— И насколько полно он тебя копирует? — спросил Дорн, с интересом взирая на мою полную копию.

— Без понятия, — честно ответил я. — С подобными тварями раньше мне никогда сталкиваться не приходилось. Слышать слышал, но всегда воспринимал эти россказни как сказки, выдуманные, чтобы попугать покорителей разлома. Видимо, не все сказки являются сказками. Ладно, сейчас я…

— Стоять! — резко приказал Дорн. — Даже не вздумай приближаться к этой твари! Это приказ твоего учителя!

Мозгами я понимал, что передо мной действительно разломная тварь, однако слышать от других подобное обращение в адрес того, кто настолько похож на меня, оказалось неприятно. Что было, на самом деле, довольно забавно. С чего вдруг я решил защищать зеркало?

— И что ты задумал? — спросил я, стараясь не показывать в голосе раздражения.

— То, что и должен задумать любой уважающий себя исследователь, — ответил Дорн. — Стой и не дёргайся.

Дёргаться действительно смысла не было. Как не было шансов у зеркала. Да, оно полностью меня копировало, включая ощущение опасности. От первого удара тёмного мага зеркало умудрилось уйти в самый последний момент. Мало того, в его руках даже Лунарис появился. Копировали меня даже в этом!

Вот только это был не настоящий Лунарис, а его бесполезная копия, не обладающая даже толиком величия шпаги другого мира. Мало того, само зеркало оказалось всего лишь существом одиннадцатого ранга. Оно старательно копировало мой двенадцатый ранг, пыталось давить силой, но разломная тварь была ограничена параметрами места, в котором родилась.

Поэтому шансов у неё против Дорна не было никаких. Тёмный маг лишь хмыкнул, когда его первая атака прошла в пустоту, но затем скорректировал свои действия и тёмными путами превратил мою копию в бесполезный кусок плюющегося во все стороны хаосом мяса. А ещё спустя пару мгновений даже хаос перестал исходить от твари, так как Дорн лишил её сознания.

— Что и требовалось доказать, — заявил древний маг, подтянув зеркало ближе к себе.

Тварь не изменилась, продолжая оставаться Соло Греймодом. Что было весьма странно. Теоретически, лишившись сознания, она должна принять свою натуральную форму. Но не сделала этого, продолжая выглядеть, как… Я? Нет! Как сильнейшее существо этого разлома! Вот, значит, что происходит!

— И что же ты доказал? — спросил я, не поняв, что имеет в виду учитель.

— То, что без Лунарис ты ничего из себя не представляешь! — в голосе Дорна читалось такое облегчение, словно он решил самую тяжёлую задачу этого мира.

— Так это и доказывать не требовалось, — с усмешкой парировал я. — Спросил бы меня напрямую, я бы тебе и так это ответил. Именно Лунарис даровал мне двенадцатый ранг, а не какие-то превозмогания. И что ты собрался с этим делать?

Вопрос мой был вполне объяснимым, так как блокированное зеркало отправилось на платформу к Киринэ и Ру.

— Изучать, — ответил Дорн. — Каким-то образом тварь скопировала не только твой внешний облик и повадки, но также твои способности, включая реплику Лунарис. Хочу понять, каким образом она избежала моего первого удара. Если это действительно предчувствие опасности, значит его можно культивировать.

— Причём не только его, — дополнила Розалин, совершенно иначе начав смотреть на разломную тварь. — Например, можно сделать так, чтобы оно отзеркалило меня. Так мы можем понять принцип работы чтецов.

— Чтецы, предсказатели, пророки, смотрящие и прочие, и прочие, и прочие, — кивнул Дорн. — Так что мы эту тварь оставим для опытов. И поверь, ученик, они ей точно не понравятся.

Меня мало заботили чувства отдельно взятой разломной твари. Меня заботило то, что Дорн будет проводить опыты над существом, которое один в один похоже на меня. Вдруг у него в какой-то миг родится гениальная идея провести опыты над оригиналом? Зачем размениваться на альтернативу?

