Глава 7. Не подходите

После боя дорога пахла гарью.

Не метафорически. Настоящей горелой древесиной, раскалённым металлом, лошадиной пеной и той тяжёлой железистой нотой, которую я слишком быстро научилась узнавать как кровь.

Люди двигались вокруг деловито.

Почти буднично.

Потушили остатки огня у кареты. Перевязали раненых. Сняли поклажу с лошади, которая больше не могла идти. Связанных нападавших оттащили подальше от дороги и посадили спинами к поваленному стволу.

Мёртвого человека из нашего дозора накрыли плащом.

Я старалась туда не смотреть.

Получалось плохо.

Каждый раз взгляд возвращался к неподвижной фигуре.

Я не знала его имени.

Возможно, видела за завтраком.

Возможно, он вчера стоял у дороги, пока я шутила про слишком ранний подъём.

Теперь его больше не было.

А я была.

Потому что люди вокруг выполняли приказ довезти меня живой.

Это создавало долг, которого я не просила и который нельзя было вернуть деньгами.

Я стояла возле обгоревшей кареты, спрятав содранную ладонь в складках юбки.

Каэр оставался на расстоянии.

И я чувствовала его присутствие почти физически.

Не магией.

Обычным человеческим зрением.

Он разговаривал с Иарой шагах в двадцати от меня. На плече темнела новая повязка. Куртку пришлось расстегнуть у ворота, и белая ткань на фоне тёмной одежды казалась слишком заметной.

После обращения он выглядел уставшим.

Не слабым.

Именно уставшим.

Лицо стало жёстче, движения медленнее. Один раз, когда Каэр повернулся к Далену, я заметила, как он осторожнее обычного отвёл раненую руку.

Это немного помогало.

Глупо.

Но человеческая уязвимость примиряла мозг с тем существом, которое недавно закрывало крылом половину дороги.

Потом Каэр случайно посмотрел в мою сторону.

Я напряглась.

Он заметил.

И больше не подошёл.

Вот это помогало сильнее.

Когда я сказала «не подходите», он остановился.

Не на минуту.

Не до тех пор, пока решил, что я «уже достаточно успокоилась».

Он просто принял границу.

И теперь разговаривал со своими людьми там, где я не ощущала себя загнанной между его телом и каретой.

Мне было неловко.

Даже стыдно.

Но благодарность не отменяла страх.

Я могла понимать, что Каэр спас мне жизнь, и всё равно помнить пасть, белый жар и удар огромных крыльев.

Обе вещи были правдой одновременно.

Наверное, взрослая жизнь вообще состояла в основном из неприятной необходимости удерживать в голове две несовместимые правды.

Ко мне подошёл незнакомый военный лекарь.

Молодой мужчина с усталым лицом и сумкой через плечо.

– Леди Астен, позвольте руку.

Я показала ладонь.

Ссадина оказалась неглубокой.

Лекарь промыл её, намазал чем-то пахнущим травами и туго обмотал тонкой полосой ткани.

– Голова не кружится?

– Нет.

– Тошнота?

– Уже нет.

– Боль где-нибудь?

Я пошевелила плечами.

– Только там, где вчера ещё не болело.

Он хмыкнул.

– Это нормально после такого.

– Очень обнадёживает.

Лекарь посмотрел на меня внимательнее.

– Вам нужно немного пройтись.

– Именно это я собиралась делать несколько следующих дней.

– Не сейчас. Сейчас сядьте.

Я уже открыла рот.

Потом посмотрела на собственные руки.

Одна перевязана.

Вторая дрожит.

Совсем немного.

Но дрожит.

– Хорошо.

Я села на камень у края дороги.

Лекарь ушёл к раненым.

Через несколько минут рядом молча появилась Иара.

Она не садилась.

Стояла, наблюдая за людьми.

На её щеке засохла тонкая полоска крови. Теперь я знала, что кровь всё-таки была её. Небольшой порез у скулы успели обработать.

– Тот человек, который погиб, – спросила я. – Как его звали?

Иара посмотрела вниз.

– Мерек Сайн.

Я повторила про себя.

Мерек.

Имя делало всё хуже.

Но без имени было бы неправильнее.

– У него семья?

– Жена. Двое детей.

Я закрыла глаза.

Вот зачем спросила?

Чтобы стало тяжелее?

Да.

Наверное.

Потому что цена моего выживания не должна была превращаться в безымянную строку.

