– Грязного Тику не любят в Мехриэлд. Он запятнал своё имя, когда начал мастерить поводки для магов. Такими штуками любили пользоваться власть имущие, они ему хорошо платили. А потом из уважаемого аристократа он превратился в Грязного Тику и был вынужден скрываться от людей префекта. Мы его частенько видели, когда светляков с ребятами ловили. Но стоило на болота нагрянуть стражам, как он исчезал, – рассказал Неллис и свернул на просёлочную дорогу, ведущую прочь от городских стен.

– Мы не пойдём вслепую, у меня есть одна вещица – друг сделал – она позволит обнаружить магическую силу в пределах назначенного ей радиуса, – сказала Легион, пошарив в кармане плаща.

– О, даже так. И нас с вами она не учтёт?

– Нет, нас я исключу из поиска.

– Жаль, что в трактире никого не оказалось, – заметил Диэлон. – Даже вопросы позадавать некому было.

– Люди боятся выходить, почти все защищают жилища магией, а это безумно утомительно, особенно для стариков.

Дорожка вывела их к небольшому замшелому мостку. Кругом из островков посреди болотной жижи кривыми тенями торчали облетевшие деревья. Легион вытащила из кармана необычное устройство, похожее на компас, но без стрелок, а с тонкими выдвижными пластинами. По инструкции на боковой части, написанной знаками Хранителей, она быстро разобралась, что делать.

Произнеся заклинание, Легион выставила «компас» вперёд. Завибрировали пластины, и в разные стороны полился голубой свет. С одной стороны он был ярче, с другой тусклее.

– Нам туда, – указала Легион на тёмную часть и произнесла новое заклинание, поднявшее со дна болота почву, ставшую новой тропой.

– Ничего себе! Как у вас получилось без знака? – восторженно спросил Неллис.

Легион немного растерялась, и за неё ответил Диэлон:

– Она Хранитель магии, дружок, и знаки чертит не всегда.

– Я должен был догадаться! – махнул рукой Неллис. – У неё же есть татуировка. А я чего-то подумал про подражателей. Таких у нас тоже навалом. Для меня большая честь, госпожа.

– Не… стоит, – растерянно улыбнулась Легион, поспешив вперёд.

Они блуждали по болотам около часа. Нашли небольшой жёлтый Источник, который сбил их со следа, а потом снова задали новый диапазон. И вот уже тогда поисковик Паи навёл их на деревянную хижину в самой глуши. Владелец, очевидно, не ожидал гостей и не боялся, что его найдут так далеко от города, поэтому горели все окна на первом этаже и три окошка на мансарде.

– Неллис, обойди, пожалуйста, дом с чёрного хода и крикни, если Тика попытается сбежать.

Диэлон и Легион не церемонились, сразу дёрнув ручку двери, и, обнаружив, что та не заперта, вошли внутрь. Жилище мага напоминало лабораторию Паи, только огромных машин и необычных приспособлений тут не было. Вокруг куски ткани, части амулетов, разбросанная одежда. И только услышав спешные шаги, они поняли, что хозяин явно куда-то собирается.

Тика вывалился из смежной комнаты с огромным баулом через плечо и замер, увидев незваных гостей.

– Какого вы тут забыли? – огрызнулся он.

– Нам нужно, чтобы ты снял это. – Диэлон указал на повязку.

– Идите к Ака на хвост, щенки! Я спешу. – И маг продолжил собирать свои вещи по комнате.

Выглядел он неважно: засаленная туника с потными разводами, на голове колтун, грязные руки и лицо, будто владелец не мылся пару месяцев. В блёклых серых глазах мелькал дикий огонёк.

– Вы ещё здесь? Проваливайте!

– Если вы этого не сделаете, то Нарадвелл обречена. – Легион подошла ближе, не дав Тике схватить следующую вещь.

– А мне какое дело до Нарадвелл? – ухмыльнулся мужчина в ответ, вытерев толстый нос грязным рукавом. – Я уезжаю.

– Ребят! – послышался встревоженный голос Неллиса с заднего двора.

– А это ещё кто?! – вдруг испугался Тика. – Ваш дружок?

Легион выскочила во двор первая и резко остановилась: на двух небольших лодках, привязанных к причалу, стояли клетки, а из них глядели испуганные глазки малышей от года до трёх.

