Глава 15

— Здравствуйте, бойцы! — рявкнул я.

— Здравия желаем, господин главнокомандующий! — почти хором ответили собравшиеся во внутреннем дворе Зимнего. Пришлось даже убрать всю технику, чтобы вошло побольше народа, но пока не решилась ситуация с кастеляншей, я не собирался отходить далеко от Ангелины.

— Рад приветствовать лучших из лучших на первом собрании орденского сбора.

— Ура! — довольно откликнулись стоящие во дворе юноши и девушки.

Из всех присутствующих старше тридцати было только пара человек. Ну хорошо, десяток, но каждого из них сложно было не заметить. Погоны, выправка, поведение — в них чувствовались не только опытные вояки, но и аристократы, которых обучали с детства.

И как же странно смотрелись в одном ряду с ними вчерашние детдомовцы и сироты, которые прошли становление в Суворовском, экспедиционные схватки и войну за Рубеж. Словно дворовые коты в шрамах, но причёсанные и вычесанные рядом с породистыми и ухоженными боевыми собаками.

— Вы выбраны со всей страны, как самые эффективные и перспективные. Все вы либо уже освоили стихийные конструкты, либо находитесь на самом пороге. Осталось сделать последний шаг.

Кто-то гордо выпрямился, вздёрнув подбородок, другие восприняли это с удивлением, но большинство не отреагировало. Не верили в то, что это вообще возможно, считая, что стихийные конструкты — это дар наследников великих семейств, одарённых в пятом-шестом поколении.

— Понимаю, для многих это новость, и не все сумеют достичь результата. Лишь самые упорные, целеустремлённые и талантливые. Но даже те, кто, пройдя мои личные тренировки, не сумеет раскрыть свой потенциал до конца, станут сильнее. По результату обучения будет сформирована первая императорская штурмовая рота, в которую смогут войти лучшие из вас.

— Ура! — воодушевлённо воскликнули парни и девушки. Они знали, что, даже не попав в первую сотню, не останутся в проигрыше: у них будет лучшее обучение из возможных, они усилятся и смогут занять высокие должности в армии и флоте.

— Каждый из вас должен освоить три основных навыка. Первый — индивидуальный резерв. Мир изменился, и то, что вчера было само собой разумеющееся, теперь требует усилий. На этих тренировках вы накопите достаточно энергии, чтобы применять щиты, диски и прессы без чужой помощи по крайней мере на протяжении пятнадцати минут боя.

Вот теперь видно было, что даже у ветеранов загорелись глаза. После того как Пожиратель пришёл в наш мир и отказал всем в применении конструктов, личный резерв стал главным показателем силы. Что толку от твоего пикового потока, если ты можешь применить лишь один конструкт в день? А на что-то масштабное, что ты раньше воспроизводил с лёгкостью, теперь не хватает сил.

— Второе — применение новейшей штурмовой брони. Она не так проста, как предыдущие модели, потому как имеет два режима: активный и пассивный. В первом вы тратите свой резерв, во втором — двигаетесь только за счёт мышечной силы. Но встроенный экзоскелет удержит её в стоячем положении, главное — научиться правильно ходить.

Это тоже было необычно. Резонансные доспехи — гордость и неотъемлемая черта любой абордажной команды, всегда использовались в активном режиме. Теперь это пришлось изменить, во всяком случае пока никто не мог предложить сколько-нибудь действенные батареи или компактные генераторы.

— Третье — применение площадных совместных конструктов. Большая часть из вас уже может составлять устойчивые связки из трёх и более людей для активации. Работа в привычных командах — это очень важно, но, к сожалению, не всегда доступно. Здесь вы освоите быструю подстройку и работу с любым другим одарённым, который проходил тот же курс подготовки. Не так давно командная работа помогла нам остановить залп артиллерии, так что не нужно её недооценивать.

— Ну и последнее: те, кто находились ранее на границе третьего-второго рангов, но пока не смогли освоить стихийные конструкты — мы вам поможем, — с этими словами я продемонстрировал, как над ладонью появляется крохотный кристалл льда, а затем он вспыхнул, вызвав восхищение в толпе и раздражение у меня. Потому что в этот раз стихия пламени потребовала от меня куда больше концентрации, чем обычно. Ну и вспышку негативной эмоции я тоже отследил.