Хотя, возможно я не прав и опасаться нужно не Дорна, а моих девочек. Ибо то, как они смотрят на пленённую тварь, вызывает вопросы. Причём большие.

Путешествие на восьмой этаж едва меня не убило. Да, вот прямо так. Не желая смотреть на кровожадные лица девушек, я взлетел и отправился дальше, прекрасно понимая, что давать тварям отдых нельзя, но стоило подлететь ближе к проходу, как меня в буквальном смысле выключило. Перед глазами появилась чёрная пелена и очнулся я уже на камнях. Повезло, что летел невысоко. Повезло, что не было острых камней. Повезло, что я всегда ношу на себе заклинание защиты. В общем, много в чём мне повезло, только не в том, чтобы попасть на восьмой этаж.

— И что это было, ученик? — спросил Дорн. Древний маг вообще был первым, кого я увидел, открыв глаза.

— Выключился, — признался я без каких-либо попыток оправдаться. — Причём настолько быстро, что сам ничего не понял. Минуту.

Я взлетел в воздух так, как лежал. Звучит жутко, но по факту просто в горизонтальном положении, хотя предпочитал летать в вертикальном. И в таком виде двинулся ко входу на восьмой этаж. Однако, стоило мне пересечь какую-то черту, глаза закрылись сами собой и очнулся я на камнях. Причём, судя по нахмурившемуся лицу Дорна, очнулся я не в том месте, в котором упал. Девушкам пришлось меня вытаскивать магией.

— Поясняй, — потребовал Дорн.

— Полная отключка, — рассказал я, усаживаясь. — Примерно тоже, что было на нижних этажах. Но тогда ощущения были сопоставимы с простой усталостью, сейчас же тело просто отключается. И ничего поделать с этим у меня не получается. Я это не контролирую.

— Ученицы, разберитесь, — тут же приказал Дорн.

Девушки переглянулись, мысленно обсудив приказ, но подчинились. Вперёд отправились Жасмин и Хелен. Причём если Жасмин летела, то Хелен передвигалась пешком. Чтобы сразу проверить, как невидимая аура действует на всех уровнях.

— Ощущаем давление, — произнесла Натали, описывая ощущения подруг. — Перераспределяем нагрузку. Распределяем ещё больше. Ещё. Ещё.

На большее Натали не хватило — она рухнула на камни, отключившись. Следом за ней рухнули и остальные девушки. Причём двое из них где-то там, впереди. Пришлось подходить к ставшей уже понятной черте и вытаскивать Жасмин и Хелен магией воздуха, аккуратно подняв их над камнями.

— Описывайте, — приказал Дорн, как только мне удалось растолкать девушек. Причём пробуждаться они не хотели, цепляясь за сон всем, чем только могли.

— Я не понимаю, — честно ответила Жасмин. — Движения энергий я не видела, но прекрасно ощущала давление. Это что-то вроде ауры, только не магической природы.

Не магической природы?

Все посмотрели на меня, словно я был экспертом по типам энергий. Если это не магия, то, вполне вероятно, стихия? Что было вряд ли — твари одиннадцатого ранга остановились в своём развитии. Если бы здесь была стихия, то они бы продолжили развиваться, превратившись в непобедимую силу.

Но ведь как-то они одиннадцатый ранг-то взяли? Это было уже интересно, но к нашей текущей проблеме не относилось. Потому что стихией здесь тоже не пахло. Не магия, не стихия. Что тогда?

— А это может быть аура живой твари? — спросил я. — Если у обычных творений разлома аура желает уничтожить, то у этой — подавить разум. Заставить заснуть, чтобы другие твари прикончили наглецов.

— Аура приближается, — неожиданно заявила Розалин.