– Эта сволочь работает с некромантами, – выдохнул Неллис, пребывая даже не в ужасе, а в ярости. – Он поставляет им детей!

Из двери вылезла физиономия Тики.

– Не ваше дело, щенки! Пошли прочь! Это мой билет, чтобы убраться отсюда подальше, пока Мате Гул не сровнял Нарадвелл с землёй.

– Ты сказал, Мате Гул? – насторожился Диэлон.

– Тебе-то что? Хотя постой… – Тика внимательно посмотрел на парня. – Вы с ним как две капли воды, как я раньше не заметил? Только зенки у тебя не красные, как у папаши. Так это он тебя ищет по всей Империи!

Легион и Диэлон переглянулись, а Неллис не мог понять, что происходит.

– Какой ещё… – начал было мальчик, но Легион его остановила, мягко положив на плечо руку.

– Тогда ты обязан нам помочь – как минимум сыну своего… покупателя.

Тика рассмеялся в голос и поспешил в дом.

– Ещё чего! – крикнул он оттуда. – Сами решайте свои проблемы!

– Он меня достал, – нахмурился Диэлон. – Сейчас я выведаю всё и без его участия.

– Диэлон? – насторожилась Легион. – Может, не стоит? Ты же не знаешь, как работает та сила.

Парень обошёл её и встал на пороге:

– Предупреди Неллиса, чтобы не испугался.

– Чего я должен испугаться? – Глаза мальчика перебегали с Легион на Диэлона. – Тика что, правду сказал? Твой друг – некромант?

– Мы всё расскажем, как только получим необходимое знание. Подготовься и не бойся, сейчас ты увидишь нечто необычное. А пока открой клетки и выпусти детей.

Может, злость придала Диэлону больше сил, может, жажда справедливости, но через несколько минут возня в доме стихла, а мир снова погрузился в кромешную тьму.

***

Бэл вернулся в лагерь добровольцев один. Паи остался с командующими и выглядел так, будто то место ждало его годами. Отчасти Бэлу хотелось чуть дольше побыть рядом с отцом, услышать его рассказы о битвах и о том, как он получил звание генерала, но он понимал: сейчас не время.

На подходе к лагерю его встретил глазастый орпу. Бэл любил животных, особенно орпу, у них дома тоже жил такой – вот только где он сейчас?

– Привет, дружок! Ты чей?

– Это мой, зовут Хеку, – раздалось с другого конца улицы.

От дальних жилищ шёл темнокожий Жом-Хур.

– Разрешил ему немного погулять. Ты же не против, друг?

– Нет, конечно, – улыбнулся Бэл. – Он же обучен, не дикий?

– Обучен-обучен, да уже успел спасти парочку жизней в бою.

– Даже так? – Бэл поравнялся с Жом-Хуром, и они пошли в лагерь вместе.

– Тебе удалось встретиться с отцом?

– Да, спасибо тебе и Се-Ми за то, что поверили.

– Ерунда, мы рады помочь, друг. Пойдём к вечернему костру. Наверняка Эм-Ла поймала кабанчика.

– Вам разрешают охотиться в долине?

– Конечно, на одной провизии похудеешь быстро. Всё дело в жадных баронах, которые не захотели слать помощь бойцам Империи. Сейчас-то их головы торчат на пиках около городов, но снабдить огромную армию довольно сложно, особенно когда многие процессы находятся в запустении по воле коррумпированных чиновников.

– Согласен. Смотрю, у вас неплохие отношения с приморцами, хотя я знаю, сколько раз народы воевали за землю.

– Мы пришли к соглашению, если так можно сказать. Ну и Се-Ми стал мне настоящим другом. Я помогаю ему, а он мне. А твои друзья?

Бэл тяжело вздохнул: о них он вспоминал постоянно.

– Одни уехали в горы, другие пошли к горе Ахрд. Надеюсь, что скоро смогу их увидеть.

Жом-Хур провёл Бэла к стене внутреннего жилого кольца. Группа из приморцев и остов сидела вокруг небольшого костра, над которым на самодельном вертеле крутилась тушка кабана. Приморская девушка в холщовой рубахе и с длинной косой из тёмных волос подкидывала в огонь тонкие ветки.

– Познакомьтесь все, это Бэл Элт, сын нашего генерала, – громко сообщил Жом-Хур.

