Мой смех эхом разносился по огромному залу, перекрывая крики с улицы. Екатерина с Айседорой пока не догадывались о причине истерики, но я наблюдал очень преинтереснейшую картину, которая сейчас происходила на просторной площади за стенами дворца.

Там была настоящая бойня. Я бы даже сказал, мясорубка. Но смеялся я не из-за этого. Просто этот Карл был так важен! Трон захотел захватить. Но прямо сейчас его людей истребляют… Его же люди. Хотя это уже и не люди.

— Что там происходит? — рявкнул Карл своему помощнику.

— Сначала он был один, но потом, когда он принялся убивать, трупы стали вставать и биться! — закричал помощник, не боясь, что мы услышим.

— Некромант? — прошептала Екатерина. — Разве они не истреблены?

Судя по всему, к такому же выводу пришел и предатель.

— Все на улицу! — крикнул он.

— А тебя никто не отпускал! — вмешалась царевна. — Ты пришел, начал угрожать мне и моим товарищам, хотел захватить власть!

Карт улыбнулся на это. Его люди практически покинули тронный зал и теперь тут оставались верхушка службы безопасности.

— Прости, принцесса, но не тебе решать, — огрызнулся Карл. — Разберусь с тобой потом.

Екатерина была недовольна таким тоном. Она молниеносно оказалась рядом с Карлом, занося меч над ним. Противник оскалился. Удар почти попал по нему, но какая-то неведомая сила откинула царевну. Она перекувыркнулась в воздухе и ловко приземлилась на ноги.

— Я предупреждал! — улыбнулся он, поглаживая кулон на шее. — Я сказал, все на выход!

Если быть совсем искренним, то это нападение нам только на руку. Мне надо как можно быстрее восстановить хотя бы часть сил, но энергии не хватало.

— Это ваши люди? — спросила Дункан у конунга, который взял уже третий кристалл. — Они очень вовремя.

— Нет, уважаемая Дункан, — развел руками Бор. — Я понятия не имею, что там происходит.

— Я знаю, — усмехнулся я, подходя к правителю. — Простите, уважаемый, могу я позаимствовать у вас парочку кристаллов?

— Ох, конечно, — спохватился он, увидев мое измученное лицо. Хотя, я старался держаться молодцом. — Какие вы выберите? Красные или синие? — он вытянул две руки с кристаллами.

— Могу взять оба сразу? — и не дожидаясь ответа, схватил два кристалла.

— А ты не лопнешь, деточка? — усмехнулась Екатерина, наблюдая, как я начал их всасывать.

— Я предупрежу заранее, — улыбнулся я, положив тело лже-конунга на пол. Энергия заструилась по моим каналам. Лора направляла все на восстановление и немного на лечение. Все же у меня повреждено не только физическое тело, но и ментальное. Каналы так вовсе были скомканы.

— Может, объяснишь, что ты там увидел? — не выдержала Дункан. Она злилась. А все потому, что не взяла с собой свои клинки, а родового меча у нее не было. Хотя у нее имелись мечи, которые она отобрала у охранников, но судя по качеству, до ее оружия они не дотягивали.

— Это… — я мельком глянул на царевну. Все равно уже не получится скрыть от нее наше знакомство. — Лермонтов. Он снаружи.

— Что? Лермонтов? — удивилась Екатерина. — Тогда все понятно.

— Объясни? — не понял я.

— Лермонтов Михаил Юрьевич до сегодняшнего дня считался мертвым. Последний некромант в ранге Маг Высших Сил, — объяснила она. — Отец говорил, что он умер до моего рождения… Вот уж не думала, — и тут она посмотрела на меня. — Стоп, откуда ты его знаешь? — потом ее взгляд упал на Дункан. — И ты?

— Прости, царевна, — пожал я плечами. — Секретные задания…

— Кажется, мне надо серьезно поговорить с отцом! Скрывать от меня такое! — махнула она рукой на выход из зала. — Некромант! Это же охренеть как!

— Круто? — улыбнулся я.

— Только сперва твой отец спросит, что ты делала в Серверной Империи, — подсказала Дункан. — Лучше держи в секрете этот маленький нюанс.

А тем временем на площади у Лермонтова все было под полным контролем. Он даже не напрягался — просто шагал между рядами сражающихся солдат и насвистывал какую-то мелодию.

До меня дошло, почему некроманты считались очень опасны и на них велась охота. В институте я читал в учебнике, что если у ребенка предрасположенность к некромантии, то ее стараются подавить всеми средствами, или за ними приезжает тайный отдел канцелярии и увозит в неизвестном направлении.

