Спросонья я не понял, что происходит. Соскочил с кровати и вылетел в гостиную в одних трусах.

Мария и Анна стояли у окна и кричали кому-то с улицы.

Когда я показался, они синхронно повернулись в мою сторону. Одна игриво улыбнулась, а вторая покраснела.

— Миша, я, конечно, все понимаю, но у нас же гости! — подмигнула Мария.

— Ой, я же ничего не увидела, — прикрыв глаза, отвернулась Извольская.

А оказалось все до банальности просто. Вчера Фанеров заказал ей машину роз. Именно на них я ночью и наткнулся. Теперь по всей квартире не продохнуть от цветочного аромата. Наутро, осознав своим больным мозгом, что цветы не сработали, он отправил ей огромного плюшевого медведя. Не просто огромного, а такого, что он не влез в подъезд и его пришлось поднимать через окно краном.

Девушки кричали, что не возьмут такой подарок в квартиру, в которую он тоже не влезет.

Я смотался в спальню, натянул штаны с футболкой и вернулся.

— Я же сказала, не надо! — крикнула, наверное, в десятый раз Маша.

— Но сударыня, нам по шапке дадут, если не доставим! — взмолился работник, который стоял в люльке с пристегнутой игрушкой.

— Черт бы побрал этого Фанерова! — отходя от окна, выругалась Кутузова.

Я и Аня сели за обеденный стол и с интересом наблюдали за развитием этого нелепого сюжета.

Из спальни послышались странные цокающие звуки, и через секунду к нам вышли Болванчик с Лорой.

— Доброе утро, — зевая и протирая глаза, сказала она. В просвечивающем пеньюаре и с растрепанными волосами она выглядела очень сексуально.

— И тебе, — улыбнулся я, без стеснения разглядывая ее фигуру.

А что? Посмотреть не значит изменить.

— Что за шум, а драки нет? — щелкнула она пальцами. Волосы сами собой зашевелились и превратились в две аккуратные косички. Еще щелчок, и вместо пеньюара застегнулся обтягивающий комбинезон. На мгновение чертовка мелькнула своими обнаженными прелестями.

— Как видишь, Фанеров окончательно слетел с катушек.

— Миша, ты чего улыбаешься? — вглядываясь мне в лицо, спросила Анна. Она подняла с пола Болванчика и усадила его на стол.

— Так, шутку вспомнил…

— Да, Женя! Я же сказала, что все хорошо, я тебя простила! — кричала в истерике Мария в трубку, расхаживая по комнате. — Убери немедленно эту игрушку! Спасибо!

Она отключилась и, повернувшись к нам, сделала глубокий вдох.

— За что мне все это⁈ — подняв руки, крикнула она. — Я бы уже выпила чего-нибудь крепкого, господи, этот Фанеров… Сколько можно уже, а? Почему он не уйдет в Дикую Зону?

— Ну-ну, успокойся. — Я обнял ее и поцеловал в губы. — Давай, садись.

Отодвинув стул, я усадил Машу за стол.

— Попробую вам чего-нибудь состряпать на завтрак, — ловко жонглируя ножами, проговорил я.

Девушки переглянулись и принялись наблюдать за моей готовкой.

— Как хорошо, что я сегодня отпустила слуг, — шепнула Маша Анне, и обе захихикали.

Готовить не проблема, особенно когда у тебя есть идеальный повар в голове, который стряпает лучше, чем любой мишленовский шеф.

Через полчаса на столе исходили паром наивкуснейшие сырники, воздушный омлет, три чашки кофе и тосты с перемолотыми ягодами вместо джема.

— Ты что, волшебник? — пробуя сырник, воскликнула Маша. — Где ты научился так готовить? Даже семейные повара не столь искусны!

— Это самое вкусное, что мне доводилось есть, Миша! — вторила Аня, расхваливая мою еду.

— Да так, ничего особенного. Приготовил на скорую руку из того, что было в холодильнике, — отмахнулся я.

— А мне никто не хочет сказать «спасибо»? — фыркнула Лора, стоя позади всех в кухонном фартуке.

— Ты самая лучшая!

— Еще бы, — гордо задрала нос Лора и исчезла.

Через несколько минут на улице снова кто-то принялся кричать очень знакомым голосом. Истеричным таким, визгливым… Фанеров в своем репертуаре! Я знал этого человека буквально пару дней, но уже хотел упечь его в психушку, где ему самое место.