– Ого, знать, да ещё в наших рядах, – усмехнулся кто-то из сидевших на земле.

– Чего, отец звания не дал? – бросил второй.

– Так-так. – Жом-Хур развёл руками, успокаивая поток глупых реплик. – Бэл здесь по своей воле, насколько мне известно. Глава лагеря сказал, что он отказался от места рядом с отцом, так как считает, что звание добудет себе в бою.

Молодая приморка удостоила Бэла взглядом уважения.

– Пусть садится рядом со мной, – сказала она.

– Ты очень добра, Эм-Ла, – кивнул Жом-Хур, приглашая реллийца сесть.

Народ продолжил переговариваться, невысокий ост в белом балахоне затянул грустную песню.

– Ты какую часть хочешь? – спросила у Бэла Эм-Ла, протягивая глиняную тарелку.

Девушка обладала необычными для приморки красивыми карими глазами и высокими изящными скулами. Наверняка её отец или мать были из анкорцев. На протянутой руке Бэл рассмотрел свежий шрам.

– Всё равно какую. Это ты на охоте?

– А? – Эм-Ла сначала не поняла, о чём он говорит. – Это? А, да, царапина. Кабан был проворный, успел меня боднуть.

Она отрезала сочный кусок мяса от тушки, наколола на двузубую вилку и передала Бэлу.

– Ты тоже в армии? – спросил Бэл, втайне надеясь, что это не так.

– Да, я владею кунаи.

Эм-Ла улыбнулась, и у Бэла закралось сомнение, как такая худенькая и миловидная девушка может в ближнем бою одержать верх над кочевником.

– Ничего себе. Довелось уже побывать в битве?

– Я прошла вторую войну с остами в двенадцать: шпионила для своих, – убивать приходилось, чему я не сильно рада. – Эм-Ла села рядом, подогнув под себя ноги. – Тебя ведь зовут Бэл? Хорошее имя. Короткое и запоминается легко.

Бэл смущенно улыбнулся.

– Да и вообще мне реллийцы нравятся. У вас есть понятие о чести, долге, дисциплина. Всегда любила дисциплину. Тогда всё просто и понятно. Её в приморской армии, если честно, не хватает. Может, именно поэтому нас осталось так мало.

Девушка откинула косицу с плеча и принялась с аппетитом уплетать мясо и печёные грибы.

Позади гремела посуда: Жом-Хур разливал чай. Некоторые заворачивали овощи в бумагу, надеясь съесть их чуть позже. На удивление, люди шутили, смеялись, пели. Так и не скажешь, что враг на пороге и скоро решающая битва за Империю.

Неожиданно со стороны главной сторожевой башни прозвучал призывный звук трубы.

– Быть того не может! – вскрикнул мужчина по другую руку от Бэла. – Скорее, к оружию!

– Без паники! – Голос Се-Ми прокатился по лагерю. – Строем направляемся к пункту снабжения! Получаем броню и оружие, идём на отмеченные вам посты.

Бэл запихнул в рот огромный кусок мяса, отбросил тарелку в сторону, подскочил с места и пробрался к беловолосому здоровяку.

– Мне куда? Я ещё не получил предписание.

– Со мной и Жом-Хуром пойдёшь. Знаю, как готовят реллийцев, этого достаточно.

Уже через десять минут вооружённая толпа неслась к своим постам. Дахар зашевелился, словно растревоженный улей. То тут, то там выстраивались шеренги солдат, в донжонах скапливались маги и артиллеристы. Громкие приказы капитанов доносились со всех концов. Загорелись сигнальные огни, чтобы оповестить все наблюдательные башни.

Бэл увидел понравившуюся приморку недалеко от Се-Ми. Значит, она тоже идёт с ними. Скоординировав своих, присоединился Жом-Хур с саблей и кинжалами, увешанный амулетами, как деревья на праздник Вселенной.

– Извини, я не сказал: мы в авангарде, реллиец, если не готов, можешь вернуться на вторую стену, – сказал Се-Ми, когда Бэл встал позади него.

– Нет, я с вами.

Тут у ног оста мелькнула тень.

– Хеку тоже с нами, – улыбнулся Жом-Хур, потрепав питомца по холке, а потом накинув ему на плечи бронированное полотно на завязках.

