Важный совет на будущее всем, кто пожелает припугнуть соседа силой военной коалиции или огромным множеством своих друзей: прежде чем объявлять противнику свои угрозы, сперва позаботьтесь о том, чтобы эти ваши разрозненные союзники хотя бы собрались вместе. Иначе вместо серьёзной угрозы получится цирк-шапито, в котором роль клоуна, над которым все смеются, будет отведена именно вам.

Граф Яго Хозяин Стекла прислал мне письмо с оскорблениями и угрозами, причём ниже печати аристократа и его размашистой росписи шёл длинный список и отпечатков перстней тех, кто по первому свистку якобы готов встать под знамёна графа и предоставить свои дружины для совместного боевого похода против Жёлтой Рыбы. Мне потребовалась помощь барона Уолтера Траго, который неплохо знал своих соседей, особенно умеющих махать мечом благородных рыцарей, чтобы идентифицировать некоторые имена из списка. Ещё пару имён подсказал его немолодой управляющий, который тоже присутствовал сейчас в военном лагере. Но даже с их помощью удалось опознать не всех, а лишь тринадцать имён из восемнадцати подписавшихся.

Маркиз Андрэ Ори, хозяин большого земельного надела, островного посёлка Хамь и пяти деревень. Безземельный рыцарь сир Брайн, лишённый отцом наследства за какие-то прегрешения (по слухам, инцест с родной сестрой), но сколотивший полусотенный отряд опытных конников и сейчас участвующий наёмником во всех конфликтах Приграничья. Сир Ондри Тугоухий, победитель рыцарского турнира прошлого года в Чёрных Шахтах, со своей небольшой дружиной. Братья Хуви и Лаплас Ур-Тори — оба могучих рыцаря ветераны нескольких недавних войн, а также их отчаянно-отважная сестра Сильфи Ур-Тори, боевой маг призыватель элементалей. Шевалье Хенрик Ур-Лито, чья многочисленная и богатая семья относительно недавно перебралась в Приграничье из Западной Империи, но быстро набирала тут силу и влияние.

Большинство из подписантов сами по себе мало что значили, и даже полусотни бойцов далеко не у всех набиралось, но всё это вместе выглядело действительно устрашающе. Вот только, насколько я сумел выяснить через своих разведчиков, большая часть людей из списка подписантов не покинула ещё свои вотчины и сидела дома, предполагая, что война с дикими орками если и случится, то граф созовёт союзников ещё очень нескоро. Огромное заблуждение с их стороны!

Три полутысячных отряда Жёлтой Рыбы прямо этой же ночью были направлены в небольшие посёлки и форты ближайших врагов, в которых мирно спали ничего не подозревающие благородные рыцари со своими жёнами, слугами и скромными отрядами соратников. Ещё по шести адресам отправились быстроногие эльфы-лучники с отравленными стрелами или невидимые кикиморы. Лишь шевалье Хенрика мой союзник барон попросил не убивать и только припугнуть, поскольку кузина сира Уолтера молоденькая Диана Траго являлась невестой этого аристократа, и даже дата свадьбы уже была назначена.

Если всё пройдёт гладко, то уже к середине следующего дня список «коалиции против орков Жёлтой Рыбы» должен был сократиться вдвое. Вот только таким быстрым способом, к сожалению, устранить возможно было не всех потенциальных врагов. Самые опасные противники из списка «коалиции» скрывались за высокими стенами родовых замков и охранялись многочисленной толпой обученных дружинников, так что подобраться к моим врагам было очень непросто. И потому я пошёл другим путём.

Меня давно удивляла та неимоверная лёгкость, с которой тут в мире Элаты возможно было подделывать официальные письма знати, большинство из которой было неграмотной и лишь ставило оттиск перстня на составленное слугой-писарем письмо. Тут даже не применялась специальная бумага с вензелями и водяными знаками, используй вообще любую более-менее пригодную, и сойдёт. И потому ночью в моей палатке вождя творилось то, до чего не догадывалось местное население. На чистом листе мелованной бумаги я тренировался ставить размашистую роспись графа Яго Хозяина Стекла, а рядом на столе уже сушились несколько гипсовых слепков, сделанных с оттиска его перстня на сургуче письма с ультиматумом. Когда же посчитал, что научился качественно подделывать подпись, младшая жрица Луана под мою диктовку принялась аккуратным каллиграфическим почерком составлять тексты четырёх «срочных писем от лидера коалиции».

