* Сабин *

Взрывы смеха, доносившиеся из лагеря, вызывали у меня нервную дрожь. Я постоянно оглядывалась, не решаясь покинуть шатёр. Не могла толком объяснить это чувство, но понимала, что происходит нечто странное.

Я расспрашивала и Трин, и сэра Ульрика, оставшегося здесь за главного, но они оба лишь разводили руками. Раз уж староста и гости прибыли, не выгонять же их? Как именно они попали внутрь, никто толком не знал, но большой проблемы в этом не видели — в конце концов, это были люди сэра Конрада.

Пиво и медовуха лились рекой, вино придерживали до возвращения рыцарей — говорили, те должны появиться через несколько часов. Я слышала голоса гостей по всему лагерю.

Разве их не должно было быть всего пятнадцать?

— Сабин, тебе принести чего-нибудь? — Ира оказывалась рядом время от времени, но сейчас я впервые не стала отказываться.

Девушка разрумянилась, счастливо улыбалась и вообще выглядела так, будто это был один из самых прекрасных дней в её жизни. Не иначе ей удалось наладить отношения со старостой и господами из близлежащей деревни.

Как она вообще называлась? Вроде Ракуши, и здесь действительно неподалёку располагалось огромное поместье, принадлежащее лично сэру Конраду.

— Да, можешь принести похлёбки? Да понаваристей, с мясом.

Дура, зачем я потратила весь свой дар на такую глупость? Никогда так не делала, не следовало и начинать!

Через несколько часов я услышала отдалённое ржание лошадей — это рыцари спешивались на подходе к лагерю. На первый взгляд всё казалось нормальным, если не считать огромного количества незнакомцев в лагере.

Высоких, сильных, молодых… Улыбающихся нашим девушкам, подшучивающих по-свойски с воинами и сэром Ульриком.

Я быстро направилась в сторону коновязи, сама не зная, что скажу. Что такое скопление незнакомых людей нервирует меня? Уверена, я была не одна в своих предчувствиях, но если ответственные за лагерь говорят, что всё в порядке — то что мне думать?

На сердце потихоньку становилось легче — сэр Гектор здесь, он разберётся, никто кроме него.

Без него весь этот поход никогда бы не состоялся и не продлился бы и нескольких дней.

Я широко улыбнулась, увидев впереди огромную тёмную фигуру, спешивающуюся с Валора и разворачивающуюся ко мне. Заметив мою реакцию, мужчина даже растерялся, отступив на шаг.

Словно не веря, что видит это на самом деле. Что-то мелькнуло в его глазах — неожиданно уязвимое.

А потом он сделал шаг вперёд…

— Подожди! В лагере чужаки, много гостей из Ракуши.

Сзади раздался крик:

— Он мёртв! Он мёртв! — Трин стояла над одним из солдат, пытаясь привести его в чувство, а потом начала судорожно переворачивать мужчину, который на первый взгляд казался просто пьяным. — Его убили!

Она нашла колотую рану?

Её вопль, послужил сигналом — всему. Откуда-то у наших гостей, которых никто вовремя не обезоружил, появились кинжалы, и они тут же напали на оставшихся в лагере воинов и слуг.

Крики их ужаса звенели у меня в голове, но я сразу же пришла в себя, убираясь с дороги рыцарей, немедленно рванувших к основной части лагеря.

Что случилось бы, если бы они успели снять доспехи и зайти внутрь? Если бы начали пить вместе с нашими «гостями»? Была ли это изначальная задумка?

— Не высовывайся. Оставайся рядом с Валором, найди укрытие, а если что-то случится — скачи в столицу, путь чист.

Мир сузился до звона стали и вспышек факелов, но рыцарей было намного меньше, чем внезапных врагов, а вход в лагерь оказался почти перекрыт двумя телегами, стоявшими поперёк.

Эти телеги давали укрытие, но одновременно образовывали опасное бутылочное горлышко, в которое рыцари могли проходить лишь по одному или двое, пока большую часть наших воинов и слуг по другую сторону… Убивали? Не говоря уже о том, что каждого рыцаря, оказавшегося по ту сторону, ждала засада.

Сэр Гектор не мог использовать силу, потому что там всё ещё оставались живые, и наверняка их собирались использовать как щит, чтобы защититься от магии рыцаря смерти. Мало того, в темноте многие вообще не понимали, что происходит.

