10 января 997 г. от ВР.

…В приемную Белосельского мы вошли без двух минут час и оказались в перекрестии взглядов двух десятков напыщенных дворян, дожидавшихся аудиенции. Меня не узнал ни один. Поэтому первой реакцией «сильных мира сего» на наше появление стало недоумение. А когда они заметили Волкову и сообразили, что она следует за каким-то мальчишкой и считает нормальным свое подчиненное положение, удивились. Впрочем, на ноги поднялись. И даже поздоровались. С нею. А через пару мгновений потеряли дар речи от реакции секретаря Императора — он вышел из-за своего стола, склонил голову в знак приветствия МНЕ и нанес страдальцам удар милосердия:

— Добрый день, Олег Леонидович, дамы. Государь уже освободился. Следуйте за мной.

Возмущение аристократов можно было черпать ложками.

Но мне было не до них. Поэтому я проигнорировал и недовольные сопения, и злые шепотки, и ненавидящие взгляды. А Наташа из вредности «задавила» весь Воздух при первой же попытке особо любопытных оценить плотность наших покровов. И… создала «избыточное давление». Дабы снять сразу все вопросы.

Я мысленно усмехнулся, двинулся следом за «провожатым» и шаге на третьем услышал чей-то тихий возглас:

— Да это же Беклемишев! Тот самый…

«Угу…» — весело подумал я и забыл об этой публике. Так как поймал взгляд главы государства, восседавшего за рабочим столом, и переключился в рабочий режим. Как оказалось, рановато — Белосельский поздоровался, но ни разу не официально, сделал моим спутницам по персональному комплименту, предложил усаживаться поудобнее, отпустил секретаря и отправил погулять всех телохранителей, кроме самого доверенного. А после их исчезновения за фальшь-панелью добродушно объяснил последнее распоряжение:

— «Задавить» стихии в вашем присутствии они бы все равно не смогли, так что пусть хоть немного отдохнут.

Слегка расслабился и сам — расстегнул ворот кителя, подвигал плечами и сел поудобнее. А потом уставился на Волкову и криво усмехнулся:

— Откровенно говоря, скажи мне кто-нибудь еще сегодня утром, что вы согласитесь поучаствовать в усилении Дара моего наследника, назвал бы эту личность наивным прожектером. Поэтому звонок Олега Леонидовича выбил меня из колеи и заставил пообщаться с аналитиками. Они тоже удивились, ибо прекрасно знают, как вы на самом деле относитесь к «основному инстинкту аристократа» — неустанному стремлению к власти — и даже собрали коллекцию ваших изречений по этому поводу. Да, я понимаю, что люди иногда меняются, но непоколебимо уверен в том, что вы остались той же личностью, которая когда-то отказалась выходить замуж за наследника престола и не сломалась под давлением родни. Вот и хочу понять мотив вашего решения. Пойдете мне навстречу… хотя бы в этот раз?

Тут мне стало не по себе, ибо государь поднял очень уж личный вопрос. А Волкова спокойно пожала плечами и… перешла на «ты»:

— Вить, люди действительно меняются. К примеру, ты-сегодняшний и ты из нашего общего прошлого — два абсолютно разных человека. И если бы в то время моей руки попросил парень, живущий чаяниями страны и подданных отца, то я бы ответила согласием. А так зауважала тебя только на втором году твоего правления — сразу после того, как ты поставил на колени Румынский Комплот, вырезал заговорщиков, пытавшихся тебя свергнуть во время войны, и заставил охамевшее промышленное лобби работать не на свой карман, а на государство. Ну, а сейчас считаю лучшим правителем Российской Империи за все время ее существования. Вот и подставляю плечо без далеко идущих планов или, не приведи Господь, сокращения дистанции. Впрочем, во главе угла решения сунуться в змеиное кубло дворцовых интриг лежит уважение к Олегу Леонидовичу, которому я обязана по гроб жизни. В общем, я намерена воздать добром за добро, защитив двоюродную сестру, смею надеяться, доброго друга от властолюбивых тварей из окружения твоего сына. Благо, уже умею ломать чужие планы и отвечать ударом на удар.