Для начала сиру Бриану Младшему Си-Маори с собственным крепким рыцарским замком, штурмовать который я однозначно не собирался. Затем командиру сотенного отряда наёмников Юи Фартовому — устранять его отдельно смысла никакого не было, поскольку место командира просто занял бы кто-то из его помощников, и разобраться тут нужно было со всем отрядом наёмников скопом. В обоих письмах граф Яго Хозяин Стекла требовал от союзников немедленно, не теряя ни клепсидры лишнего времени, собрать бойцов и выдвинуться на соединение с войсками барона Диоклетиана Чёрного в его замок, поскольку «дозорные доложили, что Альвар Завоеватель уже завтра собирается перекрыть дороги и разбить вас поодиночке».

Следующее письмо было адресовано уже самому барону Диоклетиану Чёрному, которому «выпало крайне ответственное и секретное поручение» подчёркнуто радушно принять прибывших союзников, разместить чужих бойцов внутри крепости, а вечером устроить в честь прибывших большой праздничный пир. И на этом пиру обоих командиров-предателей, втайне давно уже продавшихся оркам и служивших их вождю Альвару Завоевателю, приказывалось напоить отравленным вином (кувшин с которым посланник также передавал барону Диоклетиану). Прибывших же солдат в письме предлагалось разоружить и бросить в темницу, а в случае вооружённого сопротивления убить всех поголовно безо всякой жалости.

Ну и, наконец, последнее четвёртое послание от лица «родного отца» было адресовано виконту Зязику Смелому. В первых строчках письма отец расписывал, какие непростые времена сейчас настали, и насколько важны сейчас решимость и готовность действовать без колебаний. Далее граф Яго переходил к сути дела — на носу большая война с орками Жёлтой Рыбы, а поскольку противник весьма силён, то как никогда важна сплочённость всех членов собранной против Жёлтой Рыбы коалиции. Но разведчики докладывают, что один из главных союзников, на которого граф Яго очень рассчитывал, а именно барон Диоклетиан Чёрный, ведёт какую-то свою закулисную игру. По слухам, он одного за другим заманивает членов коалиции в свой замок и там подло убивает. Отец признавался, что не знает, работает ли барон Диоклетиан Чёрный на орков или преследует какие-то собственные интересы, да и вообще правдивы ли эти порочащие барона слухи, а потому поручал родному сыну это проверить.

За день-два виконту предлагалось собрать все имеющиеся под его началом войска вплоть до последнего солдата-калеки, а также поднять все доступные возле Чёрных Шахт отряды наёмников, не жалея на эти цели никаких монет. И далее этой вот большой армией выдвинуться к замку барона Диоклетиана Чёрного, где провести тщательное расследование и, если шокирующие слухи подтвердятся, повесить изменника на воротах его же собственного замка. Замковую казну выпотрошить и забрать себе, саму же крепость Диоклетиана Чёрного спалить дотла и далее следовать на соединение с армией отца, которая будет ждать в вольном городе Болток.

Я внимательно перечитал все составленные Луаной письма, не нашёл никаких ошибок и подписал их росписью графа Яго Хозяина Стекла, после чего накапал сургуча и поставил оттиски печатки графа. Свернул все письма в свитки, причём письмо виконту перевязал непростой тесьмой цветов графского дома от настоящего письма-ультиматума графа, и снова везде поставил печати с оттиском перстня.

— Всё нормально? — спросил я у удивительно покладистой сегодня целительницы, безропотно выполнившей все мои распоряжения.

Вообще-то я опасался, что моя щепетильная подруга категорически откажется помогать мне в этом грязноватом деле, но Луана сегодня ночью была поразительно спокойной и сговорчивой.

— Да, Альвар, всё нормально. Раз ты посланник небесных сестёр в мире Элаты, то значит они действуют твоими руками и хотят этого. Так велят богини, и куда мне, скромной целительнице, спорить с непогрешимыми небесными сёстрами?

