ГЛАВА 35

ЭММИ

Он… мне подмигнул.

Постойте. Мне что, только что померещилось, как Финли подъехал ближе, улыбнулся членам семьи на трибунах, а потом, глядя прямо на меня, подмигнул?

— У меня что, инсульт? — пробормотала я, похлопав себя по груди, чтобы убедиться, что сердце еще бьется.

Хантер повел своими огромными плечами, отчего я толкнулась в Слэйда. Тот напрягся, но в остальном никак не отреагировал.

— У оборотней не бывает инсультов. Наши тела исцеляются раньше, чем он может случиться.

— Не думаю, что ее вопрос был серьезным, — ответил Слэйд, качнув головой.

Хантер изучающе посмотрел на меня, и я понадеялась, что мне удалось сохранить то нейтральное выражение лица, к которому я стремилась.

— А может, и был.

Оба альфы склонили головы набок, и даже если бы их массивные тела по обе стороны не удерживали меня на месте, я бы и мускулом не шевельнула под этими властными взглядами.

— Нет, — наконец произнес Слэйд. — Думаю, она пыталась впихнуть Финли на его обычное место в своей голове, но он туда уже не очень-то помещается.

Черт бы его побрал.

— Надеюсь, ты в курсе, что твоя манера безошибочно препарировать и раскладывать по полочкам мои мысли и поступки ужасно раздражает.

Слэйд выглядел довольным собой и согласно хмыкнул. Что ж, это лучше, чем рычание, полагаю.

— Как я и говорил, — добавил Хантер, глубже откидываясь на спинку стула, так что его длинные ноги врезались в сиденья перед нами, — динамика в нашей стае наладится так, как должна, и тогда, когда должна. Это не спринт… это путешествие. И мы все начали его с разных точек.

Да уж, оба были слишком мудры и невыносимы для своего же блага.

Едва сдержав желание ткнуть их локтями в бока — что, будем честны, причинило бы больше боли мне, чем альфам, — я закрыла рот и стала наблюдать за остатком разминки, наслаждаясь тем, как игриво хоккеисты носятся по льду.

Сама игра большую часть времени была серьезной, но сейчас, когда они растягивались и спускали пар, это выглядело просто как развлечение. Мне стоило немалых усилий не реагировать на то, что на этот раз Слэйд сидел прямо рядом со мной, его куртка прижималась к моей хоккейной майке. Наша кожа не соприкасалась, но одного его основательного тепла и веса было достаточно, чтобы моя волчица начала сходить с ума.

Да и я тоже, если честно.

С другой стороны от него было свободное место, а дальше сидели спутницы Кензо — Ванесса и Люс, с которыми я успела мельком познакомиться. Несс была великолепной брюнеткой со смуглой кожей и карими глазами, а Люс — живой блондинкой с бледной кожей и ореховыми глазами. В данный момент они были сосредоточены на льду и разминке, наблюдая, как Кензо впечатывает Финли в борт, а потом уносится прочь, преследуемый хохочущим медведем.

Эта беззаботная сторона Финли сбивала с толку, и я изо всех сил пыталась запихнуть его обратно на привычное место в своем сознании — место, строго отделенное от трех других альф в нашем квинтете.

Сосредоточившись на рядах кресел вокруг, я с удовольствием заметила Кэссиди рядом с Хантером. Не терпелось снова с ней поболтать. Рядом с ней сидели братья Келлана, приехавшие со своими соратниками по стае и их прелестным малышом Декланом. Я и понятия не имела, что Келлан — дядя, и когда я смотрела на этого златовласого мальчика, на краткий миг мне представился другой златовласый мальчик.

Кто знает, будут ли в моем будущем дети, и сейчас я их точно не хотела, но… может быть, однажды…

Было приятно, что вся семья постаралась приехать сюда сегодня, проделав часовой путь через весь город до этого катка. Лично я, проносясь по улицам на G-Wagen, сочла эту поездку слишком короткой.

Я познакомилась с большинством членов семьи, когда они приезжали, — не то чтобы я запомнила имена, — но все они при встрече были на удивление вежливы. Как и ожидалось, Хантер и Слэйд не позволили никому из них подойти достаточно близко, чтобы дотронуться до меня, что меня вполне устраивало, так как это уберегло мою пугливую волчицу от очередной паники в толпе. Такое количество незнакомцев вокруг беспокоило меня, и приходилось учитывать, что вдобавок к травме, полученной в детстве, у меня, вероятно, появилась новая — от похищения.

Моя душа была усыпана осколками, но я была уверена, что со временем найду свою новую норму.

Я чувствовала на себе любопытные взгляды; все они гадали, как наша стая уживается в таком полусвязанном квинтете. Большинство знало обстоятельства моего появления в Голден-Кло, что объясняло несколько холодных взглядов от тети Келлана, Джорджии. Она тоже была одинока — ее истинный погиб в последней войне. По словам Хантера, с тех пор она сама не своя, и мне было все равно, насколько подозрительно она ко мне относится; мое сердце болело за эту пожилую женщину оборотня.