Вспышка света справа — это загорелся шатёр, в котором я жила и в котором наверняка пропадут все мои «богатства», но я рванулась не туда, а в обратную сторону, в тень, боясь, что меня заметят.

— Не путайтесь под ногами! — рявкнул один из рыцарей на служанку, которая оказалась рядом и бросилась от него с криком ужаса.

Я не хотела быть на её месте, не хотела мешать им, совершенно не разбираясь в подобных битвах, но вопли отчаяния и страха пробирали меня насквозь. Валор, рядом с которым я оказалась, нервно топтался на месте, взбрыкивал, взбудораженно фыркал и прял ушами, так что я едва могла его успокоить.

Если честно, я боялась, что кто-то нападёт в ночи и перережет коней. Это были не просто лошади, а продолжение рыцарей — тренированные, мускулистые, породистые животные, и если нам нужно будет быстро покинуть лагерь, то ничто другое не поможет.

Видимо, сэр Гектор тоже это понимал, потому что рядом со мной неожиданно возник один из оруженосцев — Раймон де Лис. Конечно, он не чета своему рыцарю, но всё же сильнее большинства вояк.

— Проклятье, что случилось, пока нас не было?! — крикнул он, заметив меня, удерживающую Валора. Со стороны поляны на востоке, которая сейчас еле проглядывалась сквозь пелену пожаров в лагере, послышался шум, и я резко обернулась.

— Там кто-то есть. Что если нас возьмут в кольцо? — взволнованно прошептала я и поняла, что охрипла.

— Думаешь, сэр Гектор не понимает этого?! — оруженосец отвечал зло, но я видела, что это скорее от страха.

Как и я, он теперь не сводил взгляда с поляны, но тоже ничего не различал.

— Сколько их? — требовательно спросил он.

— Я не знаю! Человек тридцать, наверное, я была в шатре до вашего прибытия.

Тридцать в лагере, и они уже успели перебить кучу народа, судя по крикам, и кто знает, сколько ещё снаружи. В этот момент из-за облаков показалась луна, осветив поляну. Я вздрогнула от ужаса, заметив с десяток теней.

— Что нам делать? Они убьют лошадей и нападут на рыцарей сзади.

— Там высокий дом, видела? Нам нужно отступать, — он сообразил быстрее меня, и я действительно вспомнила, что видела каменное сооружение, возможно, частично разрушенное, но по крайней мере там можно укрыться. И если сэр Гектор окажется внутри, он сможет обрушить свою магию на каждого, кто попытается проникнуть в дом…

— А что если нас просто сожгут?

— Здесь нас точно прикончат! — рявкнул он и рванулся к рыцарям у телег, я же осталась совсем одна, тяжело дыша и не зная, чего ожидать.

— Сабин! — голос Трин был полон ужаса, когда она показалась из когда-то уютного и такого привычного лагеря. Женщина подбежала ко мне, дрожа всем телом и прижимая к себе раненую руку, которая безвольно болталась. — Они… они…

— Тихо! — рявкнула я. — К нам идут с поляны, нам нужно уйти, хотя бы в тот дом.

— Куда? Нас убьют, нет, я не уйду! — женщина впала в истерику, но куда сильнее меня напугало ржание лошадей за спиной — я поняла, что там уже кто-то есть.

— Гектор! — отчаянно крикнула я, а после из последних сил нацепила на себя… иллюзию сэра Гектора, разворачиваясь на звук.

Оттуда послышались ругательства, кто-то упал, и я отпустила Валора, надеясь, что он убежит. Со стороны телег донёсся звук рога и приказы об отступлении.

— Освободи коней! — крикнула я Трин и дёрнула за ещё две завязки, когда прямо надо мной выросла тень, появившаяся из ниоткуда. Замах руки… но напряжение, в котором я находилась, было таким чудовищным, что я тут же дернулась в сторону. Лезвие не задело меня, лишь рукоятка приземлилась прямо на голову.

В ушах зазвенело, однако через секунду нападающего смело прочь, когда прямо над моей головой пронеслась волна ужаса и боли…

Такая знакомая, такая осязаемая. Она не зацепила меня, лишь обдала холодом, но сразу же обрушилась на врагов.