Пока мы обсуждали проблему, неуёмная Натали продолжала изучать невидимое препятствие. И, собственно, она и заметила, что аура, ещё несколько минут находящаяся на одном уровне, теперь стала на несколько шагов ближе к нам. А потом ещё и ещё. Словно кто-то, кто её формировал, медленно двигался в нашу сторону, неторопливо подминая под себя всё пространство.

— Это что-то на этом этаже или следующем? — спросил я, посмотрев на Дорна.

Древний маг активировал поисковое заклинание, после чего уверенно заявил:

— Кроме нас на этом этаже никого нет, — в словах Дорна была привычная уверенность. — Аура идёт с восьмого этажа.

— То есть она пробивает между этажами? — нахмурился я. — Разве это не противоречит природе разломов?

— А ты ещё не понял, ученик, очевидной вещи? — бровь Дорна взлетела вверх. — В радужном разломе нет привычной всем природы разломов. Всё, что здесь происходит, для людей в новинку. Нельзя использовать стандартные подходы к покорению этого разлома!

Нельзя использовать стандарты?

Вроде как обычная мотивационная фраза навела меня на интересную мысль. Я посмотрел на Розалин и на поёжилась, умудрившись считать в моих чувствах что-то дикое. Сейчас-то я для неё закрыт, но вот такие явные мысли скрывать не получится.

— Что задумал? — прямо спросила Розалин.

— Зная проблему, как долго вы можете продержаться под действием ауры? — спросил я.

— Нужно тестировать, — ответила Розалин. — Было бы хорошо, если бы ты сразу описал, что задумал.

— Мне нужно проверить, действует ли аура на человека без сознания, — пояснил я. — Нужно усыпить Милену и отправить её внутрь этой ауры. Если вы не уснёте, то аура на спящих людей не действует.

— И как нам это поможет? — спросил Дорн, одним движением руки обездвижив Милену. Мгновением спустя девушка уже спала, попав под действие какого-то древнего заклинания.

— Вначале тест, — ответил я, бережно поднимая Жасмин над камнями и затаскивая её внутрь ауры. Сам же я внимательно следил за тем, как чувствуют себя девушки. Никаких изменений.

— Натали и Хелен тоже усыпляй, — приказал я, ощущая какую-то внутреннюю правильность. Прежде чем тестировать дальше, нужно больше спящих девушек.

Парой минут спустя внутри ауры лежало три девушки, сладко спящих под действием какого-то древнего заклинания.

— Жасмин, войди в ауру, — приказал я. — Начинаем второй тест. Вивьен, иди вместе с ней. Розалин, ты остаёшься с нами и рассказываешь о всех ощущениях.

Я понятия не имел, что делал, но ощущал, что делаю всё правильно. Уже не было сомнений, что снотворная аура формируется какой-то тварью разлома. Будем принимать сей факт как нечто неоспоримое. Аура воздействует на разум, полностью его погашая и заставляя человека спать. Сейчас я доказал, что на спящего человека аура не действует. Нельзя заставить человека спать ещё больше. Поэтому, собственно, через Милену аура не стала воздействовать на других девочек.

Но тут возникает следующий вопрос — как аура будет действовать на девушек, у которых единое сознание и часть из которых уже спит? Теоретически, сознание нельзя погасить больше, чем оно уже погашено. Ведь половина девушек находится в состоянии сна. Значит, вторая половина не должна ощущать вообще ничего! Запутанно, конечно, но это вполне рабочий вариант!

Жасмин подлетела к невидимой черте, за мгновение замялась, вспоминая угасающее сознание, после чего резко влетела в зону действия таинственного существа. Вивьен не отставала от подруги ни на шаг, двигаясь, как и было сказано, по земле.

— Ничего, — тут же заявила Розалин. — Давление есть, как есть и желание спать, но мы держимся. Хотя нет, глаза начинают закрываться.

— Розалин тоже отправляй в сон, — приказал я. Дорн, что удивительно, подчинился мгновенно. Розалин, возможно, хотела возмутиться, но не успела. Против учителя она ничего сделать не могла.

