Да, Есенин успел опустошить весь мини-бар, найти каких-то девиц и утроить в номере полный бардак. Ладно хоть он был в трусах, и мне не пришлось видеть его срамоту.

— Саша, вижу у тебя вечер прошел куда лучше чем у нас? — ухмыльнулся я. — Выгоняй их, разговор есть.

— Мишаня-я-я-я, — на распев протянул он, пытаясь укрыться простыней. — Погоди всего несколько минут, ладно?

— Пять минут, — строго сказал я и поманил к себе Кицуню. — Мы пока проветримся.

В таком состоянии Есенин был не опасным человеком. Пьяный добряк улыбнулся и начал помогать дамам подняться. Видимо, я прервал их на самом интересном.

Мы с лисенком вышли на балкон на этаже.

— Прости, приятель, надеюсь, ты не успел увидеть ничего такого, что не положено маленьким лисам?

В ответ я получил недовольный тявк и укус за палец. Видимо, ему было интересно.

— Мы так и не выяснили, из-за чего произошел скачок прогресса, — подытожила Лора.

— Да, но ты же смогла сделать анализ тех цехов? — уточнил я.

— А то, — хмыкнула Лора. — Вот они, родимые, данные, — и она появилась передо мной в докторском халате на голое тело, в руках помощница держала толстую папку с документами.

— Мы сможем что-то повторить?

— Мне надо все проанализировать.

Немного подышав свежим морозным воздухом, я решил вернуться. Как раз из номера выбегали две полуголые девицы. Они оценили мой потрепанный вид, извинились и направились к лифту.

— Ну что, пришел в себя? — заходя в номер, спросил я своего соседа, который к этому времени натягивал штаны. Судя по всему, он прогнал энергию через себя и теперь выглядел куда свежее, чем несколько минут назад.

— А чего мне зря жопу просиживать? Надо же проверить местных девок?

— Проверил?

— Не успел, — недовольно фыркнул он. — А теперь рассказывай, что там у вас приключилось, и почему ты в таком виде?

Выглядел я действительно не самым презентабельным образом. Одежда порвана и в крови, на щеке синяк после битвы с лже-конунгом. Да и на голове, не прическа, а черти что.

— Ты давай присядь, есть чем тебя порадовать, — и сам же стал раздеваться.

В этот момент к нам в комнату постучались и открыли дверь, не дожидаясь приглашения.

— Миша, тут позвонили с ресепшена, сказали, что тебе посылка…

Все же Екатерине Петровне иногда не хватает такта. Чему только их учат в этом дворце?

— Ой… я не вовремя.

Еще бы она была вовремя! Я снял футболку и уже приготовился стянуть штаны.

Саша тоже — с голым торсом и в одних носках.

— И скажи им, что мы выдвигаемся утром…

Конечно, еще и Дункан приперлась! Но она куда острее на язык.

— Мальчики, если хотели остаться наедине, надо было закрываться.

Вместо ответа они прощупали наши ауры, врубленные на полную, и, хихикая, быстро выбежали.

— Как малые дети! — крикнул я им вслед и все же закрыл дверь на замок.

Пришлось позвонить на ресепшн, спросить что же там такое. Оказалось, что это небольшой грузовой автомобиль с символикой конунга. Я попросил отогнать машину на парковку.

— Ты мне расскажешь уже или нет? — в нетерпении спросил Есенин.

— Слушай, давай я быстро помоюсь, и мы с тобой сходим поедим. Там все и расскажу, так сказать, под более подходящую обстановку, — вздохнул я. — Даже от пары рюмочек не отказался бы.

— О! Отлично! Другой разговор! — воодушевился мой сосед и начал искать приличную рубашку.

Я же быстро принял душ и переоделся в чистое. Мы спустились в ресторан при гостинице, сели в самый неприметный уголок и сделали заказ. Платил за все Саша. Он сам вызвался, а я не стал отказываться.

— Ну! — уже устал терпеть Саша.

Следующий час я рассказывал ему, что произошло в замке конунга, и кем он оказался. Я порадовал его появлением Лермонтова и его согласием вернуться на родину. Конечно, я не упомянул про протоколы, но и такой истории для Саши было достаточно.

Когда же я закончил, он сидел грустный.

— Ты чего?

— Пропустил такое веселье, — вздохнул он и влил в себя рюмку беленькой.

— Не сказал бы, что было прям уж так весело, — вспомнил я, как у меня болело все тело после битвы. — Но без пары забавных моментов не обошлось.