– Это были люди, которые следили за нами вчера?

– Возможно. Тот всадник мог быть разведчиком.

– Кто их нанял?

– Пока не знаем.

– Пленные?

Иара бросила взгляд в сторону связанных людей.

– Один говорит, что получил заказ через посредника. Имени не знает или не называет.

– Цель?

– Перехватить женщину из кареты.

Я медленно повернула голову.

– Перехватить?

– Так он сказал.

– Не убить?

– У него не было времени объяснить тонкости договора.

Очень сдержанная формулировка для мужчины, которого только что допрашивали вооружённые люди.

– Значит, вчера в Тейране меня пытались убить, а сегодня, возможно, хотели забрать живой.

– Или пленный лжёт.

– Или разные исполнители получили разные приказы.

– Или один приказ поменялся.

Я кивнула.

Слишком много вариантов.

Недостаточно данных.

На расстоянии Каэр что-то сказал Далену.

Тот подошёл к пленным.

Я заметила, что всё ещё отслеживаю Каэра боковым зрением.

Где стоит.

Двигается ли ко мне.

Поворачивается ли.

Это раздражало.

Страх, который заставляет считать чужие шаги, был почти разновидностью зависимости.

Я ненавидела его уже за одно это.

– Мне нужно привыкнуть, – сказала я.

Иара не спросила к чему.

– Первый раз редко бывает приятным.

Я посмотрела на неё.

– Первый раз увидеть дракона?

– Первое обращение рядом.

– Лиора видела?

Иара помолчала.

– Да.

Конечно.

Каэр и Лиора были помолвлены десять месяцев.

Она знала его мир.

Знала драконов.

Знала, что огромное графитовое существо и мужчина с сухим юмором являются одним человеком.

Для неё не существовало моего шока.

– Она его боялась?

– Каэра?

– В драконьей форме.

– Нет.

Ответ пришёл слишком быстро.

Я зачем-то почувствовала себя хуже.

Неразумно.

Лиора выросла в этом мире.

Я три дня назад считала драконов существами из книг и фильмов.

– Значит, ещё одна вещь, в которой мы различаемся.

Иара медленно посмотрела на меня.

Я поняла, что опять сказала неосторожно.

– Травма многое меняет, – добавила я.

Она не стала спорить.

Но я видела, что мысль сохранила.

Каэр был не единственным человеком, который собирал несоответствия.

Собственно, судя по этому миру, вокруг меня постепенно образовывалась целая комиссия по вопросу: «Что случилось с Лиорой Астен и почему она стала вести себя как совершенно другой человек?»

Ответ они пока не получили бы.

Я сама его не понимала до конца.

Через час мы тронулись дальше.

Обгоревшую карету оставили у дорожного двора, куда отправили раненых и тело Мерека. Для меня освободили место во второй.

Я отказалась.

Не из храбрости.

Внутри деревянного ящика после нападения мне становилось трудно дышать.

Поэтому снова села на лошадь.

Иара не возражала.

Каэр тоже.

Более того, он держался впереди весь остаток дня.

Не рядом.

Такое расстояние могло быть случайностью.

Но я уже достаточно его наблюдала, чтобы не верить.

Он сделал это для меня.

Без разговора.

Без демонстративного:

«Видите, я уважаю ваши чувства».

Просто оставил пространство.

Это постепенно работало.

К вечеру я уже не напрягалась каждый раз, когда он оказывался в поле зрения.

Напрягалась только когда вспоминала.

Крыло.

Жар.

Голова дракона, повернувшаяся ко мне.

Я заставляла себя переводить взгляд на человеческие детали.

На поводья в его руке.

На край плаща.

На повязку на плече.

Так было легче.

Мы остановились раньше обычного.

Нападение отняло несколько часов, люди устали, часть лошадей пришлось заменить.

Постоялый двор оказался маленьким, поэтому отряд занял почти всё здание.

Мне дали комнату на втором этаже.

Никаких соседних крыш.

Одно окно во двор.

Одна дверь.

Я проверила.

Разумеется.

Потом поужинала почти без вкуса.

После еды хотелось только лечь.

Но сон означал закрыть глаза.

А за закрытыми глазами ждал дракон.

Я вышла во двор.

Ночь была холодной.

Лес окружал постоялый двор чёрной стеной. В нескольких местах горели фонари. Люди Каэра меняли караул, проверяли лошадей, тихо разговаривали возле конюшни.