Я спрашивал у преподавателей, что потом случается с этими людьми, и мне никто внятно не ответил.

Лермонтову было достаточно убить нескольких солдат, чтобы те продолжали делать его работу. Получалась цепная реакция. Нежить убивала солдат, а те вставали и убивали остальных. Еще, как я понял, все воскрешенные солдаты обладали теми же навыками и способностями, которые были при жизни. Это очень интересно.

Вот одному из зомби отрубили голову, а он продолжал сражаться. Но удары стали слабее, и тело просто махало оружием наугад. Ага. Значит, тут тоже есть свои правила пользования. Даже интересно.

Ну и еще. Теперь я захотел овладеть этой магией, коль уж могу себе это позволить.

Екатерина же подошла к выходу из зала.

— Я должна посмотреть, что там, — сказала она. — Уважаемый конунг, вас можно оставить одного?

— Да, вполне, — кивнул он, продолжая всасывать очередные кристаллы.

Я тоже был готов. Голова не так сильно болела, а тело даже слушалось. В Ерхе еще очень много накопившейся силы, так что я пошел к царевне. Дункан только хмыкнула и, провернув два простеньких меча, направилась к нам.

Когда же мы вышли на площадь, то у дверей на лестнице, спиной к нам, сидел Лермонтов. В пальцах зажата длинная сигарета. Облокотившись на колени, он с туманным видом смотрел на побоище на площади.

Казалось, там шел парад, или демонстрация навыков военных, или маскарад… Все вместе.

— Вот теперь я чувствую его силу, — уважительно сказала Лора. — Научился скрывать ее. Молодец какой.

И да, по мощности он был не слабее Толстого или Сергея Александровича Есенина.

Я присел рядом с ним и молча смотрел на битву. С другой стороны сели Дункан с царевной.

Лермонтов достал скомканную пачку сигарет и безмолвно протянул мне.

— Не курю.

— Зря… — пожал он плечами.

— Можно мне одну, — потянулась Дункан. Она элегантно достала сигарету, а Лермонтов, прикоснувшись к ней кончиком пальца, зажег ее. — Благодарю.

Вдали мы увидели скачущего Карла, который неплохо так косил нежить. Но не все его бойцы были сильны как он, так что они быстро переметнулись на сторону врага.

— Передумал? — вздохнул я, продолжая смотреть вперед.

— Да, — ответил Михаил Юрьевич. — Наверное, я стал старше, или мудрее. Но скорее всего, тупее.

— Так и скажи, что мои слова тебя задели, — улыбнулся я.

— Задели, — без злобы согласился Лермонтов.

— Мне говорили, вы погибли, — сказала царевна, косясь на Лермонтова. Судя по тому, как заискрились ее глаза, он для нее был чем-то вроде суперзвезды.

— Ага, я и погиб, — загадочно ответил он и затянулся сигареткой.

— А не расскажите как…

— Нет, — перебил он и встал, отряхнув куртку. — Я вернусь в Империю, но отдельно. Надо завершить все дела. Буду рад повидать старых знакомых.

— А ваши… солдаты, не тронут меня? — подбирая слова, поинтересовалась царевна Екатерина.

— Нет. У них другая цель, — ответил Лермонтов, закуривая еще одну сигарету.

— Тогда вы меня извините, — Екатерина встала, поправила свой костюм, подвязала порванное платье и, приготовив меч, пошла вниз. — Меня ждет один очень невоспитанный любитель переворотов. Пойду, что ли, сама его переверну…

— Фу, как некультурно, — хихикнула Дункан.

Царевна улыбнулась в ответ, и ее глаза вспыхнули красным пламенем.

Когда же они начали сражаться, все остальные солдаты уже были мертвы и просто стояли, как статуи.

— И что с ними будет потом? — поинтересовался я.

— Ничего, — судя по всему, Лермонтов не особо хотел говорить. Он щелкнул пальцами, и все восставшие разом вспыхнули.

И последующие полчаса мы наблюдали замечательную картину, как царевна прыгала по площади, веселясь с последним оставшимся живым Карлом, а на фоне горели трупы предателей конунга.

— Эх, красиво, — откинувшись на ступеньки, вздохнул я. — Не часто увидишь такое.

— Иногда и самые красивые виды надоедают, — ответил Лермонтов. — Мы расстались с той певичкой. Она сказала, что я пользовался ей.

