ГЛАВА 6

ЭММИ

Следующие восемь часов прошли в строгом распорядке. Слэйд снял цепи, соединявшие наши кандалы, чтобы облегчить нам жизнь, но в остальном он работал молча, пока я подавала еду и воду, наполняя миску рисом и рагу, пока ничего не осталось. Магические кандалы, хоть и раздражали, не мешали нам выполнять наши задачи.

Как ни странно, молчание не было неловким. Мы составляли друг другу компанию, и это было почти… приятно.

Около полуночи резкая судорога внизу живота пронзила меня, и я отпросилась в ванную, застонав при виде красных пятен на туалетной бумаге. Как омеги и оборотни, мы были фертильны в течение недели до кровотечения и в первые несколько дней месячных.

Мой фертильный период всегда был очень регулярным — каждые шесть недель, — а боль и кровотечение заканчивались через четыре-пять дней. Несмотря на слабые спазмы и общее чувство нужды, которое я испытывала в последнее время, я надеялась, что эта часть моего цикла даст мне еще один день.

Месячные не были бы проблемой, если бы я не находилась в доме без прокладок, тампонов или обезболивающих.

— Блядь, — пробормотала я, снова открывая все ящики в отчаянной попытке найти хоть что-то. Слэйд сказал, что закончит через несколько часов, так что мне просто придется перетерпеть и до тех пор пользоваться туалетной бумагой.

Не в первый раз.

Свернув несколько слоев бумаги в белье, я натянула джинсы и потерла живот. Дискомфорт будет усиливаться в течение следующих двух-двадцати часов, и без обезболивающих мне будет трудно уснуть. Но опять же, несколько часов без сна меня не убьют. Я сильнее этого, и если мы выберемся отсюда до возвращения стаи Роджерс, то любая боль и кровь будут того стоить.

Когда я вернулась в гостиную, дыра была уже достаточно большой, чтобы просунуть голову и плечи, но для массивной фигуры Слэйда все еще была мала. Держась за живот, я осторожно опустилась на старый пыльный диван, чья цветочная обивка была писком моды в восьмидесятых.

Слэйд занес руку, чтобы снова ударить в угол, но замер. Его ноздри раздулись, и он отвернулся от окна.

— Ты ранена? Я чувствую запах крови.

Ах, чертовски превосходно. Альфы и их обоняние.

— У меня месячные, — коротко бросила я, пресекая это дерьмо на корню. Я также отказалась смущаться из-за совершенно нормального биологического процесса. — В доме нет ничего, кроме туалетной бумаги, а она не лучшим образом впитывает запах. Но я не ранена.

Я понятия не имела, как этот в целом сдержанный оборотень воспримет такую информацию, но, к моему удивлению, он и глазом не моргнул.

— Тебе больно?

Он предупреждал меня не лгать ему, и я отнеслась к этому предупреждению серьезно.

— Умеренный дискомфорт, который, скорее всего, усилится в ближайшие несколько часов. Сколько нам еще тут сидеть?

Слэйд покрутил своими мощными плечами, разминая их, словно пытаясь снять мышечную усталость.

— Я поработаю еще два часа, потом возьму положенные четыре часа на отдых, и к утру мы отсюда выберемся. Просто продержись еще несколько часов, Снежок. Обещаю, я тебя отсюда вытащу.

— Я тебе доверяю. — Еще одна правда.

Хотя все оборотни в мире, даже моя собственная стая, предупреждали, что Слэйд — неуправляемый псих и ему нельзя доверять, мое чутье и моя волчица говорили об обратном. Моей волчице не всегда можно было доверять, когда дело касалось ее стаи, но когда чутье ее поддерживало, это казалось верным решением.

— Ты ведь не хочешь создавать со мной связь, да?

Слова сорвались с языка, и лишь через секунду я осознала, что произнесла вслух сокровенную мысль — ту самую, что объясняла, почему я доверяю этому альфе. Слэйд не выказывал ни малейшего желания заполучить меня или мою силу, и это было… приятно.

Слэйд встретился со мной взглядом. Его бицепсы напряглись, когда он вонзил железную лопату в то место, над которым работал, — кочерга сломалась два часа назад.

— Нет. Не хочу. — В его голосе не было и намека на причину, лишь констатация факта.

Я молчала в надежде, что он объяснится, но он этого не сделал, а я не собиралась давить. Я ведь тоже никогда не объясняла, почему не хочу создавать связь, и, несмотря на боль в груди от его отказа, я не была лицемеркой. У меня не было абсолютно никаких оснований требовать от него чего-то большего.

Полчаса спустя усталость взяла свое, и, несмотря на простреливающую боль в матке, я соскользнула на бок и свернулась калачиком.

— Разбуди меня, когда придет время твоего отдыха, — сказала я, зевая. — Я могу последить, чтобы эти придурки не вернулись. — Последние слова я пробормотала, но услышала его ворчание, которое приняла за альфа-версию «хорошо».