Белосельский потер подбородок и продолжил удивлять:

— В то время я бы смертельно обиделся и затаил зло. А сейчас жалею, что включил «глушилку», соответственно, не смогу показать Станиславу запись этой беседы. Впрочем, он перестал слышать неудобные аргументы и пока не умеет учиться на чужих ошибках…

После этих слов он сделал паузу, собрался с мыслями и перевел взгляд на Державину:

— … поэтому предлагаю перейти к обсуждению условий, на которых вы согласитесь помочь моему сыну освоить магию, устраивающие вас коридоры возможностей и кое-какие нюансы тренировочного процесса…

…Цесаревич вошел в кабинет отца ровно в четырнадцать тридцать через боковую дверь, вежливо пожелал ему хорошего дня, величественно повернул голову чуть правее, наткнулся взглядом на меня, узнал, торопливо вгляделся в лица моих спутниц, поздоровался еще раз и превратился в слух в ожидании взаимных представлений. И они не заставили себя ждать:

— Станислав, имею честь представить тебе боярина Олега Леонидовича Беклемишева — самого сильного мага Российской Империи, кавалера восьми боевых орденов и, что самое главное, личность, которой мы, Белосельские, обязаны очень и очень многим…

Наташу представил практически в том же ключе, только подчеркнул, что она посвятила жизнь служению мне и моему роду. Знакомя отпрыска с Яниной Павловной, заявил, что считает ее одной из достойнейших дворянок Империи. А потом переключился на мою родственницу и… загрузил меня:

— Ну, а на боевых заслугах Дарьи Константиновны Державиной — сестры Олега Леонидовича — я хочу остановиться особо: эта девушка заслужила самое большое количество благодарственных писем от СКАИЗ — четыре. Поэтому я пожаловал ее орденом «За заслуги перед Отечеством» четвертой степени и статусом боевого мага первой категории. Кстати, соответствующие указы уже опубликованы, а награждение я проведу прямо сейчас…

Провел. Камерно, но все равно торжественно. А потом вывел девчонку из состояния шока немудреной шуткой:

— Дарья Константиновна, по-хорошему, стоило бы наградить и вашего питомца, но этот прецедент сведет с ума всех моих подданных. Поэтому готов компенсировать Милашке моральный ущерб небольшим контейнером с особо вкусными лакомствами. Что скажете?

— Раз «особо вкусными», значит, компенсация за моральный ущерб будет принята с благодарностью… — отшутилась сестренка и запоздало исправилась: — Служу Империи, Ваше Императорское Величество.

— Вы — как и ваш брат — человек дела… — мягко улыбнулся самодержец, опустился в кресло, разрешил сесть нам, подождал, пока мы выполним этот завуалированный приказ, и уставился на наследника: — Информация не для распространения: большая часть методик инициации и усиления Одаренных, используемых нами, была создана на основе наработок Олега Леонидовича и членов его семьи. Он же поделился со мной идеей, позволившей разработать тот самый комплекс направленной инициации, пребывание в котором одарило тебя комплектом стихий Мечты. Ну, а о том, что любой маг из Усть-Ангарской ветви рода Беклемишевых на голову сильнее любых других магов, ты знаешь и так…

Цесаревич подтверждающе кивнул. Но в его эмоциях появилась первая неприятная эмоция — раздражение.

Я мысленно хмыкнул и вслушался в следующий блок объяснений:

— Увы, эта ветвь рода Беклемишевых очень немногочисленна, защищает от иномирных вторжений слишком уж большую территорию и помогает нам решать проблемы типа прошлогоднего захвата заложников в Боксоне группой высокоранговых китайских магов или уничтожения разумных медведей под Норильском. Так что у меня нет морального права просить Олега Леонидовича помочь еще и с правильной раскачкой твоего Дара. Тем не менее, полагаться на дворцовых недо-магов я не хочу. Поэтому попросил об одолжении Янину Павловну и Дарью Константиновну — они наработали реальный боевой опыт и чувство локтя под руководством лучших практиков планеты, благодаря чему уверенно справляются с любым иномирным зверьем шестого-седьмого класса опасности…

Белосельский-младший удивился и позавидовал. Обеим. Если верить моей эмпатии, то в меру. Однако его отец нахмурился и добавил в голос стали:

— Повторю еще раз: Янина Павловна и Дарья Константиновна уверенно справляются с иномирным зверьем седьмого класса опасности ВДВОЕМ. Да и по одиночке сильнее любого из наших телохранителей.