А вот братья Келлана рассыпались в комплиментах, и меня бы точно заключили в двойные объятия, если бы Хантер и Слэйд не занимались своим обычным делом — не сверлили всех взглядом и не рычали, мои одержимые и навязчивые преследователи.

Мы со Слэйдом до сих пор не обмолвились ни словом о его стене со сталкерскими фотографиями, хотя оба прекрасно понимали, что другому все известно. Мы словно играли в молчанку, пытаясь выяснить, кто продержится дольше. Я была полна решимости не сдаваться первой.

Я выпрямилась, когда команды покинули лед: «Кельтские Волки» в бирюзово-бело-золотой форме и «Золотые Гончие» в бело-коричневой. На трибунах было примерно поровну болельщиков обеих команд, а атмосфера гудела от напряжения — куда сильнее, чем на прошлой игре, которую я смотрела.

По дороге сюда Хантер рассказал мне, что эти команды — настоящие соперники. Они из одного города и занимают соседние строчки в турнирной таблице. В прошлом году они даже встретились в финале Кубка Оборотней — главном событии лиги. «Кельтские Волки» тогда одержали победу, что и объясняло сегодняшнее напряжение… это была их первая игра после финала.

— Их новый центральный нападающий играет как машина, — сказал Хантер, подавшись вперед и внимательно наблюдая, как «Золотые Гончие» уходят со льда.

— Финли с ним справится, — заметил Слэйд без тени сомнения в своих братьях по стае. — У него больше опыта и воли к победе, а и то и другое сыграет решающую роль в исходе матча.

Хантер хмыкнул, что я расценила как знак согласия. Я искоса взглянула на него: его щетина была гуще обычного, но напряжение, которое читалось в его глазах, пока Келлан был под магической атакой, исчезло. Его стая сейчас была в безопасности, и он наконец-то мог расслабиться.

А расслабленный Хантер — это Хантер вдвойне сексуальный, что не сулило мне ничего хорошего. Он был одет просто: в бирюзовую футболку с длинным рукавом и джинсы, и мне хотелось залезть на него, как на детский игровой комплекс, только для взрослых.

Я не могла точно определить, когда мои чувства к Хантеру так резко изменились. Сначала он был пугающим, властным альфой, который выталкивал меня далеко за пределы зоны комфорта. Но чем больше я его узнавала…

Все началось с того, как он добивался меня — безжалостно и без колебаний, недвусмысленно давая понять, что я принадлежу ему. Затем была его забота и старания, с которыми он за мной ухаживал, ни разу не выказав и капли раздражения из-за того, что это его обязанность. Казалось, ему это даже нравилось.

Я понимала, что многие его поступки можно списать на обязательства властного альфы. Он всегда будет делать то, что лучше для его стаи, а я, как пятая в их квинтете, была нужна ему, чтобы завершить их связь…

Внезапно меня осенило, и я застыла в кресле, наконец-то поняв, что меня сдерживало в отношениях с Хантером, в то время как с Келланом я отдалась чувствам без остатка. Я боялась, что мои чувства сильнее его, и что для него я — лишь обязательство. А для меня… он был моим сердцем. Так же, как и Келлан.

У меня были настоящие чувства к этому ворчливому, властному и самоуверенному альфе.

Начало игры стало спасительным отвлечением от моих мыслей. Команды объявили, и они выкатились на лед в вихре зеленых и синих стробоскопов, сделали быстрый круг по катку, и все началось. Келлан выиграл первое вбрасывание, быстро провел шайбу через игроков соперника и отдал пас другому волку.

«Гончие» с легкостью отразили их первую попытку забить гол, завладели шайбой и помчались обратно по льду. Игра была стремительной, и я, с моими скудными познаниями в хоккее, изо всех сил старалась уследить за происходящим, отрывая взгляд от игроков, только когда нам принесли закуски.

Их доставил не кто иной, как Джерри.

— Ты должен смотреть игру, а не работать, — нахмурившись, сказала я, когда он протянул Хантеру хот-доги, картошку фри, начос и напитки. — Мы и сами могли бы сходить за едой.

Он фыркнул и с недовольным видом покачал головой.

— Я должен был убедиться, что вы получите лучшее из того, что здесь могут предложить. Это все приготовлено моими руками — лучшее, что тут можно достать. Стая Аннандейл следит, чтобы на нашем стадионе еда была на уровне, а здесь, у этих «Гончих», я никому не доверяю.

Трое из стаи Уоррика заведовали сектором гостеприимства на стадионе «Кельтских Волков», и я мысленно пообещала себе похвалить их при следующей встрече. Их еда была превосходной.

— Что ж, спасибо, Джерри, — сказала я, когда он убрал пустой поднос под мышку. — А ты где сидишь?

Он указал на ряд перед нами и на пару мест в стороне. В том секторе сидела Флоренс с бирюзовым шарфом на шее и гигантским поролоновым пальцем на руке. Она была полностью поглощена игрой, одновременно уплетая хот-дог свободной рукой.

Богиня, как же я обожала эту женщину-оборотня.

— Фло — ярая фанатка «Кельтов», — сказал Джерри, проследив за моим взглядом. — А я — ярый фанат Флоренс. Так что все сходится.