О как! Deus lo vult («Так хочет Бог», латынь), в моём мире этот девиз крестоносцев оправдывал любые их поступки и злодеяния, и в мире Элаты похоже существовало схожая позиция жрецов. Как бы то ни было, я убрал свитки в заготовленные тубусы для писем, подозвал четырёх всадников из числа наёмников Мансура, для которых мы уже подыскали плащи и одежды в цветах флага вольного города Болток. Выдал заготовленные послания вместе с подробнейшими инструкциями, после чего наконец-то отправился отдыхать — долгая ночь уже заканчивалась, и на востоке небо уже приобрело розовый оттенок, предвещая новый важный день.

* * *

Первые отголоски ночных приготовлений стали приходить следующим днём. Вернулись посланные в ночь отряды орков, и мне были продемонстрированы головы братьев-рыцарей Хуви и Лапласа Ур-Тори. Их сестру-волшебницу Сильфи я просил по возможности взять живьём, но это оказалось невозможно сделать, поскольку противница была слишком опасна, так что мне была вручена ещё одна голова. Затем к моим ногам был кинут шевелящийся мешок с потенциальным родственником барона Уолтера Траго шевалье Хенриком Ур-Лито. Из мешка доносились площадная брань и угрозы, так что я пока повременил освобождать пленника и приказал посадить в яму. А вот опасного сира Ондри Тугоухого я вовсе не собирался оставлять в живых, но мои отправившиеся за его головой орки зачем-то притащили рыцаря целиком, связанного и основательно помятого, но вполне себе бодрого и даже не покалеченного. И что мне теперь с ним делать?

— Гммм… Исключительно из уважения к рыцарской чести и твоему мастерству победителя большого турнира Чёрных Шахт, сир Ондри, назначаю за твою голову выкуп в семь золотых монет. До уплаты выкупа посидишь пока в клетке. Хотя, если дашь слово не пытаться сбегать, будешь развязан и волен перемещаться по моему лагерю без ограничений.

— А какой в этом смысл? — отказался от столь щедрого предложения этот здоровяк. — У меня нет ни денег на выкуп, ни богатых родственников, которые за меня бы его заплатили. Так что руби мою бедовую голову, вождь орков, чего время тянуть?

Ух ты! Он абсолютно не страшился смерти и вёл себя удивительно спокойно, а главное очень достойно для пленника, жизнь которого висела на волоске. Признаться, мне этот храбрец даже понравился. И похоже не только мне.

— Альвар, я заплачу за него выкуп! — слова принадлежали темнокожей героине, и произнесла их Мурена на языке орков, чтобы наш пленник не понял.

С чего бы вдруг такая щедрость? Я перекинулся со своей знакомой парой фраз и понял, что инициатива сохранить благородному рыцарю жизнь принадлежала именно темнокожей убийце, руководившей в этой ночной миссии всем полутысячным отрядом, и ослушаться опасную начальницу орки не посмели. Как она собирается возвращать потраченные на выкуп деньги, Мурена пока что и сама не знала, но её решение шло от самого сердца. И раз так…

— Ладно, сир Ондри, обойдёмся вообще без выкупа. Мне достаточно будет твоего слова, что не станешь участвовать в разгорающейся войне моей Жёлтой Рыбы против вольного города Болток, после чего можешь быть свободен. Жизни твоих оруженосцев и слуг это не вернёт, но тебе вернут оружие, доспехи и коня.

Ответом мне стало долгое молчание, и я даже решил, что рыцарь меня не услышал в полном соответствии со своим прозвищем Тугоухий. Но наконец связанный пленник заговорил, вот только совсем не на тему своего освобождения. Он кивком указал на Мурену, которая никуда не уходила и по-прежнему находилась рядом.

— Какая же она потрясающая воительница! Героиня Мурена, наслышан о ней, а сегодня сам лично убедился, что все слухи о её необычной внешности и силе нисколько не преувеличены. И даже польщён, что столь опытную и прекрасную убийцу послали против меня. Я благодарен судьбе за то, что героиня в последний момент остановила клыкастых головорезов. Скажи, Альвар, её остановил мой оберег Богини Смерти на шее? Я ведь слышал, что призванная героиня Мурена служит жрецам Мораны.