— Ну что, готовы к универсиаде? — спросила Маша, подперев голову рукой.

— Как сказать… — задумалась Аня. — Тут не угадаешь…

— Объясните! — попросил я, когда Лора сказала, что ничего подобного не знает.

— Если коротко, то это турнир на звание лучшего мага в своем ранге, — пояснила Маша. — Ежегодное событие, на которое съезжаются лучшие ученики всех институтов Российской Империи.

— И когда он?

— Через месяц, в первых числах июля, — сказала Аня.

— Да, — подтвердила Мария. — Но перед этим еще отбор. От института в каждом ранге могут участвовать только шесть человек.

А вот и соревнования подъехали! Как раз то, что я люблю больше всего!

Телефон в кармане завибрировал. Лора опередила меня и прочитала:

— Пишет Ермакова, — отрапортовала она. — «Михаил, зайдите ко мне в 10:00».

Опять будет читать нотации или предложит какую-то авантюру с сомнительным исходом?

— Напиши ей «ок».

— Она ответила. Смайлик!

— Не хотите после одиннадцати со мной в Дикую Зону? — поинтересовался я, запихивая в рот последние куски омлета и допивая кофе.

— Я пас, — отмахнулась Маша. — Много пар, а я и так вся в долгах. Еще сегодня лекция по военной тактике… Сам понимаешь, отец такое не простит!

— У меня тоже завал, — помахала рукой Аня. — Леня сегодня на стадион меня берет, учить рукопашке.

Мое дело предложить, ваше дело отказаться. Найду кого-нибудь еще. Может действительно сходить с Арнольдом и Викой в качестве командиров? Жуть как хочется посмотреть, какие монстры еще обитают в Дикой Зоне.

Мы закончили с завтраком, переоделись и отправились в институт. Фанеров, скорее всего, укатил раньше, и мы с ним не пересеклись. Жаль — его визги меня веселили.

На входе нас, точнее Анну, ждал Леонид. Трубецкой еще где-то трется. Как сказала бы Лора — лучше не расслаблять булки.

— Слышал, он сегодня даже в метеориты не пошел. Хочет с вами побеседовать, — сказал Леня. — Так что будь осторожен. Если что, пиши.

— Спасибо, что помогаешь. — Я искренне поблагодарил его и пошел в библиотеку.

На пару по анатомии монстров я отправил Болванчика. Перед сном посмотрю, ничего плохого не случится.

В библиотеке я нагрузил Лору новой информацией про этот мир и к назначенному времени пошел на поклон к Ермаковой.

— Доброе утро!

— Здравствуй, Михаил. Проходи, садись, — строго сказала она, указав на стул напротив.

— Зачем вызывали? — таким же серьезным тоном спросил я.

Видно было, что у магички много дел, и она не в духе. Надо бы побыстрее покончить с этим неприятным разговором и заняться своими заботами.

— Скажи, я не ошибаюсь, это твои художества? — Она повернула монитор. На экране красовался протокол моего допроса.

— Да, это я, — спокойно ответил я.

— Как ты попал туда? И самое интересное, как ты вышел? — поинтересовалась Ермакова, сложив руки у подбородка.

— Сперва скажите, откуда у вас эта запись, — откинувшись на стуле и положив ногу на ногу, спросил я.

Лора мне сообщила, что подобные записи просто так не распространяются. Для этого нужен ордер или специальное прошение. Или титул князя. Судя по всему, Наталья Геннадиевна не была ни княжной, ни даже прошение не подавала. Ей на это потребовалось бы как минимум дней пять.

— Кузнецов! — повысила голос Ермакова. — Вы были арестованы, вас допрашивали, и, как представитель института, я обязана знать об этом все.

— Считайте, что я попал туда случайно, — пожал я плечами.

— Как случайно? Не морочь мне голову!

— Наталья Геннадьевна. — Мне очень не понравился ее тон. — Если вы так хорошо осведомлены о моих вчерашних похождениях, то наверняка знаете и продолжение этой истории. Ведь дальше есть потрясающий момент, где они машут мне на прощание… Вот, вот, я! — ткнул я пальцем в экран.

— Не паясничай, отвечай на вопрос, — рассердилась Ермакова. — У меня все утро телефон надрывается от звонков начальника центрального управления. Ему тоже хотелось бы знать, какого черта?

Убедительно, но не для Лоры.

— Почему сразу не обратиться ко мне? — Я пока не понимал, что она хочет, и к чему этот спектакль. — Ведь я же не прячусь.

