В этот раз она не потеряла сознание. Резкая боль в голове утихла, но не ушла насовсем. Девушка продолжала сидеть, уткнувшись Максиму в шею, обнимая его, словно одно только это удерживало ее от провала в темноту.

Она успела заметить, что та, другая женщина — ей категорически почему-то не хотелось считать, что они одно целое, — тоже была с распущенными волосами. Они точно так же лежали на ее груди, вились по рукам, а она ходила и ходила по комнате от шкафа к кровати. Лица этой женщины она не видела, потому что словно находилась внутри нее, не знала, каким оно было, и даже представить этого не могла. Но этот голос — злой, недовольный, едкий — до сих пор звучал в ее ушах. У себя такого тона она никогда еще не слышала с тех пор, как перестала что-либо помнить о себе.

Она отстранилась от Максима и посмотрела ему в глаза.

— Что случилось? — обеспокоенно спросил он. — На тебе лица нет… Ты что-то вспомнила?

— Да, — едва кивнула она.

— Что? — Он поменялся в лице, и она через кожу почувствовала его волнение по поводу того, что это воспоминание может быть именно тем, которое изменит все.

— Да… — она запнулась.

Ей не хотелось ему рассказывать того, что она увидела. Не хотелось, чтобы он узнал ее такую. И она пожалела, что не солгала ему.

— Расскажешь?

Она сжала губы, словно боялась, что правда вырвется наружу.

— Послушай, — сказал Максим, — что бы ты ни вспомнила, мы же договорились, что…

— Это… не про него, — перебила она Максима. — Точнее… Я не знаю.

— Ладно, — вздохнул Максим. — Если ты считаешь, что это не имеет значения, то ладно. Я… Мне просто важно было знать, что это никак не отразится… хотя бы на сегодняшнем дне.

— Никак, — ответила она. — Это… это больше про… меня. И я… — Она медлила, не зная, что сказать. — Я просто хочу подумать об этом.

— Хорошо.

Он положил руку ей на шею и мягко приблизил ее лицо к своему лицу, провел большим пальцем по щеке. Собирался что-то еще сказать, но передумал и поцеловал ее.

Той ночью она спала одна. До самого момента, пока не настало время идти в постель, она гадала, как это будет: провести ночь с Максимом, не просто лежа рядом и обнимаясь. Принимала душ и, водя мочалкой по своему телу, представляла, как вечером в постели водить руками по ее телу уже станет Максим. Долго стояла перед зеркалом, расчесывая и без конца поправляя свои длинные волосы. Она уже не вспоминала другую женщину, резким криком из прошлого ворвавшуюся в ее настоящее. Сейчас было важно только здесь и сейчас. Только она и Максим.

Но когда она вышла из душа, он стоял около двери, полностью одетый.

— Что случилось? — удивленно спросила она.

— Вызывают в больницу, — развел он руками. — Что-то срочное.

Поцеловал ее на прощание и уехал, а она с тяжелым вздохом пошла в постель одна, вспомнив по дороге, что так и не дочитала книгу.

А утром проснулась от того, что кто-то гладит рукой ее ноги и целует ее в шею. Она еще не открыла глаза, но, конечно, поняла, что это никто иной, как Максим. Не потому, что в дом не мог забраться кто-то другой, а потому что уже знала его прикосновения, его запах. И она застонала, прижимаясь к нему.

— А я гадал, как быстро ты проснешься, — шепнул он ей на ухо и начал водить по нему языком.

Коленом он осторожно раздвинул ее ноги. Его рука пробралась под ее белье и мягко сжала ее бедро, скользнула ей между ног, и она застонала еще сильнее, подалась ему навстречу всем телом. Ее руки принялись стягивать с него футболку, но он мягко остановил ее и отстранился, садясь у нее в ногах.

— В чем дело? — тяжело дыша, спросила она.

— Ни в чем, — покачал он головой, продолжая водить ладонью по ее голени. — Я просто не хочу торопиться.

— Но… ты же и так все время ходишь без футболки, — насмешливо заметила она, приподнимаясь на локтях.

— И то верно, — засмеялся он, но потом снова стал серьезным: — Я имею в виду, что… я не хочу вот так впопыхах вернуться домой после ночной смены и заниматься сексом. Это не значит, что я не хочу. А значит, что я хочу, чтобы это…

— Было более романтично? — подняв бровь, спросила она, когда он не смог продолжить предложение.

— Ну можно и так сказать, — кивнул он, наклонился, снова принялся целовать ее шею и прошептал: — Но удержаться совсем, когда увидел тебя, не смог.

Она улыбнулась от этих слов и, хоть не сказала этого вслух, но мысленно согласилась с ним, что можно и подождать немного. Совсем немного. Совсем-совсем.