Десяток воинов во главе с Се-Ми влились в войско, поднимавшееся на первую стену Дахар. Чувство единства и свершения чего-то грандиозного захлестнули Бэла. Для этого он и тренировался. Сердце бешено билось в груди, рискуя прорвать кожаную броню. В кровь попал адреналин, заныло где-то под рёбрами – это набирало силу волнение.

– Мы ведь справимся? – тихо спросила Эм-Ла, которая успела встать рядом с ним, пока солдаты перегруппировывались.

– Конечно, – решительно кивнул Бэл. – Будем прикрывать друг друга. Не отходи от меня.

– Хорошо. – Девушка не спорила, не выпячивала своё мастерство, потому что прекрасно понимала: рядом с реллийским воином шансов выжить намного больше.

Первый магический удар пришёлся на стрелковый северный пик. Камни летели с высоты, рискуя проломить зазевавшимся солдатам головы. Затем зажужжал хор голосов, стену покрыла синяя защитная пелена – битва началась.

***

Легион блуждала по чёрному пространству в поисках тех самых ярких огоньков, сигнализирующих о присутствии Диэлона, но нашла только Неллиса, стоящего на коленях и в ужасе озирающегося по сторонам. Осветив его лицо магическим светом из кончиков пальцев, Легион помогла мальчику подняться.

– Не бойся, это сделал мой друг.

– Он так хорошо владеет ментальной магией?

– Не так хорошо, как хотелось бы, но он учится.

– Мне никогда так не суметь, слишком слабый, – с досадой сказал Неллис.

– Найдём Тику. Скорее всего, он вдавлен в стену или что-то вроде того.

Мальчик скривился, но промолчал.

Легион направилась к предположительному месту расположения дома и не прогадала. Огоньки здесь плавали по воздуху, сталкивались друг с другом, объединялись.

– Диэлон, – позвала она.

В ответ тишина. Но длилась она недолго. Справа раздался крик ужаса, и Легион увидела вросшего в пол по пояс Тику. Руки его обволакивали ножки разросшегося деревянного стула, а доски пола желали впиться пленнику в грудь.

– Это что? Великая Матерь! Ментальная магия?! Прекратите сейчас же!

– Нет, пока ты не скажешь, как снять повязку с её шеи. – Снова Диэлон витал где-то в пространстве. Точнее, не он, а его сознание.

– Пошёл ты! – рявкнул Тика и пожалел: доски угрожающе заскрипели, сильнее впиваясь в его плоть.

– Я лишь хотел по-хорошему. Но раз ты не расположен к диалогу, я сам посмотрю.

Отшельник взвыл, глаза его закатились, тело затряслось, а Легион и Неллис увидели вырывающийся из тьмы образ. В видении маг мастерил ту самую повязку. Легион слышала и запоминала слова, которые он произносил, чтобы наделить предмет особым свойством. Затем наметила место, в которое Тика вшивал крупицы зачарованного цитрина.

Казалось бы, они увидели всё, что нужно, но видения сменяли одно другое, и можно было проследить за всей жалкой жизнью Грязного Тики. Особенно Легион ужаснул один эпизод, где, демонстрируя силу повязки и амулета, он заставил мага-раба уничтожить свою семью. После этого эпизода отношение Легион кардинально переменилось. Она посчитала, если Диэлон прибьёт мерзавца своим ковырянием в его голове, то так тому и быть.

Однако Тика оказался живучим малым. Даже после того, как всё прекратилось, он всё ещё лежал на полу и визжал, как поросёнок. Тьма рассеялась, Диэлон тяжело дышал там же, на заднем дворе. В этот раз он не потерял сознание, но долго приходил в себя. Тика же, кажется, хоть и остался в живых, но рехнулся. Легион решила, что так даже лучше. А потом её взгляд упал на готовую повязку и амулет рядом с ней. Она быстро подхватила её и пристегнула на горле ёрзающего по доскам Тики.

– Ты больше никогда не воспользуешься магией и больше никогда не причинишь вред другим людям.

А затем она вышла во двор и бросила амулет в болото.

– Неллис, – позвала она, – забирай детей и возвращайся к Верховному магу. А нам с Диэлоном нарисуй примерный план пути. Отметь хотя бы явные ориентиры, по которым мы сможем двигаться к горе.

