ГЛАВА 13

ЭММИ

В следующий раз я уснула прямо в кресле, положив голову на кровать рядом с Келланом и крепко сжимая его руку. Когда меня разбудили голоса, я понятия не имела, сколько проспала, но на стенах уже легли густые тени, а комнату освещали лишь две лампы с абажурами из перламутра на его прикроватных тумбочках.

Я провела рукой по лицу и встряхнулась, чтобы проснуться, пока голоса и шаги становились громче. С облегчением я увидела, как в дверном проеме показалась голова Хантера.

— Ты не против, если Джулс, Тайсон и Жюльен зайдут проведать Кела?

Мне потребовалась секунда, чтобы вспомнить, кто такие Тайсон и Жюльен, ведь Келлан упоминал их лишь пару раз вскользь. Его братья. И ведьма, у которой, я надеялась, найдутся ответы.

— Конечно, — ответила я, вскакивая на ноги и отступая на пару шагов. — Джулс уже нашла контрзаклятие?

Мне было больно видеть морщинки стресса на лице Хантера, когда он покачал головой.

— Пока нет. Ей нужно провести еще несколько тестов и взять частицу его сущности, чтобы посоветоваться с другими в своем ковене.

Когда он вошел в комнату, я, не раздумывая, шагнула к нему. Хантер олицетворял собой утешение и защиту, и моему телу требовалась доза его особой заботы.

Ноги и спина ломило от многочасового сидения в кресле, и я надеялась, что мое исцеление скоро начнется. Хантер не подал виду, что заметил мою скованную походку, его внимание было приковано к подносу с едой на комоде.

— Пока они здесь, — сказал он, — ты нормально поужинаешь.

Он наклонился, и я вздрогнула от ощущения его дыхания на моих губах.

— Мой волк сходит с ума, маленькая омега. Ты позволишь мне позаботиться о тебе, или я применю силу.

Черт бы его побрал. Хантер, наверное, тоже читал любовные романы, но определенно из мрачной, одержимой разновидности.

— Давай сначала послушаем, что скажет Джулс, — ответила я, отчаянно цепляясь за малейшую надежду, что Келлан очнется. — Не говоря уже о том, что я впервые встречаюсь с его братьями. Как думаешь, они будут ненавидеть меня за то, что случилось с Келом?

Глаза Хантера вспыхнули золотом, и он зарычал — глубокий, леденящий душу звук, от которого по моей коже побежали мурашки.

— Только если им жизнь не дорога. — Он обхватил мои бицепсы и притянул меня ближе. — Никогда больше так не говори. Это не твоя вина.

Я могла пообещать не говорить этого, но это не означало, что я в это верила. Когда я промолчала, он раздраженно фыркнул, но, для разнообразия, не стал переть напролом, как бык на ворота.

— Пойдем, послушаем, что скажет ведьма, чтобы я мог тебя накормить.

Он притянул меня обратно к себе и крикнул:

— Входите.

Ах, эта надменность привилегированного альфы, которому некого и нечего бояться.

Мой взгляд упал на кровать, на вздымающуюся и опускающуюся широкую грудь Келлана. Что ж, даже альфы не застрахованы от смерти. Просто убить их сложнее.

Первой вошла Джулс, принеся с собой легкий запах тухлых яиц. Магия оставляла свой след, даже если не была темной. Я слышала, что темная магия пахнет разлагающимися трупами, и ее легко распознать. Надеюсь, мне никогда не придется узнать разницу на собственном опыте.

За ведьмой следовали два крупных оборотня, и я сразу поняла, кто из них Жюльен с его энергией альфы, а кто — Тайсон, явно сильный бета. Оба были похожи на Келлана, только с другими вариациями светлых волос и голубых глаз.

Джулс направилась к кровати, а братья Джексон подошли к нам с Хантером. У Жюльена, который выглядел на несколько лет старше Келлана, были русые волосы и глаза цвета полуночного неба.

