Я попыталась заставить себя поднять отвисшую челюсть.

– Что? Если это правда, то у Иззи есть очень серьезный мотив, чтобы убить Мартина.

– Согласен.

Откусив еще кусочек хлеба, Лиам стряхнул с пальцев крошки.

– Ладно, значит, ты не шутил насчет того, что бармены узнают лучшие сплетни.

– Это еще не все сплетни, которые я сегодня услышал, – откинулся Лиам на спинку дивана.

Я гордилась тем, что оказалась полезной доктору Колдуэлл, учитывая мою подготовку в криминалистике, но Лиам обошел меня во всем. Я была рада, что он был готов со мной делиться, но в то же время жалела, что не удалось заставить подозреваемых открыться мне.

– Что еще ты услышал?

Выпрямившись, он огляделся вокруг, чтобы убедиться, что нас никто не слушает.

– Этот слух не хуже и связан с тем кусочком пленки.

– Хорошо.

Он определенно кайфовал от того, что имел надо мной превосходство.

– Я случайно услышал, как Руфус разговаривал по телефону. Он пришел на поздний ланч и занял этот самый диванчик, сделав из столика что-то вроде временного кабинета. Он разложил тут кучу бумаг и достал ноутбук. Я не люблю, когда посетители у нас засиживаются. Все-таки это ресторан, а не бесплатный коворкинг.

– А как же геймеры, которые часами у тебя зависают? – указала я в сторону столов для игр.

– Это другое. Пока они здесь, они тратят деньги, заказывают напитки, закуски, все такое. Игры возбуждают аппетит. Руфус заказал кружку супа и стакан воды, а потом занял столик почти на два часа. Я подошел к нему, чтобы сказать, что пора освободить место. Мои сотрудники несколько раз попытались тонко ему намекнуть, но это не помогло. Он разговаривал по телефону и не видел, как я подхожу к нему со спины. Угадай, с кем он разговаривал?

– Почему ты заставляешь меня все угадывать?

– Потому что мне весело видеть тебя не в своей тарелке.

– Не в своей тарелке? Ты о чем?

– Ну да, – не стал он вдаваться в подробности.

– В любом случае я понятия не имею, с кем разговаривал Руфус, разве что Мартин превратился в призрака и не дает ему покоя.

Лиам рассмеялся.

В уголках его глаз появились морщинки. Смех Лиама был низким и хриплым. Расхохотавшись, он стал казаться моложе, а я почувствовала, словно все нервы в моем теле по очереди выстрелили.

– Нет, насколько мне известно, он не разговаривал ни с какими потусторонними сущностями. – Лиам снова поднял бокал с вином. – Он говорил со своим страховым агентом.

– О пропавших пленках?

Это было логично. Руфусу наверняка нужно было заявить об этом своей страховой компании.

– Понимаю, что это звучит довольно скучно, но есть одна загвоздка. Он оформил полис несколько недель назад, а сейчас спорил со своим агентом по поводу того, сколько ему должны, и объяснил, что поменял полис после того, как ему провели новую оценку винтажных пленок, и теперь они были застрахованы на два миллиона долларов.

Ого!

– Два миллиона долларов, – повторила я громче, чем планировала.

Лиам прижал палец к губам.

– Два миллиона. На мой взгляд, неплохая выплата.

Он поднял бокал выше.

– Значит, Руфус мог сам украсть эти фильмы, чтобы заявить об этом в страховую компанию.

– И присвоить два миллиона долларов наличными.

– Интересно, как это может быть связано с убийством Мартина? Мог ли Мартин узнать о плане Руфуса? Может, он застал Руфуса, когда тот прятал фильмы?

– Или отрывал кусочек пленки, – добавил Лиам, зачерпывая ложкой кусочек нежного куриного мяса.

– Точно. И в порыве эмоций Руфус его убил, чтобы заставить замолчать.

Мне жутко не хотелось этого признавать, но обсуждение дела с Лиамом приносило мне странное удовлетворение. Мы словно читали мысли друг друга и приходили к одним и тем же выводам.

