Ви следовала за Даррусом по подворотням и подвесным мостам, время от времени проходя через освещенные районы города. Никто не обращал на них внимания. Никто не ожидал увидеть кронпринцессу на пути к лечебнице.

Лицо закрывала чумная маска, надетая на лоб, так что бульшая часть лица Ви была и вовсе скрыта.

В конце концов они вышли на единственную дорогу, ведущую прочь из города. Ви видела следы рук Земледела и практически ощущала все еще витавшее в воздухе волшебство. Здесь больше не было домов: без всех этих пристроек в виде жилых помещений, дорожек и балконов – даже деревья казались усохшими. Казалось, что в городе было тихо, но то было ничто по сравнению с тяжелой тишиной первых нескольких шагов по пустоши между окраиной города и лечебницей.

Вскоре стали слышны первые крики больных.

Череда стонов и причитаний то и дело прерывалась пронзительными воплями. Ви плотнее закуталась в накидку и посмотрела на темную тень каменного здания впереди. Деревья вокруг были подстрижены, а луна глядела вниз, словно наблюдая за происходящим, и Ви подняла на нее взгляд.

Складывалось ощущение, за ними следил сам темный бог.

Даррус коснулся маски на ее голове.

– Надевайте прямо сейчас.

– А как же ты? – спросила Ви, сжимая маску.

– Скажу, что потерял свою, а когда войдем внутрь, возьму другую. Но вас могут увидеть до этого. – Он кивнул в сторону входа, и тогда Ви заметила стоявших у дверей стражников. – Необходимо надеть защиту здесь.

Двое других воинов находились впереди в углах здания, а остальные наверняка дежурили в задней части. Высокие, крупные мужчины были вооружены луками, копьями и мечами. Без сомнения, это были лучшие воины Сехры. Никто в здравом уме – если не считать Ви – не вошел бы сюда по доброй воле. Выходит, что охрана стояла здесь не для того, чтобы удержать людей подальше от лечебницы.

Нет… Задача этих воинов – удерживать людей внутри. Тогда оставался лишь единственный способ для всех, за исключением лекарей, покинуть лечебницу – обратиться в пепел.

– Ты уверен? – тихо спросила Ви, все еще держа маску. Ведь войти без защиты было весьма рискованно с его стороны.

– Никто до сих пор не знает, как распространяется болезнь. Вполне может оказаться, что маски вообще не помогают. – Даррус пожал плечами, но Ви знала, что эта храбрость была всего лишь прикрытием. – В ближайшее время я тоже найду себе маску, так что не переживайте.

– Эллин убьет меня, если по моей вине с тобой что-нибудь случится.

– Только вот она ничего не узнает, – пробормотал он. – На рассвете нас тут уже не будет.

Он вышел на лунный свет, и Ви поразилась его храбрости. Ежедневное созерцание доказательств смертности способно кардинально изменить человека. Но разве с ней произошло не тоже самое? Если бы никогда не было тех видений, разве Ви пришла бы сейчас сюда, рискуя и своей, и его жизнью?

Выбросив эти мысли из головы, Ви шагнула на лунный свет и последовала за Даррусом к квадратному зданию из камня.

– Стоять, – делая шаг вперед, велел один из стражников. – Без маски вход воспрещен. – Он остановился и повернул голову к Даррусу, холодный свет луны отразился в стеклянных глазницах маски, скрывавшей взгляд воина. – Не стоит рисковать и даже пытаться подходить так близко без маски.

– Моя маска сломалась, – солгал Даррус. – Мне нужна другая.

– Ясно, – ответил стражник с некоторой долей скептицизма.

– Да ладно тебе, завтра на рассвете у меня двойная смена, и Рому убьет меня, если я опоздаю, – Даррус положил руку на бедро.

– Что случилось?

– Когда снимал маску, она упала и стекла разбились. Не хотелось возиться с этим утром, поэтому пришел сейчас. – Даррус указал на Ви. – Я привел друга, так что мне даже не придется заходить в лечебницу без маски. Она зайдет, возьмет маску для меня и принесет обратно. Годится?

Воин повернулся к Ви, которая смотрела на него сквозь мутные стекла, скрывающие ее глаза. Собственное дыхание обжигало лицо, которое горело, словно в бане, из-за нервозности и плотной ткани маски. К счастью, накидка скрывала быстро вздымающуюся от волнения грудь.

– Ладно, хорошо. – Воин пожал плечами и вернулся на свой пост. – Делай что надо.