— Отступаем! — повторил он, вздёргивая меня за локоть, пока перед глазами всё кружилось, и забрасывая на плечо, словно мешок с картошкой. — Это приказ!

Я боялась даже помыслить, сколько людей погибло в этой резне. Раненых в спешке и полном хаосе грузили на коней, следовавших за нами, но сэр Гектор шёл пешком, точнее, почти бежал. Мои глаза неотрывно следили за тем, как полыхал наш лагерь, где теперь копошились только противники, проверяя, остался ли там хоть кто-то живой.

По крайней мере мы успели отойти раньше, чем кольцо замкнулось.

— Треклятый Конрад, отродье Азра! Мы потеряли половину людей! — сокрушался сэр Филипп, пытаясь поспеть за нами и волоча раненую ногу. — Здесь собрались все лорды-отступники Альмерэ, но как?!

***

Я слышала плач женщин, из тех, что сумели выжить, и глухие стоны раненых мужчин. Сэр Филипп сказал, что погибла половина отряда, но среди оставшихся ещё добрая половина была ранена.

Мы все укрылись в старом заброшенном каменном здании, понимая, что противник прекрасно знает наше местоположение и наверняка попытается окружить нас. Однако толстые стены защитят от большинства ударов и стрел, а жечь здесь почти нечего. При правильной расстановке обороны мы могли бы продержаться здесь, пока у нас есть еда и вода.

Сэр Гектор бесконечно отдавал указания, пытаясь укрепить оконные проёмы. Он усадил меня в самом углу, я же не могла отвести взгляда от воющей Трин, сокрушающейся о каждом погибшем.

— Ты видела Иру? — спросила я тихо.

— Нет, не видела. Наверное, её тоже уби… Но она же спит с сэром Конрадом, неужели он и её прирежет? Его тоже нет…

А потом женщина медленно развернулась по мере осознания того, каким образом такое количество врагов оказалось в лагере до возвращения сэра Гектора. Её губы разомкнулись, мелко задрожали, я же покачала головой, безмолвно прося её молчать.

Ире не сносить головы, если она решит к нам вернуться. Если она вообще ещё жива.

Мысль о том, что жизнь молодой девушки была погублена по такой чудовищной глупости, вызывала во мне яростную дрожь, желание кричать и крушить всё вокруг. Насколько же легко вляпаться в беду, не зная о последствиях, не понимая, что тебя просто используют, ведь миру плевать на таких, как Ира. Рядом не оказалось человека, к которому она могла бы прийти за советом, и она бросилась в эту влюблённость с головой. Наряжалась, старалась понравиться гостям…

Убийцам, подкармливающим её наивность.

Возможно, если бы наши рыцари не провели последние дни в изматывающем походе и стычках, всё завершилось бы иначе. Но они вернулись измотанными, а маги — без крупицы силы…

Игнорируя тревожный взгляд Трин, я поднялась, наблюдая за тем, как сэр Гектор отдаёт последние указания тем, кто ещё был способен держать оружие.

— Сядь, Сабин, помоги мне с рукой, — попросила она.

Но вместо этого я молча подошла к сэру Гектору и потянула его за рукав в сторону полуразрушенной лестницы на второй этаж, где никого не было. Не чувствуя ни капли стыда, не реагируя на то, что на нас все смотрят.

Как я увожу их командира.

— Сейчас не время для ваших нежностей, они могут напасть в любой момент! — резко бросил сэр Филипп, глядя на меня почему-то почти с ненавистью.

Я вспомнила, что он никогда особенно меня не жаловал, зато готов был на руках носить леди Элоиз. Одурманила ли она его своей магией? Я не знала, но и молчать не собиралась.

Но вступать в спор мне не пришлось — за меня ответил сэр Гектор.

— Если у нас не будет магии, мы все подохнем здесь, они вернутся с подмогой. Они ни за что не позволят нам уйти, понимая, что мы приведём за собой армию из столицы. Сабин осознаёт это, она делает это не ради нежностей. У них был приказ убить её. Это чудо, что она вообще жива, что не осталась в лагере и не сгорела в своём шатре. Ты прекрасно знаешь, почему они хотели от неё избавиться. Возможно, Сабин сейчас — наша единственная надежда, и ты будешь проявлять к ней уважение, раз уж ей захотелось спасти твою жизнь.