— Значит ты убил конунга! — провозгласил Есенин, и остальные посетители ресторана стали на нас странно смотреть. Как бы не вызвал кто полицию.

— Лже, — поправил я, и мы чокнулись рюмками.

Давно я так просто не сидел. С соленьями, салатами, рыбными и мясными тарелками. Все только учеба да драки. Хотелось бы почаще так отдыхать, но я понимал, что пока до рановато.

Да и компания оказалась куда приятнее, чем я думал. Все же Есенин тот еще любитель веселья.

— Ты уже выбрал, какую печать будешь ставить? — после одного графина с алкоголем спросил мой собутыльник.

— Да. В первую очередь нужна печать энергии. У меня она восстанавливается не так быстро, как хотелось бы, — и я отправил маринованный грибочек в долгое путешествие.

— О, какой, — хмыкнул Есенин. — Я бы оставил печать регенерации, чтоб ни одна пуля тебя не убила, и ни один меч не смог отрубить… — он показал на корнишон.

Странные сравнения, хотя я бы взял что-нибудь побольше, раз уж на то пошло.

— А такое возможно? Насколько я понимаю, некоторые родовые мечи способны на многое.

— Ты про свой Ерх? — улыбнулся Есенин. — Ну… Бывают исключения из правил.

— И много таких исключений?

— Кто знает… — он вытянул руку, и его клинок появился в ладони после яркой вспышки как от фотоаппарата. — Вот мой, наверное, пробьет.

Нам уже ударило в голову, и Александр решил то ли посплетничать, то ли посекретничать.

— Псс, Миша, как тебе Дункан? Ниче, а? — хихикнул он, закусывая огурчиком.

— Прости, но я стараюсь пьяным не обсуждать девушек. По крайней мере, без их присутствия. А то стыдно потом… — пожал я плечами.

— Ой, какой правильный, ну и ладно, — махнул рукой он и разлил еще по стопке.

Прошло полчаса, и мы стали лучшими друзьями. Оказалось, что под воздействием алкоголя, Саша достаточно сговорчив, и он поведал мне разное всякое про своего любимого брата, Антона. Мой университетский друг не унаследовал предрасположенность хаоса и порядка. Хотя, это и так понятно.

А еще, свою первую печать он сделал себе в шестнадцать лет. Вообще, как оказалось, печати и рунные заклинания не такие уж и редкие средства улучшения. Появились они с появлением магов, но кто их изобрел неизвестно. Загадки, да и только.

— А хочешь, Миха, я тебе помогу с печатью? — икнув сказал Есенин. — Вдруг, под этим делом пойдет?

— А давай, — икнул я в ответ. — А как?

— Ты ж потратил дохрена энергии? Ну я поделюсь, остальное сам. Ничего с тобой не будет, не растаешь.

— Попытка не пытка, погнали!

Мы расплатились и отправились в номер, прихватив с собой парочку бутылок.

— Вы, мальчики, только не разнесите гостиницу, — напомнила Лора, понимая, что пьяный я и Есенин можем сделать много… неожиданного.

Но вот пьяным ставить то, что по праву считалось самым сложным в магическом мире, было, конечно, не совсем обычно.

В номере Есенин поставил два кресла друг напротив друга.

— Ну, садись, — кивнул он на свободное место.

Без лишних вопросов я сел.

Он схватил меня за руку, и тут же начал передавать энергию.

— Воу-воу! Полегче!

Лора не успевала ее контролировать. Все же Есенина не сильно заботило то, какие у меня каналы, и насколько они эластичны. Он просто лил объемы.

Хорошо еще, что Лора была готова.

— Ну давай, че сел? — хмыкнул Есенин, открывая зубами очередную бутылку. Видимо, он перестарался — горлышко он откусил вместе со стеклом, но не заметил этого.

Н-да… Маги…

— Глазки закрываем и начинаем вырисовывать узор.

Повторять два раза не надо. Я закрыл глаза и приготовился к плодотворной долгой работе. Хотя приходилось бороться еще и с вертолетами.

* * *

Поместье рода Кузнецовых.

Москва.

— Девчонки, пошли купаться! — радостно крикнула Андромеда, заходя в комнату с другими рыцарями.

— Я «за»! — воскликнула Лира и принялась стаскивать с себя одежду, чтобы надеть купальник.

За это время они так и не приучили себя к скромным нарядам, по крайней мере, когда не было гостей. Сегодня как раз один из этих дней.