И, конечно, потом Максим заснул. Он положил голову ей на грудь и, хоть ей и стало тяжело дышать, она в этом не призналась и не стала его тревожить. Только гладила его по волосам, водила пальцем по его уху и думала о том, как оно все будет, когда наконец настанет время. Все ее тело горело от нетерпения, и она то и дело закрывала глаза и глубоко вдыхала. Дотянулась до книги и принялась читать, но слова путались, глаза перебегали со строчки на строчку, и она в конце концов отложила книгу и, осторожно переложив голову Максима на подушку, выползла из кровати. Он шумно вдохнул и перевернулся на другой бок. Она с нежностью посмотрела на него и пошла на кухню.

Но и там ей оказалось нечем заняться, и она решила выйти во двор. Подошла к калитке, выглянула за нее, но открыть не решилась. И тут вдруг ее кто-то окликнул. Она обернулась и увидела, что это соседка с того участка, где держали собаку на цепи. Сухая строгая женщина в испачканной землей одежде махала ей рукой, на которой была надета перчатка.

Она нерешительно приблизилась к забору, и соседка тоже подошла ближе.

— А Максим где? — спросила она.

— Максим… спит, — ответила девушка, оглядываясь на дом. — Он работал всю ночь.

— А, — протянула соседка и махнула рукой в сторону своего дома. — А то мой-то ногу растянул. Хотела Максима попросить глянуть, чтобы в больницу не ехать.

Девушка молчала и думала, как бы тихо уйти, но соседка явно не собиралась заканчивать разговор.

— Я вчера огород поливала, вот вода и стекла вся на тропинку. А он вечером до Петровича дойти решил, да не дошел. — Она развела руками. — Поскользнулся и упал. Но поздно уже было, не стали вас вечером беспокоить. А сейчас он спит до сих пор. Уж решила, проспится, да зайду к Максиму. А тут ты.

Девушка снова промолчала, только пожала плечами с сочувствующим выражением лица.

— Давно ты тут? — спросила соседка.

— Да… чуть больше двух недель.

— А раньше не приезжала так, — заметила соседка.

— Ну… да, — растерялась девушка, не горя желанием объяснять, как именно она познакомилась с Максимом и как тут оказалась.

— Ну ладно, пойду я работать. — Соседка стала отступать спиной назад. — Ты Максиму скажи, ладно, чтобы он зашел к нам. Скажешь?

— Скажу, — кивнула ей девушка в ответ.

— Ну и хорошо.

Прищурившись, соседка окинула ее каким-то странным взглядом, развернулась и пошла в теплицу. Собака громко залаяла, когда она проходила мимо будки.

Потоптавшись немного на месте, девушка решила вернуться в дом. Она все-таки взяла в руки книгу, легла рядом со спящим Максимом и, иногда окидывая его тело жадным взглядом и вспоминая его поцелуи этим утром, постепенно втянулась в чтение. И когда через какое-то время она снова посмотрела на Максима, то увидела, что он уже не спит и внимательно смотрит на нее.

— Выспался? — с улыбкой спросила она.

— Не то чтобы, — неуверенно ответил он. — Мне всегда сложно выспаться после бессонной ночи. Сколько лет работаю, а все не привыкну.

— Поспишь еще? — Она заложила страницу пальцем и закрыла книгу.

— Нет… Ты завтракала?

Она мотнула головой. Максим вздохнул, перевернулся на спину и принялся тереть глаза.

— Я ходила на улицу, — сказала она.

— И как там?

— Хорошо. Я видела соседку.

— Какую? — Максим резко сел в постели и настороженно посмотрел на нее.

— Ну… — Девушка захлопала глазами, не понимая, что происходит. — Ту, которая с собакой.

— И? — Максим нахмурился.

— Она сказала, что ее муж упал и растянул ногу. Попросила передать тебе, чтобы ты зашел и посмотрел, а то ей неохота в больницу ехать.

— И все? — все еще не сводя с нее напряженного взгляда, спросил Максим.

— Ну да. — Пожала она плечами. — Начала еще говорить, что я раньше не приезжала, но я не стала ей рассказывать про наше странное знакомство. — Девушка улыбнулась. — А потом она пошла в огород.

Максим отвернулся и спустил ноги с кровати. Она подвинулась к нему и положила руку ему на плечо.

— Все хорошо, Максим?

— Да.

Она видела только его кивающий затылок, но не выражение его лица. И никак не могла понять, что с ним происходит.

— Ты… пойдешь к ней? — спросила она. — Я не очень понимаю, почему ты так занервничал.

— Она… — он запнулся на мгновение. — Она не слишком приятная женщина, понимаешь.

— Мне тоже так показалось. Но ведь если ты хочешь, ты можешь не ходить.

— Тогда она придет сюда.

— А я скажу, что тебя нет дома, — смеясь, проговорила она и встала на колени за его спиной, обняла его за плечи и поцеловала в щеку. — Хочешь?

— Нет! — Он резко замотал головой, высвободился из ее объятий и встал. — Я лучше прямо сейчас схожу, ладно? А потом позавтракаем.

И не дожидаясь ее ответа, буквально выбежал из комнаты. А девушка так и осталась сидеть на коленях, глядя на закрывшуюся дверь в комнату.