Мальчик ответил не сразу: сомневался, правильно ли будет оставить их прямо сейчас, – но потом кивнул и пошёл к клеткам. Пока он выпускал малышей, боязливо жавшихся друг к другу, Легион сняла свою повязку с шеи. Она соскользнула так легко, будто и не мучила владелицу долгих тринадцать лет. Под пальцами ещё более явно проступил уродливый шрам. Легион бы переживала больше из-за своего уродства, если бы не осознание, что скоро всё закончится.

Магия наполнила её клетки с задержкой, будто прощупывала обновлённое тело. Закололо в кончиках пальцев, по телу прокатились мурашки. Легион глубоко вдохнула и выдохнула, будто освобождаясь от оставшихся ограничений. Магическая волна хлынула по болотной воде, вызывая рябь.

– Теперь я свободна, – произнесла Легион, улыбаясь.

– Вот, держи. – Неллис протянул кусок пергамента. – Художник я так себе, но основные точки наметил, не пропустишь.

– Сам справишься?

Неллис взглянул на детей: младшие цеплялись за старших, а старшие не отходили от дома, замерев на одном месте.

– Поведу их через подвалы. Для взрослых и кочевников там слишком узко и низко, а для детей в самый раз. Надеюсь, сам там не застряну.

– Ты очень смелый, Неллис, – без тени иронии сказала Легион, похлопав мальчика по плечу. – Спасибо тебе.

– Ты тоже погибнешь, да? – тише и печальнее спросил он. – Я видел, как погиб Элбех, знал его с малых лет. Источник, особенно алый, просто так не закрыть.

– Скорее всего.

– Тебе страшно?

– Очень.

– Я буду помнить о тебе, Легион, и всем расскажу о твоей жертве. Пусть мы совсем мало знакомы, я сделаю всё, чтобы о тебе не забыли.

Легион едва справилась с накатившими эмоциями. Она смахнула выскользнувшую из глаза слезу и натянуто улыбнулась:

– Спасибо. Я так долго ждала свободу, а когда её получила, времени насладиться совсем нет. Надеюсь, моя жертва поможет воинам Дахар.

– Твоя жертва? – Голос позади казался разочарованным и даже возмущённым. – О чём речь, Легион?

– Он не знает? – удивился Неллис.

– Не знаю, – ответил Диэлон вместо Легион. – Так мы не вернёмся?

– Я не вернусь. А ты сможешь. – Легион сбросила последнюю печаль, поправила растрёпанные волосы. – Это должен был сделать мой брат, но он… сам знаешь.

– И что, нет другого способа? А как же северяне?

– Чтобы уничтожить Источник, понадобилось восемь моих земляков, – заметил Неллис.

– Но я… почему именно ты?

Легион видела смятение парня, читала страх в его глазах. Впервые кто-то так переживал за неё.

– Нужна большая сила, Диэлон. Только у меня её столько, чтобы справиться в одиночку.

– И у меня, – заметил он. – Мы знаем, что я способен. Скажи как, и я сам сделаю это.

– Нет.

– Нет? – Глаза Диэлона округлились от возмущения. Он подошёл к Легион почти вплотную. – Тогда я не пущу тебя.

– И дашь умереть Бэлу, Теркусу, Эрэл и Неллису с этими детьми?

Её доводы опалили его решимость. Он сник, отвернулся, терзаемый беспомощностью.

– Нечестно, – только и сказал он.

– Знаю, Диэлон, и тоже не в восторге. Я люблю жизнь и не горю желанием с ней расставаться, но если я этого не сделаю, мы все либо умрём, либо превратимся в рабов.

– Если бы был другой способ, ты бы воспользовалась?

– Разумеется. Просто так я бы не стала тебя оставлять.

Больше Диэлон ничего не говорил. Ни когда они расстались с Неллисом и покинули болото, направляясь в обход центральной площади по истощённым некромантами садам, мимо западных стен Мехриэлд, огибая библиотеки и жилые дома, по каменному мосту и тайной тропе в ущелье, ни когда к рассвету вышли за пределы городских окрестностей, держа путь к пустоши, стелющейся перед подножием Ахрд. И только в момент появления серых фигур по обе стороны пустынного пространства он сказал:

– Кочевники.

***

Мате Гул отдал приказ наступать по всем фронтам ещё ночью. Возможности ждать дольше не было. Да и сдерживать дикую силу кочевников, готовых к тому, чтобы рвать врагов на части, – задача не из простых. Источники мощны как никогда, их энергия питает каждую особь. Высшие некроманты и представить не могли, как сильно артефакт повлияет на мощь армии. Но Мате Гул знал. После первого поражения он перечитал на эту тему всю литературу в родном городе Мёртвых.

