— Ого, какие люди! — крикнул я издалека, привлекая внимание пижона. — Не иначе это наш трусливый барончик?

Евгений увидев меня, моментально стал серьезным. Весь собрался и насупился.

— Тебе чего надо, урод? — сквозь зубы процедил Фанеров, и публика вокруг расступилась, почувствовав нахлынувшую злобу. — Вчера тебе повезло, не более. Так что хвост не распускай.

Хороший актер, хороший студент, наверное. И хреновый человек.

— Женя, что этот первогодка от тебя хочет? — недовольно фыркнула дама рядом с ним.

— Мальчик, иди-ка ты отсюда, пока цел! — помахала другая, белокурая девица.

— А ты не рассказал своим поклонницам, как вчера лежал мордой в пол вместе со своей охраной? — усмехнулся я. — Может, еще кого позовешь, а я расскажу. Ты не против?

— Пошли все вон, — сквозь зубы прорычал Фанеров.

Наверное, я должен испугаться? Хотя… Лора все показывала. Злость, агрессия. Чего еще ожидать?

Вмиг вокруг нас образовалось пустое пространство. Поклонницы разбрелись кто куда, рассаживаясь за столы.

— Значит, и за Машей, и за еще десятью дамами ухлестываешь? — наклонив голову набок, сказал я.

— Ты решил языком почесать? — ухмыльнулся Фанеров. — Давай быстрее, у меня пары. Если хочешь подраться, вечером с удовольствием набью твою наглую рожу. Поверь, в этот раз все будет по-другому.

Вот этого я не ожидал. Он сам предложил сразиться? Что за… Разве это не тот человек, который подкупил полицаев и упек меня за решетку? Странно!

— К вечеру успеешь найти новых жандармов? — хмыкнул я.

— Что⁈ — опешил он.

— Я говорю, слишком низко и трусливо подкупать жандармов, — подсказал я ему.

Странный тип. Делает вид, как будто и не причастен к моему аресту.

Ну уж нет, дружок! У меня есть и аудио, и видео, где фигурирует твоя фамилия. Даже бумага с условиями имеется — с твоей закорючкой.

— Что за чушь ты несешь, чертов псих?

А теперь решил играть в дурачка, отчего мне начинало казаться, что не он тут идиот, а я. Хотя и ночь в тюрьме мне не приснилась.

— Миша, парень и правда не понимает, о чем ты ему говоришь, — сказала Лора с крайне растерянной интонацией.

Да что тут происходит? Не мог же я сойти с ума? Лора тщательно охраняет мое ментальное состояние. Даже от меня самого.

— Подкуп жандармов и мой арест! — сказал я, растеряв весь запал и пытаясь понять, что не так.

— Ты походу головой ударился! — улыбнулся Фанеров и сказал с нажимом: — Я ничего недостойного не делал!

Лора подтвердила, что он не врет.

— У меня есть доказательства того, что это было сделано от твоего имени, — ответил я. — Конверт с деньгами и записи разговоров продажных следователей.

— Неужто? — резко сбросил он свою спесь и воинственный запал. — Давай-ка отойдем. Покажешь свои «доказательства»!

Когда мы уселись, он попросил выложить все детали. Когда включилось аудио на моем браслете, он нисколько не удивился.

После прослушивания у него был довольно растерянный вид для того, кто строил против меня козни.

— Ах, вот ты где! — раздался женский голос сбоку.

Мы оба оглянулись, и Жене моментально прилетело по лицу. Маша не удержалась и врезала словно заправский боксер. На секунду я даже опешил от такой атаки и забеспокоился за жизнь барона.

Но как же я удивился, когда увидел сияющее лицо парня, который ни на миллиметр не сдвинулся с места. А Машин кулак лишь немного помял кожу на щеке.

Неужели в тот раз он поддался? Или я застал его врасплох?

— Нихрена себе! — воскликнула Лора. У меня была примерно такая же реакция.

— Машенька! — с фанатичной улыбкой поприветствовал он Кутузову. — Доброе утро! Как твои дела? Кофе принести, моя дорогая? — Он протянул руку, чтобы погладить кулак девушки, но та брезгливо отстранилась.

— Женя, ты перешел все границы! — зарычала злая Маша. — Раньше ты не опускался да подобной низости!

— Мы как раз это обсуждаем, — вмешался я. — Судя по всему, как бы мне ни хотелось это признавать, но Евгений не виноват!

