ГЛАВА 32

ЭММИ

В оцепенении я рванула штору обратно, намереваясь вернуть ее на место, прежде чем Слэйд поджарит мою задницу своим драконьим пламенем за то, что я сую нос не в свое дело. Эта стена, может, и показала мне его замашки преследователя, но не объяснила, почему он за мной следил. Ради моей защиты, или это было доказательством того, что он все еще не доверял новейшему члену их стаи?

Когда штора вернулась на место, я услышала очень тихий шорох, который следовало бы проигнорировать, но, черт, любопытство взяло верх. Любопытство, которое, без сомнения, убьет оборотня, если я буду продолжать в том же духе.

Заглянув за штору, я увидела новый аспект его игры в преследователя, и когда до меня полностью дошло, что это, я ахнула так громко, что могла бы поднять на уши полгорода.

К обратной стороне шторы были приколоты мои фотографии.

Десятки фотографий.

В хронологическом порядке: от снимков, где я была совсем маленькой, до более свежих, сделанных в Голден-Кло. Почти все они, казалось, были взяты с записей камер наблюдения в городе, где я жила с мамой и ее стаей. Хотя было и немало фотографий с того времени, что я провела здесь, в стае Ривз.

Когда Слэйд успел меня сфотографировать?

На некоторых я спала, другие были случайными кадрами моментов, которые я даже не могла вспомнить.

Тряхнув головой, чтобы прояснить путаные мысли, я вышла из-за шторы, убедилась, что она висит как надо, и бросилась обратно к его компьютерам. Когда я рухнула в кресло, моя грудь тяжело вздымалась, а в голове все кружилось.

Слэйд всегда казался ко мне равнодушным, а его поступки были продиктованы долгом перед стаей.

Но «стена Эмми» открывала другую его сторону. Я просто не знала, как к этому относиться.

Часть меня ненавидела такое вторжение в мою жизнь — он раскопал каждый мой изъян и каждую тайну, которую я когда-либо хранила. В то же время другая часть была взволнована тем, что он испытывал достаточно сильные чувства, чтобы присматривать за мной. По какой бы то ни было причине.

В любой момент мог бы появиться психотерапевт и разобраться в моем душевном состоянии.

— Эммелин… — я подпрыгнула в кресле футов на десять.

Я не услышала, как вернулся этот бесшумный дракон, и пока он шел ко мне, мой взгляд метнулся к шторам, чтобы еще раз проверить, все ли на месте. Слэйд замер, и зелень его глаз стала глубже, когда он тоже взглянул на свою стену преследователя.

Я приготовилась к его следующему замечанию, но он лишь поднял новую черную мышку, спокойный и хладнокровный, как всегда.

— Достал замену.

— О, да, — выдохнула я, мысленно крича на себя за неумение держать лицо. Соберись, твою мать. — Прости, я устала ждать и села в твое кресло.

Слэйд прошел мимо, наши тела почти соприкоснулись.

— Понимаю.

— Так, — пискнула я, все еще не в силах, твою мать, собраться, — это все, что тебе было нужно от меня?

Он кивнул, и я попыталась дышать ровно, прекрасно зная, что мой запах и учащенное сердцебиение выдадут ему мое беспокойство.

— Я продолжу отслеживать историю того оборотня и сообщу, что узнаю. Совет также запросил встречу в понедельник для официального изложения событий. Хантер, насколько я слышал, наложил вето, он все еще зол, что они не давят сильнее на Силвер-Сити. Не уверен, чем все в итоге закончится.

— Ясно. Спасибо.

Не в силах больше выносить напряжение, я развернулась, чтобы уйти, и футболка Слэйда закружилась вокруг меня. Я не сделала и двух шагов, как стальная хватка сомкнулась на моем запястье, и меня рванули назад, заставив смотреть в глаза хищника.

Я ненавидела, что инстинкт заставил меня замереть на месте, а не бороться за свою жизнь.

— Ты шпионила, пока меня не было, Снежок?

Его голос, низкий и смертоносный, просочился по моему позвоночнику до самой души. Его зрачки расширились, зелень радужек обжигала меня, и в их глубине я видела драконье пламя.

— Я… я не знаю, о чем ты говоришь. — Скрежет ногтей по доске прозвучал бы не так пронзительно, как мой голос, когда я выдавила это из себя.