— Эммелин, — мягко произнес он, оглядывая меня, и я пожалела, что для этой встречи выгляжу такой разбитой. — Для меня честь наконец-то познакомиться с тобой.

Я напряглась, когда он протянул руки, чтобы обнять меня.

Хантер раздраженно зарычал.

— Семья или нет, но если ты ее тронешь, я оторву тебе твои гребаные руки.

Жюльен невозмутимо ухмыльнулся Хантеру, хотя и отступил. Его улыбка напомнила мне нашего беззаботного Келлана, и это пронзило мое сердце болью.

— Я счастливо связан узами, Альфа Хантер, — напомнил он. — Ты это знаешь. Я просто хотел бы познакомиться с оборотнем, которая изменила жизнь моего брата. Я всем ей обязан за то счастье, что она принесла Келлану.

Хантер хмыкнул.

— С этим нет проблем. Просто выражай свою благодарность на расстоянии.

Жюльен поднял обе руки, сдаваясь.

— Справедливо. — Он подмигнул мне, и я тепло улыбнулась ему в ответ, с облегчением отметив, что он, похоже, не возненавидел меня с первого взгляда.

— Я так рада с вами познакомиться, — сказала я, обращаясь и к Тайсону, у которого были темно-русые волосы и зеленоватый оттенок в голубых глазах. — С вами обоими. Келлан — выдающийся оборотень, и я уверена, что это благодаря его замечательной семье.

— Погоди, вот встретишься с мамой и папой, — усмехнулся Тайсон, проводя рукой по своему красивому лицу. — Они тебя до смерти заобнимают и залюбят. Их мечта — чтобы их малыш наконец-то нашел свою пару.

Он посерьезнел и медленно повернулся к кровати, где Джулс водила руками над грудью Келлана, закрыв глаза и шевеля губами.

— Они прилетят сюда, в Голден-Кло? — спросила я, зная, что они остались в Торни-Гарденс с остальными членами своего квинтета.

Выражение лица Жюльена стало серьезным.

— Мы им еще не сказали. Я не хотел, чтобы они волновались, пока мы точно не узнаем, с чем имеем дело. Но будь уверена, как только они услышат, то сядут на ближайший самолет.

— Я пришлю за ними джет, — предложил Хантер, который заметно расслабился, когда меня перестали трогать. — Просто скажите, когда он будет нужен.

Жюльен хлопнул его по плечу.

— Спасибо. А мы пока посидим с Ракетой.

Ракета. За этим именем явно скрывалась какая-то история, и мне хотелось, чтобы Келлан очнулся и рассказал ее.

Братья подошли к своему родственнику и встали по другую сторону кровати от ведьмы. Хотя троих братьев Джексон было нетрудно различить, их семейное сходство тоже бросалось в глаза. У меня защемило сердце, и я мысленно взмолилась, чтобы Келлан открыл глаза.

Хантер оставался рядом, поддерживая меня, пока мы ждали, когда Джулс закончит свою магическую диагностику.

— Процесс немного продвинулся, — сказала она, выпрямляясь. — Беспокоиться не о чем. Но нам нужно определиться с планом и найти решение в течение нескольких недель, иначе обратить последствия будет уже слишком поздно.

— И у тебя есть решение? — спросил Жюльен, и на последнем слове его голос дрогнул. — Или хотя бы план, как к нему прийти?

Ее глаза вспыхнули белым светом, когда она гневно на него посмотрела.

— Разумеется. Я работаю над планом и собираю магию у других, чтобы помочь. Такие заклинания сложно обратить, поскольку оно привязано к энергии другой ведьмы — той, что мертва и которую уже не заставить отменить свою магию. — Запах магии Джулс резко наполнил комнату, и я сморщила нос. — На данный момент у меня есть все, что нужно.

Встретившись взглядом с Хантером, она с трудом сглотнула, и ее магия рассеялась.