Не знаю, что именно не понравилось в этом уточнении Цесаревичу, но он картинно выгнул бровь и задал встречный вопрос:

— И тут, конечно же, должно прозвучать пресловутое «но…», верно?

— Верно, Ваше Императорское Высочество… — спокойно подтвердила Волкова и нанесла ответный удар: — Но мы не видим смысла тратить время, которое можно посвятить личному усилению, на возню с теми, кому за глаза хватает имеющихся рангов.

Свое мнение высказала и Даша.

Причем в том же язвительном ключе:

— Одаренных, мечтающих о Великих Победах, но не отрывающих задниц от диванов, миллионы. Но эту серость я не уважаю. Зато горжусь знакомством с Ниной Петровной Пришвиной, четырнадцатилетней девушкой из рода моего брата, запросто приручающей даже взрослых тираннозавров. И изо всех сил тянусь за самим Олегом. Чтобы не стать серостью в его глазах…

— То есть, вы считаете серостью и меня⁈ — гневно воскликнул Цесаревич, почувствовал чудовищное давление «моего» Воздуха, как-то уж очень быстро сообразил, что ни государь, ни его телохранитель возмущаться не собираются, и заткнулся. Поэтому ответ Державиной прозвучал в благословенной тишине:

— Пока нет. Так как знаю, что вы инициировались всего пару дней тому назад, чувствую ваш нынешний уровень и понимаю, что он взят благодаря пусть и кривым, но тренировкам. Но, в то же самое время, я в курсе, что Ирина Семеновна Глотова — еще одна четырнадцатилетняя девчонка из рода моего брата — вчера вечером поднялась на девятый уровень, а сегодня наверняка возьмет второй ранг. Хотя инициировалась шестого января. Делайте выводы, Ваше Императорское Высочество. В смысле, решайте, как и под чьим началом вы хотите развивать Дар. А мы с Яниной Павловной, пожалуй, вернемся к порталу, открывшемуся на бульваре Алых Зорь, завалим еще десяток-другой динозавриков и возьмем как минимум по уровню…

…Валить динозавров «наставниц», естественно, не отпустили — Виктор Константинович пригласил нас отобедать с его семьей, я согласился, и дамам «стало не до отъезда». Кстати, спектакль, распланированный аналитиками Императора, продолжился и во время трапезы: государь, его супруга, Янина Павловна и Даша отыгрывали свои мини-роли и потихонечку загоняли юного упрямца в требуемый коридор возможностей, а мы с Наташей изображали то тяжелую артиллерию, то статистов. И к третьей перемене блюд натолкнули Белосельского-младшего на «крамольную» мысль.

К этому моменту он пребывал в серьезнейшем раздрае, поэтому задал «безумный» вопрос чуть ли не раньше, чем разобрался в своих ощущениях:

— Олег Леонидович, а почему от вас веет равнодушием? Вам что, все равно, соглашусь я усиливаться под руководством Янины Павловны и Дарьи Константиновны, или нет⁈

Я поставил на стол бокал с соком и вздохнул:

— Ваше Императорское Высочество, как ни обидно это признавать, но вы до сих пор не поняли сути происходящего…

— Тогда, может, объясните сами? Да так, чтобы я, наконец, прозрел? — раздраженно предложил он.

— Извольте… — холодно усмехнулся я и начал впечатывать в его сознание фразу за фразой: — Янина Павловна и моя сестренка — объективно лучшие наставники по развитию Дара и практическому применению магии, которых можно найти тут, во Владимире. Поэтому-то ваш батюшка и попросил их ОБ ОДОЛЖЕНИИ. А вы почему-то решили, что вас УГОВАРИВАЮТ. И уже практически отбили у них всякое желание с вами возиться. Кстати, если эти особы упрутся, то переубедить их станет физически невозможно…

— Слав, это не преувеличение… — заявил государь. И продолжил, почувствовав, что сын не поверил: — Лет двадцать пять тому назад Янина Павловна категорически отказалась выйти за меня замуж. И, как видишь, не вышла. Хотя давили на нее серьезнее некуда.