Строители закончили очередной бункер, и Надя отпустила их на выходные. Сам Ковальский приходил два дня назад, так что его еще долго не будет.

А солдаты, которых обучал Трофим, уже получили по башке, когда пытались приставать к рыцарям.

А вот на шалости девушек все закрывали глаза. Потому что в остальном они были отличными воинами и людьми, всегда готовыми помочь. Даже деревенские знали, кто эти пять полуголых девиц.

— А вы что, купаться идете? — заглянул Боря, и тут же выскочил весь красный, увидев обнаженных девиц. — Ой, простите!

— Давай одевайся, и встречаемся внизу! — крикнула ему вслед Лира, как ни в чем не бывало.

Вообще, как они приехали, стало очень спокойно. Иногда приезжал командир армии Кутузова, проверить все ли хорошо, на что Трофим ему проводил небольшую экскурсию, конечно, не раскрывая всех тайн.

Емеля же по приезду с головой погрузился в заботы о лошадях. Там как раз подвозили новых и увозили старых на продажу. Дела шли хорошо.

Данила же, наоборот, постоянно пропадал то на стадионе, то в гараже, ковыряясь в машине. У него скоро первая гонка, и ее условия обещали прислать со дня на день.

Девушки быстро переоделись, похватали полотенца и коврики и спустились вниз. Боря в одних шортах, по-римски завернувшись в полотенце, ждал их у входа. Геннадий сидел на его плече и довольно курлыкал. Голубя кормили хорошо, даже очень, так что он приближался к форме шара.

— Опять загорать? — выглянула из кухни Настя, а за ней и Маруся. Руки у последней были все в муке. Кажется, на ужин будут пирожки.

— А чего дома сидеть! — радостно сообщила Герда и поправила широкополую шляпку. — Девчонки, пошлите с нами?

Маруся только улыбнулась. Ей нравилось, когда ее называли девчонкой, хотя таковой она перестала быть… лучше не вспоминать сколько лет назад. Но выглядела она все же ого-го.

Периодически к ней приходили молодые солдаты с цветами, но она только смеялась на это и показывала паспорт с датой рождения. После у многих вопросы отпадали, но парни осыпали женщину еще большими комплиментами.

— Насть, если хочешь, то иди, — кивнула раздобревшая Маруся. — Мне все равно осталось чуть-чуть, твоя помощь не нужна.

— Но ты же придешь? — прищурилась Настя, заглядывая на кухню.

— Конечно! А то вся бледная, как поганка! — кивнула она.

Настя радостно ускакала переодеваться. Она любила проводить время с рыцарями, и они довольно быстро сдружились, но так же девушка не забывала, что у них разные должности. Все же те были больше воинами, чем работниками по дому.

И да, пару раз Настя спаринговалась с ними, и ее быстро уложили на лопатки.

— Опять идете смущать моих солдат? — в дом вошел раскрасневшийся Трофим. Он только что закончил осмотр своих подчиненных и провел им небольшую тренировку по сборке и разборке автоматов.

— Так и скажи, что тоже хочешь с нами, — показал язык Боря и засмеялся.

— Ой все, — махнул на них рукой управляющий и пошел к себе в комнату. У него еще были дела.

Дождавшись Настю, всей аравой они вышли на улицу и направились к Посейдону.

Вот только подходя все ближе, они начали замечать какие-то странные движения воды.

— Посейдон… — спросил Боря. — С тобой все в порядке?

Но водяной не отвечал. Вся поверхность небольшого озера бурлила, а в центре образовалась воронка. Из глубины иногда мелькали молнии.

— С ним что-то не так! — встревоженно крикнул Боря.

Девушки не могли объяснить что именно.

Они побежали в дом к Наде.

— Что-то не так с Посейдоном!

Всей толпой они вломились в кабинет. Надя аж подскочила, выпустив из рук бумаги.

— А что? Где? Куда? — тряся головой, спохватилась она.

Они показали ей на озеро.

— Я не знаю, что с ним… — пожала девушка плечами и достала телефон. — Но я звоню Николаю Романовичу.

* * *

Поместье Есениных.

Г. Широково.

Князь Сергей Александрович в последнее время любил наблюдать за работой угольков. Что-то было в этом умиротворяющее. Не зря же говорили, что человек может смотреть вечно на три вещи? как горит огонь, как течет вода и как кто-то работает. И ему нравилось наблюдать за этим.

Угольки были словно организованные муравьи, которые получали откуда-то информацию.