Вот оно как. Лермонтов молчал не потому, что он был сконцентрирован на битве, или просто не сильно любил говорить. Нет. Оказывается, он переживал расставание с той противной особой.

— Всякое тоже случается, и от этого не застрахованы даже такие сильные люди, как ты, — ответил я.

А пока царевна сражалась, с той стороны замка к центральным воротам подтягивались полицейские и военные. И судя по всему, планировали взять нас штурмом.

— Ох, как же грязно, — послышался голос сзади. Конунг Бор Бурисон уже успел переодеться и выглядел куда свежее, чем при нашем знакомстве. Хотя костлявое лицо сильно контрастировало с дорогой одеждой.

Екатерина, тем временем, добила своего врага. Ее бесило то, что он использовал кучу защитных амулетов с артефактами, и большую часть битв, она просто ломала их один за другим.

Вот и закончился наш прием у конунга небольшим дворцовым переворотом. Кто бы мог подумать? Может Лора в одной из своих версии развития событий…

Когда же ворота распахнулись, то во внутренний двор хлынули автомобили, летающие аппараты, куча солдат и полицейских. Видимо, были задействованы вообще все органы порядка.

Царевна успела вернуться, и мы вчетвером встретили огромную процессию, которая заняла всю территорию площади.

— Могу я попросить у вас об одолжении? — наклонился я к конунгу.

— Разумеется, — тут же воскликнул он. — Обещаю, вас приставят к наградам! Вы будите национальными героями!

— Это здорово, но не могли бы посодействовать, чтобы мы забрали тело, которое претворялось вами?

— Вот как? — удивился Бор. — Могу поинтересоваться, зачем?

— Скажем так, оно пригодится одному моему другу…

— Что ж, думаю, в замке остались слуги, так что я распоряжусь его… упаковать, — кивнул он. — Что-нибудь еще?

— Беспрепятственный выезд в Дикую Зону и билет на Караван для этого господина, — отозвалась Екатерина, ткнув пальцем в Лермонтова. Уж она-то знала, что требовать, и понимала, что спасенный конунг ей теперь обязан по гроб жизни. Так что любая прихоть будет исполнена.

— Без проблем, — кивнул Бор.

— Не стоит, — отмахнулся Лермонтов. — Лучше отдайте этот билет кому-нибудь другому.

Пока мы болтали о пустяках, из дворца начали выглядывать перепуганные слуги. Все же по всему замку было объявлено военное положение.

Дворецкий, который встречал нас, так же показался.

— Господин… — увидев конунга, он ахнул, — Что с вами приключилось? Вы же буквально недавно… — он посмотрел на нас.

Выглядели мы, конечно, не самым презентабельным образом. Все в рваной одежде и крови.

— Это они с вами сделали?

— Следи за словами, щенок! Эти люди почетные гости и с ними царевна Российской Империи! Где твои манеры? Или ты забыл, что это лицо любого мужчины?

— Простите, — тут же поклонился он. — Что я могу для вас сделать?

— Отнеси тело, которое лежит у трона в укромное место, и ничего с ним не делай до моего распоряжения, — отдал приказ конунг. — Потом зови всех придворных. Будем менять правила.

— Слушаюсь, — еще раз поклонившись, слуга исчез.

Тем временем из военных машин вылезли какие-то высокие чины и поднялись к нам.

Два генерала и четыре майора. После короткого приветствия конунг пояснил, что был спланирован переворот. Его хотел устроить Карл, который сейчас валялся где-то на этой самой площади под техникой.

Также он объяснил, кто мы и какой вклад внесли в его спасение. После чего все вопросы касательно нас отпали. А так как с нами была царская особа, хоть и из другой страны, тут же нам предложили различные плюшки. Но посовещавшись, мы договорились, что пусть они просто доставят нас в гостиницу.

— Идите в машину, я за телом, — сказал я и пошел в тронный зал, куда отправились правитель и военные.

— Молодой человек, попрошу покинуть помещение, — возмутился один из генералов, на что я только усмехнулся. — Тут идут важные разговоры, и вам еще рано в таком участвовать.

— Да ну? — хмыкнул я и не сдвинулся с места.

— Генерал Хельвиг! Вы сейчас оскорбляете моего спасителя! — прогремел конунг. — Этот юноша имеет полное право находиться тут! И уж точно не вам распоряжаться в МОЕМ замке!

— Но… — глаза генерала забегали, — Мы же прибыли быстро, оперативно! Вы теперь в безопасности.