— То есть как⁈ — вскинула она брови.

Я рассказал ей подробности сегодняшней ночи и еще раз прокрутил запись голосов.

В это время Евгений быстро сбегал за кофе. Принес две чашки, себе и Марии.

— Все как ты любишь, — вежливо сказал он, поставив чашку перед ней. — Две сахара на чашку и сливки двух процентные.

— Спасибо, Евгений, — строго сказала она и тут же повернулась в мою сторону. — Но жандармы сказали, что он писал заявление.

— Я сам ничего не понимаю, — развел я руками, все еще поглядывая на счастливого Фанерова.

Он точно псих. Но должен признать, что честь у него была, пусть и своеобразная.

— Так, Евгений, — Маша повернулась к парню, и тот чуть ли не засветился. Прислони к нему лампочку, загорится. — Если хочешь и дальше со мной общаться, разберись с этим делом. Кто-то упек человека за решетку от твоего имени и подкупил следователей.

Фанеров глянул на меня, и на секунду я почувствовал такую злобу, от которой меня аж затошнило.

— Знай, что я это делаю не ради этого болвана. — Он немного понизил голос, чтобы услышала только Маша, но и я был не глухой. — Вообще не понимаю, что ты нашла в этом слабаке.

— Хочешь сказать, что я мужланка? — моментально вспыхнула Кутузова, и в ее глазах зажегся опасный огонек.

— Нет-нет! Что ты! — осознав, какую глупость сморозил, он замахал руками и вскочил. — Прости Мария, я искуплю свою вину! Вечером приглашаю тебя в ресторан и там расскажу, что узнаю об инциденте… с этим хреном. — Он небрежно махнул на меня рукой.

— Вечером у нас есть планы? — сказала холодным голосом Маша.

— Конечно есть, — улыбнулся я, глядя на еще сдерживающего себя Фанерова.

— Тогда извини, Евгений, позвонишь мне вечером. Вечером я буду занята. — Она смаковала каждое слово.

— За что ты так со мной, Мария? Мое сердце разрывается… — Он прижал руки к груди и сел на одно колено.

Я еле сдержал смешок, а вот Лора покатилась со смеху.

— Какого хрена тут происходит? — сквозь смех, сказала она. — Что за фанатик!

— За что, говоришь? — в очередной раз начала заводиться Маша. — Тебе напомнить, что было в столице? Исчезни, и пока не предоставишь доказательства невиновности, ко мне можешь даже не подходить! Все, разговор окончен!

Фанеров побледнел, и мне показалось, что он вот-вот расплачется. Однако, взяв себя в руки, он расплылся в извинениях. Даже мне немного перепало.

Закончив стелиться перед ней, он вылетел из столовой.

— Что это сейчас было? — удивленно спросил я. — Не знал, что в тебе есть еще и такая черта…

— Хочешь узнать? — томно произнесла девушка, приблизившись к моему лицу.

— Если после этого останусь в живых… — пошутил я.

Тот ее удар по Евгению был хоть куда. Силы был в нем достаточно, чтобы отправить человека в реанимацию. А вот фанерный мальчик оказался прочнее…

* * *

Коридоры КИИМа

Евгений Фанеров был на седьмом небе от счастья. Он летел на крыльях любви в направлении выхода из института. Ему хотелось быстрее запереться в своей квартире и прокручивать в голове тот миг блаженства, которым одарила любовь всей его жизни, Мария Кутузова.

Тот легкий удар был словно прикосновение ангела и совсем неважно, что Женя выплюнул два зуба, когда слетал с лестниц и бежал через холл. Это все пустяки, мелочи. Сегодня Мария его поколотила, это значит, он ей не безразличен.

Еще в гимназии при Имперском дворце, как только он увидел ее, сразу понял, что это любовь всей его жизни. Она была идеальна. Властность и мягкость, жестокость и доброта сочетались в ней и делали ее незабываемым коктейлем, которым можно наслаждаться всю жизнь.

И даже то, что она постоянно его отвергала, лишь обнажали ее необузданный характер и нрав. Ну как в такую не влюбиться?

Ради нее он тренировался у лучших мастеров, ради нее терпел многочасовые лекции у лучших ученых, благо финансы его семьи служили хорошим подспорьем. Евгений знал, что с такой идеальной женщиной должен быть только такой идеальный мужчина, как он. Поэтому как в физическом, так и в умственном развитии ему не было равных. Конечно, после Марии. Он готов был во всем уступить ей пальму первенства.

