Италия

Сентябрь 1995 года

– Ты ведь в курсе, что сказал Ники Лауда несколько недель назад про McLaren…

– Не начинай, Вилли…

– В McLaren и обезьяна может выиграть, – процитировал я. – Так вот я тебя спрашиваю, Михаэль: хочешь ли ты стать преемником обезьяны?

Мы были на озере Комо, погода стояла чудесная, и мы арендовали лодку. Я стоял на носу, Михаэль был на веслах, как в старых костюмированных фильмах, где благородный юноша катает свою любимую в лодке на пруду. Выехав на середину озера, мы убрали весла и вот уже битый час вели горячие споры вокруг McLaren и Ferrari. Я, как всегда, подготовился к разговору тщательнейшим образом: у меня на коленях лежали два исписанных вручную листка A4. На одном было написано McLaren, на другом – Ferrari. Ниже я перечислил тезисы «за» и «против».

Вдалеке в полуденном знойном воздухе дрожала вилла ДʼЭсте. Четыре года назад там все начиналось: после жесткого ночного бодания Эдди Джордан освободил Михаэлю дорогу в Benetton. Остальное кануло в лету.

– Скажи мне, только честно, Михаэль, что ты хочешь получить в McLaren?

Михаэль скрестил руки на груди.

– Ну что за вопрос, Вилли. McLaren – команда победителей! И мы можем исходить из того, что так будет и дальше. И что мы выиграем на их машине. Посмотри на Ferrari! Сколько лет они уже не выигрывали ни в одной гонке. Что мне делать в этой команде лузеров? Они всегда в отстающих.

– Но чего будет стоить твой успех в McLaren, – напирал я. – Ты сядешь в идеальный автомобиль, первым финишируешь. И что? Ты будешь этим гордиться? А я тебе скажу – не будешь. Но представь, ты садишься в Ferrari. Машина – дерьмо, – мы оба это знаем, – но ты из нее сделаешь машину-победительницу. И что тогда? Вот тогда будет повод для гордости! И это будет твой успех.

Конечно, разглагольствуя так, я не был объективным. А кто объективен? Я вполне могу допустить, что такое пресное послевкусие у меня осталось от общения с этим мачо Роном Деннисом. Уже только по причинам личного характера я не мог себе представить Михаэля в «конюшне» Денниса. Кроме того, по образу мыслей я итальянец. Я 20 лет езжу на Ferrari, я живу этим красным мифом. Уже раз – цать я, как верующие в Мекку, устраивал паломничество на завод в Маранелло и на испытательный полигон в Фиорано.

– Правда, Михаэль, нам стоить попробовать с Ferrari.

Михаэль с неохотой помотал головой.

– Но McLaren сделал нам предложение, Вилли! Про Ferrari мы даже не знаем, хотят ли они меня.

– Это можно выяснить, – я заговорщически посмотрел на него. – И я еще скажу тебе кое-что: речь идет сейчас не о деньгах – речь идет о твоем будущем. Давай достанем с неба звездочку. Если ты станешь чемпионом на Ferrari, можешь выкинуть свой паспорт, ведь о тебе узнает весь мир.

Михаэль все еще медлил с ответом, и я решил, что пора надавить.

– Давай так, в течение трех дней мне нужно твое решение. И тогда я поеду либо в Лондон, либо в Париж.

Михаэль посмотрел на меня. Воцарилась тишина. Потом он кивнул:

– Окей, Вилли, если ты так считаешь! Договаривайся с Ferrari.