Он никогда не говорил обо мне так много при других. И тем более никогда не защищал.

— Пойдём, — тихо произнёс он, непривычно мягко. Словно делал над собой усилие, боясь меня напугать.

Наверху не оказалось ни единой двери или хоть каких-то предметов — всё те же голые каменные стены, холодные, отвратительные. Каждый наш шаг отчётливо слышался внизу, и при этой мысли я сглотнула, однако не позволила себе сомневаться.

— Если ты сейчас откажешь мне, я сама тебя убью, — едва слышно прошептала я.

Мужчина мучительно закрыл глаза.

— Не откажу. Но ты должна выполнить мой приказ, обещай.

— Что?..

— Обещай, Сабин! — в его голосе теперь прорезались такие привычные жёсткие, неумолимые ноты, а сам он прижал меня к стене.

— Я не собираюсь обещать того, чего не знаю!

— Ты не будешь использовать свою магию при них, — рыкнул он совсем тихо. Он обхватил моё лицо ладонями, впиваясь чёрными глазами в мои. — Они так же опасны для тебя, как и люди снаружи, а может и больше. Если Фердинанд узнает…

— Король не узнает… — прошептала я, понимая, что он… просто заботится обо мне. Как умеет. Точнее, как не умеет. — Я не дура.

— Тогда почему я видел, как ты использовала свою магию при Трин?!

Он не дал мне ответить — впился в губы жадным, голодным поцелуем, лихорадочно стягивая с меня одежду и избавляясь от своей. Прижал к стене так, что заломило затылок, не оставляя пространства даже для мысли о том, что сейчас произойдёт. Я всхлипнула, на мгновение растерявшись от его напора, но тут же принялась помогать ему, путаясь в пуговицах и застёжках.

Растерянно вдыхала каждый раз, когда новый участок нашей обнажённой кожи соприкасался, чувствуя, как уходит моя энергия каэри практически в бездонный колодец — сэр Гектор действительно был пуст.

От осознания, что прямо под нами толпа людей, что нас, возможно, прямо сейчас окружают враги, что нас могут убить, и мы живы лишь чудом, внутри что-то ломалось. Огромная раскалённая ладонь заставила меня подняться на цыпочки, но его это не устроило. Гектор подхватил меня за ягодицы, отрывая от пола и прижимая к себе.

Воздух между нами обжигал, но он почти не позволял мне его вдыхать. Только топил в своем запахе и поцелуях — еще раз, и еще, лишь бы я не думала.

Мужчина заглушил мой стон поцелуем в тот момент, когда впервые полноценно вошел в меня. Медленно, неумолимо, растягивая мышцы, проходя глубже. Меня всю трясло, пальцы на ногах поджались, мне хотелось ругаться, но одновременно в этой боли и наполненности было что-то, что посылало огненные волны по всему телу. По животу вверх, до груди, прямо в голову.

Отдавалось покалыванием в кончиках пальцев, которые я сжала до синяков на его плечах.

— Тише, тише, — выдыхал он и вновь затыкал мне рот поцелуем, потому что я не в силах была сдержать всхлипов, не понимая, как вообще можно пережить подобное.

Как он сам мог говорить и хоть что-то соображать в этот момент?

Первый рывок после долгого вхождения заставил меня вскрикнуть — бесшумно, прямо ему в губы, потому что он ждал этой реакции. За ним последовал еще один, и еще, моя энергия нескончаемым потоком перетекала в мужчину, но я этого почти не ощущала, рассыпаясь на тысячи осколков. Доверяясь чужой воле, слабая как никогда, но в этой слабости было что-то болезненно приятное.

Мощное тело напротив, удерживающее меня на весу, двигалось внутри всё быстрее — он мог бы сломать меня за секунду, если бы захотел. Вместо этого он отчаянно всматривался в моё лицо, ища в нём что-то, заглушая рот губами или рукой каждый раз, когда я вскрикивала от особенно глубоких толчков. Его собственное лицо исказилось от муки, и я зажмурилась, не выдержав этого зрелища, чувствуя, как кровь пульсирует в ушах, а перед глазами кружатся яркие искры.