Каждая их встреча была для него счастливым мгновением. А если Мария с ним еще и здоровалась, то этот день он всегда отмечал в календаре, который висел в его квартире на пол стены.

Да, у него были девушки, и много. Они считали его красавцем, что было неудивительно. Но ни к одной он не испытывал настоящих чувств. Только физиологическая потребность заставляла его искать женщину, похожую на Машу, и лишь затем, чтобы безжалостно бросить.

Единственное, что он не мог взять в толк — как Мария может встречаться таким невеждой, как Кузнецов? Неотесанный болван посмел ошиваться рядом с его богиней! Зачем, когда есть сам Евгений-Давид Фанеров III⁈

Он сражался в метеоритах и пропустил момент, когда этот негодяй посмел соблазнить милую Марию! Женя вмешался бы и вызвал его на дуэль чести, как это он делал и раньше, но упустил момент!

Увидев их вчера на лестничной клетке, Евгений немного перенервничал. Его подкосил тот факт, что с ней рядом шагал кто-то еще и еще целовал! Даже Евгений не смел так делать!

А дальше все пошло наперекосяк. Этот выскочка Кузнецов раскидал охранников словно детей. Как он мог поступить так жестоко? Ведь это отец приставил их к нему, чтобы оставаться спокойным за сына. А потом этот негодяй ударил самого Евгения!

Кузнецову удалось удивить Евгения. Этот хлыщ увернулся от его коронного удара, но просто поразил Евгения тот факт, что на лице Марии отразилась легкая тревога, когда она покидала их. Он не мог думать ни о чем другом!.

«Наверное, она переживает за меня!» — промелькнуло в голове, и он тут же расплылся в улыбке. В следующий момент Кузнецов поймал его на ошибке и очень грамотным ударом в печень отправил в нокаут. Евгений не сопротивлялся. Было не до этих пустяков.

«Она переживала за меня!» — крутилась радостная мысль в голове. Так он и замер на полу с блаженной улыбкой на устах. И лежал до тех пор, пока его не подняли охранники.

Они о чем-то говорили, но Евгений не слышал, пребывая в своих фантазиях.

Но сейчас случилось неслыханное! Сначала этот Кузнецов, а затем Мария обвинили его в трусости и лжи.

— Какой вздор! — разозлившись, пробормотал Евгений. Ведь его можно было обвинить только в слабости. Он не проявил настойчивости в борьбе за Машу!

— Мне надо срочно узнать, кто засунул этого немощного Кузнецова вчера за решетку! — сказал Евгений подчиненным, сев в машину. — Быстро домой!

Машина последней модели плавно покатилась в сторону жилых домов.

— Молодой господин… — пробормотал один из охранников. — Это сделал я…

Салон тут же сжался от убийственной ауры. Настолько плотной, что с ней мог справиться только очень сильный маг. К сожалению для трех охранников она была слишком сильна. Они начали задыхаться и потеть. Кислорода было в обрез как при гипоксии на высоте три тысячи метров.

— Ты⁉ — зарычал Евгений, и его глаза вспыхнули огнем. — Ты какого хрена творишь⁈

Не успел охранник моргнуть, как молодой хозяин сократил расстояние в пол машины и схватил его за горло. Еще чуть-чуть, и грозили затрещать позвонки.

— Ваша милость… — прохрипел охранник. — Я… я… как лучше… он же отброс… пощадите… — Его глаза начали медленно закрываться, и в последний момент хватка ослабла, оставив на шее алый отпечаток ладони.

— Говори! — взвизгнул Евгений.

— Я заплатил следакам, с которыми мы раньше сотрудничали, — откашливаясь и пытаясь прикрыть ожог, проговорил охранник. — Документы они сами подделали, я заплатил им и еще… — Он замялся и побледнел еще сильнее.

— Что⁈ — не боясь, что их кто-то услышит, завопил Евгений. — Немедленно говори, или я позвоню отцу и скажу, что мне нужна новая охрана! Эту придется искать в лесу с собаками!

— Я отправил бумагу с требованиями для урегулирования конфликта, — залепетал охранник. — С вашей подписью!