Мои глаза расширились. Это было для меня новостью, хотя и совершенно логичной.

— Не заставляй свою даму ждать, Джерри, — скомандовала я, прогоняя его. — И спасибо за еду.

Он склонил голову и поспешил обратно к своим местам, скользнув рядом с Флоренс.

— Вы знали про Фло и Джерри? — пробормотала я, переводя взгляд с Хантера на Слэйда. Во время нашего разговора они молчали, но я чувствовала их взгляды, не отпускавшие меня ни на секунду.

Всегда в центре их внимания.

— Мы знали, — сказал Хантер, протягивая мне еще один хот-дог. — И тебе нужно поесть, маленькая омега. Я чувствую твой голод.

— Это жутковато. Ты ведь это понимаешь, да? — Я опустила взгляд на гору еды, ненадежно устроившуюся у меня на коленях. — На самом деле, не так-то просто есть, удерживая равновесие со всем этим. Если я пообещаю поесть, вы, пожалуйста, возьмете часть?

— Мы подержим для тебя, — сказал мне Слэйд, снимая с моих колен несколько картонных коробок. Хантер тоже взял несколько, и я наконец смогла расслабиться и насладиться своим хот-догом со всеми начинками, начос и ледяным пивом. Вот это, черт возьми, жизнь.

Ни один из альф не притронулся к еде, пока я не расправилась с хот-догом и начос. Хантер попытался вручить мне еще один, но я покачала головой.

— Один кусочек, — промурлыкал он мне на ухо, и я подумала, осознает ли он, сколько глаз на нас смотрит.

Если и осознавал, то ему было абсолютно наплевать, пока он уговаривал меня поесть с его руки.

— У меня еще есть начос, — возразила я, указывая на третью порцию, оставшуюся в одноразовой упаковке.

— Один кусочек, — пробормотал Слэйд, его тон стал еще ниже, а рокот — властнее. Словно полная дура, неспособная отказать этим альфам, когда они заботятся о моем благополучии, я впилась зубами в булочку.

— Хорошая девочка, — сказал Слэйд, и в тот же миг Хантер прохрипел:

— Вот наша хорошая девочка.

Я чуть не соскользнула со стула, когда мои трусики устроили соревнование по скоростному спуску, в котором мы явно побеждали.

Ноздри Хантера раздулись, золото в его глазах стало ярче.

— Твой запах, Эмми, развяжет войну.

— Разрушит стадионы, — подтвердил Слэйд, и меня удивило напряжение в его голосе.

— Сами виноваты, — пробормотала я и, нуждаясь в отвлекающем маневре, принялась запихивать в рот остатки начос, будто вдобавок к скоростному спуску участвовала в конкурсе по поеданию. Потребовалось несколько секунд пристального взгляда на лед, прежде чем Хантер и Слэйд вернулись к своей еде.

«Гончие» были агрессивной командой, и в первые десять минут произошло несколько драк, в результате которых Кристиан оказался на скамейке штрафников вместе с семьдесят четвертым номером из команды соперников.

Обе команды предприняли отличные попытки забить гол, но к тому времени, как прозвучала сирена об окончании первого периода, счет оставался нулевым.

— Финли ранен? — спросила я. Вся моя еда закончилась, что дало мне кучу времени, чтобы нервно грызть ногти и трясти правой ногой. — Его очень сильно ударил тот оборотень, похожий на викинга.

— Хендерсон — гребаный слабак, — крикнул со своего места Тайсон, брат Келлана. — Наши парни его рано или поздно вынесут. Я уверен.

— Он горяч, — встряла Кэссиди, наклонившись вперед, чтобы я ее увидела, — но я бы все равно оттедала его хоккейной клюшкой.

Хендерсон был сорок шестым номером в «Гончих» и напоминал мне древнего воина-викинга. Такой же крупный, как Финли, или даже чуть больше, этот альфа носил светлые волосы, стянутые с лица, с несколькими прядями, заплетенными в цвета его команды. Отсюда я не могла определить его зверя, но предположила бы, что это волк, судя по тому, как он с рокотом скользил по льду.

— С Финли все в порядке, — сказал Хантер, но в его голосе звучало раздражение от того, что кто-то посмел избить его брата по стае.

Слэйд безмолвно поднялся со своего места, и рука Хантера тут же выстрелила, обхватив меня, чтобы схватить брата за рубашку.

— Не двигаться, твою мать, — рявкнул он. — Ты должен позволить им самим драться в своих битвах. Это спорт, а не бой.

Слэйд уставился на пустой каток с суровым выражением лица, пока не стряхнул руку Хантера и не сел обратно.

— Никто не смеет трогать мою стаю.

Я откашлялась.

— Ты… ты что, собираешься просто взять и убить Хендерсона?

Слэйд пожал плечами, а Хантер вздохнул так, будто ему не впервой приходилось останавливать дракона, собиравшегося устроить небольшую резню. Он, конечно, был проблемой, хотя втайне я бы заплатила хорошие деньги, чтобы посмотреть, как он вбивает немного смирения в этого высокомерного центрального нападающего. Совсем немного.