Я на мгновение задумываюсь. Мне сразу перейти к делу или ходить вокруг да около?

— Я заметила, что, когда я схватила тебя за хвост, ты был немного… удивлен.

Следует долгая пауза.

— Хвосты чувствительны. — Его голос звучит немного напряженно.

Ох, чувак. Я совершенно сбила его с толку и даже не заметила этого.

— Мне так жаль. Я не осознавала.

— Не извиняйся. Мне понравилось, даже если это было неожиданно. — Он слегка выдыхает, и в его голосе звучит удивление. — Если нужно погладить мой хвост, я рад, что это сделала ты.

— Тебе приятно?

На этот раз я практически слышу, как он сглатывает.

— Да.

Я очарована, и моя вошь мурлычет так же громко, как и его. Мои пальцы чешутся, и я умираю от желания прикоснуться к нему, сократить расстояние между нами и почувствовать эту твердую обнаженную грудь под своей рукой.

— А у тебя… тебя когда-нибудь раньше трогали за хвост?

Глава 10

АРИАНА

Долгая пауза.

— Нет.

Значит, он девственник. Но вместо того, чтобы это испугало меня, я нахожу это очаровательным. Я собираюсь первой прикоснуться к нему, показать ему, каким хорошим может быть секс. О, это будет так весело.

Я также осознаю, что только что смирилась с тем фактом, что он — моя пара, и в какой-то момент мы займемся сексом. Я понимаю, что бороться с этим невозможно. У меня нет для этого ни физической, ни эмоциональной энергии. А Золай такой красивый и приятный, что зачем мне с ним бороться? Это все равно что бороться с радугой и со всеми другими замечательными вещами, которые только приходят мне в голову. Шоколад. Шелковая пижама. Горячий душ.

Что ж, черт возьми, теперь я действительно хочу принять горячий душ. Я вздыхаю.

— Что такое? — в его голосе столько напряжения, что я снова мгновенно настораживаюсь. — Ты разочарована моей неопытностью?

Ах милый.

— Нет, вовсе нет. Я просто сравнивала тебя с чем-то приятным в моем мире. Горячий душ. Это все равно, что мыться стоя, но там тепло.

— У нас в домашней пещере есть такая штука. Я отведу тебя туда. Она находится в центре домашней пещеры и нагревается благодаря земле под ней. Всем это нравится.

— У вас дома большая горячая ванна? Я за. — Меня даже не волнует, что она не личная. Если мне нужно искупаться голышом, я обязательно это сделаю. Я наклоняюсь к нему поближе, а затем решаю выложить все на стол. — А твои люди целуются, Зо?

— Я… не знаю, что это значит.

Я прикусываю губу, потому что сейчас мне очень, очень хочется прикоснуться к нему. Я сжимаю руку в кулак, чтобы остановить себя.

— Прежде чем я скажу что-то еще, я должна сообщить тебе, что у меня есть небольшой опыт. В некотором смысле.

— Значит, у тебя уже был партнер для удовольствия, — отвечает он, и я не могу сказать, хороший это ответ или плохой. Его обычно выразительный голос звучит нейтрально.

— Это плохо? Ты разочарован?

— У тебя были чувства к этому мужчине? Он здесь?

Я сказала, что это был всего один раз? Наверное, мне следует уточнить, пока ситуация не вышла из-под контроля. Не то чтобы я была большой поклонницей колледжа и вечеринок там, но у меня было несколько романов.

— Э-э, это был не один мужчина, но нет, ни к одному из них я ничего не чувствую. У меня больше года не было партнера для удовольствия. Просто не было времени, и я не нашла никого, кто бы мне понравился.

В темноте он протягивает руку и гладит меня по щеке, и это легкое прикосновение так же волнующе, как и неожиданно.

— Партнеры по удовольствию — это не так уж плохо, Ар-и. Это просто найти утешение в объятиях другого человека на несколько ночей. Пока твое сердце не замешано, я доволен.

Он действительно лучший парень. Как же мне так повезло? Меня переполняет такое удовольствие от осознания того, что моя сексуальная история не станет проблемой, несмотря на наши культурные различия, что я чувствую, что могу вздохнуть с облегчением.

И весь сексуальный опыт, накопленный в этой комнате, наполняет меня странным чувством смелости, которого я обычно не испытываю. Я больше не могу сдерживаться. Я умираю от желания поцеловать его. Я наклоняюсь вперед и провожу пальцами по его губам, находя их в темноте.

— Итак, ты хочешь, чтобы я показала тебе, что значит поцелуй?

Он делает такую долгую паузу, что я начинаю сомневаться, не собирается ли он отказаться. Наконец Золай говорит:

— Только если ты этого хочешь.

Он беспокоится, что может оказать на меня давление? Это мило, но в этом нет необходимости.

— Если бы я не хотела, то не стала бы этого предлагать. Но спасибо, что спросил.

Он сжимает мою руку в своей, когда я тянусь к его шее, останавливая меня на полпути.

— Как поживает твоя лавина?

