ГЛАВА 36

ЭММИ

Половина моего пива разлетелась в стороны, когда я вскочила на ноги и закричала вместе с двадцатью тысячами других фанатов «Кельтов» на стадионе. Келлан забил на последних секундах игры, принеся нам победу со счетом 1:0 — это была единственная шайба, прошедшая мимо вратаря.

Хантер забрал у меня из руки пластиковый стакан, пока я продолжала прыгать на месте, чувствуя, как по телу разливается облегчение. Игра была напряженной, ни одна из сторон не уступала ни дюйма, было столько драк и удалений. Половина игроков обеих команд провела значительное время на скамейке штрафников.

Трибуны вибрировали, пока мы, одетые в бирюзовое, золотое и белое, перекрикивали стадион, а парни делали круги почета по льду. «Гончие» съезжали со льда, понурив головы, с лицами, искаженными от усталости. «Волки» тоже были измотаны и побиты, но победа влила в них новый заряд адреналина.

Келлан врезался в стекло, откинув шлем назад, с широченной улыбкой на лице. Одна его рука прижалась к стеклу, а другая согнула палец в манящем жесте. Ноги сами понесли меня вперед, прежде чем мозг успел среагировать, а Хантер и Слэйд следовали за мной по пятам вниз по лестнице.

Я остановилась прямо перед Келланом, положив свою ладонь на его, нас разделяло лишь стекло.

— Ты видела, как я забил, красотка? — спросил он, его взгляд стал напряженным, и я утонула в его темнеющей синеве. — Это было для тебя.

Я одарила его дерзкой ухмылкой.

— Конечно, я видела, как ты забил, Золотой. И позволь сказать, после такой победы это не единственный раз, когда ты сегодня забьешь.

Черт, как банально, но было приятно переживать эти милые маленькие моменты.

Келлан откинул голову назад и громко взревел от восторга, а когда он снова встретился со мной взглядом, жар в его глазах заставил меня захотеть перепрыгнуть через барьер и броситься в его объятия.

Его тренер крикнул, чтобы он уходил со льда, но Келлан даже не отвернулся от меня.

— У тебя пресса, — с рычанием добавил тренер.

Келлан надул нижнюю губу.

— Мне пора, Крошка, но позже мы отпразднуем. Готовься, потому что я тебя кое-куда приглашаю. Нам есть за что быть благодарными.

Хантер постучал по стеклу, на мгновение отвлекая внимание Келлана.

— Куда ты ее ведешь?

— В «Луксурию», конечно, — без колебаний ответил тот. — Это наше место, безопасное, и там лучшая коллекция виски в Голден-Кло. Очевидно же.

В животе вспыхнул огонек предвкушения. У меня никогда не было вечера непринужденного веселья с друзьями или возлюбленными. Самое близкое — это ночи, когда я работала в «Луксурии», а Келлан и Кристиан составляли мне компанию. Но сегодня мне не нужно было уходить или обслуживать кого-то.

Может, я даже потанцую со своей парой. Еще одно «впервые».

— Мы тоже там будем, — сказал Хантер, — так что планируй соответственно.

Я покачала головой, поражаясь, насколько серьезно мои новые телохранители относятся к своей работе. Полагаю, на то были веские причины.

Слэйд шумно выдохнул, окутав нас своим сладким, дымным ароматом.

— У меня патруль сегодня днем и вечером, но я смогу быть около полуночи.

Хантер кивнул.

— Ты сейчас уходишь?

— Да. Я обращусь и полечу, чтобы сэкономить время. — Он окинул меня своим обычно непроницаемым взглядом. — Я буду кружить над вами, пока ты и Хантер не сядете в машину. Не нарывайся на неприятности, Снежок. Я буду за тобой присматривать.

Приятно знать, что он не собирается терять свою сталкерскую хватку.

— Я в курсе.

Между нами проскользнуло очередное невысказанное понимание, но он так и не упомянул свою стену со сталкерскими фотографиями, а я все еще не придумала, как его расколоть. Казалось, это может быть невыполнимой задачей.

Слэйд оставил нас, когда тренер крикнул еще раз:

— Джексон, я, блядь, повторять не буду. Убирай свою задницу со льда.

Стадион к этому моменту почти опустел, и, послав мне на прощание воздушный поцелуй, Келлан неохотно ушел.

— Увидимся через пару часов. Оденься сексуально, — крикнул он, съезжая со льда и бросая на меня через плечо взгляд грустного щенка.

Хантер нахмурился, что заставило Келлана смеяться всю оставшуюся дорогу до раздевалки.

— Вы двое меня в могилу сведете.

Я легонько стукнула его по огромному бицепсу.