— Честь института может пострадать, если начнут копать еще глубже… — продолжила она.

— Да, но еще раз повторю, я не знаю, как вы достали эти видеозаписи. Явно же, что не самым законным путем. — На ее лице не дрогнула ни одна мышца. Можно похвалить за самообладание. — И стало быть вы знаете, что никаких доказательств против меня нет.

Ермакова откинулась на стуле и села в ту же позу, что и я.

— Вот как… — Она улыбнулась. — Спешу тебя расстроить, Миша. Записи получены абсолютно легально. Институт вправе получать информацию из первых рук и проводить свое расследование. Если в деле замешан студент.

— Это правда, — подтвердила все сказанное Лора. — Я не могу найти таких законов, но она не врет. Она меня переиграла, Миша, прости… Это какие-то внутренние нормативы. У нас нет доступа.

Я вздохнул. Ничего не поделаешь, если оно так. Но выкладывать все Ермаковой я точно не собирался.

— Хорошо, это была просто ошибка, — кивнул я. — Меня арестовали случайно.

— Почему же тогда после твоего выхода, туда нагрянуло центральное подразделение жандармерии с проверкой и уже двух арестовали?

— Возможно, они случайно забыли выключить камеры и спалились, — пожал я плечами.

Ермакова сделала глубокий вздох.

— Кузнецов, тебе не всегда будет так вести! — Она чуть ослабила хватку. — И в какой-то момент я не успею прийти на помощь. Ты в курсе, что после этого приехал господин Фанеров и его охранник признался, что оклеветал тебя?

Я только пожал плечами, мол, «с кем не бывает?».

— Это все, что вы хотели мне сказать?

— Нет, — Она достала папку, открыла и пробежалась глазами по строчкам. — На счет универсиады… Вопрос в твоем быстром росте, Михаил…

— Предлагаете мне остановиться и не бить рекорды? — приподнял я бровь, хотя уже знал, что ответит эта женщина.

— Обижаешь. Конечно нет, но есть проблема. — Она слегка наклонила голову и хмыкнула. — Хотя для тебя… Не уверена…

— Наталья Геннадиевна, вы меня простите, но не могли бы вы перейти к сути!

Почему эти аристократы так любят ходить вокруг да около? Почему нельзя говорить начистоту?

— Если твой прогресс будет таким же быстрым, и ты после отборочных получишь ранг «воина», мы поставим тебя в число этого ранга, а не к подмастерьям. Будешь бороться с теми, кто куда опытней тебя.

— Я это понимаю, — кивнул я. — Ничего не имею против. Но можно же и не поднимать ранг до турнира?

Она как-то странно засмеялась, а потом посмотрела мне прямо в глаза.

— Миша, скажи, ты сам-то себе веришь? — с иронией в голосе произнесла она. — Готов замедлить свой прогресс?

— Хех, подловили! — Я встал и направился к выходу. — Это все?

— Да.

— Тогда не прощаюсь, — поклонился я и вышел.

Спускаясь по лестнице на следующую пару, я бросил взгляд в окно — на стену. Дыру уже заделали, и теперь о прорыве напоминали только несколько строительных палаток.

Рядом начали воздвигать мемориал в честь погибших при прорыве ребят. Да, такое событие бывает нечасто. Обычно волны монстров не добираются до внешней стены, не говоря уже о том, чтобы ее разрушить. За все время существования КИИМа это первый случай, когда твари смогли разнести аж две стены.

Теперь шло укрепление внутренней части и усиление вооружений.

— Всего две недели… — пробубнил я себе под нос. — Думаешь, сможем?

— Победить? Безусловно! Подняться на новый ранг?.. Тут придется попотеть, — сказала Лора, шагая рядом со мной.

— Еще столько слабых мест… Больше практики с Асая Реем, больше походов в метеориты, но и про лекции не забывать… Башка будет знатно гудеть, да и тело!

— У тебя есть я! — сказала моя очаровательная помощница.

— Знаю, поэтому уже к следующему месяцу мы будем с новым рангом. Придется стараться изо всех сил.

Следующие две пары были интересные, но я постоянно уходил в свои мысли, оставив за слушателя Лору. То и дело думал про то, как Трофим внедрится в банду, что сделать с Сурковым и почему Трубецкой не напал ни на меня, ни на Аню.