Конечно, можно было оставить девушку рядом с нами, но мне почему-то показалось правильным отправить её к трём другим спящим. Чтобы сразу четыре тела находилось в зоне действия ауры.

— Так легче! — прокричала Жасмин. — Может, ещё и Вивьен спать отправить? Тогда я точно не усну!

— Работайте вдвоём! — прокричал я в ответ. — Задача проста — добраться до прохода на восьмой этаж, найти существо, которое всех усыпляет и уничтожить его! Вперёд! Аура разлома никуда не девалась и скоро вас начнёт корёжить!

За всей этой суетой я совершенно забыл про ауру. Она по-прежнему активно давила на девушек, заставляя их страдать. Вот только новая технология адаптации, когда сразу четверо составляющих единого разума находятся в отключке, практически полностью устранила неприятные последствия для Жасмин и Вивьен.

Кстати, а почему я выбрал именно эту парочку, а, скажем, не Хелен и Розалин? Ведь Хелен специализировалась на устранении живых существ, а магия Розалин была самой сильной среди всей шестёрки.

Ответить на этот вопрос я прямо не мог. Потому что так подсказали мне ощущения. Жасмин нужна для того, чтобы управлять потоками энергии, когда окажется рядом с тварью. То, что её будут защищать — факт неоспоримый. Вивьен нужна… потому что она маг тьмы, специализирующийся на проклятиях. Собственно, это и ответ. Сходу убить тварей у двух девушек, кем бы они ни были, не получится. Но ослабить всех так, чтобы к месту битвы подтянулись мы с Дорном — это вполне возможно.

Вивьен тоже взлетела и вскоре они с Жасмин пропали в проходе на восьмой этаж.

— Интересный у тебя подход к решению проблем, — произнёс Дорн, причём в его голосе звучало уважение.

— Учусь у лучших, — ответил я. — Ты же поступил бы точно так же.

— Поступил, — кивнул Дорн. — Ты же понимаешь, что подобное объединение сознаний не является нормой? Я сто лет тестировал «Истину», раз за разом добавляя в неё всё новых людей. И ни разу не было такого идеального симбиоза. Они словно созданы для того, чтобы быть едиными. Никаких внутренних конфликтов, никаких лишних мыслей, никаких противоречий. При том, что это взрослые самодостаточные девушки с собственными независимыми сознаниями. До текущего момента я воспринимал их как разных людей, объединённых артефактом в одно целое. Но это не так. Это единый разум, распределённый на несколько тел. Практически тоже самое, но совершенно иное. Что, ничего не скажешь?

Последний вопрос Дорн задал после долгой паузы. Видимо, ожидал от меня какой-то реакции на его слова. Я-то прекрасно понимал, что имел в виду древний маг. Увидев новую «игрушку», он начнёт её тестировать, проверяя в тех, или иных условиях. Раньше я бы обязательно бы вмешался, требуя уважения к девушкам и почтительного отношения. Однако сейчас пришло осознание, что у Дорна есть полное право тестировать моих невест так, как ему вздумается. И ограничивать его в этом я не могу. Потому что это будет неправильным. Учитель делает со своими учениками всё, что ему вздумается. В рамках приличия, конечно же.

Последние фразы я произнёс вслух, заставив Дорна хмыкнуть. Древний маг подошёл к черте, за которой начиналась сонная аура, после чего удивлённо обернулся в мою сторону.

— И что тебя здесь остановило, ученик? — спросил он. — Ради чего был весь этот спектакль с моими спящими ученицами?

Аура на него не действовала. В качестве подтверждения Дорн подошёл к четвёрке спящих девушек, обернулся в мою сторону и даже руки развёл в стороны, характерным жестом спрашивая, а где, собственно, проблема?

И это было, если честно, неприятно. Я тут, значит, изгаляюсь, изобретаю какой-то способ уничтожения, а древний маг спокойно ходит внутри подавляющей сознание ауры. Или никакой ауры уже нет?