— Сейчас вас разобьют по взводам, состав которых будет меняться каждую неделю. После распределят по наставникам. Я буду контролировать и поправлять всех на групповых занятиях и окажу помощь тем, кто решится на переход к стихийным конструктам. Кто их уже освоил, получат углублённую подготовку.

— К вам подойдут командиры подразделений и наставники. Разойдись! — отдал указания Таран, которого я попросил быть командиром второй роты. Лучшего кандидата всё равно было не найти, хотя ему и придётся совмещать эту должность с главой ордена Чести. Как, впрочем, и остальным, кто занял эти почётные, но крайне неблагодарные должности.

Первую роту возглавил сам Пётр Николаевич. Несмотря на то что он точно обладал конструктами на невероятном для остальных уровне, его энергетический резерв просел в сотни раз, по сравнению с прошлым годом. И ему придётся догонять остальных капитанов в освоении чакр.

Командующим третьей стал Роман Мирославович. Названный дядька, от чего я и не собирался отказываться, уже год занимался по общей для ордена программе и достиг неплохих результатов. Земля на трёх лепестках, вода заполнена, огонь и воздух открыты. Но, что самое важное в его случае — третий глаз тоже открыт и может быть активирован.

Четвёртую взял на себя Михаил Долгорукий. Парень, мой бывший соперник, а теперь верный соратник, умудрился дотянуть до честного четвёртого ранга и теперь очень хотел перешагнуть рубеж, получив стихию. Он успел побыть и исполняющим роль командира фрегата, и посидеть в кресле временного губернатора. В общем, карьерный рост у него был практически как у меня, и ведь тоже почти всё сам.

Пятую роту взяла на себя княжна Вяземская. Огненноволосая пацанка продолжила совершенствоваться, стремясь догнать супруга, и, надо признать, сейчас она не сильно отставала. А ещё мне показалось правильным отдать под её командование собравшихся дам. Раньше я бы поставил над ними Марию или Ангелину, но сейчас обе жены нужны мне были в безопасности, тем более что они очень далеко ушли от остальных.

Подопечные у командиров были подобраны соответствующие. Те, кто вряд ли стал бы подчиняться графу Рубежному или даже Долгорукому-младшему, пошли к Петру. Все как на подбор матёрые волчищи, мужики хорошо за тридцать, прошедшие не одну войну и сотни схваток. Правда, в большинстве своём на борту судов тяжелее фрегата.

К Михаилу распределили детей боярских, княжичей и прочих, для кого уроном репутации было бы служить «безродному». Мы этот вопрос, конечно, быстро решим, когда начнутся спарринги, но пока пусть будет так. Они образумятся, почувствуют настоящую силу, а потом уже сами в схватках определят своё место.

Роман взял на себя военных, хотя некоторые из других рот тоже рвались к Суворовым, всё же репутация, а теперь и связи с престолом значат многое. Все хотели попасть в первую штурмовую сотню ордена Александра Невского, но многие согласны были и на синицу в руках — на работу и службу с сыном адмирала и его заместителем.

Таран забрал себе остальных, хотя, честно скажем, и военные, и даже многие из дворян хотели попасть к графу Рубежному, герою обороны Минска, Риги и сражения в Берлине. Его даже Фердинанд собирался наградить каким-то титулом, но почему-то об этом я больше ничего не слышал. В общем, к Ивелю шли по зову сердца, а не кошелька или по расчёту.

— Ваше величество, можем мы с вами поговорить? — подошла ко мне Ли Линью. Она, как и остальные гостьи, тоже была здесь и шла отдельной категорией — в пятой роте. В так называемый «класс принцесс» они попали по блату. Нет, они хотели заниматься, даже очень, только вот по характеристикам не подходили совершенно.

— Боюсь, у меня не так много времени, ваше высочество, — вежливо ответил я. — Если вы касательно тренировок, то в обычном формате. Если у вас останутся силы.

— Благодарю и воспользуюсь вашим предложением, но я хотела бы переговорить по поводу Пожирателя. Ваши опасения не подтвердились, в Тихом океане он не замечен, — крайне сдержанно проговорила китаянка, но я держал истинное зрение постоянно активным и легко видел её настоящее настроение по пульсации ауры.

— Это отличные новости, правда. Потому что по снимкам и сведениям разведки американский потоп прекратил попытки пожрать Гренландию. Всё же на севере ему некомфортно, даже со дна Балтики уползает.