Складывалось ощущение, что этот трусливый кусок мяса не захочет идти на прямой конфликт, даже если он на ранг выше. На девушку напасть гораздо легче.

Ну и вишенкой на торте моих проблем стал факт, что перед отборочными на универсиаду будут проходить мини-экзамены на знание предметов. Совсем тупых просто не допустят.

Конечно, я не волновался, ведь помощница знает всю программу на отлично, но мне хотелось попробовать самому, а это значит, зубрежки не избежать. Полагаться на Лору в любой ситуации совсем не хотелось. Это было бы слишком просто.

Однако судьба все-таки непредсказуемая штука, и сама решила, с кого мне начать.

Когда лекция по астрономии закончилась, нашей группе пришлось покинуть аудиторию, потому что через десять минут тут планировалось занятие у другого потока.

И каким же было мое удивление, когда в дверях я столкнулся ни с кем иным, как с Марком Трубецким.

В этот раз с ним был только один подпевала, видимо, остальные были или на других занятиях, или застряли в метеоритах.

— Вот так встреча! — скривился Трубецкой. — А я тебя по всему институту ищу.

— Врет! — коротко заявила Лора.

— То-то я смотрю, твои дружки проходят мимо меня, но караулят Извольскую как привязанные, — парировал я. — Или хочешь сказать, что это не так?

— С ней у меня будет отдельный разговор… Забыла, сука, кому служит.

— Огорчу, но не тебе. И ее родственников это тоже касается, — похлопал я по плечу этого урода. — Кстати, хреновая у тебя деревня, раз из нее так легко вытащить целую семью!

— Так это ты… — зарычал Марк и попытался наброситься на меня с кулаками.

Как хорошо, что магия глушилась в стенах института, и все что он мог, это как следует поколотить меня. Вернее попытаться.

Нет, драться он умел, но не так ловко, как учитель Рей. После его тренировок любой боец покажется неумехой.

Мне даже делать ничего не пришлось. Я просто отходил назад и уворачивался от его попыток меня ударить.

— Молодые люди! — повысил голос преподаватель, который все это время сидел за столом и готовился к лекции. — Вам не стыдно? Вы где находитесь⁈

— Прошу прощения, такого больше не повторится! — извинился я за нас обоих, схватил за руку Трубецкого и отошел с ним к выходу.

— Кузнецов, ты даже не представляешь, что я с тобой могу сделать! — зарычал он.

— Интересно, что же⁈ — удивился я. — Мне казалось, ты попробовал у распределителя и показал все, на что способен…

— Сегодня, после пар, на стадионе! — зашипел он. — Не забудь позвать свою группу поддержки, чтобы видели, как ты жалок.

— Тогда как на счет пари?

— Думаешь мне от тебя что-то надо? — усмехнулся Марк. — Что ТЫ мне можешь предложить⁈

— Хочешь, чтобы я просто начистил твою морду? Так не интересно!

— Молодые люди! Начинается занятие! — громко сказал преподаватель, который следовал за нами по пятам.

— Сегодня в десять, на стадионе… — прорычал Трубецкой, толкнув меня плечом. — Если не придешь, Извольская и Бердышев до конца обучения не доживут.

Я не стал ничего отвечать. Но последние слова мне ой как не понравились. Такое нельзя спускать с рук, даже если это было сказано в шутку. А этот хрен шутить не умел.

— Лора, пойдем-ка прогуляемся… — сквозь зубы процедил я.

— Миша, ты чересчур возбужден, надо успокоиться. — Лора переживала за меня каждый раз, когда у меня было такое состояние.

В этот раз никаких полумер. Так небрежно бросать угрозы убийства непростительно. Я заставлю его не только признать поражение, но и опущу перед всем КИИМом.

По дороге в парк я обзвонил всех студентов, кто был у меня в телефоне, и позвал на стадион, сообщив про свой поединок с Трубецким. Все согласились без оговорок. Арнольд даже сказал, что отменил рейд в Дикую Зону.

— Может, лучше в тренировочные комнаты? — предложила встревоженная Лора. Она видела все показатели, и они просто кричали о том, что мне надо выпустить пар.

— Нет, лучше подготовь мне кое-что у себя на пляже.

Раз времени до вечера оставалось с горкой, я решил провернуть один фокус. Драться с Трубецким с малым количеством энергии было опасно, поэтому я отмел тренировочную комнату. Помахать клинком вместе с Реем тоже не получалось. У него были занятия.