Станислав Викторович изумленно посмотрел на матушку и потерял дар речи от аргументов «пожестче»:

— Сынок, мы с твоим отцом стали неплохими магами только благодаря тому, что уговорили Олега Леонидовича нас тренировать и на каждом занятии выкладывались до предела. Скажу больше: мы гордимся не только тем, что тренируемся у этого юноши, но и тем, что заслужили уважение членов его рода. Поэтому, прилетая в усадьбу Беклемишевых, забываем о своем статусе и наслаждаемся жизнью без двойного дна. И еще несколько штрихов к картине настоящего: твой отец отменил заседание Императорского Совета в первый раз за последние шесть лет; Олег Леонидович, Наталья Георгиевна, Янина Павловна и Дарья Константиновна привычно обращаются к нам по имени-отчеству; Саша, в принципе не умеющий расслабляться во время дежурства, смотрит в окно…

Тут парня, наконец, проняло:

— Я действительно не понимал сути происходящего. Зато теперь, прозрев с вашей же помощью, прошу прощения за проявленное скудоумие, прошусь в ученики и даю слово, что не разочарую.

Судя по тому, что я чувствовал эмпатией, говорил именно то, что думал. Поэтому я едва заметно шевельнул ресницами, и Волкова с Державиной почти одновременно склонили головы в знак согласия. А после того, как Цесаревич облегченно выдохнул и осторожно улыбнулся, тезисно объяснили, как будет выглядеть их наставничество в реальности, предупредили, что первое занятие проведут после обеда, и спокойно переключились на уничтожение десерта. Императрице, внимательно вслушивавшейся в их утверждения, полегчало. А ее супруг, не сомневавшийся в том, что их сына удастся переупрямить, съехал на тему поинтереснее:

— Олег Леонидович, незадолго до вашего прилета в Кремль мне позвонил Григорий Денисович и сообщил сразу три чертовски интересные новости: по его словам, ваши родичи разобрались в структуре заклинания, обнаруженного в рукоятке трофейного тесака, научились заряжать встроенный накопитель и нащупали общий принцип создания подобных артефактов. Поэтому передали «Ведунам» не только сам ножик, но и подробное описание результатов уже проведенных экспериментов. Так вот, я благодарю вас за очередную помощь Империи и обещаю воздать добром за добро.

— Воздадим… — уточнила государыня и хищно оскалилась: — Я даже знаю, как именно!

— И как же? — полюбопытствовал ее супруг, а сын и мы вчетвером затаили дыхание.

— Если мне не изменяет память, то не сегодня завтра Анастасии Юрьевне пришлют проект коттеджного поселка, который планируется строить в форте Восточный. Я видела наброски, в восторге и хочу поучаствовать. Финансами. Что скажешь?

— С дальним прицелом? — ехидно поинтересовался я, отрешенно отметил, что в эмоциях Цесаревича появилось охренение от такой «простоты общения», и вслушался в ответ развеселившейся женщины:

— Ну да: как только ваши родичи переберутся в новый поселок, я смогу уговорить вашу матушку выделить один из гостевых коттеджей нам с Витей и обставлю Самую Большую Спальню на Свой Вкус!

— У-у-у, это не лечится… — притворно вздохнул Виктор Константинович, получил локтем в покров над проекцией печени и капитулировал: — Ладно-ладно, лечится. В смысле, раз решила, значит, убеждай Анастасию Юрьевну и Олега Леонидовича пойти тебе навстре— .. Ха! Олег Леонидович, вчера днем мне прислали на редкость интересный отчет из научно-исследовательского центра питания и биотехнологий: ученые закончили изучение тех иномирных фруктов, овощей и ягод, которые вырастили ваши Природницы, и подтвердили абсолютную безопасность всех четырнадцати видов «образцов». Увы, вчера мне было не до них. Да и сегодня день выдался напряженным. Но желание попробовать все до единого никуда не делось. Так что я выкатываю вам ультиматум: делитесь, пока не поздно.

Он развлекался. Поэтому я ответил тем же:

— Я подумаю. Сегодня вечером. Сразу после того, как лично оценю вкус каждой вкусняшки и оценю размеры их стратегических запасов, имеющихся в наличии…