Сон был беспокойным, боль не давала провалиться в него слишком глубоко. Добавьте к этому холодный ветер, проникающий через постоянно расширяющийся проем в стене, и получится весьма некомфортный отдых. В какой-то момент, когда мне снилось, что я истекаю кровью на снегу, полоса тепла прижалась к моему животу, принеся такое благословенное облегчение, что все напряженные мышцы в моем теле расслабились.

В полудреме я была слишком сонной, чтобы выяснять, откуда исходит тепло, а когда наконец проснулась, то обнаружила на полу перед собой оборотня-дракона. Его голова была совсем близко к моей — я чувствовала его сладкий запах, — а рука лежала на моей рубашке.

Никакая другая часть его тела не касалась меня, кроме этой огромной ладони, накрывшей мой живот. Естественное тепло, которое он излучал, облегчало мою боль. Несмотря на неудобную позу, в которой он растянулся на паркетном полу, он, казалось, спал — его грудь ритмично поднималась и опускалась.

Боясь пошевелиться и потревожить его, я обвела взглядом гостиную и увидела, что дыра в стене стала достаточно большой, чтобы я могла через нее выбраться, и…

В проеме появилось лицо, и я чуть не закричала, сумев подавить звук лишь в последнюю секунду. Ранний утренний свет отразился от знакомых светлых волос, и тепло наполнило не только мой живот.

Келлан!

Я встретилась с его широко раскрытыми от шока глазами, что было бы комично, если бы я не была так чертовски рада его видеть. Рядом появилось рычащее, великолепное лицо Хантера, а чуть поодаль я мельком увидела Финли.

— Ты в порядке? — пророкотал Слэйд, и я подпрыгнула, гадая, бывает ли он когда-нибудь настолько спящим, чтобы не осознавать происходящего вокруг.

— Ага, — пискнула я. — Наша стая нас нашла.

Еще один рокот, от которого его грудь заставила диван задрожать.

— Я почувствовал их, как только появилась ведьма. Ее магия достаточно сильна, чтобы оставлять эхо.

Ведьма?

— Та злая ведьма? — выпалила я, в панике подняв глаза на Келлана.

— Нет, — сказал Слэйд, выпрямляясь. — Эта на нашей стороне.

А, ну да. Хантер, должно быть, понял, что здесь замешана магия, и, будучи помешанным на контроле педантом, все спланировал заранее и прихватил свое собственное магическое оружие.

Слэйд отодвинулся от меня, и когда его горячая ладонь покинула мой живот, сильнейшая судорога едва не свалила меня с ног. Вместе с хлынувшей между бедер кровью.

Дерьмо. Мне следовало сменить прокладку несколько часов назад, но, видимо, я была слишком занята, наслаждаясь своей драконьей грелкой.

— Расскажи им, что случилось, пока я привожу себя в порядок, — сказала я Слэйду, с трудом поднимаясь на ноги. Он в ответ хмыкнул, и я была рада, что мы на одной волне.

— Красотка, — позвал Келлан охрипшим голосом, привлекая мое внимание. Его черты были напряжены, когда он встретился со мной взглядом. — Ты куда?

Решив, что немного крови на одежде — не такая уж большая проблема, я направилась к выходу. Сердце в груди ожило, когда я окунулась в лучи золотого солнечного света.

— Не трогай стены, — предупредила я его, когда он наклонился ближе, хотя и не была уверена, что его ударит током без кандалов и браслетов.

Он кивнул.

— Да, ведьма уже сказала нам, что на доме стоят обереги.

То, как он произнес «ведьма», указывало на то, что она ему не по душе. Странно для моего обычно жизнерадостного и принимающего альфы.

Сквозь проем я заметила, что он одет так, словно они собрались на войну. Его полностью черный наряд включал тяжелый бронежилет, от которого его и без того широкая грудь казалась просто огромной. Кроме того, по всему телу у него были ремни с оружием, и, честное слово, я даже не знала, что у него есть пистолет.

На моем Золотом Мальчике это смотрелось потрясающе сексуально, если не считать темных кругов под глазами.

— Не могу поверить, что вы, ребята, так быстро нас выследили, — выдохнула я, протягивая руку, чтобы коснуться его лица. — Я так чертовски по тебе скучала.

Он на мгновение прикрыл глаза, когда мои ледяные пальцы коснулись его теплых щек, и издал долгий блаженный вздох.

— Как ты могла сомневаться, что мы не найдем тебя быстро, Крошка? Мы не прекращали поиски ни на секунду с того момента, как почувствовали нападение. — Он снова открыл глаза, его выражение стало серьезным. — Где альфы, которые тебя похитили? Я горю желанием прикончить их самым мучительным способом.

Наклонившись вперед и стараясь не задеть стены, я поцеловала его в губы. Всего один нежный поцелуй, который был мне нужен больше, чем следующий вдох.

— Слэйд все объяснит. Дай мне секунду в ванной, и я сейчас вернусь.

Его ноздри слегка раздулись, а синева глаз потемнела, когда он посмотрел на меня.

— Месячные, — пробормотала я, не желая, чтобы он волновался.

Выражение лица Келлана смягчилось.

— Хорошо, красотка. Я буду ждать прямо здесь. Я больше не отойду от тебя до конца своей жизни.