Даррус повернулся к ней.

– Принеси мне какую-нибудь более плоскую, я не хочу с клювом, – медленно велел он. – И поищи экземпляр побольше. Подобные хранятся на верхней полке в кладовке справа.

Кладовка справа.

– Плоская, поняла, – пробормотала Ви. Ее голос, искаженный длинным клювом маски и системой внутренних фильтров, теперь звучал совершенно неузнаваемо, так что необходимость в чарах отпала.

Стараясь вести себя так, будто она сотни раз заходила в лечебницу, Ви толкнула тяжелые двери. А когда она прошла в здание, то воины даже не взглянули на нее.

Внутри оказалась просторное помещение, в котором не было абсолютно ничего. Каменные стены и потолок, никаких окон. Только несколько висящих по углам лампочек освещали его, создавая зловещую атмосферу. Перекрытия были настолько толстыми, что сюда не проникали даже звуки воплей, и в комнате царила давящая тишина.

– Справа… – В правой стене было две двери. Сначала Ви подошла к ближайшей. Вероятность успеха пятьдесят на пятьдесят.

Открыв очередную тяжелую дверь, Ви оказалась в комнате, заполненной различными инструментами. На стене слева висели кандалы и цепи. В центре стоял широкий, плоский, подозрительно грязный стол. На полках вдоль стены были выставлены банки со всевозможными частями тела, погруженными в прозрачную жидкость.

Что это за место?

Ви сомневалась, что хочет знать ответ на этот вопрос, и все равно размышляла над ним. На душе было тревожно, но все же любопытство победило, и Ви прошла дальше. Вдоль задней стены висели скальпели и пилы. На столе под ними были разложены различные зловеще поблескивающие инструменты.

Развернувшись, Ви направилась ко второй двери справа, за которой оказалась небольшая комната, похожая на чулан. На висевших вдоль каждой стены полках лежали толстые перчатки, пальто и маски. К счастью, рост Ви позволял без проблем дотянуться до маски и не пришлось карабкаться вверх.

Выйдя оттуда и быстро закрыв за собой двери, Ви вернулась к главному входу.

– Спасибо, – сказал Даррус и шагнул вперед, чтобы взять маску. Не произнеся больше ни слова стоящим у дверей воинам, он последовал за Ви внутрь.

– Что это за комнаты? – спросила Ви, сама не понимая, почему понизила голос до шепота. Вокруг не было ни души, а из-за массивных дверей их не могли услышать охранявшие вход стражники.

– Комната сортировки… В каком-то смысле, – мрачно ответил Даррус. – Мы держим это помещение пустым, чтобы больные не могли использовать вещи во время атаки на нас.

– Они нападают на вас?

– Довольно часто… Или когда обезумели, или когда почти превратились в животных и в них практически не осталось ничего человеческого. – Слушая его, Ви вспомнила безумца, которого увидела во время праздника зимнего солнцестояния и человека в клетке из видений об отце на Меру. – Или… Они все еще в стадии отрицания. Полагаю, некоторые на самом деле хотят бороться за свободу. Заключение здесь для них как смертный приговор, по сути, так и есть. Другие надеются, что при попытке остановить их кто-то из нас совершит ошибку и убьет их.

– И уже кого-то убили? – прошептала Ви.

– Лично я – нет. – Даррус сделал шаг вперед, на ходу указывая в сторону двери. Теперь он действовал как будто механически. Ви не знала, то ли он возвел своего рода стену, за которой скрывалась его мягкая сторона, с которой он показывал себя в обществе Эллин, или же подобная перемена и новая черта характера была продиктована необходимостью. Ей хотелось увидеть его лицо, а маска лишь усиливала странную, пугающую ауру, которая исходила от него.

– Эта дверь, – он указал на ту, через которую она попала в кладовую, – для тех, кто уже мертв или к моменту попадания сюда находится на пороге смерти. Старшие лекари вскрывают их, пытаясь найти первопричину заболевания. – Он указал налево. – Эта для тех, кто все еще находится на ранних стадиях. Впереди – для тех, чья болезнь уже прогрессирует, но до смерти дело не дошло.

– А эта? – спросила Ви, когда он указал на вторую дверь справа.

– Туда могут входить только лекари, – ответил Даррус, когда они прошли в небольшую комнату отдыха.