Слэйд потянул меня на себя, и я не смогла устоять, рухнув прямо на него. Когда твердые плоскости его обнаженной груди столкнулись с моими мягкими изгибами, меня словно обожгло.

— Я дракон, Снежок. Я яростно охраняю то, что принадлежит мне, и сейчас ты — моя собственность. Ты моя. Я за тобой присматриваю. Ни одна твоя частичка не останется отдельной от меня. Ты понимаешь?

Воздуха в его комнате стало меньше? Почему я не могла дышать?

Я сумела издать еще один писк, и, кажется, впервые в жизни увидела настоящую, искреннюю улыбку Слэйда Риверсона. Ублюдок выглядел донельзя довольным собой.

— Рад, что ты понимаешь, — пробормотал он и тут же отпустил меня, вернувшись к своему компьютеру. — Увидимся через несколько часов.

В голове стоял оглушительный белый шум, пока я, спотыкаясь, выходила из комнаты. Я двигалась на автопилоте, пока не оказалась в своей кровати, полностью миновав комнату Келлана. Я ожидала, что буду часами лежать без сна, переваривая случившееся со Слэйдом, но вместо этого провалилась в сон так быстро, будто его стена со сталкерскими фотографиями меня совсем не беспокоила.

Не то чтобы я и раньше не знала, что эти альфы пристально за мной следят. Если уж на то пошло, было даже как-то успокаивающе знать, что Слэйд где-то на заднем плане играет в дракона-Бэтмена. Дракомена?

К этой мысли я вернусь, когда высплюсь и смогу соображать получше.

Проснувшись несколько часов спустя, я оказалась в окружении альф. Хантер и Келлан оба забрались ко мне в постель, и хотя первым инстинктом должна была быть паника — просыпаться с альфами по обе стороны от себя было для меня ненормально, — я чувствовала лишь умиротворение.

Раскинувшись между ними, мое тело чувствовало себя более чем комфортно. Моя правая нога была закинута на Хантера, а его рука властно сжимала мое бедро. Его хватка была очень близко к низкому пульсу внизу моего живота. Келлан обвивал меня с левой стороны, положив руку мне на задницу, и я невольно потерлась о них.

— М-м-м, — пробормотал Хантер, придвигаясь ближе и практически раздавив меня своей массой. — Тебе что-то нужно от нас, детка? — Он прижался губами к моему горлу, и с моих приоткрытых губ сорвался стон, полный нужды.

Восхитительная хрипотца в его голосе ничуть не успокоила настойчивый пульс между моих бедер. Окруженная ими, я чувствовала, как пульсирует укус на шее, напоминая, что наш квинтет не полон. Мне нужно было еще три метки, чтобы угодить судьбе и нашей богине, и я понятия не имела, как смогу им сопротивляться.

— Не-а, — выдавила я в ответ и не удивилась, когда он рассмеялся.

Ох, его смех был одним из моих любимых звуков, уступая лишь тому низкому стону, который он издавал, когда пожирал меня, словно я была его любимым блюдом.

Нет, Эмми. Ну какого хрена я добавила это к своим возбужденным мыслям?

— Что думаешь, надоедливый щенок? — спросил Хантер, отрываясь от моей кожи, чей запах он вдыхал. — Наша маленькая омега лжет нам или самой себе?

Келлан зевнул и усмехнулся, утыкаясь лицом в изгиб моей шеи. Его губы скользнули по укусу, отчего низ моего живота яростно сжался.

— От нее пахнет нуждой, — пробормотал он глубоким голосом. — Эта сладость вторгалась в мои сны прошлой ночью, и я чертовски счастлив проснуться вот так. — Он осыпал поцелуями мою горящую кожу между каждым словом.

Хантер скользнул губами по моей щеке и ниже, к шее. Щетина на его подбородке царапала мою чувствительную кожу, создавая восхитительное трение, от которого я вцепилась в простыни, пытаясь заземлиться.

— Подождите, нет, — выдохнула я, задыхаясь от собственного возбуждения. — Мы не можем. Я не могу образовать связь еще и с Хантером… черт.