Порядок, во всём должен быть порядок. Ни кровинки на земле, ни оторванного пальца, ни руки. Всё бережно убрано по его приказу. Тела в недрах горы развешаны чётко по линиям, надрезы на мёртвых сделаны с поразительной точностью. Когда он подходил к Источнику, то наслаждался музыкой боли и страданий, исполняемой хором жертв, украденных из собственных домов или проданных в рабство союзными магами.

Он вступит в бой, но позже. Сначала уничтожит всех северян и реллийцев – единственную опору изнеженных комфортом анкорцев, потом пойдёт вглубь, пока не покорит горы. А после этого сожжёт дотла Антирские леса, в которых прячутся Хранители магии.

– Господин. – Некромант низшего ранга, но не кочевник, склонился в уважительном поклоне. – К горе идут двое: мужчина и женщина. Оба маги. А один из них…

– …мой сын, я уже понял. План не меняется, атакуйте Мехриэлд и Дахар, а со своей семьёй я разберусь самостоятельно.

– Оставить вам людей?

– Нет, они мне не нужны. Все силы бросить на крепость магов.

– Часть кочевников сейчас в пустоши, их перенаправить? – В голосе подчинённого скользнуло сомнение.

Мате Гул посмотрел прямо на него, в красных глазах блеснула ухмылка.

– Не надо, путь раззадорят сыночка, хочу посмотреть, на что способны он и его подружка.

***

Бэл снёс голову очередному кочевнику и, обойдя замершую над телом земляка Эм-Ла, отсёк павшему приморцу руки и ноги.

– Не забывай делать так, иначе придётся сражаться со своими же.

Девушку поразил жест. В её взгляде читалось и отвращение, и ужас. На войне с остами такого не увидишь. Там хватает одного удара кунаи, уродовать тела нет необходимости.

На стене царил хаос: летели стрелы, кричали люди, рычали орпу, а на платформах немного позади скандировали заклинания маги. Высшие некроманты пытались пробить защиту, чтобы начать разрушения артиллерийских орудий.

Сражаясь в самой гуще, Бэл негодовал: противник был слишком силён. Кочевники заполнили первую стену за какие-то двадцать минут, хотя союзники сражались изо всех сил. Один за другим осты, приморцы, реллийцы, анкорцы падали без дыхания под когтями и мечами некромантов. Разбивались амулеты, поднимались мертвецы, и армия неприятеля снова становилась больше на тысячи голов.

На восточной башне загорелась катапульта, затем дрогнул защитный барьер и с платформы рухнули два мага. Они разбились, и их место заняли соратники, которым теперь сдерживание магической атаки давалось с огромным трудом. Бэл оглянулся, отбил атаку мертвеца, а потом обнаружил, что на этой части стены их осталось человек десять, не больше.

– Отступаем! – Се-Ми махал в сторону форта.

– Отступаем! – вторил ему командир с западной части.

Мимо Бэла промчались два орпу, а следом и их хозяева: Жом-Хур и ост, которого он не знал.

Подтолкнув Эм-Ла, Бэл побежал следом, прикрывая её спину. Он попытался засадить метательный кинжал в голову Высшему некроманту, который залез на стену в окружении серых тварей и уже поднял с земли около десятка тел остов и анкорцев, но лезвие отбил один из кочевников.

Призыв к отступлению за вторую стену разносился по всему оборонительному посту. За укреплёнными воротами ждали те, кто должен был вступить в схватку следом, дабы дать отдохнуть выжившим.

Маги забрались на канатные дороги: около семи кабинок потянулись ко второй стене. Одну из них, пробив защиту, Высший некромант обрушил. Два мужчины и женщина с криком рухнули с десятиметровой высоты.

Тем временем шли подготовительные работы. На платформы поднимались новые маги, на стены заступали свежие силы, орудия калибровались так, чтобы бомбить уже свою территорию, подконтрольную врагу.

Бэл забежал в ворота одним из последних. Рухнул прямо на землю, восстанавливая дыхание. Лежал так минут пять, пока ворота закрывались на несколько засовов. Эм-Ла сидела на земле рядом. Она уже успела испачкаться в крови, и со лба девушки стекали алые струйки.