— Да ладно, не можем же мы быть хуже Ворчуна и страшного кровожадного оборотня, который будет за нами наблюдать, — я понизила голос, очень плохо пародируя рычащего дракона.

Хантер пожал плечами, словно это было спорным утверждением, что забавляло меня всю дорогу до парковки, где моя прекрасная машина стояла нетронутой на нашем зарезервированном месте. Не было никакой логической причины, почему я уже чувствовала ее своей, но вот так оно и было. Я подняла взгляд, чтобы увидеть, смогу ли я заметить Слэйда, но небо было затянуто слишком низкими облаками, и не было и следа огромного чешуйчатого зверя.

— Хочешь снова повести? — спросил Хантер, возвращая мое внимание на землю.

Я была благодарна, что он предоставил мне выбор, хотя обычно он просто брал все в свои руки, но поняла, что не против, если машину поведет он. Его беспокойство из-за того, что мы находимся здесь, на открытом пространстве, было очевидным; вернув ему немного контроля, я помогу ему восстановить равновесие.

— Я не против побыть принцессой на пассажирском.

Хантер открыл для меня дверь, и когда я забиралась внутрь, он положил руку мне на задницу, подсаживая. У меня перехватило дыхание, в основном от удивления. Альфы понимали, что я способна делать все это сама, но все равно хотели мне помочь.

Это было странно. Я не до конца понимала, что они получают от того, что облегчают мне жизнь, но солгала бы, если бы сказала, что мне не нравится, как заботливо они со мной обращаются.

Заботу как афродизиак совершенно недооценивают.

Не поймите меня неправильно, мне очень нравятся традиционные прелюдии, но настоящее соблазнение начинается задолго до спальни. И эти альфы были в этом экспертами.

Несмотря на толпу оборотней, пытающихся покинуть парковку стадиона, Хантер выехал меньше чем за пятнадцать минут — умелый и спокойный за рулем, невзирая на кучу водителей вокруг, которые явно искали смерти.

— Ты терпеливее, чем я ожидала, — сказала я, поймав себя на том, что разглядываю его профиль. — Возможно, это было несправедливое ожидание, но, считая тебя властным альфой, я была готова к массе требований и ярости, если что-то пойдет не по-твоему.

Вместо этого я получила терпеливого охотника, расчетливого и умного в своих действиях.

Он встретился со мной взглядом, и к этому моменту я уже перестала беспокоиться, что он врежется в столб.

— В детстве у тебя были не лучшие примеры альф, — сказал он, и тьма в его глазах, казалось, пронзила меня. — Неудивительно, что ты ожидала, что мы окажемся чудовищами.

В его словах не было лжи, но я все равно была разочарована в себе за то, что так сурово осудила их еще до нашей встречи.

— Я понимаю, что по большей части я была для вас обузой. — Правда вырвалась сама собой, пока я погружалась в подогретое сиденье, и усталость тянула меня вниз. — Что вы делаете все, чтобы я ни в чем не нуждалась и ни о чем не просила, лишь бы я осталась и стала частью вашего квинтета. Я это понимаю, но все равно благодарна за вашу поддержку. С нашей первой встречи было очевидно, что ты обычно не идешь на компромиссы, но ради меня пошел. Ты совсем не похож на стаю моей мамы или на тех альф, которых я ожидала встретить, и мне следовало раньше сказать, как я это ценю.

Глаза Хантера снова были устремлены на дорогу, и я заметила, как он мертвой хваткой вцепился в руль.

— Ты не обуза, Эмми. — Его слова прозвучали отрывисто, и я поспешила объясниться.

— Я просто имела в виду, что, возможно, я была не первым вашим выбором. То есть, у вас могла бы быть сильная альфа, как Сиссили, вместо травмированной омеги, которая боролась с вами с самого первого знакомства. Вы не обязаны были быть такими добрыми и щедрыми, тратя на меня свое время, деньги и внимание, и… мне жаль, как я вела себя при нашей первой встрече. Это был чистый инстинкт самосохранения, и меня гложет мысль, что я могла ранить вас всех своими действиями.

Хантер резко ударил по тормозам, и машина замерла посреди улицы. Сзади засигналили, но ему было плевать. Он глубоко дышал, его руки сжимали руль так, словно он пытался его задушить. Только не повреди мою новую малышку.

— Я скажу это один раз, Эммелин Андерс, — тихо пробормотал он с тем первобытным оттенком в голосе, который говорил мне, что он ближе, чем кажется, к тому, чтобы уступить своему волку. — И только один раз. Ты для меня не обуза. Больше нет.

Мое сердце начало исполнять олимпийскую акробатическую программу в груди, пока я ждала, что он продолжит.

