огромные каверны, внутри которых можно было расположить целые города. А цель моя была все такой же рисковой, как и все действия в последнее время. Все же договориться с империей о продаже жемчужины. Лишней жемчужины у меня не было. Зато было чудовищное желание империи ее заполучить и мое желание их грабануть на возрождение. И еще парочку ценных даров.

Вот только как назло в радиусе десятков километров врагов я так и не обнаружил. А духи стали терять связь, так что пришлось их выстраивать в линию. И вот когда я уже думал, что мне подвернулась удача, и я через птичку попытался выйти на контакт, ее просто взорвали. Причем чем-то мощным. Ярости моей не было предела. Однако мне ничего не оставалось, как просто сместиться, чтобы выйти на позиции более сговорчивых имперцев. И вот там уже, вопя во всю мощь о желании переговоров, я смог добиться, чтобы в меня не стали сразу же стрелять. Вот только и потом пришлось пробиваться через иерархию командиров, намекая, что у меня есть информация о том, что их главных, имперскую гвардию, крайне заинтересует. В итоге на все это было убито много-много часов, пока наконец перед духом не предстал тот, кто явно имел представление о происходящем. И это лицо мне оказалось знакомо. Слишком знакомо. Ведь именно из-за стечения тех обстоятельств, таких невероятных, из-за моей не иначе как чудом полученной победы, я смог вырвать из этого вампира дар аватара. И теперь он, снова живой, стоял перед духом, готовый меня слушать.