— Хотите сказать, что не добивались нашего отвлечения внимания на восточный фронт? — с едва заметной хитрой улыбкой спросила Линью.

— С этим вы и без нашей помощи великолепно справляетесь. Тайвань, Гонконг… посматриваете в сторону Индонезии?

— Мы действуем исключительно мирными методами. По сравнению с вами, европейцами, — продолжила улыбаться Линью, но теперь её аура ушла в обеспокоенность.

— Не стесняйтесь, я же вижу, вы хотели добавить «варваров». Европейских варваров, — улыбнувшись, сказал я, и девушка словно нацепила на лицо маску. — На самом деле, я и сам иногда также считаю, что европейские, якобы цивилизованные страны, ведут себя куда хуже.

— Но вы себя к ним не относите? — ехидно заметила китайская принцесса.

— Мы как минимум Евразия, а как максимум — Азиопа, — вернул я ей улыбку. — У России всегда свой индивидуальный путь. В своих оборонительных войнах мы увеличили территорию в десятки раз. И если придётся, не остановимся.

— Это угроза? — выгнула бровь Линью.

— Нет, конечно, или вы собираетесь на нас нападать? — ещё более удивлённо спросил я, и девушка рассмеялась, прикрыв рот ладошкой. — Нет? Ну вот и славно.

— Хорошо, раз мы разобрались с этим вопросом, я бы хотела попросить вас о реванше. Я сама уже вряд ли смогу оказать вам сопротивление, но бойцы, что были тогда со мной, хотели бы попробовать отыграться за спарринг, — мило улыбаясь, проговорила китаянка. Хотя в её словах так и сквозило, что на самом деле они просто хотят испытать, насколько я ослаб.

— Я только за, думаю, это отличная возможность для тренировок. Но почему же вы просите о подобном лишь у меня? Это будет совершенно неинтересно, — вздохнув, развёл я руками. — Предлагаю сделать всё красиво. По результатам следующей недели подберите десяток бойцов, а я возьму девять прошедших первичный отбор. А потом, если кто-то из ваших бойцов победит, плюс тот, кто должен быть против меня изначально, все вместе выйдут на арену.

— И если победят все девять, вы будете готовы схватиться с десятью? — выгнула бровь Линью.

— Вы же слышали, что я говорил перед бойцами. Больше того, надеюсь, прониклись и сами хотите стать сильнее.

— Увы, я сестре проигрываю, — явно недовольно вздохнула Линью. — С новыми имплантами и препаратами она и быстрее, и сильнее меня. И думаю, даже вас.

— К огромному моему сожалению, мы этого никогда не узнаем. Я не бьюсь с девушками всерьёз. А настоящих характер и сила могут быть проявлены лишь в смертельном поединке.

— Это… думаю, вы правы. И всё же прошу вас организовать это небольшое соревнование, — вернув себе полное самообладание, сказала китаянка и, поклонившись, отошла к собиравшейся пятой роте. Но мне не дали даже выдохнуть, потому что сразу следом за ней подошла Луиза-Тереза Бурбон.

— Ваше императорское величество, — девушка сделала аккуратный и максимально уместный для её военно-спортивной формы книксен.

— Ваше императорское высочество, — чуть поклонился я в ответ. — У вас ко мне какой-то вопрос?

— Да, ваше величество, — несмотря на то что мы общались чуть ли не каждые несколько дней на занятиях, на людях Луиза продолжала обращаться ко мне официально. За время, пока она у нас гостила, ну или находилась в заложниках, прошло уже более года, девушка всё больше расцветала, бюст её увеличивался, губы наливались алым, и, не будь у меня трёх любимых жён, я бы даже, может, соблазнился на предложение о женитьбе. — Я хотела обсудить судьбу предателя, барона Фридриха Бока.

— Насколько я помню, мне сообщали, что он сбежал без следа. Говорили также, что он является безликим, но я в это не верю, — спокойно ответил я, хотя внутри начало копиться раздражение.

— Вы правы, но отец просил передать, что барона видели во Франции при дворе нового монарха, короля Англии, Франции и Испании — Людовика Объединителя, — поправив белоснежные кудри, сказала девушка. — Я просто хочу сказать, что дома никто не забыл покушения на императорскую чету.