В комнате стояло два стола, в углу располагалось несколько низких скамеек, а у очага находилось то, что можно было назвать маленькой кухней, хотя Ви с трудом представляла, как в таком месте у кого-то мог появиться аппетит. Два лекаря, лица которых были скрыты масками, повернулись в их сторону и подняли руки в знак приветствия, на что Даррус сделал то же самое в ответ. Больше никак не отреагировав на появление Ви, лекари вернулись к своему тихому разговору.

Идя за Даррусом, Ви прислушивалась, но из-за маски было невозможно разобрать слова. Когда они с Даррусом прошли через заднюю дверь в узкий коридор, никто из лекарей больше не обратил на это никакого внимания.

– Скоро войдем, – оглядываясь через плечо, тихо сказал он. – Приготовьтесь.

Ви не осмелилась спросить, что он имел в виду. С каждым ударом сердце подскакивало к горлу, и страх перед неизвестностью, которая ждала наверху лестницы, усиливался. Там была лестничная площадка, еще одна дверь, а за ней – смерть.

Они оказались на узкой дорожке, слева от которой располагалась каменная решетка, а справа – огромная яма. Именно тогда Ви поняла, как устроена лечебница. Первую треть здания занимали комнаты, о которых говорил Даррус, через которые она проходила прежде. Остальные части представляли собой два стоящих рядом вытянутых прямоугольника. Дальняя часть была скрыта, и Ви предположила, что там другие помещения, предназначенные для тех, у кого болезнь начала только проявляться. У последней части, на которую она сейчас смотрела, отсутствовал потолок, и все пространство было до отказа забито людьми.

Значит, завывания, которые она слышала, исходили именно отсюда.

Ви смотрела, как мужчины и женщины в изодранной одежде, а некоторые и вовсе голые, переходили с места на место. Кто-то выл и плакал. Некоторые их тех, кто еще оставался в сознании, плакали белыми, липкими слезами, которые вытекали из молочного цвета глаз, окруженных выпуклыми красными венами. Ви с ужасом наблюдала, как один мужчина снова и снова бился головой о решетку. Она не понимала, долго ли простояла вот так… Но оказалось достаточно, чтобы мужчина упал в последний раз и больше не поднялся.

– Ви. – Даррус слегка коснулся ее руки, и она повернула к нему голову. В этот момент ей отчаянно хотелось увидеть его лицо… Или лицо любого другого, лишь бы он был не болен. Сейчас Даррус впервые обратился к ней, не упоминая титул принцессы, а Ви даже не заметила этого. На самом деле она не возражала.

Ведь перед лицом смерти титулы теряли всякий смысл.

– Можно ли им как-то помочь? – вяло спросила она и прочистила горло, пытаясь обрести силу и уверенность, но не получалось.

– Стараемся делать все, что в наших силах. Мы не готовы к вспышке такого масштаба… Но, по крайней мере, когда приводим их сюда, они, похоже, не чувствуют боли.

Ви снова взглянула на яму. Лекари делали все, что в их силах, и не могли придумать ничего лучше. Ви понимала, все это ужасно и бесчеловечно, но, кажется, не существовало иного решения. Ее разум опустел, как молочные глаза этих едва живых людей.

– Простите, что расстроил вас, я не хотел.

– Знаю. – Она тяжело сглотнула. – Я не расстроилась. – Это прозвучало как чистая ложь, но Ви не понимала, что это за чувство, ведь она вообще не осознавала, что испытывает на самом деле.

– Я привел вас сюда, чтобы выяснить, найдете ли вы свою родственницу… Если она уже в яме, значит, мы опоздали, – мрачно объяснил он.

«Нужно сделать то, за чем пришла сюда», – мысленно повторяла Ви. Не время отступать. Пытаясь унять дрожь в руках, она сжала кулаки.

– Дай мне проверить. – Ви начала обходить яму, пристально глядя на мужчин и женщин разной степени безумия. К счастью, было полнолуние, и ей удалось разглядеть лица большинства из них. В основном там находились северяне, поэтому так легко было отличить нескольких выходцев с Запада и одного или двух с Востока. Наконец, Ви покачала головой. – Я ее не вижу.

– Тогда, возможно, вам повезло. Если ее здесь нет, значит, она еще не потеряла рассудок. – Даррус направился обратно к двери.

Но Ви притормозила его, схватив за рукав.

– Неужели действительно больше ничего нельзя сделать?

