Глава 26. Рассвет, который стал закатом

Рассвет пришёл нежно. Сначала край неба над лесом порозовел, будто кто-то акварелью провёл по мокрой бумаге. Потом розовое перешло в золото, и две луны, всё ещё висевшие по разные стороны горизонта, померкли, уступая новому дню.

Мы остановились на привал, когда силы уже были на исходе. Позади остались долгие часы пути от той проклятой деревни, где мы освободили Финна. Однако Вульф беспокоился что Корин может уже идти по нашему следу, и отдых мог стоить нам жизни. Но без передышки мы бы просто рухнули.

Поляна, на которой мы расположились, оказалась удивительно красивой. Узкая, вытянутая, она напоминала балкон, с которого можно было смотреть на две стихии сразу. Слева, сразу за редкой порослью молодых сосен, начинался старый лес, тёмный, хвойный, с деревьями в три обхвата. Справа земля обрывалась в ущелье, и на дне его, глубоко внизу, ревела и пенилась горная река, разбиваясь о камни. Вода была такой бурной, что даже наверху, воздух дрожал от её грохота.

– Красиво, – сказала я, сидя на поваленном дереве и глядя на золотистые облака.

– Опасно, – поправил Вульф. – Если на нас нападут, отступать будет некуда.

– Ты всегда видишь опасность.

– Это моя работа.

Он подошёл, сел рядом. Я почувствовала тепло его плеча и тяжесть его руки, которая легла на мою талию. Рядом с нами, спал Финн – бледный, но живой. Лина сидела привалившись к дереву, и тихонько похрапывала. Её руки были в чужой крови, но она даже не помыла их – так устала. Орландо ушёл на разведку. Четверо стражников, оставшихся от нашего отряда, дежурили по краю поляны, сменяя друг друга. Двое из них были ранены, но держались молодцами.

– Адриан, – сказала я, глядя на небо.

– Мм?

– Ты веришь в то, что после всего этого будет «потом»? Ну, когда мы поймаем Корина и всё такое. Ты веришь, что мы доживём до тишины?

Он помолчал. Потом сказал:

– Раньше я не верил. Я был солдатом. Для солдата «потом» не существует. Есть только сейчас.

– А теперь?

– Теперь я хочу верить.

Я положила голову ему на плечо, и мы замолчали. Шум реки, запах хвои, золотой рассвет.

– Амалия, – сказал он тихо. – Я никогда в жизни не боялся так, как боюсь сейчас. Не за себя, а за тебя. Ты стала моим сердцем. Если его вырвут, я не выживу.

– Не вырвут.

– Ты не можешь этого знать.

– Могу. Потому что обещаю.

Я поцеловала его – медленно, нежно, будто прощаясь. И в этот момент где-то в лесу хрустнула ветка. Вульф мгновенно напрягся, рука легла на эфес меча, но вокруг было тихо. Только утренние птицы.

Орландо выскочил из леса, запыхавшийся, с посохом наготове. Его лицо было бледным.

– Я видел следы, – сказал он. – Тёмные близко. Очень близко. Нам нужно…

Он не договорил.

Потому что лес взорвался.

Из-за стволов вышли они. Десятки тёмных. Без предупреждения, без криков «Сдавайтесь». Просто вышли и начали убивать.

Первый стражник упал даже не вскрикнув. Арбалетная стрела вошла ему в шею, и он осел на траву, зажимая рану руками. Второй, успел обнажить меч, но двое тёмных набросились на него, и через секунду он лежал рядом с первым.

– В круг! – крикнул Вульф, выхватывая меч.

Оставшиеся двое стражников встали с нами спиной к спине. Лина прижалась к Финну, который пытался подняться, но был ещё слишком слаб. Орландо шагнул вперёд, поднимая посох.

Из леса, не спеша, вышел он.

Корин.

Я узнала его сразу, чёрный кристалл в руке, седые волосы, заплетённые в тонкую косу. Он выглядел так же, как в видении. Только был живым. Настоящим.

– Амалия Торнвальд, – сказал он. – Долго же я шёл по вашему следу. Вы оставили много крови.

– Иди к чёрту, – ответила я.

– К нему я и так иду. Но сначала – к вам.

Он щёлкнул пальцами, и его люди ринулись вперёд.

Я выбросила руки вперёд, и свет ударил из ладоней широкой волной. Волна отбросила троих назад, в лес. Вульф рубил направо и налево, его меч сверкал в лучах рассвета.

Корин не двигался. Он стоял, наблюдал. Как кот, который играет с мышью перед тем, как её съесть.

– Амалия, – сказал он спокойно, перекрикивая звон мечей. – Сдайся. Я обещаю, что тогда отпущу твоих друзей.

– Пошёл ты! – заорал Вульф и рванул к нему, но ему преградили путь.

Я снова ударила светом. Сфера света попала в Корина. Он даже не шелохнулся. Свет рассыпался о невидимую стену, как вода о камень.

– Ты ещё слаба, – сказал он.

Орландо поднял посох, ударил им о землю. Из его тени, из-под ног, вырвались десятки тёмных жгутов, они обвили ноги ближайших тёмных, сбили с ног нескольких, но врагов было слишком много.

– Назад! – крикнул Вульф, отступая к обрыву. – Назад, я сказал!

Мы отступали. Сзади – грохот реки и чёрная пустота. Спереди – десятки врагов, которых мы не могли остановить. Один из стражников упал, сражённый мечом, второй – истекая кровью из раны на ноге, всё ещё прикрывал нас.

Корин поднял руку. Его люди замерли.

– Амалия, – сказал он. – Последний раз. Идёшь со мной, я отпускаю остальных. Не идёшь, тогда они умрут.

Вульф повернулся ко мне. В его глазах я увидела всё – любовь, боль, отчаяние. И надежду. Такую крошечную, почти незаметную.

– Не смей, – прошептал он.

– Я и не думала, – ответила я, хотя в голове уже крутилась мысль: а что, если? Что, если сдаться?

– Нет, – сказала я вслух. – Я не сдамся.

Корин вздохнул.

– Жаль.

Он кивнул своим людям.

И лес пошёл в атаку снова.

Вульф держался, но уже был ранен – стрела задела плечо, кровь заливала рукав. Лина прикрывала Финна, который почти не мог стоять.

– Нас слишком мало, – прохрипел Орландо, отступая к обрыву. – Мы не выдержим.

– Мы выдержим, – сказала я, хотя сама уже не верила в это.

Корин шагнул вперёд. В его руке чёрный кристалл пульсировал в такт моему сердцу.

– Ты станешь моей, Амалия. Сегодня. Здесь.

Он поднял кристалл.

И в этот момент земля под моими ногами дрогнула.

Я поняла, что пути назад нет.

Лес был полон врагов, а сзади обрыв. Мы стояли на краю, и вокруг не было ничего, кроме тьмы и золотого рассвета, который теперь казался насмешкой.

– Адриан, – сказала я.

– Что?

– Если мы умрём, я хочу, чтобы ты знал, я ни о чём не жалею.

Он улыбнулся.

– Я тоже.

Корин поднял руку.