6 января 997 г. от ВР.

…Полноценно сосредоточиться на экспериментах так и не получилось. Из-за докладов матушки в «Паутинку» о звонках Анциферова, вынужденных выключений «глушилки» и разговоров с генералом. Тем не менее, за полтора часа мучений мы убедились в правильности выводов Наташи и выяснили, что цвет портала зависит от объема силы, влитой в тот самый фрагмент плетения. Но «раскрасить» свои так и не смогли. Хотя нет, не так: «зеркала» диаметром от трех до двенадцати сантиметров создавали и красными, и оранжевыми, и желтыми, и светло-зелеными. А с тринадцатого и далее количество доступных цветов постепенно уменьшалось, а насыщенность «сияния» стремительно падала. В результате порталы диаметром в двадцать три сантиметра получались только светло-розовыми, а более крупные — обычными.

Тем не менее, то, что подобная маскировка в принципе возможна, радовало до безобразия. Поэтому, услышав в гарнитуре не очередной доклад, а точное время и требование закругляться, я спокойно прервал процесс, назвал расстроенную напарницу умничкой, снова вырубил «глушилку» и умотал в туалет. Через четверть часа «сдался» дамам, уже готовым к выезду, позволил им внести последние штрихи в мой «светлый образ», отобрал у Наташи куртку и три шубки, дал команду выдвигаться и первым вышел из гостиной. А еще минут через пять-семь, загрузившись в «Гром», набрал Григория Денисовича и сообщил, что мы начинаем.

— А вы пунктуальны… — подколол он и, тем самым, заставил вспомнить информацию, слитую хакеру через Марию Тарасовну:

«Хозяин с хозяйками уедут в „Сибарит“ в девятнадцать тридцать, а вернутся не раньше полуночи. Так что если уберемся и приготовим поздний ужин часа за полтора-два, то в двадцать ноль-ноль оставим особнячок на Антипа с Тимофеем, ляжем спать и, наконец, нормально отдохнем…»

— Угу… — буркнул я и плавно тронул внедорожник с места. — Обещания надо выполнять. Даже те, которые даются врагам…

— Вы не в духе? — напрягся генерал. Пришлось успокаивать:

— Да нет, мы в порядке. Просто все никак не выброшу из головы мысли о беглом нунции и о том, что он, скорее всего, не уймется…

Не солгал ни в одном слове. Но злился не на этого уродца, а на государя, его аналитиков и Григория Денисовича, судя по всему, затеявших очередную проверку моих возможностей, «на всякий случай» приславших фотографию нунция и, тем самым, лишивших нас возможности прибить эту паскуду через портал.

— Мы его ищем… — заявил мой собеседник и расстроенно вздохнул: — .. но получили все основания считать, что он просочился сквозь оцепление благодаря наличию магической невидимости. И теперь допускаем, что она имеется и у агентуры, отправленной им по вашу душу.

— И… когда вы получили эту информацию? — спросил я.

— Только что. Иначе сообщил бы раньше… — ответил он и поделился еще парой несущественных выводов аналитиков, изучивших видеозаписи штурма нунциатуры. Потом подключил нас к оперативному каналу «Ведунов», сказал, что видит «Гром» на картинках с уличных камер СКД и с военного спутника, пожелал удачи и отключился. А мы продолжили работать: я чуть-чуть опустил боковые стекла, свернул с Лесной на Поточную и надавил на акселератор, а мои дамы накрыли внедорожник взаимно усиленным воздушным куполом и слегка ускорили восприятие.

Следующие двадцать семь минут я управлял автомобилем, вдумывался в то, что слышал в оперативном канале «Ведунов» и изредка корректировал свои планы, а матушка, Наташа и Аня пребывали в полной боевой готовности. Не расслабились и после того, как мы въехали в подземный гараж ресторана «Сибарит» и припарковались — выбрались из салона по очереди, так, чтобы не потерять купол, перетянули его на нас и основательно ужали. Поэтому в лифт, «заряженный» десятью килограммами синтетической взрывчатки, зашли «на расслабоне» и «спокойно» ткнули в сенсор первого этажа. Да, нервничали. Но — в меру. Так как получили стопроцентные гарантии того, что это СВУ не взорвется.