В ответ Хантер схватил рубашку Слэйда и натянул ее так, что мои затвердевшие соски стали видны. Его глаза потемнели, как грозовые тучи, когда он наклонился и облизал один из пиков, втягивая его в рот прямо через ткань. Это было так приятно, что я запустила правую руку в его волосы, чтобы удержать его на месте.

— Девочка моя, — прохрипел он, — ты подаешь противоречивые сигналы. Ты хочешь, чтобы я довел тебя до оргазма, или нет?

— Да! — выпалила я. — Но… без секса. — Во время секса я бы умоляла его о метке. Умоляла и сдалась бы.

Из глубин зверя Хантера вырвался рык, и когда он поднял голову, в его закрученном вихрем взгляде был только волк. Он наблюдал, как Келлан целует мою шею.

— Ты знаешь правила, Эмми. Ты будешь умолять меня о последней метке, а до тех пор дальше этого не зайдет.

От этого заявления Келлан поднял голову и моргнул, глядя на Хантера.

— Ты злишься, что я пометил ее первым? Я даже, блядь, не подумал о том, что это было твое право как главного альфы. — Келлан сделал паузу и покачал головой. — Но я не собираюсь за это извиняться. Я никогда не буду извиняться ни за что, что было между мной и Крошкой.

Хантер фыркнул и провел рукой по своим роскошным волосам, позволив им упасть на лоб.

— Ты ведь все еще жив, щеночек. Ты — часть моей стаи, и моя работа — оберегать вас всех. Связь спасла тебе жизнь, так что я никогда не буду злиться на то, как это произошло. У нас с Эммелин еще будет свое время.

— Я все еще здесь, — пробормотала я, чувствуя, как меня бросает в жар, возбуждение и стопроцентную усталость от этого разговора.

— Да, здесь, — пошутил Келлан, наклоняясь и целуя меня в губы. — Но почему ты ушла из моей постели прошлой ночью? Вот в чем главный вопрос.

Хантер отвлек меня, приподняв мою футболку и прижавшись губами к моему животу.

— Потому что Слэйд похитил ее из твоей комнаты посреди ночи, — произнес он между поцелуями.

Я дернулась и чуть не боднула Келлана.

— Какого черта ты это знаешь? У тебя тоже есть стена со сталкерскими фотками?

Смех Хантера прошелся по моей коже, и это было так чертовски приятно, что я забыла обо всем на свете, кроме ощущения его дыхания и языка, который метнулся, чтобы попробовать меня на вкус.

— Конечно, есть, — с усмешкой сказал Келлан. — Он же помешан на контроле и страдает комплексом бога. Как бы он мог быть везде и сразу без такой стены?

Эти альфы были чересчур, но, черт возьми, они мне нравились.

Нравились больше, чем было безопасно для меня и моего рассудка.

Дальнейший разговор прервался, когда Хантер скользнул между моих бедер и опустил голову, чтобы провести носом вдоль моей промежности, вдыхая мой запах. Его грудь завибрировала моим любимым звуком, и он зарылся лицом, чтобы оставить влажный, открытый поцелуй на моем клиторе, а затем провел языком вниз, к моей попке, и обратно.

Келлан поймал мой стон своими губами, и я открыла и рот, и бедра, нуждаясь в большем. Тот факт, что я была в разгаре своего первого секса втроем, с альфами, с которыми клялась никогда не вступать в связь, должен был бы меня обеспокоить. Но ощущения были слишком чертовски хороши, чтобы делать что-то еще, кроме как держаться и наслаждаться процессом.

Хантер закружил языком вокруг моего клитора, и я беззастенчиво насаживалась на его лицо, чувствуя мгновенное и сильное удовольствие. Когда он отстранился, я вскрикнула, но тут же успокоилась, когда он ввел в меня один, а затем и второй палец, сгибая их для резких и быстрых толчков. Это так стремительно бросило меня в оргазм, что я на мгновение потеряла связь с реальностью, вскрикивая и цепляясь за Келлана.

— Блядь, я никогда не устану смотреть, как ты кончаешь, моя милая пара, — прошептал Келлан, глядя на меня сверху вниз нежнейшим взглядом. — Мне нужно быть в тебе. Сейчас. Пожалуйста.

«Моя милая пара». Мое сердце затрепетало, и я не смогла сдержать слез, навернувшихся на глаза.

Он повысил статус с «красотки», и это стало еще одним завершающим штрихом нашей связи, который казался таким чертовски идеальным.