Я села на деревянную скамью под навесом.

Отсюда хорошо просматривались ворота.

Привычка.

Новая.

Плохая.

Я уже собиралась вернуться, когда увидела Каэра.

Он сидел один на низком каменном бортике у дальнего края двора.

Без плаща.

Повязка на плече была свежей.

Рядом лежали какие-то бумаги.

Работает.

После боя.

После ранения.

После превращения, от которого побледнел так, что даже я заметила.

Я почти фыркнула.

Интересно, кто из нас хуже умеет останавливаться?

Каэр поднял голову.

Увидел меня.

Не встал.

Это я заметила первой.

Потом заметила второе.

Он явно собирался что-то спросить, но передумал.

Снова опустил взгляд к бумагам.

Мне стало неудобно.

Теперь расстояние между нами уже поддерживалось не моим страхом, а его решением не испытывать границу.

Я могла уйти.

Наверное, стоило.

Вместо этого осталась.

Минуту.

Вторую.

Потом сказала достаточно громко:

– Плечо сильно болит?

Каэр поднял голову.

– Терпимо.

– Очень мужской ответ.

– Другого нет.

– У врачей обычно есть шкала.

– У наших тоже.

– И?

– Не смертельно.

– Это не шкала.

– Для военных вполне.

Я почти улыбнулась.

Потом вспомнила, что мы разговариваем с противоположных концов двора, потому что несколько часов назад я попросила его не подходить.

Каэр тоже наверняка помнил.

Но не сокращал расстояние.

– Что случилось с пленными? – спросила я.

– Передали местной страже до прибытия людей Северта.

– Один что-нибудь рассказал?

– Только то, что уже сказала вам Иара.

– Посредник.

– Да.

– Имя?

– Он утверждает, что не знает.

– Верите?

– Нет.

– Почему?

– Потому что слишком старательно описывает всё, чего якобы не знает.

Я кивнула.

Логика знакомая.

– Но доказать пока нельзя.

– Пока нет.

На несколько секунд между нами осталось только потрескивание фонаря.

– Каэр.

– Да?

Я почти спросила про дракона.

Не смогла.

Вопрос казался одновременно глупым и слишком личным.

Он подождал.

Не помог.

– Когда вы обращаетесь... вы остаётесь собой?

Его лицо изменилось совсем немного.

Наверное, понял, насколько мало я знаю.

– Да.

– Полностью?

– Да.

– Нет отдельного существа внутри?

– Нет.

Это ответило на один из страхов, который я даже не успела нормально сформулировать.

– Значит, там, на дороге, вы понимали всё.

– Каждое своё действие.

– И видели, что я испугалась.

– Да.

Я опустила взгляд.

В тёмном дворе земля была почти чёрной.

– Было заметно.

– Достаточно.

– Извините.

Слово вырвалось автоматически.

Каэр нахмурился.

– За что?

– Вы меня защищали. А я...

Я замолчала.

Он закончил:

– Испугались.

– Да.

– Это не проступок.

Простая фраза.

Почему-то ударила сильнее многих больших.

– Лиора вас не боялась.

Каэр несколько секунд молчал.

– Вы не Лиора шестидневной давности.

Вот теперь я подняла голову.

Сердце стукнуло сильнее.

Не потому, что он узнал правду.

Нет.

Просто впервые Каэр сам признал разницу, не пытаясь тут же объяснить её ложью или манипуляцией.

– Что вы имеете в виду?

– Что бы с вами ни произошло, вы не обязаны реагировать так, как реагировали раньше.

Я смотрела на него.

Опасный мужчина.

Слишком сильный.

Слишком привыкший решать.

И при этом именно он сейчас говорил, что я не обязана быть прежней женщиной только потому, что ношу её лицо.

– Вы всегда настолько разумны? – спросила я.

– Нет.

– Жаль. Было бы удобнее вас не любить.

Слова сорвались раньше, чем я подумала.

Каэр замер.

Я тоже.

Чёрт.

– Не любить в смысле...

– Я понял.

– Нет, судя по лицу, не поняли.

– Вы хотели сказать «испытывать неприязнь».

– Именно.

– Разумеется.

Теперь в его голосе появилась сухая ирония.

Я мысленно ударилась головой о стену.

– Забудьте.

– Уже поздно.

– Каэр.

– Молчу.

Он действительно замолчал.

Но уголок рта едва заметно поднялся.

Я отвернулась.

Взрослая женщина.