– Как думаешь, насколько велика вероятность того, что его фильмы где-то надежно спрятаны, а тот кусочек пленки, который я нашел у помойки, – это его попытка подбросить улику?

– Попытка доказать страховой компании, что их украли, – сказала я.

– Ты же понимаешь, что это значит?

– Мы должны найти эти фильмы. Сейчас же.

Я уже стояла на ногах.

– Прямо сейчас? А как же ужин? – указал он на свою полупустую миску.

– Лиам, если мы сможем найти фильмы и доказать, что Руфус украл их ради страховой выплаты, то поможем завершению расследования. – Схватив сумку, я полезла за кошельком. – Сколько я тебе должна?

– Нисколько. Это за счет заведения.

– Спасибо.

Мне было некогда с ним спорить. Мы должны были найти винтажные пленки.

– Дай мне минутку. Хочу убедиться, что у моих сотрудников все под контролем.

Лиам собрал наши тарелки. Я шла за ним с бокалом вина в руке, допив его несколькими глотками, чтобы набраться храбрости. Где Руфус мог спрятать пленки? Они должны быть где-то в «Потайном шкафу» или рядом. Это было единственным логичным вариантом.

Я поставила себя на место Руфуса. Он наверняка отчаянно стремился как можно быстрее спрятать контейнеры с пленками. Если он взял их напрямую из Королевского театра, то мог оторвать кусочек и намеренно оставить его возле мусорного бака, чтобы направить полицию по ложному следу.

Меня очень насторожило его поведение, когда он заявился в книжный магазин и обвинил нас в том, что мы прячем у себя его драгоценные фильмы. Но надо было признать, что у него неплохо получилось. Это было отвлекающим маневром. Уловкой.

– Куда мы идем? – спросил Лиам, протягивая мне пакетик с остатками еды. – Я положил туда парочку канноли[37]. Можешь съесть их попозже.

– Спасибо.

Его милые поступки сбивали меня с толку не меньше, чем расследование убийства.

– Так куда?

– В книжный магазин.

Я быстрым шагом направилась к двери, и Лиам последовал за мной.

– А почему в книжный? – спросил он, когда мы мчались по тротуару, пока наконец не добрались до ворот в конце улочки.

Лиам дернул тяжелую железную решетку.

– Заперто.

– У меня есть ключ. – Поиграв ключом, я бросила его Лиаму. – Но это странно. Хэл никогда не запирает ворота на ночь.

Возможно, он передумал, когда осознал, что среди нас скрывается убийца.

Мы поспешили по гравийной дорожке. Мелкие камешки разлетались под нашими ногами. Висевшие вдоль тропинки флажки и гирлянды колыхались от легкого ветерка. Мы зажигали эти крошечные золотистые фонарики только в часы, когда магазин был открыт, но светодиодные лампы продолжали освещать землю и сейчас.

Зря я не надела кеды. Мои сабо от Mary Jane то и дело соскальзывали, пока я пыталась угнаться за Лиамом. А еще стоило захватить с собой кардиган: в воздухе ощущалась легкая прохлада.

Зашедшее за особняк солнце словно подсвечивало его сзади. В мягком предзакатном сиянии усадьба казалась позолоченной, но, когда мы добрались до ее главного входа, я заметила, что внутри особняка царит мрак. Ни наверху, ни на первом этаже не горело ни единой лампочки. Даже два старинных настенных фонаря, висевших по обе стороны от входной двери, были выключены. Хэл всегда оставлял их гореть. Он обожал их шарм и шутил, что никогда не знаешь, не заявится ли посреди ночи запряженная конями карета с таинственным гостем или срочной вестью.

– Как странно, что свет везде выключен. – Я взглянула на часы. – Сейчас только восемь. Не могу представить, чтобы Хэл уже лег спать.

– Похоже, мы в тупике. – Лиам вытянул шею, изучая остроконечную черепичную крышу. – Ты права, тут и правда довольно тихо.

– Или Руфус сейчас внутри. – Я взглянула на дорожку, ведущую к террасе и садам, в надежде на то, что вдруг замечу там какое-нибудь движение, но все было тихо. – Он мог запереть за собой ворота, чтобы выиграть несколько лишних минут. Замок с этой стороны, значит, все, что ему нужно будет сделать, – это просто отпереть их изнутри, когда он будет уходить.