Сапер «Ведунов», наведавшийся в шахту лифта сразу после коллег из солнечной Италии, ел свой хлеб не зря — «подарок» действительно не рванул. Так что мы вышли в здоровенный холл, навелись на стойку администратора, поздоровались с «вымученно улыбавшейся» девушкой лет, эдак, тридцати, назвались и были препровождены к уютному столику на застекленной веранде.

Пока изучали меню и делали заказ, закрывались одними покровами. Потом сделали вид, что любуемся огнями небоскребов деловой части города, теряющихся в низкой облачности, и снова подняли купол. А после доклада хакера «Ведунов», сообщившего о «замене» официанта, я добавил к Воздуху своих дам еще две «невидимые» стихии — «Танковую» и Пространство, мама и Аня взяли под контроль атмосферный воздух и воду, а Наташа сформировала щит перед панорамным окном, то есть, на директрисе стрельбы вражеского снайпера, и задала тему для беседы:

— Никогда не думала, что в этом районе Белоярска есть отдельно стоящие здания с мини-парками…

— Ну да, в этом районе квадратный метр земли стоит безумных денег… — подтвердила моя родительница и усмехнулась: — Но застраивать его начали всего лет пятнадцать тому назад. А Кропоткины получили этот надел еще в прошлом веке, сеть ресторанов «Сибарит» открыли в сороковых годах этого и успели обзавестись такой солидной клиентурой, что о налогах даже не задумываются. Кстати, во время последнего ремонта хозяева «отрезали» почти половину общего зала и две трети этой веранды, благодаря чему удвоили количество отдельных кабинетов. Увы, их бронируют недели за полторы-две, поэтому-то нас сюда и посадили. А жаль: кабинеты тут уютные…

…Уже-не-спящий агент Ватикана, почившего в бозе, оказался наглым до невозможности: заменив собой настоящего официанта, собственноручно приготовил «комплимент от шеф-повара», уронил на каждую тарталетку по две капли какой-то дряни, отравил ею все напитки, которые мы заказали, и, до кучи, нанес это же вещество на краешки тонкостенных хрустальных бокалов. «Персонал кухни», «дико запуганный» его напарниками, наблюдал за процессом и бледнел на глазах, но не дергался. Ибо чувствовал плотность покровов «пришлых» и понимал, что эти личности не шутят. Да, бывало, поглядывал на здоровенный бак, в который «захватчики» побросали всю экспроприированную электронику, и, вероятнее всего, страдал, но толку от этого, конечно же, не было. Так что «официант» выдвинулся в нашу сторону тогда, когда счел нужным, пересек общий зал, возник на пороге веранды, заулыбался, подошел к нам и толкнул коротенькую, но очень красивую речь на идеальном русском.

Я ответил тем же. В смысле, с интересом оглядел свою порцию амюс-буша, принюхался, заявил, что комплимент выглядит аппетитно, и… ударил. Вернее, иммобилизировал агента «слоеным» коконом в тот самый момент, когда координатор операции дал команду начинать. Следующие несколько мгновений слушал лаконичные доклады остальных групп, усиленных моими людьми, и раскладывал по отдельным полочкам памяти фразу за фразой.

Первая и вторая преисполнили гордости за личный состав смены Романа Александровича Комлева: он и его благоверная нейтрализовали снайпера с какой-то монструозной бандурой, страховавшего «официанта», а Глотовы поломали самого опасного из двух агентов, «терроризировавших» подставных сотрудников «Сибарита» — того, который держал в заложниках «бухгалтера» и нескольких «официанток». Третья заставила поморщиться: группа из восьми «Ведунов», пытавшаяся взять взрывника, умудрилась зевнуть примитивную механическую растяжку и, конечно же, потеряла темп. Поэтому паскуду, прервавшего процесс минирования нашего «Грома» и в темпе накрывшегося невидимостью, «спеленали» Яшины. А четвертая взбесила — вояки, вроде как, обложившие хакера и наотрез отказавшиеся от помощи моих магов, нарвались на продвинутые аналоги светошумовых гранат, на пару мгновений выпали из реальности и упустили еще одного «невидимку»!