Моя лавина? Мне требуется мгновение, чтобы понять, что он имеет в виду мое беспокойство.

— О, лучше. Ты мне сегодня очень помог.

— Я рад.

— Это… никогда не пройдет. Это то, с чем мне приходится бороться регулярно. — Надеюсь, он не думает, что это разовый сценарий.

— Тогда мы будем работать над этим регулярно, — соглашается он. — Я принесу тебе столько чая, сколько тебе нужно.

— Разговоры тоже помогают. Просто иметь другого человека, который выслушает меня и не скажет, что я слишком остро реагирую, в некотором смысле так же необходимо.

— Я всегда готов выслушать. — И его большой палец скользит по моей ладони. Это легчайшая из ласк, но, клянусь, я чувствую ее прямо у себя между бедер. Я задерживаю дыхание, мое тело покалывает от осознания того, как близко он находится и насколько мы «одни» впервые с тех пор, как я приехала сюда. Это действительно меняет ситуацию. — Не знаю, готова ли я к сексу, Золай, но… Я бы очень хотела поцеловать тебя.

— Тогда поцелуй меня, — бормочет он. — И я тоже тебя поцелую.

Я хочу подразнить его, сказав, что обычно это делают вдвоем, но я бы предпочла просто перейти к поцелуям. Я наклоняюсь к нему и вырываю свою руку из его хватки. На этот раз он отпускает ее и остается неподвижным, наблюдая за мной. Я провожу рукой по его затылку и опускаюсь вниз, так что наши губы оказываются на одной линии.

— Все начинается с простого прикосновения губ ко рту другого человека, — тихо говорю я ему, а затем демонстрирую.

Даже при самом легком прикосновении я могу сказать, что хочу большего. Его губы под моими теплыми и слегка приоткрытыми, и мне нравится, как прерывается его дыхание, когда я касаюсь его губ своими. Я делаю это один раз, быстро, затем поднимаю голову, чтобы увидеть его реакцию. Он все еще наблюдает за мной, совершенно неподвижно, поэтому я подхожу и еще раз быстро целую его.

— Что думаешь? — спрашиваю я, когда он не отвечает.

— Приятно, — бормочет он, и его вошь, кажется, сильно вибрирует у него в груди, совсем как у меня. — Сейчас моя очередь?

— Вообще-то, я только начинаю, — говорю я ему, улыбаясь. — Есть разные виды поцелуев. Легкие поцелуи. — Я наклоняюсь и снова нежно касаюсь его губ своими губами. — Покусывающие поцелуи. — Я прикусываю его нижнюю губу и тяну ее. На это он отвечает резким движением и низким стоном. — А мои любимые — поцелуи с языком.

— Поцелуи с языком? — Его дыхание звучит хрипло, а глаза полуприкрыты, сияние слегка потускнело. — Расскажи мне еще.

— Будет проще, если я покажу тебе, — шепчу я и касаюсь большим пальцем его подбородка, снова притягивая его губы к своим. На этот раз, когда я касаюсь его губ, я провожу языком по его приоткрытому рту. Он снова стонет, и я провожу кончиком по его языку, дразня и играя с ним так, что чувствую себя смелой и возбужденной одновременно. Боже, целовать его так здорово. Я нежно облизываю его губы, углубляя поцелуй, и когда он отвечает, его язык скользит по моему.

И на этот раз моя очередь ахать, потому что на его языке такие же завораживающие изгибы, как и на всем остальном теле. Какого черта? Я одновременно очарована и возбуждена этим новым поворотом, и я перестаю дразнить его и начинаю целовать всерьез. Моя рука касается его щеки, и мои губы прижимаются к его губам, а затем его рука оказывается в моих волосах, и наши языки сплетаются в брачном танце, который заставляет меня внутренне сжаться от того, как это хорошо. О боже, как же это хорошо. Я теряюсь в его вкусе, в страстном прикосновении его острого языка к моему, в тихих стонах, которые он издает, когда мы целуемся…

И постоянная пульсация моей воши в груди, говорящая мне о том, что она одобряет то, что мы делаем.

Поцелуй длится вечно, и чем дольше он длится, тем меньше я себя контролирую. По мере того, как наши языки соприкасаются и танцуют вместе, Золай становится все смелее в своих ответах. Возможно, я и провоцировала его, но он быстро учится, и не проходит много времени, как он становится главным, его язык скользит по моему и проникает в мой рот с таким энтузиазмом, что у меня перехватывает дыхание от возбуждения. Я прижимаюсь к его телу, когда мы целуемся, и когда его колено оказывается между моими бедрами, я сажусь на него верхом, даже не заботясь о том, что прижимаюсь к нему. Все, что я знаю, это то, что это невероятное ощущение, и я не хочу останавливаться.

В конце концов, мы отстраняемся и смотрим друг на друга. Я задыхаюсь, чувствую, что мой рот распух, и это так, так аппетитно. Он выглядит таким же ошеломленным, как и я, а наши вши так громко вибрируют друг для друга, что кажется, будто весь корабль сотрясается.