– У вас есть какая-то идея? Потому что лекари ничего не придумали. – Его слова звучали так искренне, словно Даррус был готов принять любое предложение. Но Ви молчала, поэтому он заговорил снова: – Некоторые считают, что милосердие убивает… Но мы лекари и стремимся исцелять, а не убивать. И если есть шанс найти лекарство – шанс спасти хотя бы одного человека, то мы делаем все, чтобы оставить их в живых и дать возможность увидеть следующий рассвет.

Ви кивнула.

– Я понимаю.

– Да?

– Да, – уверенно соврала она. Это пришлось сделать, потому что и так понятно, что Даррус желает услышать. Хотя, если честно, Ви и сама не разобралась, что думает обо всем этом. – Вы делаете все возможное… И я благодарна вам за это. Так что пойдем дальше.

Они вернулись ко входу, затем прошли через комнату и вошли в дверь, которая в первый раз была слева от Ви. Двое лекарей, которых она уже видела сегодня, стояли в углу совершенно новой комнаты и смешивали какую-то мазь. Сквозь фильтры маски Ви почувствовала запах их снадобий. Когда Ви и Даррус вошли в помещение, лекари сразу же подняли на них головы.

– Мы сделаем обход, – объявил Даррус, и лекари кивнули, но он даже не обратил на это внимания и просто повел Ви во второй зал.

До ее ушей долетело эхо тихих стонов. В отличие от гортанных, почти звериных звуков, доносившихся из ямы, эти звуки казались человеческими. Вспомнив слова Дарруса, Ви поняла, что они все еще ощущают боль.

– Идите вперед и посмотрите, – тихо велел Даррус. – Я подежурю у дверей на случай, если те двое что-нибудь заподозрят, и задержу их. Но поторопитесь.

– Спасибо.

Ви быстро шла по коридору, осматривая расположенные по обе стороны камеры. В первых содержалось по несколько человек, которые выглядели относительно нормально. Пусть слабые и вялые, но они хотя бы поднимали головы, когда она проходила мимо. Но по мере ее продвижения в камерах встречалось все меньше людей, а в конце и вовсе осталось по одному человеку, и, судя по всему, это были самые тяжелобольные.

Именно там, почти в самом конце, Ви нашла торговку специями Грендлу.

Сгорбившись, она сидела в дальнем углу, а ее лицо было скрыто под завесой черных волос. Руки она держала по бокам, а ноги вытянула, словно демонстрируя разрушительные последствия болезни. Женщина выглядела вялой и безжизненной, словно кукла.

Ви присела, и Грендла резко подняла голову, словно почувствовав ее присутствие.

– Кто? – медленно прошипела она, но взгляд ее белых глаз не фокусировался, словно Грендла ослепла.

– Наследная принцесса Ви Соларис, – тихо объявила Ви. Даже вздумай женщина рассказать лекарям о том, что к ней с визитом приходила принцесса, они вряд ли ей поверят.

Женщина отвратительно улыбнулась, и края ее пересохших губ растянулись от одной красной вены на щеке до другой. В этот момент Ви непроизвольно вспомнила о шраме в виде полумесяца, который пересекал лицо Таавина.

– Вы пришли, я знала, так и будет.

– Я должна спросить.

– Но вы опоздали… Уже поздно, у меня его нет.

– Вы говорите о ключе?

– Он лежит в повозке вместе с моими вещами. Но он ваш. Ваша судьба ждет вас там, на главном рынке Перекрестка, на пути к трону, который вы покинули, принцесса Си’Дан. – Женщина мотала головой из стороны в сторону, ее рот был приоткрыт.

– Я принцесса Солариса.

– Вы – ее реинкарнация. – Сказанное ей звучало как явный бред из-за болезни. – Оно твое, это место. Главный рынок. Оно твое.

– Как мне найти ключ?

– Слишком поздно, слишком поздно. Он спрятан с остальным. В конце фолианта, где я вела записи. Слишком поздно… – Грендла снова и снова повторяла эти слова, а белая слюна омерзительно стекала по ее подбородку на колени.

– У тебя когда-нибудь были видения обо мне? – рискнула спросить Ви. – Ты ведь была провидицей в Перекрестке, верно? Ты…

– Поздно, уже слишком поздно.

Глядя на женщину, Ви выпрямилась. Скорее всего, ей остался лишь день, и потом она окажется в той страшной яме. Но полученная от нее информация позволяла двигаться вперед.

Теперь необходимо было сосредоточиться на поисках повозки и фолианта.