Да, весь квартал со зданием, из которого работал этот тип, был надежно перекрыт, но я очень сильно сомневался в том, что его отловят. Впрочем, орать в оперативный канал, конечно же, не стал — заставил себя успокоиться, поймал ненавидящий взгляд своего пленника и недобро усмехнулся:

— У вас была возможность уйти в тину, узнав об уничтожении Ватикана. Но вы привыкли считать себя неуловимыми. А зря: через несколько мгновений сюда подойдут высококлассные специалисты по экстренному потрошению и заставят почувствовать всю глубину этого заблуждения. Впрочем, первый шаг к состоянию абсолютной беспомощности вы сделаете с нашей помощью. А-а-ань, Ната-а-аш…

Целительница неспешно поднялась со своего кресла, достала из дамской сумочки колбу с акупунктурными иглами, и подошла к тушке, болтавшейся в воздухе. Пока выбирала иглу, моя напарница, вырастившая на правом кулаке тычковый нож, деловито убрала с «операционного поля» ненужное тряпье — благо, в коконе вовремя «протаяло» отверстие аккурат напротив солнечного сплетения пока-еще-Одаренного. Поэтому «инструмент», способный лишить Дара, скользнул к ядру без задержек. А потом я шарахнул разрядом нужной мощности, убедился в том, что энергетическая система лже-официанта начала сереть, покосился на «Ведунов», нарисовавшихся на веранде, и продолжил объяснения:

— Все, вы превратились в простеца. И поймали магический паралич. Так что не сможете ни сбежать, ни покончить жизнь самоубийством…

В этот момент самопроизвольно активировавшаяся эмпатия позволила поймать отголоски эмоций итальянца и рассмешила. Само собой, рассмеялся я про себя. Но надежды дурачка развеял качественнее некуда:

— Что еще? Ах, да: мы в курсе, что вы отравили тарталетки, напитки и бокалы, соответственно, не отравимся и не умрем. А еще не взорвемся. Ни в лифте, ни в трофейном внедорожнике. В общем, страдайте комплексно: мы вас переиграли…

Не успел я закончить последнее предложение, как в оперативном канале «Паутинки» раздался голос Антипа Назаровича:

— Олег Леонидович, мы взяли двоих итальяшек — специалиста по тихому устранению объектов и его напарника. Первый уже заговорил и признался, что собирался перепрограммировать систему кондиционирования этого особняка. Ну, а второму не до разговоров — он имел глупость атаковать чем-то вроде акустического удара… за миг до «облачения» в мой кокон. Так что заработал тяжелейшую контузию и все еще пребывает без сознания. Наши действия?

…Глава рода Кропоткиных, кряжистый и мощный дед лет пятидесяти пяти-шестидесяти, нарисовался в общем зале собственного заведения через считанные минуты после завершения операции. Ломиться к нам, как ни странно, не стал: огляделся по сторонам, убедился в том, что помещение не пострадало, удовлетворенно кивнул, дождался появления Анциферова и с достоинством пожал руку, протянутую в знак благодарности за помощь государству. К этому моменту я успел передать «официанта» рядовым «Ведунам», поэтому помог своим дамам встать из-за стола, довел их до этой парочки, пережил взаимные представления и обратился к ресторатору:

— Ярослав Федорович, большое спасибо за то, что позволили взять этих тварей в своем заведении…

Аристократ пожал плечами:

— Не за что: я, как и вы, патриот. Поэтому сделал то, что должно. Кстати, будь я лет на тридцать помоложе, с удовольствием поучаствовал бы в процессе. Благо, служил Родине отнюдь не в кремлевских коридорах и ушел в отставку в чине подполковника. И пусть в то время не представлял специфики работы против Магов, во всем остальном разбираюсь. Причем достаточно неплохо.

— Ярослав Федорович скромничает… — без тени улыбки сообщил генерал. — Он служил в контрразведке. Причем «на земле». Поэтому-то я именно к нему и обратился.

Я уважительно поклонился, почувствовал в эмоциях Кропоткина что-то вроде ностальгии, оглядел его с головы до ног, оценил плотность покрова и мысленно хмыкнул: да, последний тянул всего уровень на шестьдесят третий, но, судя по тонусу кожи и особенностям пластики, в этого «деда» вкладывался очень неплохой целитель. А значит, его «вторая молодость» была не за горами.