Меня выгнуло и сломало в один из таких моментов — уже знакомым спазмом, который сейчас был усилен в сотни раз. Возможно, я кричала, чувствуя, как в теле не осталось ни единой опоры, но я этого уже не помнила. Позорно провалилась в беспамятство, оставшись без капли энергии. Не зная, что Гектор настиг меня через несколько мощных толчков, кусая за плечо, придерживая мою голову, чтобы я не ударялась о холодный камень.

***

Когда я проснулась, было уже темно. Сердце бешено колотилось, будто вокруг затаилась опасность, но на самом деле я просто лежала в углу рядом с Трин. Мы забились в самое дальнее от окон и дверей место, а я была укрыта тяжёлым плащом, пропитанным знакомым ароматом стали, битвы и костра.

Сколько прошло времени? Сутки? Больше?

— Не высовывайся, — тихо предупредила Трин, заметив, что я приподняла голову. — Не высовывайся, говорю. Они крутились здесь два часа назад, но с тех пор как сэр Гектор ушёл, больше не появлялись. Наверное, он их всех прирезал!

В голосе женщины сквозила несвойственная ей кровожадность, замешанная на лютой ненависти.

— Сколько времени прошло? С тех пор как мы здесь оказались? — хрипло выдохнула я.

— Часа четыре. Может, три.

Я неверяще выдохнула и села, чувствуя себя… неожиданно сносно.

Значит, было не уже темно, а всё ещё темно. Я пришла в себя после почти полной отдачи силы всего через три часа. И пусть я явственно ощущала, что никакой энергии во мне не осталось, а любой маг, попытавшийся вытянуть из меня хоть каплю, ушёл бы ни с чем, сам факт столь быстрого восстановления поражал.

Хелена оказалась права. Близость действительно облегчает процесс. А ещё…

Стоило Трин отвернуться, как я попыталась воззвать к магии и почувствовала странное, тянущее чувство где-то в районе живота. Почти такое же, как если бы из меня сейчас насильно выкачивали силы, но никто ко мне не прикасался.

Иллюзия шрамов, проявленная на руке, растаяла через секунду. Даже если я и могла теперь пользоваться собственным резервом, он был слишком пуст.

— Он отправился один?

— С сэром Филиппом и его оруженосцем. Эх, жаль, молодой лорд Леру всё так же пропадает, он понимал сэра Гектора без слов. И наверняка сразу бы раскусил лорда Конрада! Поверить не могу, что мы все так бездумно ему верили…

А я вот вполне могла это представить. Насколько я помнила, о ранении сэра Конрада говорили как о подвиге — он бросился на защиту рыцаря смерти и, будучи одним из лучших мечников отряда, успел сразить двоих противников, прежде чем получил ту страшную рану.

Был ли он уже тогда заодно с сопротивлением? Неужели он пошёл на это лишь для того, чтобы втереться в доверие?

— И Ира…

— Тшш… — попросила я её, укладываясь обратно и чувствуя, что сердце никак не желает успокаиваться.

Мне отчаянно хотелось выглянуть в окно, попытаться разглядеть сэра Гектора в ночи, увидеть хоть какой-то знак, что с ним всё в порядке. Но среди выживших действовал строгий приказ не высовываться, иначе можно было легко поймать стрелу. Солдаты даже наматывали тряпку на палку и время от времени выставляли её наружу, всегда с одним результатом.

Рано или поздно в ветошь вонзалась стрела.

Когда за дверью послышались шаги, я сразу рванула к выходу, просто кожей ощущая и узнавая по этой тяжёлой поступи того, кто там стоял. Часы после пробуждения я не спала, и с усилием впихивала в себя всю еду, что мне предлагали, надеясь, что мой резерв восстановится хоть немного.

Что я смогу черпать силы из него.

— Отойди, каэри! — сэр Мориц, кажется, всерьёз опасался, что я кинусь открывать дверь. Я подняла руки, показывая, что не совершу никакой глупости.

— Это я, — раздался голос за дверью, но рыцарь всё равно медлил. А затем последовала серия из нескольких резких ударов кулаком по дереву, к которым сэр Мориц внимательно прислушивался.

Кивок — и он приказал остальным разбирать баррикаду.