Не знаю, почему сир рыцарь не задал этот вопрос напрямую героине, а спрашивал у меня, но моя знакомая смутилась и растерялась, начав оправдываться на языке орков.

— Вот ещё… Альвар, я и кулона-то его не видела, пока он сейчас не сказал о нём… Но почему спасла сама не знаю. Может, он просто не заслуживал смерти?

Я перевёл её слова благородному рыцарю по-другому.

— Мурена говорит, что ей нужен был опытный партнёр для спарринга на мечах, чтобы оттачивать мастерство, а тут в Приграничье достойных противников ей не найти. И предлагает тебе, сир Ондри, в обмен на сохранение жизни находиться при ней до окончания этой военной кампании и помогать ей с тренировками.

— Что⁈ — глаза темнокожей девушки округлились от удивления, вот только поправлять меня она всё же не стала и после некоторой паузы кивнула.

Рыцарь же моментально согласился на такие условия и поклялся не пробовать никуда убегать и даже в случае необходимости оберегать свою спасительницу от опасностей. После чего я приказал его развязать, вернуть оружие с доспехами и хорошенько накормить.

Стали возвращаться и другие мои посланники. Эльфы коротко отчитались об устранении трёх обнаруженных целей. Отравленные сильным ядом стрелы, в одном случае попасть получилось с весьма далёкого расстояния сквозь небольшую щель в приоткрытом окне. Уцелеть удалось лишь одной намеченной жертве — пущенная стрела не пробила надетую под доспехом кольчугу, и поднялась тревога, так что длинноухому ассасину из отряда Диассы Ловкой Лани пришлось срочно удирать в густой лес.

Кикиморы были более изобретательными и устранили обоих порученных врагов изощрённо. Одного в самый неподходящий момент парализовали уколом смоченного в яде стилета и столкнули в выгребную яму старого деревенского сортира, где рыцарь со спущенными портками и тяжёлой кирасой не имел никаких шансов выплыть. Ещё один враг получил ядовитую иглу в ухо прямо во время завтрака в компании соратников и слуг, и никто из присутствующих за столом ничего не понял — все решили, что маркиз подавился куском пищи, и пытались помочь ему избавиться от мешающего предмета в глотке, пока не стало слишком поздно.

Но главные события происходили всё же в другом месте. Замок барона Диоклетиана Чёрного стал местом кровавой драмы. Вечерний пир превратился в спонтанное побоище, где тяжёлые потери понесли все стороны. А прибывший на следующий день полутысячный отряд виконта Зязика Славного довершил разгром, перебив остатки дружины барона и подпалив замок с трёх сторон. Ночное зарево было видно за многие мили, так что даже спешно примчались посланники из вольного города Болток узнать причину пожара.

Жаль, что я сам лично не присутствовал при общении виконта с посланниками недовольного отца и даже не догадался направить туда никого из нечисти, чтобы послушать их словесную перебранку. Глядишь, и обогатил бы свой словарный запас местными бранными идиоматическими выражениями. Как бы то ни было, отправляться к отцу на ковёр в город Болток обманутый виконт не стал и предпочёл вернуться в свои Чёрные Шахты… однако обнаружил, что за время его отсутствия оставленный без защитников город уже был взят без боя Жёлтой Рыбой, и открывать ворота для него никто не собирается!!!

* * *

Долгих пять дней после этого противник не предпринимал никаких активных действий — целая вечность в условиях войны! Однако на шестой день в мою ставку вождя, перенесённую в Чёрные Шахты, прибыла делегация с белыми флагами парламентёров. Возглавлял её лично сам граф Яго Хозяин Стекла, нужно отдать должное безрассудной храбрости этого немолодого аристократа. У меня руки чесались взять его в плен и тем самым сразу закончить войну, однако я всё же сдержался и пригласил вражеского командира в бывший дворец правителя графа Кубина Младшего, который снова занял.