– Ты не ранена? – тяжело дыша, спросил Бэл.

– Нет, не моя кровь.

У шатра командования Се-Ми и Жом-Хур собрались с другими капитанами для обсуждения дальнейшей стратегии. Из южной крепости спешил Карэл Элт с советником Таурус и Паи. Увидев Бэла на земле, Карэл не сдержался и помчался к нему:

– Сынок!

Другие выжившие реллийцы смотрели на картину с порицанием: у них не принято так явно проявлять заботу и участие. Но отцу было наплевать. Он сжал Бэла в объятиях, приговаривая, чтобы тот был очень осторожен и внимательно следил за тылом.

– Всё хорошо, пап, я справлюсь, только дух переведу.

Карэл с трудом отстранился, кивнул и вернулся к советникам. Когда началось обсуждение, Бэл подошёл поближе. Кажется, Паи просил выделить ему немного людей и выпустить из крепости в сторону ближайшего алого Источника.

– Мне лишь нужны камни, трубы и провода.

– Прово… что? – не понял Карэл.

– Провода. Так, ладно. У вас есть медь, алюминий, стекло?

– Этого навалом, – подтвердила Таурус.

– Отлично. Тогда отведите меня на склад, дайте… а-а-а… Вселенная, сам отправлюсь.

– Нет-нет, людей мы дадим. Се-Ми!

– Да, генерал.

– Выдели Паи кого-нибудь из своих.

– Эм-Ла, – позвал Се-Ми. – Иди с господином Паи.

– Не переживайте. – Паи поднял руки в примирении. – Мне понадобятся лишь умелые пальцы, внимательные глаза и выносливость. От кочевников я сумею вас защитить.

Эм-Ла бросила словно извиняющийся взгляд на Бэла, но тот лишь одобрительно кивнул.

– И нужен ещё один человек покрепче, – добавил Карэл.

– Давайте я и пойду, – предложил Се-Ми. – А Жом-Хур возьмётся руководить остатками моих людей.

Ост с готовностью согласился.

– Это честь для меня, друг.

– Значит, так и решим. Всё, Паи, люди у тебя есть.

Паи улыбнулся помощникам и пошёл за Таурус к складу. Карэл же немного задержался, чтобы ещё раз переговорить с сыном.

– Слушай внимательно трубу. Не забывай отступать вовремя, чтобы не остаться по ту сторону. Слышишь?

– Понимаю, отец. Постараюсь.

– Я видел тебя, ты держался очень достойно. Мне жаль, что я пока не могу вступить в битву вместе с тобой – такова стратегия. Но я рядом, всегда рядом.

– Знаю.

***

Диэлон и Легион бежали через пустошь так быстро, насколько позволяли ноги. Кочевники неслись следом и по флангам, пытаясь заключить их в кольцо. До подножия оставалось километра четыре, не меньше.

– Кому-то из нас придётся задержать их! – крикнул на бегу Диэлон. – Я не так опытен в подобных вопросах, поэтому очевидно, кто это будет!

Легион, похоже, его предложение не понравилось. Она лишь отрицательно покачала головой и сказала:

– Мы зайдём в гору вместе!

– Они нагонят, придётся вступить в бой! Посмотри, сколько их тут!

Врагов действительно было много, и сила Источника оберегала их от мощных выбросов Легион. Не сдерживаемая более повязкой, девушка сотрясала землю под ногами противника, чем восхищала Диэлона. Он и представить не мог, сколько энергии таилось в невысокой Хранительнице с приятным голосом и огромными зелёными глазами. Если раньше он видел вокруг её тела лишь лёгкую вибрацию, то теперь она источала цикличные волны жаркой энергии. Словно она и есть Источник. Каждый волосок на теле Диэлона ощущал приятное прикосновение магии Хранителя.

Свечение алого Источника уже различалось над Ахрд. Словно в преддверии чего-то ужасного, погода испортилась, и небо затянули дождевые тучи. Красный луч терялся где-то в клубящемся сером месиве. Землянистая дорога сменилась костяной крошкой. А потом Диэлон увидел насыпи, рядом с которыми орудовали кочевники и обычные некроманты, забрасывая части тел в вырытые ямы.

Преследователи приближались, уже были слышны их хрипы и рычание, некоторые пытались атаковать, но бились о выстроенную Легион стену. Однако Легион почему-то не атаковала, как раньше.