— Ну пожалуйста, детка, — снова взмолился он, и мне пришлось добавить его мольбы в список моих любимых вещей.

Я кивнула.

— Да, я бы очень этого хотела.

Лицо Келлана озарилось.

— Отдай ее мне, Альфа Хантер, — сказал он, практически подпрыгивая на кровати. — Мне нужна моя пара.

— Наша пара, — прорычал Хантер, и я застонала, когда он еще раз провел языком по моим сокам, прежде чем поднять голову. Его губы блестели, а глаза были дикими.

— Точно, — Келлан издал чирикающий звук. — Наша пара. Наша навсегда.

Мои эмоции хлынули через край, словно прорвавшаяся плотина, но мне удалось сдержать слезы, сосредоточившись на удовольствии. С остальными сложностями этой связи я разберусь позже.

Приподнявшись, я встала на четвереньки и прижалась своим ноющим лоном к лицу Келлана. Его стон был низким и гортанным.

— Все еще думаю, что я и правда умер.

Его руки скользнули по моей заднице, когда он подался вперед и провел языком по моим складкам, слизывая остатки моего оргазма. Я выгнулась ему навстречу, и когда подняла голову, то увидела, что Хантер наблюдает за нами с хищным взглядом. Я жестом подозвала его поближе.

Этот властный альфа на коленях подполз ко мне. Широкая головка его члена выглядывала из-под резинки боксеров, а сочащаяся с набухшего кончика смазка соблазняла меня всеми возможными способами. Мне не терпелось снова его попробовать.

— Ох, блядь. Мне нужно больше, — выдохнула я.

Серый цвет в глазах Хантера потемнел, и он сменил позу, так что я оказалась лицом к его члену, вдыхая его аромат мокко. Келлан зарылся лицом в мою промежность, вылизывая и посасывая, и я чуть не умерла от тоски, когда он отстранился.

К счастью, толстая головка его члена быстро сменила его рот, и когда он надавил на мой вход, я вскрикнула, пока он медленно, дюйм за дюймом, проталкивался внутрь. Хантер завлек мое внимание, его пальцы вплелись в мои волосы, притягивая меня к своему члену, который он уже освободил из боксеров.

Когда Келлан вошел полностью, его размера было достаточно, чтобы мои мышцы запротестовали против вторжения, хотя удовольствие уже сразило меня. Качнувшись ему навстречу, я лизнула кончик члена Хантера, прежде чем попытаться взять в рот так глубоко, как только смогу.

Было нелегко принять альф такого размера, но когда Хантер положил свою огромную ладонь мне на затылок, вдалбливаясь в горло, пока у меня не заслезились глаза и не заболела челюсть, а Келлан полностью вышел, чтобы снова вонзиться в меня, чистое удовольствие заставило мое тело раскрыться для них обоих.

Тяжелые яйца Келлана ударились о мой клитор, когда он снова погрузился в меня до самого основания, и я ахнула, не в силах выпустить член Хантера, пока тот снова делал толчок. Ощущения были слишком сильными, когда они двигались в тандеме, доводя меня до второго, сокрушительного оргазма.

Это был один из тех более глубоких, более интенсивных всплесков, и я почувствовала, как мой сок хлынул наружу, обтекая член Келлана. Он опустил руку, провел по моим выделениям и протянул блестящий палец Хантеру.

— Хочешь ее попробовать, Хант? — его голос был сдавленным, и я не была уверена, что такому властному альфе это понравится, но он наклонился и, застонав в ответ, слизал все с руки Келлана.

— Вам двоим дать минутку? — выдавила я, чувствуя, как все сжалось внутри при виде этой сцены.

Хантер зарычал.

— Мы не по этой части, но мы с радостью разделим каждую частичку тебя, маленькая омега. Ты — центр нашего квинтета. Наше ядро.

— Наше сердце, — выдохнул Келлан. — И душа.

Меня снова разорвало на части, и на этот раз Хантер пал вместе со мной, хрипло простонав мое имя, пока изливал свою солено-сладкую сперму мне в горло. Я проглотила каждую каплю, и когда толчки Келлана стали более резкими, чтобы последовать за нами, я задалась вопросом, смогу ли я когда-нибудь превзойти этот момент.