— Как здоровье вашего брата? — на всякий случай уточнил я.

— Благодаря вашей помощи он полностью выздоровел, как и матушка. Отец тоже в порядке, — ответила принцесса, чуть склонив голову.

— Искренне рад. Надеюсь, и впредь им ничего не будет угрожать, — улыбнулся я. — Но, если что-то случится, они знают, к кому обратиться за помощью.

— Вы передумали и решили согласиться на брак? — удивлённо спросила Луиза.

— Уверен, вы заслуживаете лучшей доли, чем стать четвёртой женой такого беспокойного императора, как я, — вернув девушке улыбку, ответил я.

— Значит, нет. Жаль… — потупила взгляд Луиза, а затем улыбнулась мне. — Но я благодарна вам за все те уроки, что вы даёте! Это лучшая возможность из того, о чём мне известно. Ни у нас, ни в других странах так одарённых не учат.

— Не упускайте такой возможности, — улыбнулся я девушке, и она, ещё раз поклонившись, тоже ушла к Ольге, которая уже начала гонять остальных по программе развития чакр. Я же, задумавшись, отправился в свой кабинет, из которого сделал три простых запроса по ведомствам.

Два в разведку — есть ли объективное подтверждение нахождения барона Бока при Людовике, и были ли публичные примеры использования резонанса аристократами в Европе. А третий — в министерство образования, чтобы они подготовили сводку по обучению аристократов в других странах, обмен студентами и прочее.

Пусть Луиза и не сказала ничего удивительного, возможно, даже просто проговорилась, но из её слов следовало несколько выводов, которые я хотел подтвердить, прежде чем считать фактами.

После день вновь наполнился постоянными совещаниями, планёрками и бесконечным чтением отчётов. Вначале это тяжело, но весело — это вызов, пока не становится рутиной. Скука тоже проходит. То, что не замечал в первые месяцы, может стать интересным, могут появиться важные детали. А потом приходит осознание, что совещания нужно сокращать и ещё раз сокращать, просто чтобы высвободить людям время для реальной работы.

Но вот в чём беда: как император, если я хотел, мог вмешиваться в любую сферу деятельности и встречаться с самыми важными людьми по этим направлениям. А их много, нет… очень много! И каждый считает именно своё самым важным.

Сельское хозяйство? Безусловно! Климат изменился, чтобы население просто не голодало, необходим и даже критически важно контролировать новые посевы, районы вылова рыб и морских обитателей, темпы забоя скота и направленную селекцию.

Экономика и инфляция? А куда без них? Людям даже еду нужно на что-то покупать, а также одежду, обувь, средства обихода. Не говоря уже о такой роскоши, как автомобили и техника. Уровень потребления полностью отражал удовлетворённость внутри государства и давал рычаги другим сферам.

Промышленность? Да, на все три вопроса. Почему три? Потому что есть лёгкая, тяжёлая и военная, идущая отдельно. Можно ли выделить какую-то особенную? Увы, да. Пока сохраняется угроза вторжения, предпочтение отдавалось именно производству снарядов, новых кораблей и так далее и тому подобное.

Медицина, образование, коммунальное хозяйство, строительство дорог, помощь малому и среднему предпринимательству… Важно было всё!

А в чём моя сильная сторона? Ни в чём из этого! Я духовный практик, который никогда не занимался не то что управлением государством, даже заводом или фирмой не руководил. Так что мне приходилось полностью полагаться на людей, ответственных за это направление. А значит, встречаться с ними, смотреть, врут ли они, и помогать, благословляя на дальнейшую деятельность.

За полгода мне удалось так наладить работу, что я даже ни одного министра не уволил, не говоря уже о посадках. Да, кое-кого пришлось мотивировать на честную работу, после чего в бюджет попадали крупные суммы денег. Другим, наоборот, давать финансовую помощь. На землях Меньшиковых заводы до сих пор работали в ноль, хотя производилось там множество медикаментов и их можно было бы продавать втридорога.

Бюджет… как много в этом слове! Но тут всё просто. Каждый, абсолютно каждый, независимо от возраста, социального положения или политических взглядов, хотел встать у этой кормушки и начать черпать двумя ладонями. А ведь он совсем не резиновый, и хорошо, что удалось компенсировать его просадку продажей искажённых зонами материалов. А, и ещё нефтью с газом.