Поэтому мне пришла в голову идея. Что если провести время с пользой, только не во внешнем мире, а в моем собственном. Как-никак внутри у меня целый пляж с морем!

В парке я обогнул озеро и углубился в зелень, где меня никто не потревожит.

— И чего тебе в спальне не сидится?.. — пробубнила недовольная Лора.

— Свежий воздух, дорогая, — пожал я плечами. Однако была и еще одна причина.

В парке не стояли ограничители магии.

Усевшись под деревом, я погрузился в хранилище. Лора уже все приготовила: разбила на пляже огромную тренировочную площадку, а рядом расположила стенд с оружием.

— Я рассчитывала, что мы проведем время иначе, — проговорила Лора и запрыгнула на ринг. — Ну давай, иди сюда! — И в ее руке сверкнул обнаженный меч, которым она лихо принялась выписывать замысловатые узоры.

В этот раз я ограничил показатели тела. Лору попросил сражаться по записям Рея.

Затем мы начали постепенно увеличивать нагрузку и сложность приемов. В это время Лора, используя энергию начала разгонять каналы в организме и использовать магию на мышцах, увеличивая их эластичность, выносливость и силу. После каждого сложного приема, тело адаптировалось под нагрузку, привыкало и запоминало, чтобы не ударить в грязь лицом в будущем сражении.

Единственный минус: уходило много энергии, и поэтому пришлось немного «закусить» заранее припасенным красным кристаллом.

К назначенному времени я разучил пару новых приемов и неплохо размялся.

— Миша, скажу тебе вот что. — Лора появилась с целой кипой бумаг. — По показателям ты стал сильнее физически, но такой трюк очень сильно расшатал твое ментальное тело. На его восстановление уйдет около месяца или двух. А у тебя еще и повышение ранга намечается, а там опять этот буст.

— Ну что поделать? Будем прокачиваться раз в пару месяцев, — пожал я плечами.

— Нет, ты не понимаешь, — покачала она головой. — С увеличением нагрузки, нагружается и менталка, а ее восстановление никак не ускорить, понимаешь? — Она потрясла перед мной бумагами. — Я не ожидала таких данных, но лучше не рисковать. Давай это будет на крайний случай?

— Волнуешься?

— Очень, — она еще раз пробежалась глазами по листкам. — Мне не нравятся конечные данные.

— Хорошо, дорогая, это будет наше табу, — поправляя Болванчика на руке, сказал я. — А теперь пошли, начистим морду одному зазнавшемуся придурку!

— Это мне нравится куда больше, — улыбнулась она.

Подходя к стадиону, я не мог унять дрожь от предвкушения битвы. Это чувствовал и мой питомец и тоже вибрировал как заведенный.

— Эй, дружок, — поднес я его к глазам. — Не помогай мне, хорошо?

Круглая маленькая голова крутанулась и поникла. Вибрация прекратилась, он знатно расстроился.

Не переживай — у тебя еще будет шанс показать себя во всей красе.

На стадионе собралось около пятидесяти человек. Тут были и старшекурсники — друзья Трубецкого, которых Лора просканировала и запомнила, чтобы проверить на сговор с бандитами. Пришли Мария, Аня, Арнольд и куча других парней и девчонок, с кем мы были во время прорыва. К моему удивлению за спинами мелькнула физиономия Фанерова. Он расположился на задних трибунах и зевал во весь рот, не отрывая глаз от Кутузовой.

Трубецкой стоял на площадке, в центре. Его окружали приятели, с которыми я уже успел познакомиться.

— О, пришел, не испугался! — оскалился он. — Завещание написал?

— Жаль, что ты не написал, — доставая меч, ответил я. — Не будем долго тянуть. Защищайся!

Марк нахмурился и выхватил клинок. От острия до гарды прошлась волна энергии.

Я не стал отставать и напитал свое оружие до отказа.

— Стоять! — раздался крик. — Что тут происходит?

Все повернулись на звук и увидели в проходе учителя Рея в вечернем легком кимоно и тапочках. В руке книга с иероглифами, которую он быстро захлопнул и одним рывком сократил дистанцию в пятьдесят метров.

— Увидела? — спросил я Лору.

— Ага, минимум энергии, идеальный контроль…

— Михаил? Марк? — Рей смотрел то на меня, то на Трубецкого в ожидании объяснений.

— У нас дуэль, — решил первым ответить я. — Я защищаю свои интересы, он свои. Мне казалось, это разрешено правилами.