Евгений был далеко не глуп, это подтверждали и его учителя, которым родители платили огромные деньги за обучение. Он убавил свою ауру, упал обратно на сиденье и задумался.

— Хм… Бумага от руки? — спросил он ровным голосом.

— Да, — смиренно кивнул мужчина.

На лице Фанерова вновь появилась лучезарная улыбка. Настроение пришло в норму и постепенно улучшалось.

— Молодец! — мило улыбаясь, выпалил Евгений и крикнул водителю. — Поворачивай, мы едем в участок, сдаваться!

Охранники тихо сидели, опасаясь любого действия их господина. Они-то знали: он может сделать, что угодно. Как-то раз ради интереса Евгений отрубил своим родовым мечом руку дворецкому. Ее, конечно, удалось приживить обратно, а потом отвалить кучу денег пострадавшему, чтобы он не серчал на молодого господина.

— У тебя есть два варианта, — блаженная улыбка не слезала с лица юноши ни на мгновение. — Либо мы приезжаем в следственный отдел, где ты признаешься в подделке документов и в ложном доносе, а потом я все улаживаю. — Евгений достал нож для масла и ловко провернул его между пальцами. — Либо ты отрезаешь от своего тела пять килограмм мяса вот этим ножом!

— Я признаю вину, ваша милость! Признаю! — не раздумывая воскликнул охранник. — Моя ошибка! Я обесчестил ваш род!

— Хорошо… — Евгений еще шире расплылся в улыбке. — Очень хорошо! Маша будет довольна!

* * *

Я решил немного побыть обычным студентом и отправился на занятия. Весь день мне надо было гонять энергию внутри себя, запоминать составы зелий и свойства артефактов. На артефакторике и руническом письме было мало народу. Очень уж они были непопулярными, однако мне было невдомек почему.

Уметь создать свой артефакт и закреплять его рунами! Это какой масштаб свершений! Собрать артефакт словно детский конструктор, и твори что заблагорассудится.

Лора тоже была в восторге. Она с энтузиазмом подсказывала некоторые действия, а на предмете по концентрации магической энергии я давал ей порулить. Она сама разгоняла по моим каналам ману и училась ее контролировать. В таком тандеме мы могли работать куда эффективнее.

Вместо последнего занятия я заскочил к учителю Рею, чтобы еще попрактиковаться в фехтовании. Но у него был урок, и до вечера я проторчал в тренировочных комнатах.

Казалось, я был тут сто лет назад и уже отвык от этих комнатушек с нелепыми изображениями призраков на стене.

Именно там меня и нашла Маша.

— Не ожидал встретить тебя тут! — целуя девушку в щеку, признался я. — Как прошел день? Как твой воздыхатель?

— Смешно, Миша, очень смешно… — вздохнула она. — Ты наверх?

— Ага, проводить?

— Не откажусь, — тут же расплылась она в улыбке. — Какие планы на вечер?

— На самом деле планы есть, — сказал я, но тут же исправился. — Но не до позднего…

— И чем же ты вечером решил заняться? — хитро улыбнулась она, когда мы поднялись к центральному выходу.

— Встреча выпускников камеры временного содержания, — ответил я. — Познакомился там с одним гражданином неблагородных кровей. Мужик оказался хороший, пропустим с ним по стаканчику пивка…

— А потом?..

Должен признать, что от омоложения одни плюсы. Нет, мое либидо в тридцать плюс не стало хуже, да и Лора сказала, что ничего не изменилось.

«Как любил баб, так и любишь!» — говорила она. Тут больше про опыт… Одним словом, то что я делал с Марией, не умел делать ни один восемнадцатилетний пацан.

— А потом хотел бы навестить одну очаровательную даму! — сказал я и шлепнул ее по попке. Эта часть была особенно хороша. — Так что там на счет Фанерова?

— Ах да, — девушка щелкнула пальцами. — Он позвонил и после, наверное, тысячи извинений, объяснил, что это работа какого-то очень предприимчивого охранника, который уже во всем признался и ждет своей участи в центральном отделе.

— Да что за бред? — раздался насмешливый голос Лоры. — Самое нелепое оправдание — спихнуть все на своего бодигарда…

— И ты ему поверила?

— Поверь, мне он не посмеет соврать, — загадочно ухмыльнулась Маша.