Я фыркнула. Элегантно. Как леди.

— А что, если я умру первой?

— Ни за что. Абсолютно неприемлемо. Мы умрем вместе, и на меньшее я не согласен.

Месяц назад от такого заявления я бы пришла в ужас и сбежала куда подальше, но сегодня я почувствовала лишь уютное тепло в груди.

— Ловлю тебя на слове, Золотой. А теперь никуда не уходи.

Я отстранилась от него и чуть не врезалась в Слэйда, который стоял ближе, чем я ожидала.

— Сейчас вернусь, — крикнула я, заметив на заднем плане Хантера, который вполголоса спорил с какой-то блондинкой — ведьмой, как я предположила.

Я изо всех сил старалась не думать о множестве причин, по которым она могла быть связана с моей стаей, или о том, почему моя волчица хотела расцарапать ей лицо. Нам нужен был магический союзник, и я не собиралась позволять своему ревнивому зверю все испортить. Если она будет держать руки при себе, у нас все будет в порядке.

В ванной я потратила добрых пятнадцать минут, оттирая кровь с нижнего белья и штанов, и была благодарна, что ткань была достаточно темной, чтобы скрыть пятно. Сменив прокладку на новую, сложенную на этот раз еще толще, я снова оделась и умылась ледяной струйкой воды из ржавого крана.

Что мне действительно было нужно, так это долгий горячий душ и доступ ко всем моим туалетным принадлежностям. С прибытием остальной части стаи появилась надежда, что мы скоро выберемся отсюда и отправимся домой. Стая Роджерс, очевидно, не успела вернуться со своей армией, и за это я была бесконечно благодарна.

Игнорируя пессимистичный голосок в глубине сознания, которому все это казалось слишком уж удачным, я сосредоточилась на хорошем. Самым важным было то, что мы со Слэйдом больше не одни.

Очень скоро мы вернемся домой, в безопасность.

Домой.

За последние недели я в какой-то момент начала считать великолепный дом альф с его белой обшивкой и серым камнем своим домом, постоянно напоминая себе, что этот счастливый мыльный пузырь не может существовать вечно. Однажды альфам надоест моя неспособность создать с ними связь, и они либо принудят меня, либо отвергнут.

Оба варианта заканчивались тем, что мне приходилось бежать, а я уже знала, что это будет все равно что вырезать жизненно важный орган и надеяться выжить. Просто кровоточащая, зияющая дыра в моей душе, которая никогда не затянется. Как бы я ни была рада встретить этих альф и узнать, что на свете существуют достойные и удивительные оборотни, я не была уверена, что выживу теперь, когда знала, что могу потерять.

Когда я отважилась вернуться в гостиную, то обнаружила, что остатков стены и окна больше нет, а вся моя стая — включая Уоррика, о чьем присутствии я даже не подозревала — стоит на пороге.

— Уоррик, — выдохнула я. — Не могу поверить, что ты здесь.

Властный альфа, который первым подарил мне надежду на настоящую стаю и дом, прижал руку к груди.

— Мы беспокоились о тебе, Эмми. Я так рад видеть, что ты в порядке.

Меня отвлек Келлан: он обошел Хантера сбоку и сгреб меня в охапку. Он обнимал лучше всех на свете, и моя грудь снова начала глупо вздыматься.

Я никогда не привыкну к таким объятиям — таким сильным, таким полным нужды. Это вечно выбивало меня из колеи. Со стоном я погрузилась в его энергию, игнорируя боль в нижней части живота, которую лишь усилила его крепкая хватка.

— Помнишь, я говорил, что потерял десять лет жизни, когда на тебя напала наша охрана? — надтреснутым шепотом произнес Келлан, отстраняясь ровно настолько, чтобы увидеть мой кивок. — Так вот, когда тебя сшибли с мотоцикла и похитили у нас из-под носа, я потерял все сто. У меня заканчиваются годы, Крошка. Не могла бы ты, пожалуйста-препожалуйста, больше не попадаться в лапы к похитителям?

Этот альфа был идеальной дозой эндорфинов.

— Я очень постараюсь, — хихикнула я, с облегчением ощутив, что снова могу радоваться.

Слэйд отошел от Хантера, и не я одна ахнула, когда он прижал ладонь к центру моей спины, прямо поверх ткани рубашки. Его тепло было намного сильнее, чем у Келлана, и снова принесло облегчение моей ноющей матке.

— Ей больно, Кел, — произнес он своим мягко-угрожающим тоном. — Ослабь хватку.

Келлан тут же отпустил меня, и его лицо исказилось от беспокойства, пока он меня осматривал.

— Детка, прости. Тебе нужно было сказать.

Покачав головой, я уткнулась ему в грудь.

— Ты никогда не сможешь причинить мне боль, Золотой Мальчик. Никогда. Я хочу быть именно здесь, прижатой к тебе так крепко, как только возможно для оборотня.

На секунду в моем мире все стало на свои места, но я знала, что это ненадолго.

Мне предстояло разобраться со злой стаей альф и их ведьмой.

Что ж, видимо, с двумя ведьмами. Пора выяснить, кто эта блондинка.