— Дуэль? — приподнял бровь Рей и повернулся к Трубецкому, который слегка стушевался. — А условия?

— Простите, но это касается только нас! — чуть тише ответил Трубецкой, расстроенный появлением преподавателя.

— Мой стадион, мои правила! — Рей бесхитростно пожал плечами и подошел к рубильнику, блокирующему магию.

— Это вмешательство в дуэльный кодекс! — крикнули со стороны Трубецкого, но тот заткнул его вскинутой ладонью.

— Без магии не можете сражаться? — удивился преподаватель, запахивая кимоно поплотнее. — Тогда проваливайте с моего стадиона и сражайтесь в туалете! Здесь вы будете драться по старинке!

Толпа загудела и начала возмущаться. Многие собирались уходить.

— Молчать! — рявкнул Трубецкой. — Что я не справлюсь с каким-то новеньким одним мечом? Разошлись! — Он повернулся ко мне. — Надеюсь, ты не струсил? Или все-таки пройдем в парк или еще куда?

Что за дурацкая провокация? Типа если я захочу перейти туда, где можно использовать магию, автоматически буду выглядеть слабаком? Он не учел, что я маг только недавно, и сражаться без магии мне куда сподручнее.

— Давай уже начнем! — Я пару раз ударил острием по земле, приглашая подойти.

— Вот и славно! — довольно кивнул Рей и опустил рубильник.

Никаких изменений я не ощутил. Возможно, это из-за недавнего фокуса с Лорой, а может и потому, что я слишком зол.

Как только все формальности были соблюдены, Марк резким выпадом попробовал закончить едва начавшийся бой. Что ж, я сделаю то же самое.

Пару раз уклонившись, я проткнул его запястье насквозь, затем таким же колющим ударом пробил сухожилия под коленками двух ног. Без магии он будет долго лечиться!

Упав на колени, Марк не смог подняться. Меч полетел в сторону.

— Признаешь поражение⁈ — спросил я.

— Пошел ты к черту! — сплюнул он мне под ноги.

— Хорошо, — ответил я, поддев ногой его выпавший меч. — Тогда по праву сильного я забираю твое оружие.

— Я еще не проиграл! — крикнул Трубецкой, пытаясь встать на ноги. Жаль, бесполезно. Ему надо в лазарет. Кто знает, на сколько сильно я его потрепал.

— Хорошо, раз ты не проиграл, то нападай! — с усмешкой сказал я.

Пара попыток, и он упал в лужу собственной крови.

— Победа в дуэли засчитывается, когда оппонент признал поражение или если тот потерял сознание, — сказал я, когда Лора рассказала про этот пункт в правилах.

Трубецкой понял, что он в невыигрышном положении, но никаких идей у него не было.

— Больной инвалид с амнезией! — В отчаянии он решил меня унизить хоть на словах. — Стоило тебе вернуться, как твой жалкий отец собрался подыхать. Стыдно за такого ублюдка как ты!

А я стоял и улыбался.

— Всяко лучше, чем быть на твоем месте. Сидишь и воешь от боли, а над тобой стоит первокурсник, — покачал я головой. — А раз ты настолько низок, что охотишься толпой на невинную девушку, то и твой отец такая же мразь. Походу, вся семья у тебя произошла от крыс.

— Сука! — зарычал он. — Ты пожалеешь о сказанном…

Его язык стал потихоньку заплетаться. Чем больше Марк злился и кричал, тем быстрее стучало его сердце. Из ран кровь просто хлестала.

Я подошел ближе и наклонился. Трубецкой дернулся, но не смог даже ударить.

— Поверь, ты не представляешь, как я жалею, что мы с тобой не один на один, — прошептал я ему на ухо. — Но ничего. Мне пока хватит и того, что ты стоишь на коленях. Можешь пожаловаться своим музыкальным дружкам в городе. Но запомни: в следующий раз у нас будет поединок на смерть. Пиши завещание.

— Ты даже не… — осекся он и замолк. Глаза закатились. Трубецкой рухнул мордой в пол, смешно приподняв задницу.

— Думаю, на сегодня с него хватит! — засунув свой меч в ножны, я поломал его сабельку о колено и бросил в ближайшую урну.

— Он же теперь от тебя не отстанет! — пролепетала Анна, когда я к ней подошел.

— Зато отстанет от тебя, — посмотрел я на его кверху торчащую задницу. — После такого позора он какое-то время посидит тихо.