Теперь осталось гадать, кто из них прав…

— Но на этом он не остановился, — продолжила Кутузова. — Затем он отправил кучу документов подтверждающих свою невиновность. Звонки с телефона охраны, запись разговора с продажными следователями… Господи, да там даже была почерковедческая экспертиза для снятия обвинений! Я сама видела эту бумагу и могу сказать, что это его рука. Уж поверь, он мне столько писем пишет и открыток, что его почерк я отличу.

— Да ты просто эксперт в Евгении Фанерове! — хмыкнул я. — Даже немного ревную…

— Но ты же ничего о себе не рассказываешь, — надула губки Мария.

А она права. Рассказать о себе я много не смогу, да и не обязан. Все-таки пока инструкции центра лучше соблюдать. Может, когда-нибудь она и узнает обо мне, но точно не сейчас…

— А нечего рассказывать. Помнишь — амнезия… — отмахнулся я и попытался перевести тему. — Как там Анна? Трубецкой не заглядывал?

— С ней все хорошо. Я пока поселила ее у себя и попросила Леонида за ней посмотреть, — ответила она. — Так-то первый день прошел успешно, но так продолжаться долго не может. Марк даже в метеорит не ушел. Поджидает ее со своими дружками…

— Ладно, завтра что-нибудь придумаем… — задумался я.

У меня был один план и довольно авантюрный, но почему бы и не рискнуть? Тем более институт для этого и создали.

— Тогда буду ждать тебя у себя, держи. — Она сунула мне в руку запасные ключи и собралась уходить, как раздался звонок. На телефоне высветилось «Потемкина В.».

— Ого, кто тебе звонит, — прищурилась Маша. — Арнольд ей разонравился?

— Не смешно, — отмахнулся я и нажал на «ответить». — Слушаю.

— Молодец, Кузнецов, — послышался знакомый язвительный голос. — Слушай и запоминай, повторять не буду.

— Всегда готов, — сказал я. Лору даже предупреждать не стоило, она уже была наготове.

— Так вот. Сурков Сергей, барон. Отец — Дмитрий Сурков. Работает в Имперском банке. Сурков-младший поступил в институт полтора года назад, на три месяца раньше меня. Ранга воин, цвет браслета желтый. Мало ходил в метеориты и больше добивал вырвавшихся монстров. Своего рода падальщик. На этом и набил ранг. Любит азартные игры, нарцисс, не обделен вниманием девушек, но предпочитает простолюдинок, потому что они потом не предъявляют претензий, скотина, — последнее она сказала чуть тише и продолжила. — Любит покрасоваться перед публикой, но довольно труслив, если перед ним более сильный маг. Все привык решать деньгами, как и большинство учащихся…

— А что-нибудь этакое?

— Этакое? — Она сделала театральную паузу. Бьюсь об заклад, она сейчас лыбилась во все тридцать два зуба. — Владеет ломбардом, разумеется, на подставное лицо. По неофициальным данным, туда скидывают, как контрабанду с Дикой зоны, так и обычные побрякушки из города. Адрес отправила.

— Есть какие-то терки с Трубецким?

— А почему именно с ним? — удивилась и насторожилась она.

— Так есть или нет? — Я решил не вдаваться в подробности, так как не был до конца уверен в Вике.

— Не замечен…

— Понял! Спасибо, Вика, ты мне очень помогла!

— Рада была помочь, пока, — пролепетала она и тут же положила трубку.

Интересные личности учатся в этом заведении.

— Расскажешь? — невинным тоном спросила Маша разглядывая ногти.

— Может потом, когда все утрясу… — Я еще раз поцеловал ее в щеку, на этот раз на прощание, и пошел на встречу с Трофимом.

Мы выбрали бар не в самом дорогом заведении, но и не на окраине. Как оказалось, мой бывший сокамерник неплохо разбирался в питейных заведениях в городе и, полагаясь на его вкус, мы пришли в уютный паб, чем-то напоминающий английское заведение из моего мира.

Все из коричневого дуба, добротная барная стойка с кучей бутылок за спиной бармена, рояль в углу, уютный камин и совсем немного народу. Приглядевшись, я увидел у каждого нашивку ремонтников «Скарабеев».

В ходе наших посиделок мы многое обсудили, и я узнал много нового про внутреннюю кухню не аристократической части города.