Они быстро развивались, и теперь их постройки выглядели вполне неплохими строениями. Они укрепляли фундамент, замешивали цемент, рыли каналы для воды. Угольки умудрились даже сделать фонтан в виде пышногрудой девушки в необычном обтягивающем костюме. Она держала в руках маленький пистолет с кончика которого и лилась вода. Так же они умудрились провести мелкие трубки к голове статуи, и когда вода через незаметные глазу отверстия стекала по волосам, казалось, что они отдают голубым цветом.

Сергею Александровичу нравилась эта загадочная статуя, и он даже спрашивал у Угольков, кто это такая? В окружении знакомых у Михаила таких не было. Он проверял. Ни в институте, ни в Москве.

А угольки только разводили руками и отвечали.

— Насяльника!

В конце концов князь отмахнулся от этой загадки и решил, что спросит у Миши, когда тот вернется из Северной Империи.

Сейчас князь просматривал бумаги относительно Северной границы. С почтой к нему пришло интересное письмо. Оно выглядело очень по-простому, с одной маркой и адресом написанным от руки. Уже по каллиграфическому старорусскому почерку Сергей Александрович узнал отправителя.

Письмо было заказным. Написал его некий «Толстой Л. Н.»

— Надо же, какие люди, — расплылся в улыбке Есенин-старший и аккуратно распечатал конверт.

В письме не было ничего необычного, просто князь северных земель передавал привет старому товарищу и рассказывал про то, кто у него давеча был в гостях.

«Сережа, друг мой давний, еще хочу тебе сообщить, что меч-кладенец командира нашел нового хозяина. Ерх принял молодого Михаила. Как же я рад этому, ты себе не представляешь…»

— Эх, представляю, старина, представляю, — с улыбкой пробормотал Сергей Александрович.

'Мальчик растет очень смышленым и сильным… Так что гляди в оба, твой Сашка может скоро подвинуться! Хотя, может, это мои старческие фантазии? Вот и Софья Андреевна говорит, что я стал слишком мягкосердечен.

Ерх показал Мише последние часы жизни Володи. Стоит ли ему рассказывать всю правду? Или доверить это Петру? Я не знаю, не мое это дело, Сережа, ох не мое.

Да и вообще, ты бы хоть заглядывал иногда! Софья, знаешь, как рада будет? У нас такие нынче огурцы выросли! А перчики! Ты приезжай, дорогой! Приезжай!…'

Князь с улыбкой читал письмо от старого друга и думал, что надо бы ответить ему. И вообще стоит написать и остальным. Все же не так часто они и переписывались.

Именно с этими мыслями его и поймал дворецкий.

— Сергей Александрович! ЧП!

Улыбка вмиг слетела с лица князя, а в руке появился меч.

— Кто? — только и сказал он.

— Никто, — замахал руками слуга, — Но вам лучше самому это увидеть!

— Не томи! — прогремел Сергей Есенин. — Нападение?

— Нет, господин. Угольки.

— Угольки? — тут же растерял он боевой настрой. — А что с ними?

На что дворецкий развел руками и попросил посмотреть лично.

Князь только пожал плечами и пошел к выходу в Дикую Зону. Он ожидал чего угодно, и в голове уже были кучи разных мыслей: от того, что какой-то залетный маг умудрился их перебить, сочтя за монстров, до того, что они построили летательный аппарат. И то и то могло случиться в равной степени.

Теперь на выходе в Дикую Зону его встречала не пустошь, а мощеная камнем аллея с фонарями и уютными квадратными домиками. Надо пройти чуть дальше и можно оказаться на главной площади, как раз с той самой статуей очаровательной незнакомки.

Сергей Александрович иногда ругал себя за такие мысли. Все же у него была жена.

Угольков нигде не видно.

— Где они? — спросил он у дворецкого, который шел сзади.

— Они у внешней стороны, на краю городка, — показал он пальцем.

Завернув за угол, Есенин увидел их. Все пятьдесят монстров. Они свернулись в позы эмбрионов и мелко дрожали. Хотя это больше было похоже на вибрацию, потому что даже князь чувствовал, как земля под ногами немного тряслась.

— Что с ними?

— Не могу знать, господин, — пожал плечами дворецкий. — Как только солдаты заметили, сразу сообщили мне, а я вам.

— Странное явление… — хмыкнул он. — Зови солдат, надо перенести их в безопасное место, а то мало ли что.

* * *

Северная Империя

Номер отеля.

К утру состояние было двойственным. С одной стороны жутко болела голова от похмелья, но с другой, у меня имелась печать энергии.