— Вам повезло, что мне нравится ваша стая, Альфа Хантер, — выдохнула она. — Я бы не стала делать это для кого попало.

Бросив быстрый взгляд на Хантера, я увидела, что выражение его лица было нейтральным, почти скучающим. Он ответил что-то нечленораздельное, и я ткнула его локтем. Его глаза изумленно расширились, словно никто и никогда не осмеливался его ударить.

И не он один был удивлен: остальные уставились на нас так, будто мы были каким-то новым феноменом, вынырнувшим из глубин преисподней.

— Своим альфа-рыком Хантер хотел сказать «спасибо», — сказала я Джулс, выдавив из себя улыбку. — Мы очень ценим все, что ты делаешь для спасения Келлана.

Ее взгляд стал проницательным, когда она окинула меня им с ног до головы, заглядывая куда-то вглубь, отчего у меня по коже побежали мурашки.

— Пожалуйста. Я скоро свяжусь с вами.

Когда она ушла, запах магии полностью исчез, и мы все вздохнули с облегчением.

— Вы не против, если мы посидим с Келом пару часов? — спросил Тайсон, усаживаясь в кресло. — Нам нужно поболтать с нашей маленькой Ракетой.

Хантер подхватил меня на руки и направился к двери.

— Сидите сколько нужно. Моей свирепой маленькой омеге надо поесть и отдохнуть. Она от него не отойдет, но раз вы за ним присмотрите…

Жюльен и Тайсон широко улыбались, глядя, как Хантер по-хозяйски тащит меня, словно мешок с картошкой, но что бы они ни думали о его действиях, они оставили это при себе.

— Нам нужно многое ему рассказать, — сказал Тайсон, снимая куртку и придвигая еще один стул от стола Келлана. — А вы не торопитесь с ужином и всем остальным.

Прежде чем я успела возразить или еще раз обнять Келлана, Хантер вышел из комнаты, крепко держа меня в руках.

— Я в порядке, — запротестовала я. — Ты ведешь себя как большой, чересчур заботливый альфа. В этом нет необходимости.

Хантер резко остановился, и я сглотнула от волны жара и властности, исходившей от него.

— Тебя похитили прямо у меня из-под носа, — медленно и отчетливо процедил он. — Схватили и держали в заложниках. На тебя напала чертова ведьма. А теперь ты толком не ешь и не спишь. Не заставляй меня быть еще большим неудачником как твой альфа, Эммелин. Не проси меня об этом. Даже ради тебя я не позволю тебе и дальше скатываться в эту бездну тьмы.

— Постой… Постой! — сказала я, с трудом сглотнув, чтобы голос не дрогнул. — Ты не неудачник. За все то время, что я тебя знаю, ты ни разу им не был. Ты держишь нас вместе и в безопасности, Хантер. Не думай, что я не замечаю всего, что ты делаешь. Я все видела и восхищаюсь тобой.

Мне хотелось тоже о нем заботиться, но это было трудно, когда в конце концов нас ждал конец. Однажды им надоест эта наша ситуация с полусвязанным квинтетом. Им надоедят мои травмы, драмы и проблемы.

Им надоем я.

— Ты поешь ради меня, Эмми?

Решив, что эта битва не стоит усилий, я кивнула.

— Да, я поем и отдохну. Келлан пару часов побудет со своими братьями, с ним все будет в порядке. — Это было заверение не столько для него, сколько для меня самой.

В груди Хантера довольно заурчало.

— Вот моя хорошая девочка. Пойдем, Флоренс помогала Джеральду готовить их лучшие блюда в надежде, что ты поешь.

Одно это заставило меня захотеть съесть все, что предложат. Эти оборотни по-своему показывали мне свою заботу, и я не собиралась швырять ее им в лицо.

Даже когда горе было моей движущей силой, выворачивая желудок наизнанку.

Я заставлю себя есть, чего бы это ни стоило.