— Я пропущу это мимо ушей, Хельвиг! — он грубо прервал его жестом и обратился ко мне уже куда более мягким голосом. — Михаил, вы что-то хотели?

— Да, буквально на пару минут, — кивнул я, подходя к трону. Остальные недовольно зафыркали, но ничего не сказали. А мне же стало интересно, знали ли они о том, что конунг был не настоящий? Или все же в это посвятили только избранных?

Не хочу проверять. Мне бы поскорее вернуться в Широково. Привезу кучу гостинцев.

— Слушаю, — кивнул Конунг, садясь на свой трон. Остальные учтиво отошли, чтобы не подслушивать. Умные ребята.

— В гостинице «Северная звезда», в чулане пять экзоскелетов, — начал объяснять я. — Это не военная техника, а трофейная от ярлов, которые на нас напали. Мне бы хотелось вывести их тоже.

— Вот как, — задумался конунг Бор. — Техника Северной Империи находится под запретом экспорта…

— Я же не прошу вас мне ее продать, — улыбнулся я.

— Хех, а ты за словом в карман не лезешь, — кивнул Бор. — Если бы я не знал, что это ты убил моего двойника и тех четырех советников-предателей, то отказал бы тебе. Но, все же, думаю, в качестве исключения сделаю, что ты просишь.

— Благодарю вас, — слегка поклонился я и махнул в сторону двери. — Могу я забрать тело?

— Да, разумеется, — кивнул он. — Слуги должны были его упаковать.

— Даже интересно, он будет в коробке с бантиком или в полиэтиленовом мешке? — хихикнула Лора. Пока она работала на восстановление.

Пройдя в подсобное помещение, я удовлетворенно улыбнулся. Они упаковали тело в большой контейнер с лямками, чтобы было легче таскать на спине.

— Пожалуйста, ваша сумка, — поклонился тот самый дворецкий. — Вам помочь набросить на спину?

— Спасибо, я сам. Можете идти.

Он поклонился и без лишних вопросов ушел.

— Проверь, все ли на месте? — предупредила Лора.

Аккуратно расстегнув ремни, я открыл контейнер.

Ого! Они даже обложили его пупыркой, чтобы он не болтался внутри. Вот только была одна удивительная деталь. Лицо начало постепенно меняться и становиться обезличенным.

— Это даже хорошо, — сказал я. — Не будет вопросов, почему у меня правитель Северной Империи за спиной.

— А то, что у тебя тело в коробке, это нормально? — подколола Лора.

— Да сейчас у каждого в сумках такую херню можно найти, похлеще чем тело… — закидывая на плечо контейнер, я пошел на выход.

В тронном зале опять велись какие-то обсуждения с военными, и я словил на себе несколько недовольных взглядов. Один из них был тем самым дерзким. Можно с ним еще поиграть, если бы я остался тут на пару дней, но это того не стоило.

Площадь уже расчистили от техники, и были только несколько военных машин да летающих БТРов, которые мне ой как захотелось. Но просить я их уже не буду.

Ребята сидели в удобном лимузине и ждали меня. Засунув в багажник ношу, я залез в салон и растянулся на свободном кресле. Тело тут же начало благодарно стонать.

— О, как хорошо! — не выдержав, протянул я.

— Сейчас бы горячую ванну! — мечтательно сказала царевна.

— Согласна! — кивнула Дункан. — С пенкой, желтыми уточками…

Мы удивленно посмотрели на нее, но не стали переспрашивать. Все же у каждого свои причуды.

— Буду благодарен, если вы меня высадите где-то вот тут, — Лермонтов показал водителю точку на телефоне, и тот кивнул.

— Не поедешь с нами в гостиницу? — удивился я.

— У меня еще дела, — пожал он плечами. — Буду в Российской Империи спустя неделю. Ваше высочество, передайте отцу, что к нему я загляну через десять дней.

— Без проблем, — кивнула царевна и закрыла глаза.

По пути, как и говорил Лермонтов, он вышел.

В гостинице мы разбрелись по номерам.

Я уже мечтал о том, как заберусь в теплую ванну, потом в кровать и просплю… Эх, не так много, как хотелось, потому что утром мы покидаем эту страну.

Зайдя в номер, мне захотелось ударить себя по лбу.

— Саша, черт возьми, что вы тут с Кицуней устроили⁈ — вот уж не ожидал такого от моего маленького рыжего лисенка.

— Мишаня! — нараспев протянул Есенин и упал с кровати, а за ним соскользнули еще две девицы.