Переговоры проходили в бывшем большом обеденном зале, переоборудованном сейчас под мой командный центр — карты разных соседних территорий на стенах с флажками моих сотен и направлений удара. А также выполненный из папье-маше и раскрашенный в осенние цвета огромный в полкомнаты макет Глинского поля на громадном столе с отметками ям для добычи глины, топких участков, непроходимого рва с водой, мест захоронений бойцов большой битвы и прочих особенностей местности — предмет моей заслуженной гордости и работа здешнего домового Куюна, присягнувшего мне в верности и оказавшегося очень умелым в изготовлении таких вот наглядных пособий. Видно было, что граф Яго территорию Глинского поля мгновенно узнал, но он очень постарался не выдать своего изумления.

— Вождь Альвар, я хотел бы обсудить условия прекращения этого ненужного обеим сторонам противостояния, — начал мой оппонент, неспешно обходя комнату и остановившись возле одной из карт на стене, изо всех сил стараясь не слишком удивляться подробному плану своей столицы вольного града Болток с отметками всех основных улиц, казарм стражи, башен и настенных орудий. Эту карту рисовал я сам, подобравшись вплотную к вражеской столице и использовав Куруку для обзора сверху.

— Да, я вас внимательно слушаю, граф!

— Я подумал за эти прошедшие дни и пришёл к решению признать власть барона Уолтера Траго над торговым посёлком. Это будет справедливо. После чего твои орки уйдут на свои территории и больше не вернутся. Такой исход тебя устроит?

Он смеётся надо мной? Посёлок Кроличьи Ямы перешёл к моей стороне ещё до начала противостояния с так называемой «коалицией», что собственно и послужило первопричиной конфликта. После чего много что случилось, в чём граф как раз мог сейчас убедиться, когда начал внимательно рассматривать список моих противников из его же собственного письма, в котором почти все строки были уже вычеркнуты.

— А если серьёзно, граф? — ответил я вопросом на его абсолютно нелепое предложение.

— Я вполне серьёзен сейчас, Альвар. Моя армия подготовилась к походу и полна сил. Она может в любой момент выйти из города и атаковать любую из твоих позиций. Город Красный Утёс. Родовое гнездо семьи Траго. Город Чёрные Шахты или даже просто торговый посёлок, послуживший причиной спора. Мы можем даже пойти на земли орков и спалить там всё! Ты не сможешь везде держать достаточно бойцов, так что твоя армия будет разбита по частям. Если же решишь-таки собрать все силы вместе, то у меня банально в полтора раза больше бойцов, и ты проиграешь! Но я хочу мира между соседями и не желаю лишних потерь, а потому предлагаю тебе мир на достойных условиях.

Я долго честно пытался сдерживаться во время его речи, но всё же в итоге не смог и рассмеялся.

— И это «достойные условия»? Из восемнадцати подписантов твоего ультиматума четырнадцать уже мертвы или находятся у меня в плену. Твой старший сын Зязик лишился города Чёрные Шахты и снова стал безземельным. Замок барона Диоклетиана спалён дотла, да и крепость сира Бриана Младшего Си-Маори уже контролируется моей стороной. Фактически, из всех точек на карте у тебя остался лишь один-единственный город Болток. И я сразу предупреждаю, что стоит лишь твоей армии из него выйти, как Жёлтая Рыба ворвётся в твою столицу!

Граф сжал кулаки, но всё же промолчал. Уже прогресс! И потому я озвучил условия мира, какие действительно считал справедливыми.

— Торговый посёлок Кроличьи Ямы и земли вокруг него остаются у моей стороны. Как за мной остаются и город Чёрные Шахты, и бывшая крепость Си-Маори, я найду там достойных наместников. Бывшие земли Диоклетиана разделим поровну. Ну и с тебя двести сорок золотых за то, что я не стану захватывать твою столицу город Болток, хотя сил для этого у меня вполне хватает!

Мой собеседник молчал очень долго. То ли он был слишком шокирован услышанным, то ли пытался найти какие-то ранее неучтённые мои силы, отчего я и отвечал ему с такой уверенностью в собственном превосходстве. Наконец, граф Яго дал ответ.

— Похоже, Альвар Завоеватель, наш спор решит только генеральная битва, которая и определит победителя. Тогда встретимся через три дня на Глинском поле, — седой аристократ указал на макет в центре комнаты и даже снова подошёл к столу, рассматривая местность предстоящей сечи. — Вижу, что ты очень готовишься к этому сражению, так что постараюсь тебя не разочаровать!