Последняя мысль была настолько неожиданной, что я использовал телепортацию, очутившись рядом с Дорном. Тело привычно сжалось, готовясь уснуть, вот только сон не шёл. Ауры больше не было!

— Сработало! — ошарашенно произнёс я. — Моя идея сработала! Жасмин и Вивьен…

— Учитель, у нас получилось! — послышался радостный визг, после чего из прохода на восьмой этаж появились заляпанные с ног до головы во что-то чёрное девушки. — Мы уничтожили эту тварь! Ауры больше нет! Можете подниматься! На восьмом этаже была только эта тварь! И разбудите остальных! Нужно вам всё рассказать! Это было круто!

Сбиваясь и путаясь в показаниях, девушки пересказали бой с огромной тварью. Она походила на гигантский камень, медленно двигающийся на сотне коротеньких ножек. Никаких защитников у твари не было — её аура действовала не только на живых существ, но и на самих разломных тварей. По сути, восьмой этаж был своеобразной пробкой, пройти которую никто не может. Ни твари с верхних этажей, ни поднимающиеся существа с нижних.

— Как же разломные твари притащили на шестой этаж свою армию? — спросила проснувшаяся Розалин. Я бы сказал, недовольная Розалин. Принцессу совершенно не радовало то, что сделал с ней древний маг.

— Порождения разлома создали красные порталы, через которые притащили основные силы, — пояснил я. — Восьмой этаж, впрочем, как и седьмой с зеркалом, никто не использовал. Если защитники мира начинали подниматься по этажам, не тратя время на полную зачистку, порождения разлома открывали порталы на нижних этажах, атакуя защитников со спины. Если же чистились все твари, то порталы создать уже не получается. В таком случае активируется протокол защиты. Вначале блокируется этаж и строятся башни. Не получается так — защитники мира сталкиваются с зеркалом или подавляющей тварью. Возможно, что восьмой этаж не единственный в этом роде. Возможно, девятый тоже выглядит как какая-то крепость. Да и десятый тоже. Вот на одиннадцатом будет уже интересней. Но для начала нужно туда добраться. Выдвигаемся!

— Хорошая работа, — произнёс Дорн, как только мы попали на восьмой этаж радужного разлома. — Пожалуй, лучшая из всего, что вы делали на текущий момент.

Похвала древнего мага дорогого стоила. Причём не только для девочек, но и для меня. Да что там — меня буквально распирала гордость от того, что сумели сделать Жасмин и Вивьен! Ведь в большинстве своём именно я был тем человеком, который обучил их магии!

Восьмой этаж оказался по размерам ещё меньше, чем седьмой. И большую его часть занимала туша гигантской твари, теперь уже гарантированно мёртвой. Проклятия Вивьен сделали своё дело, превратив непобедимое чудище в беспомощный кусок живого мяса, а добила тварь уже Жасмин. Дырки, созданные хаосом, не узнал бы только слепой. Да и то, поднеси его к пробоинам в туше, он бы определённо начал говорить, что пахнет чем-то серым. Ибо хаос в исполнении Жасмин был идеальным. Во всяком случае для человека, пользующегося магией.

— Ученик, почему мы ещё смотрим на это безобразие? — Дорн решил покомандовать. — Или тебе не нужна энергия? Раствори тварь. Я не хочу пробираться через неё боком.

Я даже ухмылку подавлять не стал, выдвинувшись вперёд. Древний маг крайне ревностно относился к чужой силе и чужим приказам. Так-то он уже выполняет то, что я скажу, не задавая лишних вопросов и даже не споря, но при каждом удобном моменте обязательно что-то вытворяет. Например, вот такое.

Причём не могу сказать, что мне бесполезна сила, которую дарует уничтоженная тварь. Да, в развитие она не пойдёт, но Лунарис с удовольствием её поглотит, чтобы использовать в будущем в каком-то правильном моменте. То, что этот момент настанет, никто не сомневался. Радужный разлом умеет удивлять. Это уже свершившийся факт.