Тридцать шесть лет.

Руководила людьми.

Вела переговоры с поставщиками, собственниками и сотрудниками, которые считали, что пятница вечером является идеальным моментом для увольнения.

И всё равно умудрилась сказать бывшему жениху чужого тела, что его трудно не любить.

Потрясающе.

Я встала.

– Спокойной ночи.

– Лиора.

Я остановилась.

Он не двигался.

– Что?

– Если захотите узнать о моей второй форме что-то ещё, спрашивайте.

Я посмотрела на него через двор.

– Всё?

– Всё, что поможет вам понимать, чего ожидать.

Последняя часть была важнее первой.

Не «чтобы перестали бояться».

Не «чтобы поняли, что ваш страх глупый».

Просто знать, чего ожидать.

Я кивнула.

– Хорошо.

Ночью дракон всё-таки пришёл.

Во сне.

Графитовое крыло обрушилось сверху.

Белый жар выжег воздух.

Я пыталась бежать, но ноги не двигались.

Потом огромная голова опустилась совсем близко.

Я увидела светлый глаз.

Проснулась раньше, чем закричала.

Комната была тёмной.

Горло болело от сдержанного звука.

Несколько секунд я не могла понять, где нахожусь.

Постоялый двор.

Северная дорога.

Жива.

Я села.

За дверью раздались шаги.

Остановились.

Ручку никто не тронул.

– Леди Астен?

Дален.

– Всё нормально.

Голос дрогнул.

Плохо.

– Вы звали?

– Нет.

Пауза.

– Позвать лекаря?

– Нет.

– Капитана?

Я почти сказала да.

Потом услышала другой голос.

Каэра.

Дальше от двери.

– Что случилось?

Дален ответил тише, но стены здесь не особенно помогали тайнам.

– Кажется, кошмар.

Я закрыла лицо руками.

Прекрасно.

Теперь весь отряд будет знать, что бывшая невеста лорда Вейрана видит плохие сны после первого знакомства с его настоящими зубами.

Послышались шаги.

Ближе.

Я напряглась.

Они остановились на расстоянии от двери.

– Лиора.

Я ничего не ответила.

– Мне войти?

Вопрос.

Не ручка двери.

Не «откройте».

Вопрос.

Я опустила руки.

В комнате было темно, холодно и слишком тихо.

Часть меня хотела, чтобы он ушёл.

Другая понимала, что причиной кошмара был именно Каэр, а значит, если я собираюсь ещё неделю дёргаться от каждого его движения, проще разобраться сейчас.

– Нет.

– Хорошо.

Шаги не приблизились.

Через несколько секунд я услышала, что он отходит.

И вдруг сказала:

– Подождите.

Тишина.

– Я здесь.

– Не входите.

– Не войду.

Я встала.

Накинула плащ поверх ночной рубашки.

Подошла к двери.

Ладонь легла на засов.

Медлила долго.

Потом открыла.

Каэр стоял не возле двери.

В нескольких шагах.

В дорожной рубашке, без оружейной перевязи, с повязкой на плече.

Дален находился дальше по коридору.

Каэр посмотрел на меня и не сделал ни единого движения.

Я сама вышла на порог.

– Можно один вопрос?

– Да.

– Если вы снова обратитесь рядом со мной, вы сможете предупредить заранее?

– Если позволит ситуация.

– А если нет?

– Тогда не смогу.

Честно.

Неприятно, но честно.

– Во время нападения выбора не было?

– Был. Не обращаться и потерять людей.

Я вспомнила Мерека.

– Понятно.

Мы стояли в полутёмном коридоре.

Не близко.

Достаточно, чтобы видеть лицо.

Недостаточно, чтобы чувствовать себя загнанной.

– Я не хочу вас бояться, – сказала я.

Каэр ответил не сразу.

– Страх не исчезает по приказу.

– Неужели вы это понимаете?

– Я командую людьми, а не каменными фигурами.

– Иногда разница незаметна.

Он пропустил замечание.

– Вам не нужно заставлять себя подходить ко мне.

– Я знаю.

И именно поэтому вдруг стало возможно.

Я посмотрела на расстояние между нами.

Сделала вдох.

– Подойдите.

Каэр не двинулся.

– Вы уверены?

Вот тут я почти рассердилась.

А потом поняла, что он спрашивает именно потому, что вчера я сказала противоположное.

– На два шага.

Он сделал один.

Остановился.

Второй.