— Сначала, пока я не узнал тебя по-настоящему, ты была долгом перед нашей стаей, но теперь… теперь ты для меня так же необходима, как чертов воздух, которым я дышу. Теперь… я не могу представить свою жизнь без тебя. Ты ворвалась в мою жизнь, как солнечная вспышка, и все, что раньше было тусклым, засияло. В мире нет другого оборотня, включая Сиссили, которого я хотел бы или предпочел бы тебе. По правде говоря, для меня их даже не существует. Я вижу только тебя.

Наконец отпустив руль, он повернулся, и меня пронзил взгляд пылающих золотых глаз; сущность его альфа-волка захватила моего собственного зверя.

— Прости, — прошептала я, ошеломленная и размышляющая, могу ли я наконец позволить себе влюбиться в этого альфу. Позволить своим чувствам к нему вырваться на свободу из того плена, где я их так крепко держала.

Хантер покачал головой.

— Не извиняйся. Я понимаю, почему ты пришла к такому выводу. Наш путь к этому моменту не был гладким, и ты большую часть жизни чувствовала себя обузой в собственном доме. Но мне нужно, чтобы ты поняла, Эмми: я бы выбрал тебя в любой ситуации. В любой жизни. Богиня точно знала, что делала, приводя тебя в мою жизнь. Ты — моя идеальная пара и вторая половинка моей души.

Когда Хантер Ривз изливал мне душу, я разлетелась на осколки, словно хрупкий бокал, сброшенный с горы.

— Я бы тоже выбрала тебя, — с силой произнесла я сквозь слезы, которых даже не заметила. — Если бы у меня когда-нибудь была свобода пожелать себе стаю, я бы выбирала эту в каждой своей жизни.

Хантер прижался к моим губам в настойчивом, но нежном поцелуе. Этот альфа никогда не проявлял покорности, но рядом с ним мне нравилось принимать свою более женственную энергию, позволяя ему брать все под контроль и зная, что могу ему в этом доверять.

Я застонала, и позади нас снова просигналила машина. Хантер отстранился.

— Мы скрепим нашу связь, — пообещал он, оставляя на моих губах последний поцелуй. — Но правила не изменились. Ты будешь умолять меня об этом, и это случится до твоего дня рождения.

— Так он же дней через восемь, — выдавила я. Его улыбка была поистине дьявольской.

— Я знаю, маленькая омега. Знаю.

Снова раздался гудок, и Хантер без всякой спешки снова поехал. Мне потребовалась целая вечность, чтобы взять себя в руки, но этот самоуверенный альфа тут же все испортил: он обхватил правой рукой мое бедро, обтянутое джинсами, и показал мне свою метку собственника.

Для простого смертного оборотня это было слишком. Слишком много и в то же время недостаточно.

— Знаешь, ты можешь рассказать нам, почему ты все время была в бегах, — внезапно произнес Хантер. Тишина в машине окутала нас, и его слова прозвучали еще громче. — В твоем прошлом нет ничего, что могло бы оттолкнуть нас от тебя. Ничего. Как стая, мы будем сражаться в любых битвах, и будет гораздо проще, если мы будем действовать сообща. Мы знаем, что это связано со смертью твоей матери и той чертовой стаей. Стаей, которая, не мне тебе напоминать, все еще где-то там и ждет возможности сделать следующий ход. И что бы мы ни предпринимали за кулисами, чтобы это предотвратить, без полной информации мы работаем в невыгодном положении.

— Думаешь, они снова попытаются меня забрать?

Он ответил без малейшего колебания:

— Безусловно. По какой-то причине ты для них важна, и теперь, когда они отследили твое местоположение, они не остановятся. Ты годами была вне их поля зрения, но теперь, когда ты зарегистрирована в Голден-Кло и в нашей стае, ты больше не сможешь от них убежать.

Было ужасно осознавать, что я больше никогда не освобожусь от Блэйна и его приспешников. Вечно оглядываться через плечо и избегать лап злых альф. Моей главной надеждой были Хантер и наша стая, а для этого мне нужно было доверить им каждую частичку своего прошлого — в надежде, что у нас может быть будущее.

— Я расскажу, — пообещала я, — в следующий раз, когда мы все будем вместе. Я собиралась сделать это в тот день, когда в нас врезалась ведьма, а потом наши жизни ненадолго пошли под откос. Но я согласна, что для вас будет безопаснее все знать. Я просто… я просто надеюсь, что это не изменит наши отношения.

Хантер сжал пальцы на моем бедре, его ладонь скользнула выше, и кончики пальцев коснулись горячей точки между ног.

— Это ни за что нас не изменит, Эмми. Но я признаю и понимаю твой страх. Давай просто будем решать проблемы по мере их поступления.

Я не была уверена, что разделяю его уверенность, хоть характер Келлана пока и не изменился, но отчаянно хотела ему верить. Так что пока приходилось этим довольствоваться.