– Может, стоит вызвать полицию? Что-то мне не по себе… – обеспокоенно нахмурился Лиам.

– Великие умы мыслят одинаково, – выпалила я, прежде чем осознала, что говорю.

Его глаза сверкнули в лучах заходящего солнца.

– Сейчас позвоню доктору Колдуэлл. – Я схватила телефон. Звонок сразу же был перенаправлен на голосовую почту, так что я оставила ей подробное сообщение и на всякий случай еще и отправила эсэмэску. – Окей, теперь она в курсе. Я предлагаю действовать осторожно.

– Энни Мюррей, ты просто нечто.

Лиам замер. Он пристально на меня взглянул, словно пытаясь понять, сумасшедшая я или гениальная.

Нам некогда было терять время. Засунув руку в сумку с книгами, я помахала перед ним ключом от книжного магазина.

– Поехали.

Отперев дверь и изображая уверенность, которой на самом деле не ощущала, я зашагала вверх по лестнице. У меня дрожали колени и перехватывало дыхание, но нам нужно было это сделать. Если Руфус уничтожил пленки, то доказать, что он убийца, будет намного сложнее, если вообще возможно. У нас был мотив. Теперь нам нужны были реальные доказательства.

– Может, не будем включать свет? – шепотом спросила я Лиама. – Если Руфус здесь, то нам не нужно, чтобы он узнал, что мы за ним следим.

– Наверное, это хорошая идея.

Лиам включил фонарик на смартфоне.

– Туда, – указала я в сторону оранжереи. – Сначала они пошли туда.

– Думаешь, он тайком пронес фильмы в магазин под предлогом того, что вы их украли, а потом спрятал для сохранности?

Лиам уверенно двигался вперед, делая медленные, размеренные шаги.

– Звучит странновато, но это единственное разумное объяснение, которое у меня есть, так что будем его придерживаться.

Я обогнула столы с выставленными на них книгами и чайный уголок.

– Окей, поддерживаю. Показывай, куда идти, – ответил он без тени колебания.

Он в прямом смысле меня поддерживал. Лиам был словно телохранитель. Он держался в нескольких сантиметрах от меня. Я чувствовала едва заметный запах чеснока, который смешивался с ароматом его лосьона после бритья, когда мы обошли кассу и направились в бальный зал. Запах действовал на меня опьяняюще и жутко отвлекал.

«Хватит, Энни. Это не свидание. Вы ищете улики, которые могут быть связаны с убийством».

Эта мысль мгновенно меня отрезвила.

У нас не было никакого прикрытия – мы могли полагаться только друг на друга, а если эти пленки были как-то связаны со смертью Мартина, то мы могли оказаться в опасности.

Мне нужно было сосредоточиться на одной-единственной вещи – на поисках принадлежавших Руфусу фильмов.

Просторный зал казался холодным и гнетущим. Его заливал лунный свет. Большие арочные окна, расположенные вдоль дальней стены, которые днем впускали в помещение теплый, естественный свет, теперь напоминали мне черные зеркала, отбрасывавшие на пол длинные тени.

Обычно мы использовали это помещение для крупных мероприятий, выставляя стулья рядами напротив сцены, но сейчас стулья были убраны.

В похожей на пещеру комнате было холодно и гнетуще. В ней было так много свободного пространства, что она казалась пугающе пустой. Каждый скрип половицы или шорох занавесок заставлял нас с Лиамом замирать.

Он использовал фонарик на смартфоне, чтобы изучить первый ряд книжных стеллажей.

– Есть какие-нибудь мысли по поводу того, где Руфус мог их спрятать? – спросил Лиам, понизив голос и направив телефон в сторону полок.

– Нет, – вздохнула я, задаваясь тем же вопросом.

В этот момент в дальнем конце помещения раздался громкий глухой треск.

Мы оба подпрыгнули.

Лиам заслонил меня рукой.

– Не шевелись.

Кто-то опрокинул книжный шкаф в дальнем конце бального зала, а теперь направлялся прямо к нам.