— Я чувствую запах твоего возбуждения, пара, — говорит мне Золай, его рука скользит по моему боку, а затем опускается ниже, обхватывая мою ягодицу через кожаные штаны. — Даже несмотря на то, что ты носишь так много одежды, я чувствую, как сильно тебе нравится, когда мои губы соприкасаются с твоими, а мой язык соприкасается с твоим ртом.

Мои бедра сжимаются в ответ, и я сдерживаю стон.

— Я… не знаю, стоит ли тебе говорить мне такие вещи, — говорю я, и мой голос звучит более чопорно, чем мне хотелось бы. Какая девушка захочет, чтобы ей говорили, что парень чувствует запах ее киски?

— Мне хочется прижаться там ртом, — стонет он, запуская руку в мои волосы. Он начинает неистово покрывать поцелуями мою шею и подбородок, откидывая наши переплетенные тела назад, пока я не оказываюсь под ним в мехах. — Чтобы ты потом почувствовала свой вкус на моих губах, насладилась тем, как хорошо ты пахнешь.

— Ох, — выдыхаю я, потому что в его устах это звучит чертовски привлекательно. Я покачиваю бедрами, непроизвольно реагируя на его слова. — Золай…

— Мне нравится, когда ты произносишь мое имя, — бормочет он. — Почти так же сильно, как мне нравится твой запах. — Он зарывается лицом в мою шею и облизывает чувствительную кожу на горле, и я стону, прижимаясь к нему, потому что это так приятно. — И почти так же сильно, как я люблю поцелуи, — говорит он мне.

Верно. Поцелуи. Это все, что мы должны делать. Я тяжело дышу, и все во мне кричит о том, чтобы я сбросила свою кожаную одежду и позволила ему сделать меня своей парой, но я не знаю, готова ли я к этому. Мое беспокойство начинает усиливаться, и я чувствую, как по телу пробегает легкая дрожь, которая не имеет ничего общего с вожделением.

— Все, что мы делаем, это целуемся, верно? — Я ненавижу нервный звук своего голоса. Я так хочу, чтобы он звучал уверенно, но у меня это не получается.

Золай, однако, слышит это. Он проводит языком по моей шее, отчего по мне пробегают мурашки.

— Ничего, кроме поцелуев, — успокаивает он меня.

Просто хочу уточнить…

— И эти поцелуи — над шеей, верно?

Он хихикает и сжимает мою ягодицу.

— У ша-кхаев есть поговорка: «Нет ничего слаще, чем ощутить на языке влагалище своей второй половинки».

Господи, это ужасно грубое высказывание.

— О.

— Но я подожду, пока ты не будешь готова к моему языку. — Он наклоняется и касается моих губ своими нежнейшими ласками, и я чувствую, что таю в его объятиях.

— Мне нравится твой язык, — мечтательно говорю я, снова обнимая его за шею. — Я просто не хочу торопиться.

— Тогда мой язык останется рядом с твоим. — Он поглаживает мою попку, одновременно притягивая меня ближе к себе, и я прижимаюсь к его длинному, стройному телу. Он невероятно теплый, и к нему так приятно прижиматься. Я даже не возражаю против твердой обшивки на его груди и плечах, потому что в остальном он такой удобный. Я провожу пальцами по внутренней стороне его руки, очарованная ощущением бархатистости его кожи, и его хвост задевает мою ногу. Я замираю. — Мне перестать прикасаться к тебе?

— Никогда, — говорит он мне хриплым голосом. — Но я хочу поцеловать тебя снова, когда ты это сделаешь.

— Ты можешь поцеловать меня.

Он тянет меня за волосы, а затем его рот снова накрывает мой, и я забываю обо всем на свете. Ничто не имеет значения, кроме сладкого вкуса губ Золайи на моих губах и эротичного скольжения его языка.

Неудивительно, что все так стремятся к резонансу.

Глава 11

ЗОЛАЙ

Я прижимаю к себе мою нежную девочку, пока она спит, очарованный ее присутствием в моих объятиях. Я никогда не думал, что это будет так приятно — прижимать к себе женщину, чувствовать, как ее дыхание щекочет мою кожу, как ее ноги сплетены с моими. Она не возражает против моих прикосновений к ее телу, и если бы я был менее собственническим мужчиной, возможно, я бы дал ей больше места для сна, но я не могу перестать прикасаться к ней. Я не могу перестать поглаживать ее спину через кожу или гладить округлый изгиб ее ягодиц и то пустое, плоское место, где должен быть хвост. Мне нравится, как она сделана. Люблю ее нежный, скользкий язычок, который касается моего, когда мы целуемся. Мне даже нравится ее плоское личико со странными чертами и таким маленьким носиком, что приходится моргать, чтобы увидеть его. Она совсем не похожа на настоящую… но это не значит, что она не кажется мне красивой. Я думаю о внешности Ар-и и о том, как она выглядит по сравнению с другими. Она не такая крепкая, как некоторые, и ее кожа не такая привлекательно смуглая. У нее грива странного коричневого оттенка, который я видел только в грязи. Но я бы ничего в ней не изменил.