Сделать следующий напрашивавшийся вывод не успел. Из-за того, что заговорил Григорий Денисович и заставил меня подобраться:

— Олег Леонидович, как ни обидно в этом признаваться, но хакер ушел. По вине моих людей, переоценивших свои силы. И пусть семеро из восьмерых агентов задержаны и гарантированно запоют, но самый опасный член группы все еще остается на свободе…

Пока он каялся, приносил официальные извинения и рассказывал, какие меры будут приняты для розыска этой личности, я терзал новообретенный Дар эмпатии и радовался. Чему? Тому, что Анциферов действительно чувствовал себя виноватым и извинялся отнюдь не для красного словца. Вот я и ответил так, как требовала душа:

— Я на вас не в обиде: да, один из агентов все-таки ушел. Но планы редко выдерживают столкновения с реальностью. А этот позволил убрать с доски большую часть фигур. Кроме того, информация, которую вы выбьете из этой семерки, наверняка усложнит жизнь не только хакеру, но и беглому нунцию. И последнее: моей крови жаждет не только агентура Римской Католической церкви. Поэтому расслабляться я и не планировал…

— Толковая отповедь… — предельно серьезно заявил Кропоткин и удивил:

— Впрочем, иной я и не ждал: по словам митрополита Симеона, с которым я дружу не один десяток лет, вы — личность незаурядная и чрезвычайно жесткая.

Закончив хвалить меня, он переключился на мою родительницу и наших напарниц. При этом говорил именно то, что думал, и не льстил. А после того, как закончил, заявил, что рад личному знакомству, дал понять, что нам будут рады в любом из его ресторанов, и предложил нормально поужинать. «Эдак через полчасика-час» — то есть, после того как подставные клиенты покинут кабинеты, а на кухню вернется настоящий персонал. Но я отказался:

— Я тоже рад знакомству и в любой другой день с удовольствием принял бы ваше предложение, но сегодня, увы, не смогу — моя война еще не закончена, а значит, нам пора возвращаться в поместье и готовиться к ее продолжению.

Он понимающе кивнул, прислал мне электронную визитку с номером телефона, попрощался и ушел «заниматься своими делами», чтобы дать нам возможность переговорить с Анциферовым.

Переговорили, принципиально решив пяток мелких вопросов. Потом он пожал мне руку, дал понять, что наберет «чуть попозже», поклонился моим дамам и отправился терроризировать подчиненных. Ну, а мы спустились в гараж, загрузились в «Гром», уже избавленный от СВУ, вырулили в город и покатили к Левобережью. Из оперативного канала «Ведунов» не выходили до тех пор, пока не въехали в свой гараж. Зато там поблагодарили координатора операции за присмотр, отключились, припарковались, «построили» своих и вылетели домой. На «Исети», стоявшей рядом с особнячком.

Первые минуты три полета я убил на перечисление «боевых». А после того, как разобрался с этим делом, опустил спинку кресла, лег, закрыл глаза и попытался расслабиться. Ага, так мне это и удалось — заскучавшая матушка спросила у Жаровых, насколько глубока, по их мнению, пропасть между ними и магами «Ведунов», и мгновенно проснувшееся любопытство заставило меня превратиться в слух.

— К сожалению, уже не очень… — вздохнул Антип Назарович и объяснил, почему: — Большая часть парней, которых подтянули к особнячку, ощущалась уверенными седьмыми рангами, а четверо самых опытных взяли восьмой. Да, мы уходим в более глубокое ускорение, но нынешняя разница в радиусах областей контроля — чуть более тринадцати метров. Да, мы все еще бьем мощнее и чуть быстрее «собираем» взаимно усиленные плетения, но «Ведунов» намного больше, чем нас. Да, мы в разы опытнее. Но только в работе против зверья. А в противостояниях с людьми проседаем ровно наполовину — за счет супруг, которые не служили и не воевали. В общем, если мы не найдем новый способ усиления, то к концу января потеряем и оставшееся преимущество.

— Не потеряем… — уверенно заявил я, поймав за хвост очередную идейку. И дал волю врожденной вредности: — Но новую экстремальную методику усиления я опишу завтра или послезавтра. Так что ждите и фантазируйте сами…