– Почему ты сдерживаешь себя? – спросил Диэлон, начиная задыхаться от быстрого бега.

– Магический застой… Повязка сдерживала меня, но и не давала использовать магию сверх меры. Помнишь, мы говорили об этом на привале? Пока я её носила, то не задумывалась о контроле.

– Ты о том, что магия может тебя порвать на части?

– Да. Я с трудом удерживаю себя от того, чтобы не высвободить энергию разом. Хранители с детства умеют контролировать поток магии, меня же ограничили искусственно. Только сейчас я поняла, как тяжело остановиться, если задействуешь только часть силы. А ещё я устаю от постоянного контроля.

Легион сбила дыхание, закашлялась и замолчала.

– Получается, когда ты зайдёшь в Источник…

– …да, я поглощу столько магии, что превращусь в пыль. Меня просто разорвёт на частицы, но так как Хранители обладают огромным потенциалом и могут управлять большим потоком магии, Источник тоже прекратит своё существование, как если бы огонь встретился с огромным количеством воды.

Диэлон перемахнул через метровую линию в виде каменной кладки и помог взобраться задыхающейся Легион.

– Стой, – сказала она, а потом резко развернулась и, выставив руки в стороны для равновесия, запустила в преследователей воздушные лезвия.

Те рассекли пространство и вонзились в первый ряд кочевников. Твари взвыли и попадали замертво, однако их место заняли другие.

– Сколько же их тут? – ужаснулся Диэлон.

– Бежим. – Из-за магии голос Легион изменился, стал дребезжащим, двоящимся.

– Ты в порядке?

– Нам нужно идти.

Снова бег и препятствия в виде огромных валунов. Каменистая земля источала отвратительную вонь, и между камней можно было увидеть запёкшуюся кровь. Поднялся холодный ветер, плетью ударяющий в лица. На израненную землю упали первые крупные капли дождя.

Легион увидела вход, крохотную щель в породе, откуда лился алый свет. Потом обернулась и взвыла от безвыходности.

– Ты прав, если мы зайдём туда вместе, то получим врага в тылу. Рушить вход я не хочу – тебе ещё идти обратно.

– Может, и не придётся, я могу…

– Нет, Диэлон, исключено. Да, ты хорош в ментальной магии, но можешь не выдержать Источник, мы не знаем, насколько ты силён. К тому же внутри тоже могут быть враги, ты дашь мне время, если отвлечёшь их.

– Как же быть?

– Иди внутрь, отыщи Источник, разведай обстановку, но не выдавай себя. Я разберусь с этими… постараюсь сделать это осторожно и догоню тебя.

– Хорошо.

– Обещай, что не сглупишь и не зайдёшь в Источник.

– Легион…

– Просто пообещай.

– Хорошо, обещаю.

Они добрались до щели, заглянули внутрь, убеждаясь в том, что там тянется коридор и полость не заканчивается обычной галереей.

– Иди, – кивнула Легион.

Диэлон шагнул внутрь, но остановился. Он ещё раз взглянул на Легион, испытывая ноющую нестерпимую боль в груди. Они вместе проделали такой путь, они так похожи, могли бы сжечь свои кошмары, свои тревоги тоже вместе. Он так мало узнал о ней и вот вынужден прощаться. Возле Источника времени сказать «прощай» может и не быть.

Тяжело дыша от волнения, он притянул к себе девушку и поцеловал. Не было в этом жесте страсти, не было надежды и излишней лирики. Поцелуй вышел сухой, резкий, но эмоциональный. В него он вложил всё отчаяние и всю печаль. Несколько секунд они стояли, прижавшись друг к другу лбами. Легион не сдержала слёз, и Диэлон прижал её голову к своей груди.

– Я бы хотела знать другой путь… хотела бы… Но его нет. Помни меня, ладно? Помни.

Диэлон едва сдержался, лишь его глаза заблестели.

– Я буду. – На скулах заиграли желваки. – Буду, Легион.

Она осталась позади, стирая слёзы и прерывисто дыша, развернулась к врагу, земля перед которым тут же разверзлась. Небо разорвали молнии, со всей силы вонзившиеся в полчища кочевников.

Но Диэлон был полон решимости. Да, он обещал, но разве это важно, если так он может её спасти?