Дождавшись, пока Натали зарисует разломную тварь, я выпустил на волю хаос, поглощая огромную тушу. Отныне восьмой этаж радужного разлома официально считался закрытым. Впереди, если верить логике, оставалось всего три этажа, но логике в этом месте верить было опасно. Здесь запросто может быть как три, так и тридцать три этажа.

— На подстраховке, — произнёс я, выдвигаясь дальше.

Судя по вспыхнувшим краской лицам девушек, им было приятно. Потому что это первый раз, когда я официально признал их силу. Обычно я шёл на этаж в гордом одиночестве, показывая преимущество ощущений неприятностей перед всеми другими способностями. Вот только знакомство с очередным творением Пожирателя миров показало, что ошибаются все. Ибо даже моё ощущение опасности ничего не говорило. Меня ведь не собирались убивать — только усыпить. В этом нет ничего опасного. Тварь с восьмого этажа выбраться не могла, дети Уга с высших этажей тоже не смогли бы пройти, так что это был бы долгий, но спокойный сон.

Так что теперь только с подстраховкой. Дважды повторять ошибки мне не хочется.

Девушки держались чуть поодаль, так что на девятый этаж я вылетел первым. Где и остановился, поражённый увиденным. Кажется, у меня на глазах даже слёзы появились, но гарантировать этого я не могу. Ибо то, что я увидел, отозвалось у меня в душе тягучей болью.

— Соло, что-то случилось? — послышался обеспокоенный голос Розалин. Видимо, я открылся, раз девушка смогла меня прочитать. — Это ещё что такое? Соло, это нормально?

— Как сказал учитель — в этом разломе нет ничего нормального, — ответила Жасмин, становясь рядом со мной. — Соло, это же то, о чём я думаю?

— Не знаю, о чём ты думаешь, но это боевая академия клана Хаоса, — кивнул я, глядя на раскинувшуюся передо мной картину.

Девятый этаж радужного разлома был на несколько порядков больше восьмого и седьмого вместе взятых, и в центре этого этажа находилось то, что исчезло из нашего мира шестьдесят лет тому назад. Окутанный защитными сферами неприступный замок, являющийся точной копией места, в котором я провёл всю свою прошлую жизнь.

— Я считала, что мы встретим это место раньше, — задумалась Жасмин. — Ведь мою корону вытащили из этого места?

— Её вытащили из разлома десятого ранга, — поправил я. — Причём в первые несколько лет, когда о радужном разломе никто не думал. Но в целом ты права — боевая академия находилась куда ниже, чем сейчас. Кажется, на первом или втором этажах. Дальше маги хаоса просто пройти не могли. Даже интересно, как академия переместилась так высоко.

— Это всё, что тебя сейчас волнует? — спросила Розалин. — Или ты главного не видишь?

— Почему же, вижу, — ответил я. — Не каждый день разломные твари стоят на стенах боевой академии, готовясь отражать атаку, словно настоящие бойцы. Обычно твари сразу бегут вперёд, желая сожрать обычных существ.

— Да нет же! — воскликнула Розалин. — Портал, Соло! В центре боевой академии клана Хаоса находится активный красный портал и из него выходят разломные твари! И это не обычный портал, который ты создавал кристаллами десятого ранга! Это проход в мир Уга! Мы дошли до финальной точки этого разлома! Но почему здесь только девять этажей?

— Потому что остальные находятся на другой стороне портала, ученица, — ответил за меня Дорн. — Вот теперь происходящее стало интересно даже мне. Ученицы, сейчас у вас будет ответственное задание. Нужно научить меня пользоваться заклинаниями в условиях действия чёрных камней. Потому что стены боевой академии клана Хаоса, как я понимаю, отныне созданы из этого неприятного материала. И времени у нас практически нет. Мне нужно научиться этому ещё вчера. Приступайте! Что мне нужно делать?