И всё.

Никакого третьего.

Теперь между нами оставалось расстояние вытянутой руки и ещё немного.

Слишком близко для дракона.

Нормально для мужчины.

Я заставила себя смотреть не на его плечи.

Не вспоминать крылья.

На лицо.

Шрам у виска.

Тёмные волосы.

Усталые глаза.

Человек.

Тот же человек.

– Всё? – спросил Каэр.

– Пока да.

– Хорошо.

Он не улыбался.

Не праздновал маленькую победу.

И именно тогда я впервые по-настоящему поверила, что мой страх не станет для него поводом доказать собственную силу.

– Спасибо, – сказала я.

– За два шага?

– За то, что третий не сделали.

Каэр посмотрел на меня очень внимательно.

– Вы сказали два.

Три слова.

Обычные.

Наверное, для него совершенно очевидные.

Но после последних дней они значили больше, чем должны были.

Я сама закрыла дверь.

И в эту ночь больше не проверяла засов.

Следующие два дня дорога стала спокойнее.

Не безопасной.

Я уже перестала использовать это слово слишком свободно.

Но спокойнее.

Нападений не было.

Слежки тоже не заметили.

Отряд шёл осторожно, меняя порядок движения и отправляя дозоры далеко вперёд. Каэр почти не обсуждал это со мной, но по людям вокруг было видно, что после нападения он усилил контроль.

Интересно, что раньше меня бы это раздражало.

Теперь я начинала различать.

Контроль, который ограничивал меня.

И контроль, которым командир пытался не дать людям попасть в очередную засаду.

Они не были одним и тем же.

Это не делало Каэра автоматически правым во всём.

Просто мир становился сложнее.

На девятый день воздух окончательно изменился.

Поля исчезли.

Лес отступал только возле небольших селений и военных постов. На дороге стало больше обозов. Телеги с бочками, мешками, древесиной, металлическими деталями.

Мимо несколько раз прошли вооружённые отряды.

Каждый раз при виде Каэра люди выпрямлялись.

Кто-то кланялся.

Кто-то просто прикладывал кулак к груди.

Он отвечал коротко.

Без церемонии.

Здесь его знали.

Не как бывшего жениха Лиоры.

Как своего лорда.

Это ощущалось всё сильнее с каждым километром.

И вместе с этим росло другое.

Тревога.

Тейран был чужим всем.

Большой столицей, где у каждого десятки дел.

Вейрхольм принадлежал дому Вейран.

Здесь произошла диверсия.

Здесь погибли люди.

Здесь Лиора тайно проникла в закрытый архив.

Здесь её магический след нашли на повреждённой защите.

И именно сюда я ехала с её лицом.

Дален держался рядом.

К концу дня мы поднялись на длинный каменистый склон.

Дорога сделала поворот.

Лес внезапно разошёлся.

Я натянула поводья.

Вдалеке, на высоком плато между тёмными холмами, стоял город.

Сначала я увидела стены.

Потом башни.

Крепость возвышалась над крышами, тяжёлая, широкая, словно выросла из самой серой скалы. За внешней стеной теснились дома, склады, высокие крыши, дворы. Дальше блестела река.

Над центральными укреплениями развевалось тёмное знамя.

Ветер развернул его.

На ткани мелькнул серебристый знак дома Вейран.

Каэр остановил коня рядом.

На этот раз я не отступила.

– Вейрхольм? – спросила я.

– Да.

Я долго смотрела вперёд.

Красивым город не казался.

Слишком суровый.

Слишком настоящий.

Зато огромный.

Живой.

Полный людей, которые знали Лиору Астен.

Людей, троих из которых уже похоронили из-за преступления, приписанного ей.

Каэр проследил за моим взглядом.

– Передумать поздно? – спросила я.

– О Вейрхольме?

– Обо всём.

– Да.

Я выдохнула.

– Честный ответ.

– Вы предпочитаете честные.

– Когда они мне нравятся, особенно.

Внизу на дороге показался встречный военный отряд.

Один из всадников увидел нас.

Потом увидел меня.

Даже с такого расстояния я заметила, как изменилось его лицо.

Он что-то сказал человеку рядом.

Второй тоже посмотрел.

По цепочке взгляды начали подниматься к женщине на лошади рядом с Каэром.

Вот оно.

Столица закончилась.

Дорога закончилась.

Впереди был Вейрхольм.

Место, где Лиору Астен уже считали виновной.