Вот уж что резко понадобилось всем — так это углеводороды. Я точно знал, что в странах Европы резонансные станции отключились, как и у нас. Почему? Спрос вырос в сто раз за полгода. Ну и ценник тоже подскочил до небес, что для нашего бюджета было очень приятно, а вот для внутреннего рынка не очень. Пришлось даже давать специальные налоговые льготы при продаже внутри империи и ставить налоги на экспорт.

Как бы я ни старался сократить собственную занятость, она оставалась круглосуточной. И единственное, что меня спасало от повторения судьбы вечно задолбанного, уставшего и злого Петра — медитации в любую свободную секунду. Причём не на развитие, а на восстановление тела и циркуляции энергии души.

Сон? Не, не слышал. А высыпался я последний раз года полтора назад.

Но всё это окупалось поступающими отчётами. Количество резко негативных падало каждую неделю, по ним принимались решения или уже показывались результаты. Проблемных становилось всё меньше, а вот положительные сыпались как из рога изобилия. К счастью, Мальвина сумела как-то натравить два ведомства, проверяющих друг на друга. В результате чего мы получали боле достоверные сведения с фото и видео доказательствами. Тактика «подрежь конкурента и получи премию» работала.

— Ваше величество, позволите? — постучав, спросил Леонид, и я показал ему на кресло. — Увидел ваш запрос и решил доложить сам.

— Мы можем с вами встретиться на малом совете, совсем не обязательно искать для этого другие поводы.

— Боюсь, тут вопрос срочный и не очень приятный, — вздохнул Багратион-старший. — Мне только что подтвердили смерть сына Бориса Готтского, так что последней законной наследницей королевства остаётся его дочь.

— Которая живёт у меня во дворце, — вздохнул я. — Европейцы уже заявили о том, что это мы убили государя?

— Сделают это в ближайшее время, а потому я прошу у вас разрешения на общение с принцессой и показ ей соответствующих материалов.

— Только в моём присутствии, — подумав, согласился я, а потом добавил: — и позовём Константина, чтобы он в случае чего подставил девушке плечо.

— Уверены, ваше величество? Я, конечно, очень благодарен за подобное предложение, но всё же он может стать королём-консортом Болгарии.

— Он предаст меня? Мои интересы и интересы России?

— Боюсь, в первую очередь он будет вынужден блюсти интересы своих новых граждан, — покачав головой, сказал Багратион-старший. — Как и любой достойный монарх. Или вы хотите присоединить Болгарию к Российской Империи?

— На мой взгляд, это был бы оптимальный вариант, — пожав плечами, ответил я.

— В таком случае, прежде чем разговаривать с девочкой, стоит поговорить с Мышкиным. Уверен, у него будет, что сказать по этому поводу, — предложил Леонид, и я удивлённо поднял бровь. — Да, вы не ошиблись, я хочу переложить ответственность на кого-то другого, тем более что это не до конца моя компетенция.

— Хорошо, подготовьте всё, переговорите или позовите его на встречу во дворце, а потом доложите о результатах.

— Как прикажете, ваше величество, — сидя поклонился Леонид. — Но извините, это не все плохие новости. Как и сказала вам принцесса Луиза, а скорее слила, барон Бокх был обнаружен при дворе Людовика и Виктории в Париже. Если быть точным, он там представляет часть делегации герцога Саксонского.

— И как это может быть связано, чем вредно для Берлина, что они фактически сливают нам эту информацию?

— Об этом тоже стоит переговорить с Мышкиным, — сказал Леонид, разведя руками.

— Если позволишь, дорогой, — высунувшись из спальни, произнесла Мария, и я кивнул, приглашая девушку присоединиться. — Я невольно услышала, о чём вы говорите. И тут нет никакой загадки: если барон, пытавшийся убить Луизу и нас всех при Саксе, был в обществе Лиги Наций, значит, они играют в том числе против императора Вильгельма. У герцога есть права на трон Германии при пресечении прямой линии наследования.

— В таком случае, возможно, они не сумели договориться с Вильгельмом, потому как он поддержал нас, и решили устранить его и заменить на более послушного монарха, — подумав, кивнул Багратион-старший. — Но без Мышкина мы всё равно не увидим всех подводных камней.

— Хорошо. Организуйте встречу. Не хватало нам ещё лишиться последних союзников в Европе.