— Скажи, Михаил, почему ты мне помог? — спросил Трофим, когда на столе появилась третья кружка пива. — Ты же, вроде, благородный. Зачем тебе помогать такому как я? Нет, я, конечно, рад, но на моей памяти, еще никто ничего подобного не делал…

— А почему нет? — пожал я плечами. — Считай, мне просто захотелось.

Я залпом осушил стакан.

— Давай будем считать, что это мои аристократичные прихоти, ладно?

— Эх, странный ты мужик, но добрый, — хлопнул он меня по спине, но быстро опомнился и принялся извиняться.

— Хватит, успокойся уже… — недовольно я отмахнулся от его бормотания. — Кстати, я нашел твоего обидчика.

— Да брось ты, Миша, — улыбнулся Трофим. — Не стоит ввязываться ради меня. Я на свободе, и то хорошо.

— Э, нет, не катит, — цокнул языком. — Буду учить тебя отстаивать свои права…

— Да какие права у простолюдина?..

— Поверь, там где я вырос, все были более менее равны… в целом, — сказал я. — Так что впредь пообещай, что не будешь относиться к себе, как к человеку второго сорта. Обещаешь?

Трофим только улыбнулся и отпил пива.

— ОБЕЩАЕШЬ⁈ — погрубее потребовал я таким тоном, что мой товарищ аж подавился.

— Обещаю! — тут же закивал он. — Если нужно что, я всегда готов!

— А знаешь… Мне бы пригодилась помощь такого человека, как ты…

Трофим тут же замолчал и сделал серьезный вид. Судя по всему, он даже алкоголь выветрил с помощью магии.

— Скажи, ты бы не хотел поработать двойным агентом?

— Это как? — тут же заинтересовался он. Видимо попал в точку.

— Слышал что-то про музыкантов?

Трофим наклонился к столу и зашептал, опасаясь, что нас может кто-то услышать. Хотя так он еще больше привлекал внимание.

— Ты чего⁈ — удивился он. — Это опасные люди! Могут прирезать и даже глазом не моргнут, не связывайся с ними ни в коем случае! Если только ты не сын графа или князя…

— Сын графа или князя, говоришь? — усмехнулся я, вспоминая и того, и другого. Оба моих друга сейчас лежат пузом кверху после буста. — Поздно, Трофим, уже связался…

— Ох, брат… — вздохнул он.

— И я хочу их всех убить не самым гуманным способом!

— Ну… Давай…

Задача Трофима была проста: внедриться и докладывать мне все самое интересное. Я даже не сомневался, что он справится — рожа у него была под стать этим типам. К тому же отмотал срок. Уже плюс для того, чтобы поступить в оркестр.

Долго уговаривать Трофима не пришлось. Он сам давно завязал с преступным прошлым и презирал своих бывших «коллег». Так что в конце концов пообещал, что в ближайшее время попытается внедриться к ним.

Для Лоры я сделал пометку, что надо бы раздобыть непрослушиваемый телефон.

После бара мы пожали друг другу руки и разошлись.

Время было уже за полночь, и по улицам ходили не самые приличные и трезвые люди, что меня ничуть не удивило.

Детство я провел в маленьком промышленном городке, где из всех развлечений были кабаки да пивнухи. Еще спортивный стадион, но его двери были открыты для не очень большой части населения, куда, к счастью, входил и я.

Не отведи меня мама в спортивную секцию, горбатился бы нынче на каком-нибудь заводе или на рудниках и пил горькую…

Так как время было уже позднее, я аккуратно открыл дверь Машиным ключом и на цыпочках зашел. Лора просканировала квартиру и сообщила, что обе девушки давно дрыхнут.

У Анны была дальняя комната, так что ее мы не побеспокоим. В такой огромной квартире, если захотеть, можно не пересечься.

На пороге я наткнулся на горы цветов. Буквально. Они были повсюду. В корзинах, вазах, просто на полу.

— Вот бы меня кто так встречал! — вздохнула Лора и полезла валяться в цветах.

— Было бы у тебя настоящее тело, я бы осыпал тебя миллионом роз!

— Ты сейчас сказал это компьютеру с лучшей памятью в мире! — улыбнулась Лора и томно прикусила губу.

— А я и не отказываюсь от своих слов, моя дорогая…

Я принял душ, умылся и забрался в теплую кровать. Маша давно спала, и я аккуратно обнял девушку. И тут же вырубился до утра.

Проснулся я от женского крика, причем не одного, а сразу двух девушек.