Поздравить с победой собрались многие ребята. Арнольд, Маша, Вика, Леня и куча малознакомых студентов. Многим из них Трубецкой доставил уйму неприятностей, и теперь он сто раз подумает, прежде чем возобновлять свои делишки. А если нет, то всегда можно повторить…

— Кузнецов-кун! — окликнул меня Рей. — Вы прекрасно сражались, и показали несколько новых приемов, которых мы с вами не разучивали! Надеюсь, в скором времени, мы опробуем их в поединке.

— Безусловно, — поклонился я.

Все начали расходиться. Друзья Трубецкого уволокли его в лазарет, а мы пошли к Кутузовой.

— Маша, я сегодня посплю в институте, — сообщила Аня, когда мы проходили главный вход. — Ты не расстроишься?

— Нет, что ты⁈ Конечно! Думаю, теперь ты в безопасности.

— Если что, мой номер ты знаешь! — тут же вмешался я, помахав мобильным.

— Знаю, — улыбнулась она и побежала к Лене. Он ждал ее под одиноким деревом.

По пути домой мы с Машей зашли в винный магазин, где знакомый сомелье предложил новый сорт вина.

Уже дома я лег Маше на колени и не заметил, как уснул.

Проснулся от аромата французских булочек. На удивление я лежал в кровати и без одежды.

— Надеюсь, это не ты меня отнесла на руках? — заходя на кухню и целуя Машу в щеку, спросил я.

— Ну еще чего? Ночью ты сам встал, как робот, разделся и лег, — объяснила она, и я немного успокоился.

Теперь на одну проблему стало меньше. Трубецкой пока залечивает раны, на носу отборочные, и надо готовиться.

— Маша, мне нужно на несколько дней отлучиться в Дикую Зону, пока ребята не очухаются после буста, — сказал я, закидывая кусок курицы в рот. — Пойдешь со мной?

— Приглашаешь на свидание в Дикую Зону? — усевшись напротив, она лукаво посмотрела мне в глаза и погладила ногой под столом.

— Если нас, конечно, отпустят вдвоем… — поддержал я ее игру и погладил в ответ по коленке.

— К сожалению, не отпустят, не тот цвет браслета, — пожала она плечами и убрала ногу. — А так, я согласна. Основные зачеты сданы. Возьмем Аню и Леню. Можем еще кого-нибудь, если есть кандидаты…

А такие как раз были. Совсем недавно сами предлагали вместе отправиться в метеориты.

— Я тебе уже говорил, что ты самая чудесная девушка в мире? — вставая из-за стола и подхватывая Машу на руки, сказал я.

— Сегодня нет! — она быстро глянула на часы. — Но вы еще можете исправиться, студент Кузнецов. До пар еще два часа…

Второй раз повторять не пришлось. И уже через минуту мы были в постели.

* * *

Лазарет КИИМ.

Это же время.

Медсестра Марфа заступила на смену на полчаса раньше, подменив ночных коллег. После прорыва работы стало больше, в том числе и бумажной. Надо было вести карты наблюдения тех больных, кто до сих пор не вылечился. А такие были.

Часы показывали семь тридцать утра, а значит, она еще успеет сделать обход и заняться документацией.

Сейчас в палатах лежали тяжелораненые. Обычно это те, кому оторвали конечности. Но в этот раз большинство палат заняли первокурсники-бустеры.

Первые очнутся только через три дня, и поэтому Марфа спокойно сидела за столом, слушала радио и заполняла отчеты, готовясь к обходу.

— Простите, можно воды? — раздался тихий женский голос у Марфы за спиной, и она аж подпрыгнула от испуга.

— А? Что? Кто⁈ — захлопала она глазами, уставившись на девушку в халате на голое тело. По нашивке стало понятно, что это пациент с буста. Только фамилии медсестра не помнила.

— Простите, что напугала, — девушка начала кланяться. — Можно попросить у вас воды?

— Да, конечно, моя дорогая! — пришла наконец Марфа в себя и бросилась к графину. В голове у нее крутилась только одна мысль.

«Как она так быстро адаптировалась?»

Подав полный стакан воды, медсестра терпеливо подождала, пока девушка допьет, и только потом спросила:

— Прости, а напомни мне свое имя и фамилию?

Девушка закончила и с облегчением выдохнула. Убрав рыжие волосы за ухо, она весело представилась:

— Виолетта Переславская я!