В темноте я не сразу разглядела рыцаря, видела лишь массивный силуэт, полностью заслонивший дверной проём. Но когда он подошёл ближе…

Он был залит кровью везде, где падал взгляд. И покрыт шрамами — свежими, десятками порезов, недостаточно глубоких, чтобы оставить столько крови. Одежда превратилась в лохмотья, часть доспехов была безвозвратно утеряна.

— Всё.

***

С утра разбитый лагерь выглядел даже хуже, чем ночью, но я не отворачивалась — искала знакомых. Мы не могли задерживаться на случай, если сопротивление вернётся с подмогой, но собирались проверить, не остался ли в живых кто-то ещё, собрать оружие и узнать, есть ли возможность захватить дополнительных пленников.

Одного из них сэр Гектор привёл вчера — связанного молодого человека со светлыми волосами, обладающего удивительно приятной внешностью. Он отказывался отвечать на вопросы, но сразу предупредил, что благороден, а значит, убивать его никто не станет. Вот только…

Существует множество способов выведать информацию и без этого. Этим займутся уже в столице, до которой совсем недалеко. А в деревню, ещё недавно цветущую и счастливую, нагрянет гвардия Его Величества, чтобы выяснить, насколько глубоко местные были втянуты в этот заговор.

Я очень надеялась, что жители понимали, какая их ждёт участь, и по большей части успеют уехать. Рассматривала утренний быт, растерянных женщин, что смотрели на нас не дольше секунды и сразу прятались в домах. Высокое поместье на холме…

Ира надеялась стать здесь своей. Но вполне возможно, что от этого места через две недели не останется и камня на камне.

Новую телегу с запряжённой кобылой пригнали именно из деревни — двое крепких мужчин, буквально трясущихся от страха. Сэр Гектор бросил им пару слов, и они поспешно скрылись, после чего он начал отдавать последние указания.

— В телегу, Сабин. Накройся плащом и не высовывайся всю дорогу, — приказал он жёстким тоном, не терпящим возражений. — Мы выходим через пять минут.

Я и не собиралась спорить, понимая, что на нас могут напасть в любой момент. Лорд Альмерэ, примкнувший к сопротивлению, — слишком ценная добыча. Он должен быть доставлен немедленно и допрошен. Вместе со всем, что мы соберём здесь с тел погибших, этого может хватить, чтобы наконец узнать, где скрывается это самое сопротивление.

Трин пересчитывала слуг, долго завывая над телом прачки Мэг. Мои глаза скользили по обломкам и обугленным останкам шатров. Запах гари перемешивался с приторно-сладким душком свежей крови и нечистот. Земля, вытоптанная сотнями ног, превратилась в липкое чёрное месиво.

На тела я старалась не смотреть, их тут было в избытке. В основном полегли обычные солдаты и слуги, так как рыцари и оруженосцы находились с сэром Гектором. Мухи уже начали свой пир, и их жужжание почему-то казалось мне оглушительным.

Я отвернулась, уставившись на груду обломков, оставшуюся от одной из наших телег. Мне почудилось, что там мелькнула крыса, и я, не раздумывая, запустила в ту сторону подвернувшейся под руку деревяшкой.

Телега медленно двинулась, унося нас к столице, где мы должны были оказаться через пару дней — наверняка с триумфом, ведь о поражении докладывать народу нельзя. Тракт зачищен, а эту деревню, возможно, вообще сотрут с лица земли. Историю пишут победители…

В этот момент в груде мусора что-то зашевелилось, но это была не крыса.

— Стойте! — громко крикнула я. — Там человек, живой!

Не дожидаясь остановки, я спрыгнула с телеги, узнав эти скрюченные руки — старческие, больные…

Ухватившись за торчащую ладонь, я вытянула на свет старого Гила, кашляющего, покрытого золой, кровью и гарью, но живого. Он дрожал от ужаса и заикался, но впервые за всё время похода я видела его… трезвым.

— Я в-в-видел их… Не пил с утра ничего, и это спасло меня. Видел, видел к-каждого из них, и знаю, куда они пойдут!

Именно так отряд сэра Гектора, изрядно поредевший, прибыл в столицу, не просто расчистив путь, но и неся сведения о том, куда скрылось сопротивление — молодые лорды Альмерэ, способные при должном стечении обстоятельств увлечь за собой сотни тысяч людей и серьёзно подорвать правление Фердинанда Второго.

И здесь, в столице… первого рыцаря ждала награда.